Человек Рядом со Мной

Что не повезло и Акари не оставит затронутый вопрос, стало очевидно уже на следующий день. Заявился и как ни в чём ни бывало уселся на диване там же где и всегда. На вопросительный взгляд сначала пытался делать вид, что не понимает о чём его таким образом спрашивают, но, поиграв в гляделки несколько минут, сдался – а может просто вспомнил, с кем решил бессмысленно посостязаться в не-моргании – опустил взгляд, вздохнул и выдал: – Сайто, прости. Я вёл себя как идиот. – слова извинения дались ему непросто, но тем ценнее было это признание. – Пытался диктовать тебе как себя вести… настоящий придурок, да? – вопрос явно риторический, но ни кивать, ни качать головой не стоило. Сначала дослушать и уже потом делать выводы, принимать решения. Не раньше. И деть куда-нибудь эту загоревшуюся, засветившуюся внутри радость от того, что он вернулся и даже, кажется, понял в чём был неправ. – Я и правда ничего не знаю о тебе… Но очень хочу узнать! Если позволишь… просто быть рядом. Обещаю не задавать неудобных вопросов! – Я ведь ничего и не рассказывал о себе, откуда тебе знать? – улыбка всё же прорвалась из-под маски равнодушия. Он понял! Похоже, и в самом деле понял. – Я не буду настаивать! – заторопился горячо убеждать человек. – Хорошо, спасибо. – на это он сразу расслабился, до этого сидел будто клинок проглотил. Спохватился: – О, я же принёс тебе кое-что!.. – За всем произошедшим как-то забылось, что они тут вообще-то проводят исследование по поиску и определению чего же не хватает этому странному телу. Опыты продолжились и решение, как и с яблоками, оказалось предельно очевидным и недорогим. Рыба, водоросли и пара видов моллюсков из тех, что можно найти в любом магазине – всё, что требовалось организму для восстановления. Разумеется, испытания заняли время, неделю, если точнее. Зато по исходу этой недели из тела исчезли все те неприятные ощущения, которые большую часть времени даже не замечались. Сказать, что самочувствие было отличным – скорее преуменьшение. Акари ходил совершенно довольным результатами. Разумеется, всё это была его заслуга: и настоял, и приносил, и даже готовить помогал. Более, чем заслуженный повод для гордости. Хуже то, что всю эту неделю… Скажем так, своих мыслей он не оставил. Совершенно определённых мыслей. Смотрел так, что сомнений не оставалось: человек каким-то чудом умудрился влюбиться в эдакое странное существо. Конечно, он позволял себе такие особые взгляды только когда считал, что его не видят, но скрыть что-то от того, чей оригинал отлично умел читать по лицу – невозможно. Его намерения были предельно ясны. Теперь же, когда исследование завершено, а составленный список прикреплён магнитиком на самом видном месте чтобы служить напоминанием, пришло время разбираться и с этим. Список… разумеется, идея Акари. Настоящее произведение искусства, полностью нарисованный вручную, с аккуратными графами, с необходимым количеством каждого из обнаруженных продуктов и частотой необходимого потребления… Самим своим видом этот список показывал, насколько сильно человек беспокоиться и заботиться… Сколько не думал, а найти правильного решения всё не удавалось. Позволить, подпустить к себе человека? Снова. Нет, Акари, конечно, другой, совсем не такой, как тот парень, но… Как же по-человечески выглядят эти метания. Но отринуть их не получилось и приходилось раздумывать снова и снова. Как так вообще могло получиться? Откуда взялось в нём это чувство? Открывшаяся правда, похоже, только раззадорила… Казалось бы, всё давным-давно решено, ещё в ту, самую первую бессонную ночь, когда было передумано всё возможное, а вот всё не хватало духу начать делать. Заснуть, твердо велев себе начать завтра же или никогда, оказалось сложно. Зато утром это ощущалось уже свершившимся фактом и больше не доставляло столько переживаний. В конце концов, не попробуешь – не узнаешь, а узнать хотелось. Может, этот человек всё же сумеет принять столь странное существо? Влюблённость приходит и уходит, она не длиться вечно, рано или поздно человек увидит всё таким, какое оно есть на самом деле. И к этому моменту у него должно быть достаточно сведений, чтобы принять полностью осознанное решение, с полным пониманием последствий. Может от влюблённости его излечат уже первые подробности прежней жизни того, кто ему приглянулся? Влюблённость к подобному существу можно испытывать только лишь недостаточно о нём зная. Да, стоит рассказать обо всём, о себе и о том, что могут принести отношения с существом, человеком не являющимся. Не сгущать краски и не стараться напугать, просто рассказать, но не сглаживая и не обеляя. Открыть всё как есть, привести все доводы, которые придут на ум. И пусть тогда Акари решает, надо ли оно ему. На следующий день, как по заказу, терпение человека лопнуло. Может, он продержался бы и подольше, но не стоило вздыхать над кофейной банкой. Акари предпочитал чай, а тот парень – кофе. От чего-то мысли о былых недо-отношениях не покидали голову, возвращаясь, как бы их не старались изгнать. Вздыхать получалось совершенно неосознанно. Как человек понял, что значат эти вздохи – загадка. Но понял. – Я обещал не спрашивать, но… – его явно распирало от желания узнать, но он старательно сдерживался. Столько времени ни жестом, ни взглядом не выдавал своего любопытства… Точнее, ему так казалось. Для такого мастера чтения по лицам, каким был оригинал, не составляло труда видеть и сдерживаемое любопытство и жёсткий запрет, который Акари соблюдал всеми силами. И спасибо ему, конечно, но… похоже, время пришло. – И не надо. Я сам расскажу. – ещё одна почти непроизвольная улыбка. И куда ближе к тому, что предпочитал оригинал. Но Акари прав, отрицать тоже следует с умом. А потом опять вырвалось, как уже несколько раз до этого: – Я много думал этой ночью… вообще не спал, если честно. И пришёл к выводу, что мне не стоит делать тайну из своего прошлого. Знаешь ты или нет – ничего не меняет. Кроме, возможно, твоего ко мне отношения, но с этим мне всё равно пришлось бы столкнуться рано или поздно. Не стал бы я всю жизнь молчать, верно? – Акари только смотрел в ответ, не кивая, но и не качая головой. И не отвечая. Тоже ждал, пока закончат мысль. – Не стал бы. Значит, этой истории быть раскрытой. Сегодня. Сейчас. – А… если я не готов? – отчего-то напрягся человек. – Ты же сам хотел. –стоит напомнить, вдруг он забыл? Человеческая память – штука несовершенная… – А теперь как-то побаиваюсь. – поёжился. – Помнишь, тебе не нравилось, как спокойно я переношу всё на свете, будто мне всё равно? – осторожный кивок. – Так вот, это я тоже решил пересмотреть. Так что сейчас у тебя есть единственная возможность узнать правду обо мне, о моём прошлом. Больше её не будет, это я могу тебе обещать. Сейчас или никогда… Я достаточно проявляю инициативу? Тебе понятно, что мне небезразлично? – сбился на уточнения, опасаясь, что перегнул. – Э, да. – чуть растерянно кивнул человек. – Тогда присаживайся, Акари. Я заварю чай и мы начнём. – он послушно сел куда указали, на диван. Спустя несколько минут на журнальный столик встал поднос с чашками, чайником и сладостям. Да, подготовка – наше всё, это любой фокусник подтвердит. Особенно она нужна в подобные моменты, когда нельзя «передержать ожидание», это тоже из знаний оригинала. Весьма полезных, стоит признать. – Всё началось около года назад. Создатель посчитал, что ему необходимо перейти грань человеческих знаний, выйти на новый уровень и создать нечто, чего прежде мир не видывал… Говорил спокойно и неспешно, не вкладывая эмоций. Будто просто рассказывал сказку на ночь, а не свою собственную историю. По правде говоря, те события их и не вызывали. Памяти за те времена почти не осталось, какие-то клочки и обрывки, наверное, виноват взрыв, едва не погубивший создание вместе с создателем. Это потом будет куда сложнее справляться с переживаниями, сейчас – самая простая часть. – Своего появления на свет я не помню, только смутные образы и сухой машинный лог. – слова лились легко и просто. Акари всё ещё выглядел слегка недоумённым и сомневающимся, но не перебивал. Было ощущение, что хочет спросить зачем это всё, но не решается. Если бы спросил, ответ готов: что-то вроде «Что я делаю? Рассказываю о себе, ведь так поступают люди, когда хотят узнать друг друга получше?». Не самая приятная, но неотъемлемая часть. Нужно хотя бы намекнуть на свои возможности и прошлое. – В логе были записи о многих плохих делах, во что я не хотел бы тебя посвящать. – полувопросительно. Человек спешно кивает, видимо разглядев на лице подсказку, что те дела были действительно плохими. И решает не углубляться, поняв, что это был такой вопрос, нужны ли ему подробности. – Так вот, я того времени не помню совершенно и с теми делами себя не ассоциирую. Но тогда я творил действительно ужасные вещи... Я принял решение, что дам шанс. Тебе, нам. По крайней мере расскажу всё, а дальше ты сам уже решишь, нужно ли оно тебе, такое. – Я!.. – порывался что-то воскликнуть Акари, но сдержался и проглотив рвущиеся слова, договорил уже тише и куда спокойнее: – Я выслушаю. – Спасибо за твоё терпение. – на это человек снова вскинулся, но опять же смолчал и лишь вздохнул. Ждёт продолжения, чтобы уже потом заявить и так читающееся на его лбу: «Я не изменю своего мнения!». Что ж, посмотрим, так ли это будет на самом деле. – Да, я потерплю. – без нужды подтвердил он. И, понятное дело, это был ещё не конец: – Но вот ты говоришь, чтобы я определился, надо ли оно мне. А тебе? Тебе оно надо? – При чём тут я? Это ты здесь не понимаешь, во что ввязываешься. – вот уж нашёл что спросить! – Нет, ответь. – настаивал Акари. Причём выглядел так, будто это для него очень важно. Придётся отвечать. – Я… наверное, был бы не против. – Это звучит так, будто я тебе навязываюсь. – заметил человек с каким-то странным выражением лица. – Нет, это… – заставил себя умолкнуть и спустя пару секунд продолжил: – Ты нравишься мне, Акари. Ты хороший человек, приятный собеседник и верный друг. Я тосковал и сожалел, когда думал, что ты можешь больше не прийти. Мне хорошо с тобой, в твоём обществе. Но я не знаю, есть ли за всем этим что-то большее, то самое большое и светлое чувство, которое ты ищешь. А ещё я очень боюсь навредить тебе, сломать жизнь или ещё что-нибудь не менее важное. Боюсь, что эти отношения ведут в никуда, что когда ты узнаешь меня получше, то разочаруешься и уйдёшь. Когда убедишься, что мы друг другу не подходим. А это впустую потраченное время и возможно моральная травма… – Я никогда тебя не брошу! – горячо возразил Акари. Вот, значит, что он услышал из этой речи. Чего-то такого и следовало ожидать. – И этого я тоже боюсь. Что в итоге тебя будет держать твоё же слово и ещё, пожалуй, жалость. Что ты будешь оставаться рядом только по этой причине, мучая себя и меня… А ещё у меня был опыт неудачных отношений. – добавил неожиданно даже для себя. И почему-то не смог остановиться, продолжая говорить о том, о чём не собирался: – Тот парень видел во мне другого… в итоге нам пришлось разойтись. Я был никому не нужен, непрошенная забота, обуза, копия, о которой никто не просил… Расскажу как-нибудь, если захочешь. Сейчас же я хотел сказать лишь то, что ты – человек. Перед тобой открыт весь мир. А я – лишь плод незаконного и, вероятно, противоправного эксперимента. Лучше всего мне затеряться в какой-нибудь глуши. Я буду тянуть тебя на дно. Я не хочу, чтобы ты во всё это ввязался и считаю эти отношения заранее обречёнными, но… я принял решение позволить тебе попробовать. Если так уж сильно хочешь – то давай. Вперёд. – Сайто, ты!.. – человек сжимал кулаки и скрипел зубами с таким выражением лица, что и не определить, что испытывал. И что такого он услышал? Вроде бы не прозвучало ничего, на что стоило бы так реагировать… – Ты сейчас таким козлом и эгоистом меня выставил!.. – это что у него слёзы блеснули в уголках глаз?! Да в каком месте?! – Ты не хочешь, ты боишься, но согласен делать над собой такое усилие только ради моего эгоистичного желания, знаешь, как это называется?! – Я не это пытался до тебя донести. – спокойно возразил. – Ты!.. ты!.. – видно, что хотел наговорить гадостей, но старательно сдерживался, точно зная, что позже пожалеет об этом. – Как ты можешь так мало ценить своё мнение и желания? – Вот, ещё и это. Именно так я к себе и отношусь. Ты готов с этим смириться и принять? – нашёл ещё один довод. – Ну ты и!.. – кажется даже немного восхитился Акари. Выглядел так, будто в первый раз увидел. Или наконец разглядел. А ещё открыл рот, чтобы всё же сказать какое-то нелицеприятное определение. Но он так не хотел этого делать, значит, нужно помочь: – Я. – подтвердил. – Я принял решение и не отступлюсь от него. Расскажу тебе всё что знаю, всё что впоследствии могло бы отвернуть тебя от меня без преувеличений и преуменьшений. Расскажу, как есть. Так же всё что ты захочешь знать обо мне и моём прошлом. Посмотрим, как ты со всем этим справишься. И учти я замечу, если ты начнёшь врать по поводу своего отношения. И потом, после того как у меня больше не останется аргументов против, если ты будешь готов смириться со всем узнанным – мы попробуем. – Я не изменю своего решения! – ну вот, настрой сменился. «Ты не сможешь поколебать мою решимость» и всё такое прочее. На лице написано. Крупными буквами. – Это ты сейчас так думаешь. Посмотрим, что скажешь по итогу. И не бойся сказать «достаточно», если поймёшь, что не выдерживаешь. Твоё упорство, а может и упрямство достойно восхищения, но не нужно мне его показывать в таком месте, договорились, Акари? – Договорились. – буркнул эхом. Вот и всё, больше он не хочет ни ругаться, ни спорить. Теперь человек полон решимости доказать свою непоколебимость, что не изменит своей точки зрения. Это пройдёт со временем, к тому же ложь действительно заметна для такого мастера чтения по лицам, каким был оригинал. Одна из самых удобных способностей. – Но мне всё равно не нравится, что ты ни во что не ставишь своё мнение. – добавил и тут же просиял: – Раз ты ставишь мне условия, то и я могу, верно? – Это будет честно. – ответ без колебаний. Даже при том, что дальнейшее совсем несложно предсказать. – Тогда я хочу, чтобы ты говорил о своих чувствах! Что ты сам на самом деле думаешь о том, что рассказываешь… – задумался и сразу сдулся: – Это же получается, тебе опять на себя давить придётся. Что я на тебя давлю… – Нисколько. – «это твоё условие и я его принимаю» говорить не стал. Вместо этого: – Думаю, это будет мне полезно. Поможет разобраться в себе. Может, по окончании этих вот наших выяснений не только ты определишься, но и я… пойму что-то важное. Так что спасибо тебе за это условие… И выполняя его, сразу скажу, что и правда боюсь, вернее побаиваюсь. Но ещё больше боюсь не сделать, не попытаться, а после – жалеть. – Тогда ладно. – успокоено кивнул Акари, заметно расслабляясь. Такой уж человек, легко читать. По всей видимости, это вызвано не только согласием на условия, но и услышанным в последних словах. Что это не безразличие, а просто сомневающееся желание. – Так что, сразу тебе рассказывать или попозже? – стоит уточнить и глаза человека заново загораются любопытством. – Раньше ты мне такого выбора не давал. – осторожное уточнение. – А теперь даю. Итак, твой ответ? – Думаю, ещё немного можно. – и сдержал следующие рвущиеся слова. Явно хотел что-то спросить, но промолчал, показывая готовность играть по правилам. И не давить, конечно же, тоже. – Хотя, на сегодня, пожалуй, хватит. Мне нужно обдумать.