Человек Рядом со Мной

Акари таки принёс самых разных фруктов, причём даже несколько таких, о которых оригинал и не слышал. Разговаривать о стоимости всего этого немаленького набора смысла не было, вон как сияет человек. Явно считает подвигом и заговорить о таких низменных вещах, как стоимость всего этого, значило если не свести на нет все его старания, то уж точно испортить настроение. Чего не хотелось от слова «совсем». Поэтому лишь благодарность в словах и признательность во взгляде. Акари сияет ещё ярче, а поймать себя на мысли, что хочется ещё чем-нибудь порадовать так старающегося человека, оказывается самым настоящим откровением. Уже и раньше замечал за собой эту привязанность, но теперь она стала как-то глубже, что ли? Тем более стоит запомнить его поступок и в обязательно отблагодарить чем-то соразмерным. Ещё это его посещение оказалось сопряжено с переживаниями. Весьма определённого характера… человек беспокоился о пострадавшем плече. Потребовал показать и долго сокрушался, вздыхая о том, что образовавшийся в месте среза, а после и соединения плоти, шрам, больше всего похожий на тонкий сварочный шов, ещё не рассосался. Переоценил регенерацию этого тела. Чтобы отвлечь от переживаний, пришлось рассказывать о себе, точнее о собственном устройстве. И интересно, и думать о том, что не может изменить, перестанет. Начал о том, что человек и сам заметил: дыхании. Вопрос звучал так: «Если твоя кровь-лимфа похожа по свойствам на огуречный сок, то, может, и ещё что-то от растения есть?» – и требовал более подробных пояснений. Больше, чем: «Да, есть». Эту длинную историю стоило начать несколько издалека, чтобы в итоге получилось понятно. – Треть от человеческих лёгких? А что в случае физических нагрузок? – не дослушал Акари. Собственно, от него другого и не ждали. Торопливый, любопытный человек… И почему тянет улыбаться? – Даже интересно что ты имел в виду под нагрузками с таким многозначительным выражением лица... – раз такое хорошее настроение, то почему бы не пошутить? – Под нагрузками я имел ввиду любые нагрузки, Сайто. – взглядом и твёрдостью тона дал понять, что не настроен шутить. Какой он сегодня серьёзный. Неуместная весёлость не желала уходить, поэтому её просто спрятали поглубже, натянув очередную маску. Так похоже на оригинал… – Легкие, они больше для маскировки под человека. – стал отвечать по существу, большее не пытаясь шутить. – И дыхания, в неблагоприятных условиях. В остальном, и в случае нагрузок, я дышу кожей. Клетками кожи вбирается достаточно кислорода, чтобы обеспечивать остальное тело. Тут я похож на дерево: под солнцем получаю энергию и выделяю кислород, но при любом освещении, даже если стою на солнце, остаются участки кожи, которые находятся в тени. Например, под одеждой. И как то же самое дерево, да и любая другая зелень, в темноте я дышу. – Фотосинтез и дыхание, день и ночь. Знаю, в школе учился. – чуть недовольства за пояснение очевидного. Но лучше лишний раз пояснить, чем в итоге наткнуться на непонимание и объяснять ещё раз с самого начала. – Хорошо, что знаешь. Вот так я возмещаю недостаток в кислороде, когда он есть. Но это и было-то всего пару раз. Моё тело работает и устроено не так, как у людей и нужно ему намного меньше. – Было пару раз? Ты это контролируешь? – уцепился за оговорку человек. – Отчасти. Могу включать по желанию, хоть постоянно так ходить, но без воздуха в лёгких не поговоришь. А вот убрать по своей воле не могу, не тогда, когда на тело идёт нагрузка и «дыхания не хватает». – Понятно. Но ты и правда чудо. Техники, биологии, генетики... Эта твоя плоть, которая мало того, что точно знает, как и куда ей расти, где создавать уплотнения и прочее, так ещё и заменяет собой как кожу, так и мышцы, хрящи, связки... – о чём-то задумавшись, принялся перечислять Акари. – Более того, мгновенно заживает и требует сущий пустяк для поддержания жизнедеятельности... – Захватил совсем. – уже не получается сдержать улыбку. Совсем не такую, как предпочитал оригинал. – Ничего мгновенно не заживает. – Но всё равно быстро. Раз ты говоришь, что через пару дней уже будешь в порядке. И кровотечение прекращается за минуту! – нашёл, за что ещё похвалить человек. – Ни в чем из этого нет моей заслуги. – не собирался пускать в голос тоску, но она сама просочилась. – Все, чем ты восхищаешься, сделано другими. – Ох, Сайто, если бы ты только мог взглянуть на себя моими глазами, то понял бы причину моего восхищения тобой. – покачал головой с каким-то непонятным выражением. – Жаль, что я не могу описать этого словами. Просто поверь мне, ты... чудо. – Хорошо, верю. Я – чудо. – тут человек наконец рассмеялся. Цель достигнута… Отчасти понимал, о чём он говорит, но до конца не верил, что это, вот такое, можно испытывать к существу, представляющему собой сгусток псевдожизни на основе квазиплоти и десятка жёстких дисков или что там в голове у этого тела. Большую часть памяти составляют воспоминания оригинала, так можно ли назвать такое создание отдельной личностью? И что на самом деле привлекает Акари, оригинал или?.. – По-моему ты думаешь о чём-то очень грустном. – дотронулся до здорового плеча человек, отрывая от действительно невесёлых размышлений. После того, как ковырялся в суставе, посчитал, что у них уже достаточная степень близости для подобных прикосновений? Или так повлияло рассказанное вчера о «тепле»?. Вероятно, и то и другое вместе. Что ж, это и правда приятно. Вот только готовности делиться глубинными переживаниями как не было, так и нет, значит тему нужно менять. – Лучше расскажи, что ты такое мне принёс. – Акари понимает, по глазам видно, но не настаивает и выдаёт целую небольшую лекцию по каждому фрукту и полезных веществах в них содержащихся. Встречались и незнакомые названия… – Ты всё же взял два выходных. – даже немного стыдно, что так долго доходило. Конечно же, человек не мог запомнить столько всего и, кроме этого, достать совсем уж экзотических фруктов за один поход в магазин. Значит, начал готовиться ещё вчера вечером, сегодня утром отправившись на закупки. – Это того стоило. – каким-то образом угадал мысли. – Ты стоишь всего этого и гораздо большего, Сайто. – Как скажешь. – больше ответить и нечего. Опровергнуть – как-то неудобно, да и только нарваться на жаркий спор, ведь человек и правда так думает. А согласиться значит солгать. Лгать Акари не хотелось. Поэтому именно такой ответ. – Моё исследование показало, – зато теперь он мог смело говорить такие вещи. – Что в фруктах практически все те же витамины, микро и макроэлементы, что и в овощах, поэтому я взял самых обычных, а ещё тех, в которых есть что-то такое, чего в овощах вообще не бывает. Кстати, а ты знал, что помидор – это фрукт, а мята – овощ? – Тоже часть твоего исследования? – Можно и так сказать. Наткнулся на одну статейку… – усмехнулся Акари. Хорошо, что больше не переживает о плече. А говорить можно о чём угодно. До ночи ещё достаточно время. – Так вот, овощи и фрукты делятся не по типу «сладкое-не сладкое», а по типу того, что потребляет человек. Вот имбирь – овощ, потому что мы едим часть растения. По тому же принципу мята и картофель. А помидор – фрукт. Потому, что плод. В этом случае человек ест то, что растением и предназначено для поедания животными и распространения семян. Понятно? – Вполне. – действительно, доходчиво объяснил. – Так получается и кабачок с баклажаном – фрукты? – Верно, всё верно! – обрадовался человек. – А что в таком случае насчёт арбуза? Помнится, его причисляли к ягодам. Он, тоже, получается, фрукт? – Не совсем. Арбуз – это тыквина… Ладно, не буду тебя грузить подробностями, там с ягодами и этими тыквинами вообще всё сложно. Следующее, о чём хотелось знать человеку, так это о том, как быстро удастся понять, помогает ли тот или иной фрукт общему состоянию тела. Ответу: «несколько часов», он обрадовался и велел есть всё подряд с промежутком в эти самые несколько часов, чтобы точно определить, что помогло. Потом Акари о чём-то задумался и выдал смущённо-утешительное, мол, если во фруктах не найдётся нужного, то ещё есть орехи, тоже богатые разными полезными веществами. Потом – зелень, а за ней уже и мясо… Сопоставив с последними открытыми тайнами, он спохватился и уточнил, может ли это тело вообще переваривать животную пищу. Если это ограничение по особенностям системы пищеварения… Его заверили, что нет никаких ограничений. Просто мясо на порядок сложнее достать, а потом хранить. Поэтому всё правильно, экспериментировать с продуктами животного происхождения следует в последнюю очередь, да и то начинать с безобидного, вроде сыра и яиц. Потом пришлось рассказывать о пищеварении в целом и как так получается узнавать о полезности съеденного уже через несколько часов. Расстались довольные друг другом. Часть фруктов была перепробована ещё вечером, большая половина – утром. К сожалению, самые экзотичные оказались наименее полезными, а вот более-менее местные – пригодились. Так родился вывод, что создатель для своего творения пользовался скорее чем-то обычным, чем редким и уж точно не выискивал за баснословные суммы заокеанские фрукты. Больше всего пользы принесли апельсин и слива. По какому принципу это работает – неизвестно. Вместе их действие влияло примерно на четверть неприятностей в теле. Только «влияло», а не «исправило», потому как требовалось куда больше, чем попало внутрь. Но оказываемое влияние говорило о том, что эта часть вопроса решается таким образом, нужно просто увеличить количество данных фруктов. Что же до остального, оставшихся трёх четвертей, ответ на них ещё придётся поискать. Может, найдётся среди орехов. Людям проще, у них есть вкусовые предпочтения, им, бывает, чего-то хочется – это организм намекает о недостатке каких-то веществ. Но то у людей… Только стоит сказать Акари, что создатель не из тех, кто стал бы тратиться сверх необходимого. А значит, искать следует среди нижнего, максимум – среднего ценового сегмента. Хотя, он вполне может, как и в этот раз, притащить всё, что найдёт. Вообще всё. Просто на случай, если что-то можно чем-то заменить. Пусть дорого, но, если это даст требуемый эффект – не было сомнений, что человек на это пойдёт. Такой уж он, заботливый и самоотверженный… Вечером Акари пришёл снова. С пустыми руками. Он ждал результатов, чтобы следующим днём принести то, что работает. К счастью, его было чем порадовать. Результат не ахти какой, но уж точно больше нуля. Пообщавшись ещё немного об овощах и фруктах, разошлись. А к следующему вечеру удалось найти ещё один полезный фрукт – самое обычное яблоко. В принципе ожидаемо, суля по предпочтениям создателя. Снова сидя на диване в гостиной, Акари с удовольствием слушал об этой находке. Сегодня он принёс ещё по паре килограмм апельсинов и слив, похоже, вознамерившись закормить хозяина дома до отвала. Или, скорее, до полного улучшения самочувствия. И это радовало, рождало мягкое и как будто пушитое тепло внутри, на месте несуществующего сердца. К тому же, по расчётам этого количества хватит на полное покрытие существующих потребностей этого тела. Дослушав, человек сказал, что завтра ещё и орехов принесёт. После они задумались может ли быть что-то и в овощах. Не все же растёт на этом небольшом огородике… Так Акари загорелся идеей перетащить сюда содержимое склада продовольственного магазина, не меньше – такой уж у него был воодушевлённый вид. На всякий случай напомнив, что не стоит слишком сильно тратиться, в ответ получил только привычное: «Стоит!» и на этом всё. В таком случае подумать, чем бы отблагодарить становится всё более насущной задачей… От мыслей отвлёк человек, как-то очень уж задумчиво проговорив, что недостаток каких-то там веществ влияет на эмоциональность. Бездушной машиной не назвал и на том спасибо… но он хотел знать и пришлось ответить: – Оригинал был эмоционален. – И это повод делать всё прямо наоборот? – осторожно вопросил Акари. – Не хочу походить на него. – единственное уточнение, которое можно дать, не углубляясь. – Поэтому ты не улыбаешься? – уже чуть более спокойно. Раз не послали сразу, значит можно, да? Очевидно, так он и подумал. – Я улыбаюсь. – ответил на удивление человека. – Ты видел. Вот так. – улыбнулся так, как иногда позволял себе. – Я все же по большей части он, так что, если не управлять собой вылазит его... привычки и прочее. Он был очень улыбчивым, буквально все виды и оттенки перебрал. Мне осталось только это. – неожиданно для себя разговорился. – Тогда понимаю… наверное. – силился, но явно не мог осознать всю глубину проблемы человек. Конечно, ему не понять. Никому не понять. – Но, Сайто, даже к отрицанию нужно подходить с умом. Даже в твоём случае. Нельзя же делать абсолютно всё наоборот. Я вот, например, ни за что бы не догадался, что это такая улыбка… – за что и можно было поблагодарить оригинал, так это за его умение выражением лица показать всё, что думаешь. Вот и сейчас Акари столкнулся с этим замечательным навыком и сразу понял, что не стоит продолжать разговор. – Хорошо-хорошо, не буду. Это он сказал, а вот глаза твердили обратное. Будет, ещё как будет. Теперь ведь точно уверен, что его не пошлют с такими вопросами куда подальше. Да, не стоило задевать эту тему… но вот что-то толкало, заставляло вспоминать его, того, чью копию памяти и личности вложил в своё творение создатель. Так, странному существу, полурастению-полумашине досталась личность. Личность оригинала. – Сайто, ты опять думаешь о чём-то плохом? – принялся снова тормошить человек, будто и забыв, как на него смотрели немногим ранее. – Давай, плохие мысли прочь! Лучше расскажи мне что-то хорошее. – Что тебе рассказать? – Расскажи, как твоё плечо, а лучше – сразу покажи!.. Плечо выглядело уже совсем хорошо. Полупрозрачная корочка, прикрывающая место стыка плоти, этот шов уже полностью исчез. Корочка, исполнив свою роль, рассыпалась незаметной пылью и можно сказать исчезла. Осталась только ровная гладкая кожа. Акари сперва осторожно, а потом всё смелее, щупал обычного человеческого вида плечо и судя по взгляду, всё никак не мог поверить, что это происходит на самом деле. Всё гладил и гладил… его не останавливали. Было любопытно, когда же он сам остановится. Наконец человек спохватился и отдёрнул руки. Отвёл взгляд и даже немного покраснел. Ему ничего не сказали, спокойно надевая снятую на время осмотра рубашку. Ещё немного помолчав, Акари тихо попросил перестать вести себя как безэмоциональная машина. Если раздражает – сказать или даже ударить, если он совсем уж переходит грань и теряет рамки, как получилось сейчас. Только не молчать вот так, будто происходящее совершенно безразлично. Хотелось ответить, что ни разу не безразлично и тем более не раздражает, но что-то помешало. Понимание, какую заявку можно сделать таким заявлением. Мол, такие поглаживания приятны, я совсем не против, продолжай, можешь даже зайти дальше… не стоило этого делать. Слишком живы в памяти другие отношения, хоть их и следовало бы назвать недо-отношениями. Да, здесь, с этим человеком, всё по-другому и было бы иначе, но… не хотелось. Снова подпустить кого-то к себе и потом опять разочароваться. Удивительнее всего была, пожалуй, уверенность человека, что происходящее точно не безразлично. Это вытекало из его же слов. Почему-то это разозлило. Совсем немного, но эту небольшую злость не стали подавлять, а наоборот, достали наружу и показали во всей красе. – Я сам решу, что мне делать, как себя вести и насколько эмоциональным быть. Что чувствовать и что показывать. – не кричал, но ронял слова очень весомо, придавив взглядом. Оригинал тоже так умел, но почти никогда не пользовался, предпочитая другие методы. – Достаточно за меня решали. – а вот это вырвалось уже само. Видимо, не стоило позволять злости управлять собой. – И спасибо, что назвал машиной, а то я уже начал забывать, кто… точнее, что я такое. – получилось с горечью и обидой. Самыми настоящими. – Но ты и правда ведёшь себя так! – возмутился в ответ человек. – Как будто тебе всё равно, что с тобой делают!.. – Как хочу, так и веду. И ты меня не знаешь. Не знаешь, что я чувствую!.. – всё же сорвался на повышение голоса. Глубокий вздох и совершенно лишние такой машине эмоции загоняются поглубже и подальше. – Если что не нравится – выход там. – уже с прежним безразличием махнул рукой, указывая направление. До последнего надеялся, что человек скажет что-то ещё. Может, сделает, но нет. Он только издал звук, похожий одновременно на шипение и рык сквозь зубы, и убежал прочь. А чего ещё можно ожидать, когда тебе непрозрачно указали на дверь? Зато можно больше не изображать из себя неприступную каменную глыбу. Хорошо, что он не видит всей этой горечи с толикой страха, которые отразились на лице, стоило двери захлопнуться. Мысли заняли весь остаток вечера. И не хотелось думать об этом, а всё равно думалось. Об отношениях. Что у них нет никаких шансов. Что человек просто не представляет… в частности, отличий в их строении, особенностей этого тела… Что у них чисто физически ничего не получится. Исключительно платонические отношения. А у человеческого, такого сложного и такого прекрасного организма есть определённые потребности. Не только морально-духовного, но и сугубо физического плана. Нет, конечно, всегда можно что-то придумать, но… то ли это будет, о чём думает Акари? О чём он мечтает… Или пока ещё не думает? Неважно! Главное, что он человек, а человеку нужен другой человек, а не вот это вот непонятное существо с телом почти растения и разумом почти машины. Стоит ли пытаться, стоит ли игра свеч? Нет, не игра, нечто намного большее. Сам себе повторял, что нет, но от чего-то не мог перестать об этом думать. Предельно очевидно, к чему всё идёт. «За какую команду» играет Акари после тех поглаживаний стало яснее ясного… Есть ли смысл что-то начинать, если у этого «чего-то» нет будущего? А его нет, ведь они разные настолько, что несовпадений куда больше сходств, да что там, больших противоположностей и представить сложно. Мысли об отношениях всколыхнули прежде спокойный и прозрачный омут разума. Мысли сползали на другое и снова углублялись в несбыточное, точнее – несбывшееся. Тот парень… от их отношений с оригиналом ещё до их начала пострадало по крайней мере несколько человек. Было бы наглостью высшей меры считать себя единственным пострадавшим. О нет. И если их девушки – сами считавшие себя таковыми – изначально ни на что не могли рассчитывать ввиду того, что эти потенциальные парни предпочли им свой собственный пол, то вот ещё один юноша… Хаттори Хейджи. Оригинал, всего раз увидев того парня рядом с «детективом запада», на раз определил, что между ними. Вернее, со стороны Хаттори. Не нужно быть великим психологом, наоборот, требуется быть совершенно слепым, чтобы не видеть, как тот тянулся к этому парню. Как трепетал от любой похвалы или одобрительно кивка с его стороны, как заботился о нем, с каким жаром, даже страстью бросался в дело, если они решали его наперегонки. Как хватался за малейший повод оказаться ближе, побывать в тех же местах, что и он, в надежде столкнуться... Может, даже не отдавал себе отчёта, но оригинал прекрасно видел подоплёку и глубинное. Полезный талант… А ещё ему это не нравилось. Тогда ещё и сам не понимал почему… Но так обычно и получается, что чувства, направленные на себя, а порой и свои собственные, не замечают даже самые внимательные люди. А ведь можно было попытаться. Хаттори точно обрадовался бы. Можно было стать «его Кудо», идеальной версией без изъянов и недостатков этого парня. Хаттори ощущался как человек, способный любить даже такое странное существо. Он смог бы смириться со всем… Акари, впрочем, тоже, ощущался похожим образом, но ощущениям наполовину машины наполовину растения веры нет. Это не человеческое тело оригинала, можно и ошибиться. Оригинал достаточно знал об этом парне, чтобы изображать его для «детектива востока»… с полной достоверностью. Изображать идеально, чем обычно пренебрегал оригинал, точно зная, что его не сдадут... Даже шанса не представилось. Хаттори решено было не посвящать. Зачем? Да и… не хотелось такого исхода, если быть с собой до конца честным. Не хотелось снова быть чьей-то заменой. Дубликатом. Подделкой. Устал. Может, тогда стоило настоять и попробовать. Никогда уже этого не узнать, как и того, что из этого вышло бы. Хотелось быть собой… но каким именно «собой»? Оригиналом? Так не получится, как не старайся, а заменить живого человека подобным существом не выйдет, тем более при точном знании, что им не являешься. Да никто бы и не позволил. Хотелось… да и сейчас хочется, чтобы видели не кого-то другого, а это тело и поселённую в него личность, уже достаточно отличающуюся от оригинала, чтобы считать себя самостоятельной… Акари не видит кого-то другого, зная только это, нынешнее… И сколько не убеждай себя, что новые отношения с огромной вероятностью приведут только к новой боли, что-то по-прежнему мешало отбросить эту мысль, выбросить её из головы и перестать об этом думать. Раз так – значит, нужно действовать. Получить доказательства. Так и работает тот парень, он же детектив. Сначала смотрит на итог, потом ищет улики, делает догадки, строит теории, а когда находит им подтверждения – дело сделано. Вернее, раскрыто. Или закрыто? Без разницы. Главное – доказательства. Требуется найти доказательства того, что Акари сумеет смириться и принять в качестве даже не друга, а кого-то большего, столь странное существо. Или обнаружить доказательства обратного. Так или иначе, дело будет решено. А вместе с ним найден ответ на вопрос стоит ли всё это затевать. Теперь нужно просто предоставить человеку достаточно сведений о себе, чтобы тот увидел всю правду и определился. И уже по его отклику определиться самому. Либо же он передумает раньше. А может повезёт и он больше не будет поднимать эту тему?