Ma Meilleure Ennemie

      Выпускники были вынуждены на время позабыть обо всех своих личных проблемах, ради подготовки к экзаменам. Даже Кейтлин, несмотря на то, что не собиралась никуда поступать, пришлось погрузиться в учебу с головой. А уже после сдачи экзаменов осталось лишь дождаться результатов. Вайолет переживала за них больше всего, но благо ей удалось набрать нужное количество баллов и получить хороший результат для поступления в институт.       И когда самый трудный период был пережит, на горизонте ее встречала новая проблема, а именно выпускной. Для всех остальных это был праздник, лучший день, когда они могли оторваться по полной и сбросить груз после стольких лет учебы. Но из-за последних событий Вайолет уже не так радовалась этому дню.       Ей казалось, что это был последний день, когда она увидит Кейтлин. И то не факт, что она будет проводить это время с ней, а не с Мэдди. Сердце так колотилось от одной мысли об этом дне, что Вай боялась представить каким будет ее состояние в сам выпускной.       — Девчонки, пойдемте на кухню! Ужин готов, — осторожно постучав в дверь комнаты дочерей, произнесла Фелиция.       Ее немного удивил образовавшийся бардак из одежды на кровати, но больше всего удивило спокойствие Паудер, что даже не смотрела в сторону старшей сестры, а занималась своими делами.       — Что тут у вас творится? — спросила она с интересом. — Цветочек?        Вайолет в это время серьезно смотрела в свой шкаф, будто рассматривала картину с глубоким сюжетом.       — Готовишься к выпускному?       — Ага, — устало промычала ее дочь. — Вроде так будет неплохо смотрется. Надо только погладить пиджак.       Было видно, как Вайолет волновалась. Мать осторожно взяла ее за руки, согревая своим теплом ее ледяные кончики пальцев.       — Ты так выросла, — улыбнулась она и крепко обняла, нежно поглаживая спину. — Я тобой очень горжусь. Тебе не о чем больше волноваться.       — Я знаю, — прошептала Вай, краешком глаза заметив ехидный взгляд Паудер.       — А как же твоя Кирамман, по которой ты так убиваешься? — намеренно громко произнесла она.       — Паудер! Я же просила не рассказывать! Ты мелкий ядовитый слизняк!       Вайолет бросила на сестру маленькую подушку, а затем схватила крупную и побежала за ней. Комната была достаточно маленькой для бега, но сестрам каким-то образом удавалось устраивать бои без правил в таком помещении.       — Девочки-девочки, успокойтесь! — с улыбкой сказала Фелиция. — Хватит так носиться по комнате!       Вай немного успокоилась, а Паудер показала ей язык, спрятавшись за мамой.       — Ни по кому я не убиваюсь, — с ноткой обиды произнесла девушка. — Просто волнуюсь перед выпускным.       — А перед экзаменами ты так не волновалась, — шепотом добавила Паудер.       — Так, маленький слизняк, иди-ка ты погуляй. Нам с Вайолет нужно поговорить, — Фелиция открыла дверь, на что та надула губы, но все же послушала ее. — Неугомонная… Эй, ты в порядке, цветочек?       Вайолет обессилено легла на кровать. Вряд ли теперь ей удастся скрыть правду. Особенно от матери, что могла услышать порхание бабочек внутри дочери и почувствовать нарастающую любовь без всяких стукачеств младшей.       — Все дело в Кейтлин, я права? — Фелиция осторожно присела на край кровати, глядя на закрытое обеими ладонями краснющее лицо Вай.       — Я к ней не подходила, — промычала она. — Вернее, она ко мне подошла, а потом я… Ну, то есть…       Вай не могла найти ответа лучше. Все выглядело несуразно и нелепо, потому что она даже не планировала рассказывать о своих чувствах.       — Вы с ней общаетесь? — с интересом и теплой улыбкой спросила мать, создав комфортную атмосферу для дочери.       — Да… — шепотом ответила Вай, будто в этом было что-то плохое. — Но мы не встречаемся. У нее уже есть девушка. Просто зимой мы с ней так хорошо разговорились. У нас много общих интересов. Мы постоянно обменивались книгами, она угощала меня чаем и… Те кексики, которые я принесла на день рождения — это был подарок от нее, а не от учителя.       Она улыбнулась уголком губ, вспоминая теплые моменты уходящего учебного года.       — И я волнуюсь лишь о том, что… Вдруг я больше никогда ее не увижу? — улыбка сменилась на легкую печаль, а глаза сверкнули от наступающих слез. — Я знаю, что она встречается с Мэдди, но за это время я так с ней сблизилась, что не хочу ее отпускать. А больше всего не хочу причинять ей боль…       Фелиция слушала свою дочь, поглаживая ее костяшки пальцев на руках. Ее немного тревожил тот факт, что Кейтлин все еще продолжала играть важную роль в жизни Вайолет. Особенно напрягало данное обещание ее матери о расстоянии одного метра. Но чувства, которыми сейчас поделилась ее дочь, были искренними и настоящими. Их невозможно было искоренить даже при огромном желании.       — Я рада, что ты рассказала мне об этом, — мягко улыбнувшись произнесла она. — Тебе не нужно было это скрывать, ведь ты ничего плохого не сделала.       — Но они ссорятся из-за меня, — виновато добавила Вай. — Я слышала, что Мэдди злится на Кейтлин, потому что я много времени провожу с ней. Я не хочу портить их отношения. Не хочу портить жизнь Кейтлин снова…       — Послушай, цветочек, — она аккуратно положила свои руки на ее плечи, пытаясь успокоить. — Ты ни в чем не виновата. И никогда не была. Ты совершала ошибки, но потом ты всегда старалась их исправить. И сейчас я не вижу ничего плохого в том, что вы с ней подружились. Как и не вижу плохого в том, что ты испытываешь такие светлые чувства по отношению к ней.       Вайолет пыталась сдержаться, но одной слезинке все же удалось побежать по щеке.       — Знаешь, я думаю, тебе стоит признаться ей. Все равно это ваш последний день в школе, вам больше не придется встречаться по принуждению. Лучше пожалеть о том, что сделал, чем о том, чего не сделал, верно?       — Я не знаю, — Вайолет слегка покачала головой. — Мне кажется с моей стороны это покажется нагло. Она столько для меня сделала, а я…       — Значит нужно ей подарить что-нибудь, — с энтузиазмом добавила ее мать.       — Сомневаюсь, что она это оценит. Она же из богатой семьи. Знаешь какие подарки ей дарят?       — Почему ты думаешь, что она не оценит твоих стараний? Ты сказала, она подарила тебе кексы. Она ведь сама их приготовила, не так ли?       — Брось! — Вай отчаянно завыла, закинув голову назад. — Я не буду готовить! Ты же помнишь чем закончилась моя попытка с тем пирогом.       — Такое забудешь, — усмехнулась Фелиция. — Но не обязательно что-то готовить. Как насчет того, чтобы… — она огляделась по комнате и остановила свой взгляд на стол Паудер. — …Сделать для нее украшение? Точно! Паудер тебя научит. Смотри какую красоту она делает из декоративных камней.       — Эй! — воскликнула младшая сестра, тут же ворвавшись в комнату. — Они еще не готовы.       Было очевидно, что все это время Паудер стояла за дверью и подслушивала. Из-за нее Вай покраснела в два раза больше.       — Прости, мышонок, — ласково произнесла Фелиция и погладила ее по голове, а затем снова обратилась к старшей. — Ну? Подумай. Заодно проведешь время с сестрой.       — Можешь брать те, что под лазурит. Под изумруд я хочу оставить для Иши.       Паудер больше не дразнила ее, даже не возражала, что ей придется пожертвовать своими изделиями ради какой-то Кейтлин Кирамман. Это немного успокоило Вай, а когда она услышала про лазурит, то ее сердце приятно екнуло, вызвав задумчивый взгляд.       — Ну вот, я вижу по глазам как ты загорелась. Давайте сначала к столу, а потом будете заниматься, — Фелиция радостно хлопнула в ладоши и направилась на кухню.       — Хорошо, — ответили обе дочери.       — Хочешь для Кирамман оставлю тебе чип трекер? — добавила Паудер с ехидной улыбкой.       — Чего? Зачем это?       — Ну вдруг ты захочешь следить за ней. Интересно же.       Вай взглянула на ее рабочий стол и заметила не только красочные камни, бисеры и украшения из них, но и кое-что более интересное.       — Откуда у тебя эти чипы?       — Коротышка приволок, — невзначай ответила она. — А что ты хотела? У нас клуб безумных ученых, а не нудных читателей. Я набрала про запас. Я собираюсь сделать такой браслет для Иши, ей это нужнее всех.       Вай хотела было возразить, но не стала. Их двоюродная сестра родилась глухонемой, поэтому лишняя защита для нее никогда не помешает. Только идея слежки за Кейтлин ей совсем не понравилась, но она уже смогла придумать особенный браслет для своей подруги.              

|||

             Вот и настал тот самый волнительный день, который так ждали выпускники школы. Вай пыталась настроить себя на самое худшее, что могло бы произойти в этот день, чтобы потом не разочаровываться. Но она никак не могла унять свою дрожь в теле, не могла избавиться от пота на ладонях, несмотря на то, что мыла свои руки уже несколько раз. Только встреча с друзьями на празднике помогла ей немного успокоиться.       — Мне жаль это говорить, но… Больше мы с вами так не затусим… — Майло по-актерски шмыгнул носом.       — Да хватит уже драматизировать, — сказал Клаггор. — Вай как будто в космос улетает.       Вай иронично закатила глаза.       — Видимо, так и есть, — усмехнувшись добавила она, взяв бокал шампанского со стола.       — Ну, ты же будешь к нам приезжать, верно?       — Конечно. Два раза в год. Неужели вам будет скучно с моей сестрой? У вас даже клуб образовался, в который я явно не вписываюсь, — Вай сказала это с улыбкой и без обиды.       — Еще как вписываешься! Ты же читаешь научную фантастику, в нашем клубе ты стала бы… Мудрецом! Да, точно!       Улыбка Вай исказилась, глядя на воодушевленные глаза Майло. Было видно, что он не хотел расставаться с лучшей подругой, но скрывал это юмором и дурацкими мыслями. Конечно, расставание с близкими людьми это одно из самых нелегких испытаний для каждого человека. И Вай хорошо понимала своего друга, но все же была настроена решительно.       Приоткрыв рот она хотела что-то ответить, но ее взгляд сфокусировался на одной точке. Темный силуэт, окутанный в белоснежное облако, на котором лежали вьющиеся синие пряди, заставил сердце Вай громко стукнуть, оставив за собой осадок испуга. Она буквально замерла, когда увидела Кейтлин в таком волшебном образе: темно-сиреневое длинное платье в гармошку, пушистая белая шубка, прикрывающая ее плечи и верх спины, белые туфли на невысоком каблуке и блестящая сумочка, как очаровательное дополнение.       — Подойдешь к ней? — Майло сразу понял, в чем дело и прервал ее мысли.       Вай снова взглянула на нее, и только потом заметила с кем она пришла на выпускной. Это был на Джейс.       — Нет. Она сама придет, — уверенно ответила Вай, повернувшись к ней спиной, словно не хотела больше смотреть на нее.       — Боюсь, после школы она от тебя не отстанет. Всю жизнь будет приставать, — с кривой улыбкой добавил парень.       Она ничего не ответила, лишь задумчиво пожевала губу. Ее посетило какое-то странное двойственное чувство: с одной стороны она была рада ее увидеть, а с другой — страшно от неизвестности, что будет дальше. Голову начали посещать разные сценарии: от лучших к худшим, и порой самым нелогичным. Вай даже думала, что Кейтлин все это время будет со своими друзьями, а не с ней. И эта теория в голове звучала самой логичной из всех. Вай не сможет подойти к ней в присутствии Джейса только если Кейтлин сама этого не захочет. Поэтому его присутствие немного настораживало.       Когда Кейтлин зашла в актовый зал вместе с братом, несколько людей лишь мельком кинули ей привет с легкой улыбкой. Она была готова к такой сухой реакции от одноклассников, но эти улыбки вызывали у нее омерзение. Казалось, им всем просто хотелось усидеться на двух стульях. Они знали про ее отношения с Мэдди и тихо осуждали Кейтлин за ее спиной, натягивая эту притворную маску дружелюбности. Однако, среди всей этой фальшивой толпы лишь пронзительный взгляд Вайолет сиял искренностью, как лучик света в холодной темноте. Только она могла увидеть в ней Кейтлин, а не богатую обертку, и не субъектом для осуждений.       — Пойдешь к Мэдди? — невзначай спросил Джейс.       — Я ей буду только мешать. Ты иди к своим, а я пока попью шампанское.       Этот особенный взгляд Вай слишком выделялся среди серой массы выпускников, поэтому Джейс смог легко его заметить.       — Погоди. Бодлер тоже здесь? — он немного напрягся, но Кейтлин даже не обратила внимания на его тревогу.       — Мне не нравится как она смотрит на тебя, — добавил он, беря за руку свою сестру.       — Как?       — Как на жертву.       — Да брось ты! Она меня больше не тронет.       — Откуда ты знаешь? В прошлый раз она тебя тоже “не трогала”, и что с тобой стало?       Наставления старшего брата уже начали напрягать Кейтлин.       — Джейс, я сама решу, как поступать. Меня больше не нужно оберегать, ясно? Я взрослый человек. Поэтому иди и веселись со своими друзьями.       Ее слова прозвучали немного грубо, но Джейса это не оскорбило. Он понимал, что она хотела независимости, особенно сейчас в этот важный для нее день.       — Я просто волнуюсь за тебя, — честно признался он. — Обещай, что все будет хорошо.       Кейтлин смягчилась и кивнула с улыбкой в знак обещания. Однако Джейса не покидало чувство тревоги, поэтому он и себе обещал быть бдительным. Он отпустил ее, а сам ушел к своим старым друзьям по школе, которые организовывали праздник для выпускников.       Тем временем Кейтлин медленно обходила актовый зал, ностальгируя по прошлым годам, когда она выступала здесь, играя на скрипке. Она не торопилась, а словно намеренно тянула время, разглядывая окружающий вокруг антураж. По пути некоторые одаривали ее быстрыми комплиментами и все теми же улыбками. И вот наконец она дошла до того самого столика с фуршетом и шампанским.       — Привет, — первая поздоровалась она с легкой улыбкой.       — П-привет, — ответила Вай, теряя всю уверенность в себе за одну секунду. — Ты очень красавица. Ой, то есть красивая. Очень красивая.       — Спасибо, — скромно смеясь ответила она. — Ты тоже очень красиво выглядишь.       Вай покраснела то ли от стыда, то ли от смущения, но постаралась не зацикливаться на своих внутренних переживаниях. Они обе чувствовали нарастающее напряжение, из-за становилось крайне неловко.       — Будешь? — Вай предложила ей бокал шампанского.       — Да, спасибо, — та элегантно сделала небольшой глоток алкогольного напитка. — Даже не верится, что все закончилось.       — Ага, — Вай нервно усмехнулась. — Так быстро летит время.       Кейтлин взглянула на нее с ехидной улыбкой.       — Слышала, ты хорошо сдала экзамены. Поздравляю!       — Да… — протянула Вай. — Я, конечно, ожидала больше баллов, но надеюсь меня и с таким результатом возьмут.       — Точно возьмут, даже не сомневайся, — с хитрой улыбкой произнесла Кейтлин, сделав еще два глотка.       — Ну, а ты? — та вопросительно приподняла брови. — Что собираешься делать после школы?       Кейтлин задумчиво отвела взгляд, не ожидая такого вопроса.       — Я решила пойти по стопам матери. Буду заниматься живописью. И еще мы всей семьей переедем в Пилтовер в скором будущем.       — Ого, тоже в Пилтовер? — удивилась Вай и даже немного обрадовалась. — Значит, у нас теперь будет повод сходить в то кафе с лавовыми лампами.       Она усмехнулась, а Кейтлин выдавила из себя улыбку. Но Вай не заметила ее легкой грусти в глазах, так как повернулась в сторону исходящего из колонок звука. Музыка начала звучать едва слышно, постепенно набирая силу и заполняя зал живой энергией. Кейтлин словно искала способ отвлечься от неприятных мыслей, поэтому прикоснулась к руке Вай и с легкой улыбкой предложила:       — Давай потанцуем?       Вай почувствовала неловкость. Для нее это было очень неожиданно, но она не собиралась доверять страху. Теперь она доверяла только ей — своему ангелу, похожему на сладкий кексик с воздушным белым кремом и голубикой сверху.       Словно в замедленной съемке, Кейтлин легко и грациозно кружилась в танце, а ее платье в гармошку развевалось, будто играло свою собственную нежную мелодию. Поначалу Вай было неловко, она не знала, как двигаться и как начать нечто подобное танцу. Но глядя на Кейтлин, ей стало проще. Чуть покачивая плечами и пританцовывая в такт музыки, Вай встретилась глазами с веселой Кейтлин и улыбнулась ей.       Все остальные вокруг растворились в музыке, а Вайолет растворилась в мгновении, в котором Кейтлин свободно кружила в танце и была прекрасна, как никогда. И дело было далеко не в нарядном платье или мягкой шубке. Она смотрела на ее бездонные глаза, полные беззаботности и счастья, словно в них играли тысячи живых искорок. Это так откликалось в сердце Вайолет, что она сама не могла понять и объяснить это сильное чувство. И несмотря на осуждающие взгляды одноклассников в их сторону, для нее в этот момент существовала только она.       В какой-то момент Вай даже хотела взять ее за руку и убежать отсюда через всю эту серую лицемерную массу, но Кейтлин, словно услышала ее мысли, опередила ее.       — Пошли со мной.       Вай сначала не поняла, а затем невольно улыбнулась. Ей действительно хотелось убежать вместе с ней куда угодно, лишь бы не находиться в давящей толпе, что с подозрением смотрели на них обеих. Будто тихо ненавидели их.       Она последовала за ней. Пока все были поглощены музыкой и танцами, им удалось пройти через весь зал и выйти за дверь.       — Даже легче стало, — с улыбкой сказала Кейтлин, закрыв за собой дверь.       В коридоре действительно было легче дышать. Темное прохладное помещение позволило им ощутить немного свободы. Вокруг никого не было, кто мог бы им помешать.       — Пошли, — тут же сказала Кейтлин и снова взяла ее за руку.       — Куда мы идем?       Она ничего не ответила, продолжая тащить ее за собой в неизвестном направлении. Вскоре они остановились возле кабинета, а Кейтлин достала из своей маленькой сумочки ключи.       — Ты что, хочешь поучиться со мной напоследок? — усмехнувшись, спросила Вай.       — Может быть, — рассмеялась Кейтлин и отперла дверь. — Проходи.       Вай заглянула внутрь и взгляд тут же упал на первую парту возле окна. На столе стояла небольшая посудина с ягодами, два бокала, бутылка шампанского и аромасвечи для антуража. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, увидев все это.       — Вау... Это твоих рук дела?       Кейтлин неловко пожала плечами.       — Я договорилась с миссис Грейсон. Кабинет в нашем распоряжении до окончания мероприятия, — она прошла внутрь и налила в бокалы шампанское. — Я просто хотела отметить наш выпускной вдвоем.       Вай не смогла найти стоящего ответа, поэтому поблагодарила теплой улыбкой и приняла бокал. Отпив первый глоток, Кейтлин присела на стул.       — Где ты научилась так танцевать? — спросила она с ехидной улыбкой.       — Я просто следовала твоим движениям, — медленно произнесла Вайолет, присаживаясь напротив нее.       — Хм… Да ты мисс загадка!       В кабинете снова повисла тишина, но не такая напряженная, как была в актовом зале. Они спокойно пили шампанское без всякой спешки и боязни того, что кто-то на них “не так” смотрит.       — А почему ты решила провести это время со мной, а не с Мэдди? — Вай решилась наконец спросить главный вопрос, который ее мучал.       Кейтлин как-то меланхолично отвела взгляд, но вместе с тем в глазах была нотка разочарования.       — Знаешь, у нас уже давно отношения пошли под откос. Думаю, все движется к расставанию.       — Ты не грустишь?       — Нет, — протянула Кейтлин. — Совсем нет. Лучше быть одной, чем с тем, кто считает меня… стервой.       Вай немного удивилась от услышанного. Ей казалось, что Кейтлин просто пытается скрыть свои эмоции. На самом деле, ей это причинило колоссальную боль и возможно именно поэтому она захотела провести это время с Вай.       — Что ж, раз она считает тебя таковой, значит она совсем тебя не достойна, — ответила она, поджав губы.       Та легонько улыбнулась и протянула к ней бокал.       — Давай не будем о грустном. За наше будущее.       Они чокнулись и снова выпили. Вай почти все допила, но намеренно оставила немного содержимого, чтобы не перебарщивать. Хотя с алкоголем она чувствовала себя более уверенной.       — Итак. Значит живопись, да? — Вай решила продолжить эту тему.       — Ах да! — улыбнулась Кейтлин. — Буду учиться у матери.       — Тебе это нравится?       — Вроде, да? — с ноткой сомнения произнесла она. — Меня это успокаивает.       Вайолет приблизилась к ней лицом на пару сантиметров, немного смущаясь.       — Знаешь что? Я тебе не верю.       — Ты никогда мне не веришь, — Кейтлин засмеялась от того, насколько часто эта реплика произносилась между ними, и вместе с тем в ее груди что-то оттаяло. — Я просто не хочу никуда поступать. Все сразу будут знать, кто я такая. Дочь известной художницы и все будут общаться со мной именно из-за этого, а не потому что я… Просто я. Понимаешь?       Ее слова заставили Вай задуматься. Она снова вспомнила о тех мыслях, о которых размышляла все эти годы. Кейтлин никогда не была виновата в том, что родилась в богатой семье. Она не несла ответственности за стереотипы, которым следовало большинство людей, в том числе и Вайолет. Кейтлин хотела лишь простой школьной жизни, хотела друзей, но все они оказались лицемерами.       — А если я пойду по стопам матери, — она решила продолжить. — Может тогда я смогу чего-то добиться в жизни.       Вай чувствовала, что Кейтлин была в растерянности. Она не знала куда идти, не знала даже чего хочет в своей жизни. Такое состояние пугало Вай, но она на секунду попыталась представить себя в таком же положении. Когда ты пробуешь все, но ничего не откликается в душе.       — Мне кажется, ты вольна решать так, как захочешь, — ответила Вай. — Просто дай себе время подумать. Ничего плохого не случится, если ты решишь пойти в институт позже, верно? Или, если решишь, что рисование — это призвание всей твоей жизни. А может ты вообще не захочешь ни того, ни другого, а чего-то, о чем пока еще даже не задумываешься? Ты в любом случае справишься со всем. И не потому, что ты дочка Кассандры Кирамман. А просто потому что, ты — это ты.       Слова Вай звучали как мед для ушей, обволакивающий холодное сердце Кейтлин, заставляя его немного оттаять.       — Ну… Может, я просто хочу убежать от чего-то? От своих травм, например, — предположила Кейт, взглянув в окно.       — Даже если это так, ты не сможешь от них убежать. Травмы не исчезают. Ты просто учишься жить с ними, вот и все, — теперь Кейтлин посмотрела ей прямо в глаза и Вай смутилась. — Ну, я конечно не психолог. Я просто говорю, как сама это ощущаю.       Та закивала. По ее хитро бегающим глазам было видно, что она о чем-то долго размышляет. Вай даже показалось, что она специально хочет ее раскрутить на какой-то диалог, но делает это с опаской.       — И как же научиться с ними жить, когда они буквально мешают тебе это делать? — наконец спросила она.       — Я же сказала, я не психолог, — с усмешкой ответила Вай.       — Но я хочу послушать тебя.       Кейтлин легонько коснулась ее руки, словно боялась спугнуть. В комнате снова повисла романтичная тишина, а Вай в этой атмосфере наклонила голову в раздумьях над следующим ответом.       — Ну… Думаю в первую очередь стоит признать что ты чувствуешь. Признать, что тебе было больно и тяжело. Ну, а потом стоит обратиться за поддержкой. Семья, друзья, общаться с теми, с кем ты чувствуешь связь, где ты можешь чувствовать себя самой собой. Это правда помогает. И если ты чувствуешь спокойствие во время написания картин — значит тебе стоит пойти туда. Не зацикливайся на травмах, они лишь усугубят всю твою… Пустоту в душе.       Вай чувствовала, что внутри Кейтлин растет огромная дыра, с которой она не могла справиться. Эта пустота и вправду поглощала ее с каждым мгновением, ведь она продолжала смотреть на нее, как в жерло вулкана, который вот-вот должен был извергнуться.       — Мне… Сложно справляться с этим одной. С кем бы я не общалась, я не чувствую себя собой. И я боюсь что вся моя жизнь пройдет в таком же опустошении, — неожиданно для самой себя, глаза наполнились слезами. — Я хочу чтобы это все закончилось. Я хочу нормально жить как все, но я... Я даже сама не понимаю что со мной происходит.       Слезы покатились по щекам, но она быстро их вытерла.       — Прости, я просто…       — Кейтлин, все хорошо. Это нормально, что ты выпускаешь эмоции.       Кейтлин улыбнулась, но ее пугала собственная реакция на утешение Вайолет. Почему-то только рядом с ней она ощущала тепло именно внутри, а не снаружи. Ее взгляд так нежно успокаивал и каким-то образом появлялась уверенность в том, что она сможет ее защитить от всего на свете. Кейтлин тут же вспомнила слова Мэдди: “рано или поздно ты поймёшь, что она такая же как Хейдс”, однако чувство, испытываемое к Вай не исчезло. Частички ее души хотела довериться этому чувству, но она все еще опасалась.       — Знаешь, я... — Вайолет решила прервать долгую тишину. — Тоже иногда забываю, какая я на самом деле. Будто закапываю себя в этих книжках, пока не утоплюсь в них… Мне тяжело сравнивать твои переживания со своими, но... Я не могу с точной уверенностью сказать, что я двигаюсь дальше, — поток мыслей остановился и Вай подумала, что это самый лучший момент для того, чтобы подарить ей подарок. — Можно я возьму тебя за руку?       Не сразу, но Кейтлин одобрительно кивнула и наконец почувствовала тепло не только внутри, но и снаружи. Теплая ладонь Вай накрыла ее хрупкие пальцы до костяшек. Вай вдыхала воздух несколько раз, чтобы начать, но все никак не получалось.       — В общем, я хотела поблагодарить тебя за все, что ты для меня сделала, — она достала из кармана пиджака коробочку и открыла его слегка дрожащей рукой. — Это тебе. Не лазурит, но… Я сама его сделала.       Кейтлин уже на слове “это тебе” потеряла дар речи. Взгляд был прикован к очаровательному браслету из синих камней, что переливался от лунного света из окна. Между камушками были заметны некоторые неровности, а застежка была сделана из дешевого металла.       — Не нравится? — с грустью спросила Вай, долго дожидаясь ответа.       — Нет-нет, он бесподобен! — воскликнула Кейтлин, осторожно взяв его в руки. — Я даже не знаю что сказать. Ты сама его сделала для меня? Он мне так нравится.       — Я запомнила как ты смотрела на тот браслет в музее. И старалась сделать похожий. Можно?       Вай хотела надеть этот браслет на ее руку, и та одобрительно кивнула. Кейтлин даже предположить не могла, что однажды получит такой драгоценный подарок, сделанный вручную. Со стороны Вай это выглядело так мило, что Кейтлин никак не могла налюбоваться на свое новое украшение. Она ярко улыбнулась и хихикнула, вызвав такую же улыбку к Вай, однако потом резкая волна внутренней печали накатила на нее как цунами и из ее глаз вновь полились слезу.       — Ты чего? Не плачь! Я не хотела вызвать у тебя такую реакцию, — с легкой улыбкой произнесла Вайолет.       — Все нормально, просто… Мне просто так грустно что мы расстаемся.       — Нам не обязательно расставаться, ведь так? Ты же тоже приезжаешь в Пилтовер. Почему бы нам не продолжить общаться?       — Нет...       — Ты не хочешь?       — Хочу, конечно! — казалось Кейтлин находилась в эмоциональном кризисе. — Прости меня. Я так плохо о тебе думала…       — Эй, я понимаю, — нежно поглаживая ее руку, произнесла Вай. — Ты не должна извиняться. Как раз наоборот, это мне нужно извиниться перед тобой, ведь...       Она остановилась и мысленно поругала себя за то, что первым делом не извинилась за все слова, которые она когда-то сказала ей.       — Прости меня. Нет, ты не должна меня прощать. Но мне искренне жаль за то, что я изначально вела себя так плохо по отношению к тебе. Я не считаю тебя монстром. И то, что я сказала тебе тогда в библиотеке... Я просто не хотела подпускать тебя к себе. Я боялась, что из-за меня ты снова пострадаешь. Поэтому и говорила все эти ужасные слова.       Она сделала паузу, а Кейтлин смотрела на нее, как на любовь всей своей жизни, чувствуя, как ледяное сердце безостановочно таяло за считанные секунды.       — Но за этот год, мне было так с тобой хорошо. И возможно ты никогда не сможешь меня простить за тот случай. Но я клянусь, все эти годы я безумно хотела к тебе подойти. Хотела извиниться перед тобой, помочь тебе оправиться после этих уродок, что совершили с тобой этот зверский поступок. Я хотела обнять тебя, пообедать с тобой в столовой, когда ты сидела там в полном одиночестве и плакала пока к тебе не подошел Джейс. Я думала, что своим присутствием пугаю тебя, поэтому решила просто делать вид, будто тебя не существует, будто между нами ничего не произошло. Но я даже подумать не могла, как сильно ты нуждалась в моем присутствии. Я настолько хотела убежать от тебя, даже от самой себя, что мне приходилось врать друзьям. Да даже самой себе мне не хватило смелости признаться в том, что я…       Вай замолчала, будто только сейчас осознала эту мысль.       — Что я… Люблю тебя, — она неловко опустила глаза, жалея о последнем сказанном. — Прости меня, пожалуйста.       Кейтлин растаяла до конца, а затем застыла. Она не могла поверить услышанному. Казалось, что Вайолет было стыдно даже в признании в любви, но для Кейтлин это было самым важным из того, что она сказала. Вайолет высказала ей все до последнего из того, что у нее накопилось за все эти годы. Не поверить ей было просто невозможно. Теперь у Кейтлин не осталось никаких сомнений, она видела в ней такую искренность и честность, что Вай начала немного подрагивать от высказанного.        Вместе с этим, Кейтлин ощущала, как это теплое чувство внутри будто умоляло ответить ей тем же. И неожиданно для самой себя, ее лицо чуть притянулось к ней ближе, вызвав еще большее смущение у подруги. Но Кейтлин не обращала на это внимание, она целиком была взята под контроль своих собственных чувств.       Голова Вай кружилась от пьянящего запаха спелых ягод и аромасвечей, однако это не шло ни в какое сравнение со сладким запахом Кейтлин. Вайолет не могла это объяснить, но она слышала его каждый раз, когда находилась рядом с ней. Его невозможно было описать, ведь этот запах принадлежал только Кейтлин. И он казался ей таким родным, что на глазах выступали слезы.       Расстояние между их губами сокращалось с каждым мгновением. Вай наконец смогла услышать не только ее запах, но и ощутить вкус нежных губ, похожие на сладкую карамель. Она медленно прикрыла глаза, искренне считая все происходящее сном, ибо как иначе было объяснить это неземное чувство.       Этот поцелуй был таким нежным и воздушным, что им обеим хотелось раствориться в этом мгновении навсегда. Однако, несмотря на приятное тепло, которое протягивалось по всему телу, Кейтлин не могла полностью расслабиться. Прервав поцелуй, ее взгляд пристально наблюдал за движениями рук Вайолет, словно опасалась их больше всего на свете.       — Все хорошо? — осторожно спросила Вай.       Кейтлин не могла ответить ей. Не могла ответить себе на миллион вопросов, которые исходили из головы каждую секунду.       “Почему мне так хорошо с ней?”, “Почему я хочу, чтобы она коснулась меня?”, “Почему мне тепло внутри?”...       Мозг не мог успокоиться и продолжал искать причины для объяснения каждой мелочи. А сердце билось все сильнее, распространяя тепло до кончиков пальцев, которыми она коснулась руки Вайолет.       Та не решалась спросить что-то еще. Она понимала, что Кейтлин было непривычно и немного страшно, поэтому просто наблюдала за тем, как она нежно гладила ее руки.       Спустя пару секунд Кейтлин аккуратно взяла расслабленную руку Вай, мягко прижимая ее к своей щеке. Ее кожа казалось Вай особенно теплой и живой, словно она медленно раскрывает ей свою душу. Сердце Вай забилось громче, чувствуя собственное биение всей грудной клеткой. Это было не просто касание, в нем рождалось доверие и близость между ними через призму искренности.       Кейтлин снова потянулась к ней за поцелуем, все еще крепко держа ее за руки, словно боялась отпустить этот миг. На этот раз поцелуй стал другим: более глубоким и страстным. Вай чувствовала, как ее пульс участился, дыхание сбилось, а окружающее вокруг не просто размылось, но и плыло, словно они находились в глубинах океана.       — Кейтлин…       Это мгновение длилось бесконечно, но Вай начало немного напрягать нарастающее пламя между ними. Шепотом, едва касаясь губ Кейтлин, она нежно промолвила ее имя, боясь нарушить идиллию. Но Кейтлин не ответила. Медленно поднявшись со стула, она, тихонько постукивая каблуками, побежала к двери кабинета, закрыла ее на замок и бросила ключи на ближайшую парту. Вернувшись, она вновь крепко схватила Вай за руки и углубила поцелуй, словно уверяя, что это желание взаимно и сейчас ничто не может им помешать.       — Ты уверена? — снова спросила Вай с ноткой сомнения.       — Да, — без раздумий ответила Кейтлин, ведя ее за собой.       Она приземлилась на соседнюю парту, сжимая кисти рук Вай. Ею буквально овладевало неизвестное приятное чувство, которое велело ей не останавливаться. Но Кейтлин не могла предугадать свой следующий шаг. Она не понимала своих же действий и не знала как управлять собственным телом. Она боялась отпустить руки Вай и цеплялась за них, как за спасательный круг во время плавания в глубоком бассейне. Постепенно даже Вай начало напрягать это молчаливое сопротивление. Будто она все еще сомневалась.       Наконец Кейтлин остановилась, снова взглянув на ее ладони, а Вай, словно угадав страх в ее глазах, тихо произнесла:       — Все хорошо, я не сделаю тебе больно.       Кейтлин неровно закивала. Ее глаза смотрели то на нее, то на ее руки, медленно отпуская их от оков.       — Знаю, — прошептала она, наконец подарив ей свободу движений и действиям, однако снова вцепилась в них, как коршун и взглянула прямо в глаза с долей страха.        — Только, пожалуйста, не трогай спину.       Слова Кейтлин прозвучали так осторожно, будто боялась спугнуть ее этим. Но для Вай это было очень важно, чтобы укрепить давно утерянное доверие между ними, поэтому она вновь и вновь проговаривала про себя, что спина Кейтлин останется неприкосновенной иконой.        — Хорошо. Обещаю, я буду осторожна.       Вайолет ее успокоила, и Кейтлин мягко улыбнулась. Она положила свои ладони на сильные плечи Вай, доверившись ее действиям и погружаясь в этот трепетный миг. Рука Вай свободно могла прикоснуться к ее лицу, к ее шее, медленно одаривая свою нежность каждой клеточке ее кожи. Движения были настолько медленными, что у Кейтлин кружилась голова. Раньше любые прикосновения людей действовали на нее как ток, лишая воздуха и повышая страх перед неизвестностью. Но сейчас ее приятно удивляла реакция своего тела на прикосновения той, отношения с которой всю жизнь эмоционально колебались, как ржавые качели.       В голове все еще присутствовал страх о возможном касании самого уязвимого для нее места, но она уже установила ограничение. Переходить черту было категорически запрещено для Вай. Речь шла о самом дорогом, что она могла сейчас заслужить — это доверие Кейтлин.       Затем она прикоснулась губами к ее шее, по прежнему действуя так же осторожно и медленно. Кейтлин никогда раньше не могла даже представить о таком неземном чувстве. Иногда ей было боязно и в какой-то степени брезгливо от своих же касаний. Но почему-то только Вайолет смогла раскрыть в ней эту искру.       Кожа плавилась от прикосновений мягких губ, щеки горели, а внизу живота появилось приятное тягучее чувство. Буквально за одно мгновение Вай осмелилась облизнуть ее шею языком и создать короткую мокрую дорожку. Кейтлин даже не успела осознать, что произошло, но из ее уст уже вырвался тихий стон. Шейная кожа не была готова к такому повороту событий, поэтому начала легонько пульсировать, как от ожога. Но через пару секунд, Кейтлин расплылась в улыбке от лаского и в то же время страстного действия Вай. Она улыбнулась ей в ответ, а Кейтлин хихикнула на ее реакцию.       Вайолет продолжала трогать ее ключицу кончиками пальцев, осторожно кладя всю ладонь на ее грудь. Несмотря на толстую ткань платья, Кейтлин могла почувствовать ее энергетику всем телом, исходящую из теплой руки. Она полностью доверилась ей и своим чувствам, позабыв обо всем, что было, что есть и что будет.       Взглянув на настенные часы, что так громко тикали в кабинете, она безразлично фыркнула, словно они были живыми. Но ей было плевать на то, что кто-то смотрит и осуждает их за искренность своих чувств.              “— Мы сделаем вид, будто мы в ссоре. Ты придешь на вечеринку с Джейсом. Пока он будет занят с друзьями, ты пойдешь к ней. Пообщайся, будь мила с ней и ни в коем случае не вымещай свои эмоции. Когда начнется музыка, все будут заняты танцами, а ты в это время приведешь ее в кабинет. Вы снова пообщаетесь, а потом, когда на часах будет восемь, начни кричать, будто она начала домогаться. Я приду туда вместе с Джейсом.       — Но вдруг она не согласится идти со мной в кабинет? — с тревогой спросила Кейтлин.       — Все получится, не беспокойся, — Мэдди аккуратно взяла ее за руки. — Она будет делать все, что ты скажешь. Ей ведь нужно попасть в Пилтовер, верно?”              На глазах выступили слезы от воспоминаний, но Кейтлин заставила их отступить, моргнув несколько раз. Раньше она боялась, что план Мэдди не сработает, а теперь мысленно молилась, чтобы время остановилось. Оно медленно, но верно приближалось к восьми часам, но даже так, Кейтлин верила, что ничего плохого не случится в этом кабинете. После признания Вайолет в любви, после этих чувственных касаний она даже думать не могла ни о какой мести.       — Можно? — тихо спросила Вай, приподнимая брови.       Кейтлин не сразу поняла, что она хочет сделать. Но по ее страстному взгляду она догадалась, что хочет спуститься ниже. В голове все еще присутствовал легкий страх, однако спустя пару секунд она все же кивнула, долго глядя на Вай прямо в зрачки. Зрительный контакт длился неимоверно долго, словно они читали мысли друг друга. Вай говорила “я не причиню тебе боли, буду осторожной и нежной с твоим телом, чтобы тебе было хорошо”, а Кейтлин отвечала “я знаю, что ты не желаешь мне зла, я боюсь, но мне так приятно, как ты касаешься меня, медленно покрывая мое тело поцелуями и хочу, чтобы ты продолжала не спеша”.       Вай могла почувствовать колотящееся сердце Кейтлин кончиками пальцев, даже когда спускалась вниз по животу. Она задерживалась на секунду через каждый сантиметр ее тела, спускаясь все ниже и ниже. Кейтлин не опускала взгляд с ее рук, боясь потерять их из виду. Следом Вайолет снова взглянула ей в глаза, а руками нырнула под платье пытаясь найти тонкую кружевную ткань на ее бедрах, а затем медленно стянула ее. Кейтлин ощущала каждое ее движение всем телом, а от нарастающего удовольствия ей хотелось прикрыть свои веки и расслабиться. Она аккуратно приземлилась спиной на прямоугольный стол, слегка раздвинув ноги. Ее белая шубка смягчила поверхность жесткой парты, поэтому ей казалось, будто плывет в облаках. Вайолет в свою очередь приподняла ее длинное платье и опустила ненужные теперь складки ткани на ее живот. Поцеловав внутреннюю часть ее бедер, она заставила ее ноги раздвинуться еще шире. Теперь для Вайолет открылся доступ к самому сокровенному месту, отчего ее сердце было готово выпрыгнуть от счастья.       Сердце колотилось от нарастающего возбуждения. Кейтлин слегка выгнула спину, чтобы поскорее получить то самое наслаждение, о котором слышала из разных источников. Но Вайолет не торопилась. Она медленно осыпала ее интимную зону легкими поцелуями, рисуя круг, а затем губами прикоснулась к самой чувствительной точке, отчего Кейтлин неожиданно вздрогнула и охнула на высокой ноте. Вай решила больше не мучить ее приятными ожиданиями, поэтому следом использовала свой язык. О таком наслаждении Кейтлин даже мечтать не могла. Ей всегда казалось, что после того инцидента подобная роскошь для нее стала невозможной, ведь всю жизнь боялась прикосновений. Но она даже подумать не могла, что именно Вайолет была способна пробудить в ней такие чувства, и никакая другая.       Поначалу Вай действовала медленно, слушая ее тихие протяжные стоны. Для нее эта была услада для ушей, поэтому она хотела растянуть этот момент на как можно дольше. Ускорив темп, участилось и дыхание Кейтлин. Она вцепилась в ее волосы обеими руками и начала еще больше извиваться под ней. Чем чаще она дышала, тем сильнее ощущала приятное тепло, которое исходило из точки наслаждения. Вскоре, все ее тело окутало это вибрирующее тепло, из-за чего ей трудно было сдержать громкий стон. Она накрыла одной рукой свой рот, а другой все еще поглаживала мягкие волосы Вайолет.       Кейтлин долго не могла отдышаться и прийти в себя после получения долгожданного оргазма, о котором постоянно слышала. Ей было тяжело исследовать его самостоятельно, ведь собственные касания иногда приводили ее в ужас. А сейчас ощутив его на себе, она поняла, что все эти описания были полнейшей ерундой, ведь на самом деле, это было намного лучше. Это было то самое чувство, которое невозможно описать простыми словами.       — Ты прямо как настоящий кексик, — прошептала Вай, нависнув над ней.       — Потому что у меня такое платье? — хихикнула Кейтлин, продолжая тяжело дышать.       — Нет, потому что ты такая же сладкая.       Они улыбнулись друг другу, а Кейтлин смущенно отвела взгляд. Вай поцеловала ее в пылающую щеку и хотела расцеловать все ее тело с ног до головы.       — Не повезло тем, кто будет сидеть на этой парте, — смеясь добавила Кейтлин, будто возвращая ее в реальность, где это произошло не на мягких облаках, а в кабинете.       — А мне кажется наоборот повезло, — она усмехнулась. — На ней ведь лежала самая лучшая девушка этой школы.       Кейтлин улыбнулась и потерлась кончиком носом об ее щеку. Ничто не могло испортить эту идиллию, даже тикающие часы, вот-вот достигнув цифры восемь. Вай взяла ее за руку и притянула к себе, заставив ее встать с жесткой парты. И всего одно ее неосторожное движение заставило Кейтлин молниеносно среагировать и оттолкнуть ее от себя.       — Что такое? Ты в порядке?... — Вай не успела договорить, как тут же поняла в чем дело. — Кейтлин, прости, я не нарочно. Клянусь!       Она случайно нарушила самое важное ограничение, которое установила для нее Кейтлин. Всего одно прикосновение к самому уязвимому месту оборвало полное доверие, которое так тяжело было заслужить. Сложно сказать, кому было страшнее в этот момент, но Вайолет была уверена, что она ее простит за такую глупую ошибку.       — Не подходи ко мне! — крикнула в ответ Кейтлин, обрывая в ответ всякие надежды.       Дыхание начало учащаться, глаза стали бегать в разные стороны. Вайолет знала, что подходить к ней и пытаться успокоить — не лучшая идея. Но неосознанно, по инерции тело двигалось без приказа мозга.       — Стой! Уйди от меня! — кричала Кейтлин сквозь слезы.       Вай была напугана не меньше, ведь сама не понимала что творит. Она остановилась на месте, но Кейтлин уже добежала до двери, которую изо всех сил пыталась открыть. Но она была закрыта, а ключ лежал на соседней парте.       Вайолет чувствовала безысходность, а Кейтлин беспомощность. Из-за резкой панической атаки ей начала мерещиться Хейдс вместо Вай, отчего страх усиливался с каждым мгновением, окатив ее тяжелой ледяной водой.       — Помогите! Помогите мне! — она кричала в замочную скважину и дверь тут же открылась.       — Кейтлин? Ты в порядке? — взяв ее за руку, тут же спросил Джейс.       Знакомые образы помогли ей немного успокоиться.       — Вот она! Я же говорила, что это Бодлер ее украла, — указывая на нее пальцем, произнесла Мэдди.       Джейс понял все без объяснений. Он взглянул на заплаканную сестру, что билась в истерике, на парту с бутылкой шампанского, на валяющиеся на полу нижнее белье, а затем на недоумевающие глаза Вайолет Бодлер. Картина сложилась и у нее, ведь ситуация была похожа на сцену из кинофильма.       — Постой-постой. Я знаю как все это выглядит, но… Ты неправильно понял.       Он не стал слушать. Направившись к ней всего через пару яростных шагов, ее лицо встретило его острый кулак. Она даже не успела сообразить, что произошло. Однако Джейс и не давал ей время на обдумывания. Вайолет приходилось терпеть удар за ударами, не имея никакой возможности на объяснение.       — Какая же ты мразь! Тебе сказали не приближаться к ней! — проговорил он яростно.       Ситуация выходила из под контроля, но Кейтлин буквально застыла, все еще пребывая в ужасе. Она слышала все звуки ударов, понимала где-то на подкорке, что избивают именно Вай, но ничего не могла сделать даже со своим собственным телом.       — Тебе повезло, что ты смогла окончить школу. Но дальнейшая твоя судьба незавидна. Кассандра узнает об этом и лишит тебя всего, на что ты рассчитывала, — напоследок схватив ее за волосы, произнес Джейс.       — Это не так… Я не… — пытаясь отдышаться, произнесла Вай. — Кейтлин, скажи им…       — Как ты смеешь с ней разговаривать? — недовольно произнесла Мэдди, отводя Кейтлин в сторону.       Но Вай это не остановило. Она лежала на полу возле двери, а затем попыталась встать.       — Не подходи к ней!       Едва стоя на ногах, она одной рукой придерживалась стенки и тяжело дышала. Кейтлин была повернута к ней передом, но ее взгляд был прикован к полу. Она все еще не могла осознать и принять тот факт, что предала Вай и несмотря на свои чувства, на все теплые разговоры, она продолжила действовать по плану мести.       — Кейтлин, скажи, что это неправда. Я ведь… Не хотела тебе навредить.       Она говорила с такой надеждой, что к Кейтлин подступил ком к горлу. Ей казалось, что ее тоже предали, но не касанием запретного места, а собственные желания и страх. Она не могла произнести и звука, она просто заморозилась и осталась наедине со своими внутренними демонами.       — То есть… Ты это подстроила? — с ноткой обиды произнесла Вай, все еще не теряя надежды.       Глядя на все происходящее, Джейс немного задумался. Он был удивлен поведением сестры, которая ни на что больше не реагировала. На секунду он пожалел о своих действиях, ведь до конца не мог во всем разобраться.       — Тебе еще наглости хватает ее обвинять в чем-то? Бессовестная. Хватит ее мучить. Ты достаточно покалечила ей жизнь, — но Мэдди была настроена категорически.       Вай не хотела напрягать свой слух, чтобы слышать эту рыжую бестию, она хотела дождаться ответа от Кейтлин, но та практически не дышала. Кейтлин хотела испариться в воздухе, задушить себя за содеянное. Ее всю трясло от страха, от ситуации, что ее затошнило.       — Скажи, что это не так. Кейтлин, ты же не собиралась мне… Отомстить? — все еще нежно спросила она.       Ответа до сих пор не последовало. Вай разочарованно опустила голову, осознав, что просто напросто, как глупый зайчик попалась в капкан.       — Ну молчи дальше, тогда. Я молчать не буду — ты конченная тварь! Я не хочу тебя больше видеть. Я тебя ненавижу, — Вай не смогла выдержать свои эмоции и сплюнула слюну на ее туфли.       Слегка прихрамывая, она вышла из кабинета и собиралась раз и навсегда покинуть эту школу.       — Все хорошо, она ушла, — нежно произнесла Мэдди, будто Кейтлин это успокоило.       Они осторожно посадили ее на ближайший стул, чтобы она немного пришла в себя.       — Держи. Попей воды, — Джейс присел напротив нее. — Как ты себя чувствуешь?       Кейтлин кивнула без улыбки.       — Что ты имел ввиду, когда сказал, что ей запретили приближаться ко мне? — вдруг спросила она с таким потерянным взглядом, что Джейс слегка побледнел.              Вернувшись домой, Кейтлин больше не была чем-то напугана. Ее словно подменили, ведь в глазах разрастался огонь зла и обиды на весь мир. Она шла впереди всех и никакие слова не могли заставить ее отступить и подумать.       — О, вы уже вернулись! Так скоро, я думала вы допоздна будете праздновать. — их тут же встретила Кассандра с улыбкой, но взгляд Кейтлин и остальных ее немного напугал. — Что с лицами? Вы в порядке?       Дочь решительно сделала несколько шагов к ней вперед.       — Ты приказала Вайолет не приближаться ко мне?!       — Что? — она взглянула на Джейса. — Я не понимаю, о чем ты…?       — Не прикидывайся. Я все знаю. Вайолет никогда не желала мне ничего плохого. Но ты! Нет… — Кейтлин повернулась ко остальным. — Вы все настраивали меня против нее! Зачем?! Зачем нужно было лезть в наши с ней отношения?       — Кейтлин, успокойся, пожалуйста, — произнесла Мэдди.       — Нет, Мэдди, я не успокоюсь. Ты больше всех настраивала меня против нее. Придумала какой-то план, чтобы наказать ее за случившееся со мной, и в чем смысл?! Я потеряла ее!       — Мэдди? Что произошло, какой еще план? — наконец включилась Кассандра.       — Я думала, ей это поможет. Вы же сами сказали мне оберегать ее любой ценой.       От услышанного Кейтлин еще больше оказалась в замешательстве. Она снова взглянула на свою мать уже со стеклянными глазами.       — Что? Так все это время ты…       Кассандра отчаянно вздохнула, избегая с ней зрительного контакта.       — Я обещала семье Мэдди обеспечить хорошую жизнь в Пилтовере, взамен на то, чтобы она была рядом с тобой. Чтобы она заботилась о тебе и оберегала от бед. И чтобы с тобой больше не происходило подобного снова, — она говорила прерывисто. — Я была уверена, что Бодлер тебя будет пугать, поэтому сказала Мэдди обратить на нее внимание, но ни о каком плане я не знала!       Земля ушла из под ног Кейтлин, но она не падала в отчаяние. Ее взгляд опустошился, а тело стало таким тяжелым, что ей хотелось просто лечь в кровать и провалиться в самый долгий сон из всех возможных.       — Кейтлин страдает из-за своей травмы, которую причинила ей Бодлер. Я решила, что она заслуживала наказания, и нам это удалось сделать. Но, видимо, Кейтлин все еще несчастна, — Мэдди повернулась к Кейтлин. — На твоем месте я бы радовалась. Она получила по заслугам.       — Нолан! — строго воскликнула Кассандра. — Хватит. Я сейчас же звоню твоим родителям. Можешь собирать вещи обратно домой.       — Что?! Что я сделала? Вы же сами сказали, что мне делать — я это и сделала! Подождите, вы не можете так поступить! Мы только хорошо зажили с родителями, я не выживу в Ноксусе, у меня нет там будущего!       Кейтлин больше не слышала, о чем они разговаривали. Ей было больно от предательства тех, кого считала своей семьей. Мэдди оказалась той самой, что общалась с ней из-за выгоды. Джейс знал обо всем, но держал все в секрете от сестры и делал вид, что все в порядке, хоть и чувствовал вину за все содеянное. Ну, а родная мать была главным источником нахлынувшей беды. Сердце разрывалось на части от осознания одной мысли, что крутилась в голове все эти годы. Она потратила так много лет, обдумывая ее с разных сторон, но правда всплыла только сейчас — Вайолет действительно была самой искренней и настоящей в ее жизни.       — Кейтлин, я… — оставшись наедине, Джейс хотел что-то сказать, но она молча направилась в свою комнату.       Он понимал, какую боль сейчас испытывала его сестра. Ему самому было тяжело от осознания того, что причинил вред невинному человеку, даже не дав ей возможности объясниться. Сложно было винить во всем Мэдди, или тем более Кассандру, которая всего лишь хотела уберечь родную дочь от потенциальной угрозы. Но добиться прощания от Кейтлин, казалось, стало невозможным. Ее боль впилась так глубоко, словно невидимая заноза, разрастаясь с каждым днем все больше и больше.       Вайолет тоже была настолько погружена в свою боль, что не хотела портить этот день больше никому. Она не стала возвращаться ни к друзьям, ни домой к родным, пускай и знала, что вместе с ними ей будет легче. А одиночество в тихих улицах Зауна лишь усилили ее тоску. Ей казалось, что она больше никогда не сможет стать такой же счастливой, как пару часов назад, когда смотрела на своего прекрасного ангела, похожего на мягкий кексик, кружащегося в танце. Но иногда даже ангелы могут предать и уйти, оставив за собой лишь собственный аромат, который дарил воспоминания из теплого детства.