Мой гениальный злодей

Доктор Дамьен Вейл ненавидел две вещи: вопищую некомпетентность и дурацкие названия. Его текущий проект, «Генезис-7», как раз совмещал в себе оба раздражителя. Он стоял перед прозрачным биореактором, где в питательном растворе медленно пульсировала флуоресцентная сеть искусственных капилляров. Замена конечностей, выращенных из собственных стволовых клеток пациента, — вот что было его целью. Не уродливые титановые палки, а живая, настоящая плоть. Мысль была прекрасной. А вот название — отвратительным. Идиотизм окружающего мира был фоном его жизни, привычным, как гул серверов. Но сегодня фон решил стать оглушительным ревом. Сирены взрезали тишину базы, расположенной где-то в скалах Гренландии. Замигал красный свет. Вейл вздохнул с таким выражением, будто его оторвали от чтения увлекательной книги, чтобы вымыть пол. Он не спеша отодвинул от реактора панель с голографическими графиками. — Ну вот, — пробормотал он. — Опять эти назойливые насекомые из «Щита». Он был сыт по горло. Агент Лекс Картер пулей влетел в дверь лабораторного комплекса, его ботинки уверенно ступали по белому полимерному полу. Сердце бешено колотилось не от страха, а от предвкушения. Наконец-то. Его первый самостоятельный вылет против самой большой угрозы мировому порядку. В наушниках трещал голос наставника: «Картер, цель — доктор Дамьен Вейл. Приоритет — нейтрализация его текущего проекта «Генезис-7». Помни, он опасен и непредсказуем». «Опасен», — с внутренним жаром повторил про себя Лекс. Он видел досье. Незаконные исследования, игнорирование международных конвенций и самый опасный злодей. Человек-угроза, который считал себя выше законов. Сегодня он положит этому конец. С размаху вышибив дверь в основную лабораторию, Лекс замер в эффектной позе, сжимая в руках тактический бластер. — Доктор Вейл! Все кончено! — прокричал он, его голос прозвучал чуть громче, чем он планировал. Первое, что почувствовал Вейл, — это не гнев, а глубокая досада. Он обернулся, его взгляд скользнул по молодому лицу, напряженной позе, дурацкому оружию. Мальчишка. Еще один выпестованный «Щитом» робот. — «Все кончено»? — Вейл поднял бровь. Его голос был ровным и холодным, как лед за окном. — Это вы взяли из учебника для юных шпионов, раздел «Клише»? Поздравляю, усвоили блестяще. Лекс смутился на секунду, но тут же встряхнулся. — Сложите оружие и сдайтесь! — Мое оружие, — Вейл указал на пробирки и голографические интерфейсы, — это знания. А их, прошу заметить, не так-то просто «сложить». А теперь, если вам не трудно, заткнитесь. Вы вносите вибрации. А они вредны для клеточных культур. Вейл повернулся спиной, словно агента и не существовало, и подошел к своему биореактору. Но Лекс уже действовал. Он рванулся вперед, решив обезвредить «угрозу» физически. Его нога зацепила стойку с дорогостоящими реактивами. Стекло зазвенело, по полу разлилась жидкость цвета ультрамарина. И тут Вейл замер. Медленно, очень медленно он обернулся. И в его глазах, прежде полных лишь раздражения, вспыхнул настоящий, леденящий гнев. — Вы… — он произнес это слово тихо, но в тишине лаборатории оно прозвучало громче любого крика. — Вы… неуклюжий, бестолковый щенок. Он повернул ладонь, где лежал миниатюрный контроллер, и нажал кнопку. С потолка со свистом выстрелил тонкий трос с магнитным браслетом на конце. Лекс, полагавшийся на скорость, не успел среагировать. Браслет с глухим щелчком замкнулся вокруг его запястья, а затем, с мощным гулом, магнитный сердечник активировался, притянув руку Лекса и приковав ее к ближайшей металлической балке с такой силой, что кости затрещали. Второй браслет обездвижил другую руку. Парень повис, как марионетка, в нескольких шагах от ученого, беспомощно дергаясь в тисках невидимой силы. — Какого черты ты творишь?! — Лекс попытался вырваться, но браслеты не поддавались. — Я? — Вейл подошел вплотную. Он был выше, и его взгляд сверху внил заставлял Лекса почувствовать себя школьником. — Я пытался совершить прорыв в регенеративной медицине. А вы… вы уничтожили три месяца кропотливого труда. Из-за вашего глупого геройства кто-то еще год будет ждать свою новую руку. Он говорил как профессор — раздраженно и презрительно — с двоечником, который сжег учебник. — Не верьте ему, Лекс, — зашипел в наушниках голос. — Это манипуляция! Но сомнение, крошечное и ядовитое, уже упало в душу Лекса. Он смотрел на разлитую жидкость, на лицо Вейла, искаженное не злобой, а искренним, почти человеческим огорчением. Вейл, тем временем, уже отступил, снова глядя на своего «пленника» с холодным любопытством. — Магнитные браслеты, — пояснил он с легкой усмешкой. — У меня, знаете ли, ограниченный бюджет на уборку после визитов «Щита». Вейл не стал слушать ответ. Он прошел по лаборатории, собирая в алюминиевый кейс уцелевшие жесткие диски, образцы клеточных культур и чертежи. Действовал он методично, без суеты. Собрав все, что можно было спасти, он накинул плащ и направился к аварийному выходу, скрытому за панелью. На пороге он обернулся, бросив последний взгляд на прикованного Лекса и разгромленную лабораторию. — Передайте своим кураторам, — сказал он ледяным тоном, — что в следующий раз, когда они решат прервать мою работу, я потребую с них компенсацию. А сейчас мне придется начинать все сначала. В месте, куда не сунет свой любопытный нос назойливый щенок. Панель за ним бесшумно закрылась. В лаборатории воцарилась тишина, нарушаемая лишь шипением разлитых реагентов и тяжелым дыханием Лекса Картера, который впервые за всю свою жизнь почувствовал себя не героем, а сбитым с толку вандалом.