Вэй Ина усыновил Хэ Сюань

Пока гора Тунлу не открылась и новый непревзойдённый не должен был вот-вот выйти, старые бедствия этим не слишком интересовались. Хэ Сюань после смерти сына почти всё время проводил на небесах, всё своё время посвящая планированию мести и Ши Цинсюаню, хотя этого он, конечно же, никогда бы не признал. В то же время Хуа Чену тоже нелегко далась ранняя смерть племянника, а потому демон с ещё большей силой ударился в поиски Се Ляня, и пусть несколько раз появлялась некоторая информация о нём, но каждый раз слишком поздно, и поиски оказывались безрезультатными. В тот день впервые за несколько месяцев Хэ Сюань сидел в своём доме. Здесь было пусто и непривычно, демон старался здесь бывать как можно реже, так как это место вызывало исключительно грустные мысли о смерти Хэ Ина. Общение двух демонов стало очень редким, теперь ему чего-то не хватало, а перейти к старым отношениям должника и того, кто давал долг, уже не казалось возможным. Хэ Сюань был уверен, что усыновление ребёнка было самым глупым решением в его жизни: демоны не способны на счастливую семейную жизнь, они созданы для того, чтобы творить зло, а не созидать, и вскоре Хэ Сюань был уверен, что наконец выполнит своё предназначение и больше не позволит человеческим чувствам взять верх над местью. Именно тогда в его дом ворвался Хуа Чен, объявив, что гора Тунлу выпустила нового непревзойдённого, а потому им нужно было спешить. Хэ Сюань был слишком занят своими делами и не особо разделял спешку собрата-демона: теперь он большую часть времени жил на небесах и не слишком-то хотел ещё раз разбираться с новым непревзойдённым, но Хуа Чен был слишком упрямым, а Хэ Сюань не имел достаточно сил, чтобы сопротивляться, а потому они направились через сокращение тысячи ли к Тунлу. Пробираясь через окрестности горы, они пытались найти нового непревзойдённого, когда услышали музыку, которую играли на флейте. Данная мелодия отбросила Хэ Сюаня обратно в те времена, когда сын был жив. Демон вспомнил день рождения мальчика, когда тому исполнялось десять лет, когда он подарил ему ту самую флейту, с которой он никогда не расставался. В тот день мальчик не слишком обрадовался, но вскоре Хэ Ин настолько её полюбил, что потом целыми днями упражнялся в игре и музыкальном совершенствовании. Наверное, эта флейта — это всё, что осталось с сыном, когда он погиб. Сейчас же Хэ Сюань жалел, что вообще когда-то её купил, что разрешил Хэ Ину изучать демоническое совершенствование. С этими мыслями Хэ Сюань приближался к источнику звука. Но когда демон наконец увидел, кто играл, то не поверил своим глазам: это был парень в порванных чёрно-красных одеждах, а в его руках был Чэньцин — любимая флейта его сына. — А-Ин? — дрожащим голосом спросил демон. Когда парень поднял голову, то стало ясно, что это его сын, ставший непревзойдённым демоном, но, несмотря ни на что, он всё ещё жил. Хэ Сюань понял, что из глаз текут слёзы, но ему было всё равно, как он выглядит. Не выдержав, демон упал на колени рядом с сидящим сыном и крепко обнял. Хэ Сюань плакал впервые за огромное количество лет и не мог остановиться, он не был уверен, сколько они так просидели. Наконец, оправившись от слёз, мужчины встали, Хуа Чен стоял рядом, радостно улыбаясь. — Пошли, зайдём в ближайшую гостиницу, приведёшь себя в порядок. Между ними было слишком много недосказанности, но начать разговор так никто и не решился. Хэ Ин был слишком уставшим после Тунлу, Хэ Сюань вымотался эмоционально, а Хуа Чен пытался хоть как-то разрядить обстановку. Добравшись до небольшого городка, Хуа Чен купил лучшие одежды для Хэ Ина, так выражая свою радость за племянника: ему было легче проявить свою любовь с помощью денег. После этого они зашли в гостиницу, где парень наконец смог привести себя в порядок. Когда Хэ Ин вышел после ванны, Хэ Сюаню стало грустно: его сын сильно похудел, что указывало на то, что перед смертью тот страдал от голода. Это довольно сильно ударило по Черноводу, ведь ему казалось это одной из самых страшных вещей, которые могли случиться с его ребёнком, но он оказался ужасным отцом и не смог уберечь Хэ Ина от подобной участи. Но самое страшное — лицо сына больше не выражало той радости и позитива, которые невозможно было искоренить. Теперь его сын был похож на демона, а демонами не становятся от хорошей жизни. — Не хотите перекусить? Я угощаю, — предложил Хуа Чен. — Баба, я так устал, пошли домой, — сказал Хэ Ин, после чего они распрощались и отправились на остров Чёрных вод. Шли они снова в тишине: раньше такого не происходило. Даже если Хэ Сюань уставал от разговора и хотел помолчать, Хэ Ин довольно быстро не выдерживал и продолжал болтать. В этом мужчина тоже винил себя, но пусть его сын уже вырос и даже стал непревзойдённым демоном, он всё ещё оставался его ребёнком, и Хэ Сюань решил, что сделает всё, чтобы на этот раз стать более хорошим отцом, ведь и взрослым всё ещё нужны родители. Когда Хэ Ин ушёл отдыхать в свою комнату, Хэ Сюань решил приготовить его любимый острый суп. Демон больше не готовил по этому рецепту и не открывал полку со специями, но теперь всё возвращалось на круги своя, будто бы не прошло этих лет. По крайней мере теперь у них была вечность, и больше никакая смерть не могла отнять у него сына. Может быть, демоны всё же способны на счастливую семейную жизнь.