Вэй Ина усыновил Хэ Сюань

Хэ Ин прекрасно понимал, что уже никогда не будет как раньше: он уже никогда не станет тем человеком, которым был до выхода в мир людей, которым был до своей смерти. Он отомстил, он прошёл через Медную печь, он стал непревзойдённым, но если в детстве добиться такого статуса казалось чем-то крутым, о чём он мечтал, несмотря на предостережения отца и дяди, то теперь он осознал, что тяжёлый путь к нему закрывает все плюсы, хотя, может, через пару столетий воспоминания сотрутся и он сможет насладиться своей жизнью, но пока такая перспектива казалась очень далёкой и нереалистичной. Баба старался его не тревожить, они шли по острову до особняка. На территории особо ничего не изменилось, в доме тоже, а его комната выглядела так, будто бы парень только вчера оттуда вышел: вещи лежали на тех же местах, на которых лежали, когда Хэ Ин здесь был в последний раз. Стол был завален записями о его изобретениях и начатыми талисманами, научными текстами, в аквариуме плавали те же рыбки, на стенах висели нарисованные им рисунки — один из них: он ещё ребёнок в объятиях бабы и дяди. Было видно, что здесь убирали, но при этом его вещи не перекладывали. Из его глаз потекли слёзы: он слишком хорошо понимал, что от того мальчика, который вышел из этой комнаты, в нём почти ничего не осталось, но при этом ему очень хотелось, чтобы всего этого не случилось, чтобы он сюда пришёл, как раньше, каждый вечер после очередного дня. Потом его взгляд натолкнулся на портрет Лань Ванцзи — как оказалось, тот был единственным человеком, поддержавшим его и поплатившимся за это своим здоровьем, единственная любовь Хэ Ина, с которым они больше никогда не встретятся из-за того, что он сам всё испортил, как и жизнь всех, кого любил. Сын двух непревзойдённых, решивший влезть в жизнь смертных и принёсший только смерть и страдания. В отличие от тех, кого он защищал, ему всегда было куда идти: даже сейчас на выходе из горы Тунлу его встречали дядя и баба. Вместо того чтобы обустраивать новую жизнь, как делали все остальные демоны, он просто пришёл в свою старую комнату. Он был просто богатеньким идиотом, поверившим в то, что он всесильный. Лань Ванцзи ради него пошёл против семьи, потерял своё здоровье, вот только Хэ Ин был уверен, что был недостоин такого поступка, ведь сам он так ничем и не пожертвовал ради спасения людей, даже умереть спокойно не смог, получив через смерть бессмертие и высокий статус. Он поверил, что все Вэнь — жестокие люди, а остальные просто несчастные жертвы, вот только оказалось, что среди всех кланов были как настоящие сволочи, так и те, кого можно было считать настоящими праведниками. Большинство же были просто обычными идиотами, сами из себя ничего не представлявшими, просто частью стада, которые шли туда, куда их вели, не задумываясь, а к власти плохой человек мог прийти в любом клане и повести этих людей за собой. Полежав на своей кровати, парень вышел из комнаты. Он понимал, что должен поговорить со своим бабой, как бы это ни было тяжело: он его подвёл. Только увидев его рыдающим после выхода из Тунлу, Хэ Ин понял, насколько жестоко поступил со своей семьёй. Насколько он был важен для них. Почему-то парень думал, что для них его смерть не будет чем-то уж слишком тяжёлым — как-никак бессмертные пережили очень много смертей своих близких, и век смертных очень короткий, и всё равно они бы его довольно быстро потеряли, даже если бы он прожил длинную жизнь. Но, как оказалось, это всё было просто юношеской глупостью и очень глупым оправданием для того, чтобы не думать слишком много о том, что он бросил того, кто нашёл его на улице и стал его отцом. Пожалуй, Хэ Сюань и правда стал прекрасным родителем, вот только Хэ Ин этого не ценил, пока не понял, как большинство родителей относятся к своим детям. На столе стоял его любимый суп с огромным количеством перца — он так давно не ел, ведь теперь он демон, а мёртвым еда не нужна. Попробовав суп, он снова расплакался, ещё сильнее осознавая, насколько у него хороший баба, отчего стыд начал только усиливаться. — Баба, пожалуйста, прости меня, я ужасный сын, я не подумал о вас, когда полез на верную смерть. — После этого отец притянул его к себе и крепко обнял. В объятиях отца на короткий миг он снова почувствовал себя в безопасности. — Давай больше никогда об этом не говорить, теперь ты снова с нами, и это главное, — сказал баба, и, наверное, для него эта ситуация всё ещё была открытой раной и, возможно, навсегда такой и останется. В тот момент Хэ Ин вспомнил, что впервые баба на него накричал, когда мальчик сказал, что хочет стать непревзойдённым, как его родитель, а сейчас он и правда таким стал. — Расскажи, почему ты решил меня усыновить? Ты никогда не был похож на того, кто будет помогать каждому нуждающемуся, — решил переменить разговор Хэ Ин и задать тот вопрос, который интересовал его уже не один год. — Я и сам не уверен, почему я так поступил, может, сама судьба послала мне тебя. До этого всё своё посмертие я просто существовал ради своей цели, а когда ты появился, наконец начал жить. — Он никогда не думал, что настолько много значит для своего бабы, как и не ожидал такой откровенности: видимо, его смерть изменила их обоих. — Ты не против, если я здесь ещё какое-то время поживу, чтобы восстановиться и отдохнуть после Тунлу? — Ты мой сын, и этот дом такой же твой, как и мой. Ты здесь можешь оставаться хоть на всю вечность, — сказал он довольно грустно, видимо, отца обидел подобный вопрос. — Если я умру, это всё останется тебе. — Я уже вырос и буду думать про собственный дом, но в любом случае мне очень приятно это слышать, — сказал Хэ Ин, ещё крепче обнимая своего бабу, — и к тому же ты бессмертный, с чего вдруг тебе умереть. — На что ответа не последовало, что очень насторожило парня: он понял, что отец ему чего-то не договаривает, и это что-то довольно серьёзное, ведь бессмертные так просто не умирают.