Эксперимент с судьбой

Сакура никогда не считала себя ни смелой, ни сильной. Да, она была умной. Но разве можно было сравнивать её с Шикамару? Тот был рождён гением, и ему не нужно было часами просиживать в библиотеке, как делала она, чтобы выучить все правила и устои. Или взять Ино, ей ничего не стоило завязать знакомство. Она легко располагала к себе людей и пользовалась этим с удивительным мастерством, которое самой Сакуре казалось крайнее сложно. Что там говорить, она до сих пор не понимала, как сумела подружиться хотя бы с Иной. Она не обладала выдающейся физической силой, как Киба, не могла стать крепким бойцом в тайдзюцу, подобно Саске или даже Наруто. Как бы ни старалась, её тело всегда оставалось хрупким, а результаты едва выше среднего. Сакура не принадлежала ни к одному из известных кланов. В отличие от своих сверстников, за её спиной не было уникальных техник или мощного наследия. Она родилась в семье гражданских. Её отец был торговец чаем, а мать домохозяйка, когда-то работавшая моделью с небольшим доходом. Сакура никогда не мечтала стать шиноби. Её желания были просты и безопасны: вырасти, продолжить дело отца, обустроить уютный дом, читать хорошие книги, возможно, однажды выйти замуж, родить детей и состариться в покое. Но у неё не было выбора. В этом мире те, кто хоть немного владел чакрой, обязаны были идти в академию и учиться убивать. Другого пути не существовало, так было заведено во всём мире. Она хорошо помнила, как в два года родители впервые сказали ей, что она будет ниндзя. Тогда она была до слёз счастлива: кто бы ни был, ведь ниндзя были сильными, красивыми героями, которыми все восхищались… Пока однажды ей не приснился сон. в котором она сражалась с такими же, как сама, и погибла, чувствуя каждую боль, отчаяние… И только тогда она поняла, что ниндзя не герои, а оружие смерти, и её ждёт та же судьба. И что всё её будущее, о котором она мечтала исчезло. Родители же радовались: для них это была огромная честь, гордость, что их дочь станет куноити, будет служить деревне и защищать её. Возможно, они даже надеялись, что если она и погибнет, то героически, сражаясь за Волю Огня. Но Сакура видела всё иначе. Она не хотела становиться героем, не мечтала о сражениях, не представляла свою жизнь в вечной опасности. Наоборот, перед лицом этого жестокого мира она чувствовала себя слабой, трусливой, неготовой к битвам, в которых погибают даже дети. Но выбора не было. Либо становись сильнее, либо умри. И в глубине души Сакура отчаянно хотела просто… жить. Выживать, это всё, что у неё получалось. Она не имела тайных техник или уникальных способностей, которыми владели клановые дети. Единственное её достоинство, это умение читать и запоминать. Этого было мало, ничтожно мало, чтобы чувствовать себя значимой. Даже с лучшими оценками в классе, даже когда её хвалили учителя, она всегда понимала, что она ниже клановых, ниже дурачка Наруто. В этом мире, если ты не принадлежишь к клану, ты всего лишь пушечное мясо. И всё же ей повезло, её выбрали в команду №7. С нею были Саске Учиха, последних представителей своего клана, и Наруто Узумаки, глупый мальчишка, но всё же последний в своем роду. Сакура понимала, что деревня будет их беречь… Так что радовалась, что не умрёт на первых миссиях. Но всё изменилось в первую же серьёзную миссию. По документам она должна была быть ранга C, а на деле превратилась в кошмар уровня A. Они оказались на волоске от смерти, совсем неподготовленные к такой опасности. Их наставник, Какаши-сенсей, вступил в бой с самим Забузой Момочи, одним из легендарных семи мечников Тумана. Пока Саске и Наруто из последних сил сражались с его учеником. Сакуре же поручили самое простое задание, охранять старого мастера-строителя моста. — Сакура, вниз!!! Громкий крик неожиданно вырвал её из растерянности. Не раздумывая, она упала на землю, и в тот же миг там, где она только что стояла, с оглушающим ревом взорвался огромный сюрикен. Все внутри неё сжалось. Кто-то грубо схватил Сакуру за ворот и рывком поднял, она едва смогла сохранить равновесие. В ушах стоял звон, сердце глухо билось где-то в горле, пальцы дрожали, а по спине стекала холодная струйка пота. Страх стальной хваткой сжимал грудь так, что было трудно дышать. — Помоги, Саске! — раздался голос Какаши-сенсея, сквозь шум боя. Он продолжает изо всех сил стискивать натиск ниндзя Тумана, яростно складывая печати и вызывая огромного водного дракона за спиной. Сакуру подхватили и швырнули вверх в сторону Саске, чтобы отвести с линии огня. На долю секунды всё вокруг застыло, она отчётливо чувствовала, как дико колотится сердце. Едва она коснулась земли, как увидела, что прямо на неё с бешеной скоростью мчится Хаку. В руке у него сверкал кунай. В памяти вспыхнули обрывки: родные лица, книжная пыль, мечта о тихой жизни… вот и всё. Всё внутри оборвалось и замерло. Сакура отчётливо осознала, что не успеет ни увернуться, ни парировать удар. Время для неё замедлилось. И в каждой её клетке тела кричал отчаянный страх. Нет! Она не хочет умирать! Она должна бороться… Она хочет жить… Она должна жить, пожалуйста А потом, оглушающая боль. Тело вмиг стало чужим, всё сузилось до чёрного, стягивающего тумана. Нет… пожалуйста… слишком рано…

***

POV Первая

Начало воспоминаниям…

Несколько лет назад

Темнота окутывала меня плотной мглой, погружая в бездну, в которой не было света, только неподвижное, мертвая тишина. Но несмотря на это, мне не было страшно. Напротив, я ощущала странное тепло, приятную мягкость. Я не знаю, как так получилось, но я была не одна. Внутри нас всегда были другие я, фрагменты моей личности, разбросанные по пространству. Я не знала точно, как это произошло, но фрагменты моей личности были разделены. Они не понимали, что существуют. Я же знала, что я существую. Иногда я могла видеть картинки, вспышки, кусочки жизни, из которых складывалась одна из моих частей, которую я называла «внешней». Она была особенной, та, кто могла управлять телом, в котором мы застряли. Время от времени я слышала её голос, ощущала её прикосновения, ведь я могла её чувствовать. Не только я одна слышала её. Но только я понимала её шепот, её мысли. Остальные фрагменты были слепы относительно этого взаимодействия, их мир был ограничен своей тьмой. А, я знала, что существую, потому что слышала голос. И этот голос был моим единственным связующим звеном с реальностью. Но сейчас происходит, что то странное. Появился шум, словно кто-то шевелится в глубине бездны, и я стала чувствовать их, эти фрагменты, которых когда-то не замечала и игнорировала. Теперь я могла слышать их голоса, ощущать их эмоции. Они кричат, что не хотят умирать. Что хотят жить. Я слышу их крики, стоны, мольбы о спасении. И я начинаю ощущать, как начинаю растворяться этой темноте. Мне страшно. Темнота, что как да то была теплой, стала холодной и неприятной, она начала стирает меня. Но я не хочу исчезать. Я хочу жить… Внезапно в темноте зажегся яркий свет. Он прорезал мрак, как тысяча свечей, зажжённые в ночи. Этот свет был теплым, мощным, и он манил меня к себе. И в этот миг я поняла, я должна пойти навстречу этому свету. Не оставаться в тени. И я соприкоснулась к свету, меня охватило невероятное ощущение боли, как будто тысячи острых игл вонзились в каждую клетку моего сознания. Но одновременно с этим я почувствовала, как меня наполняют волны энергии, поток, который проникает в меня с такой скоростью, что кажется, вся вселенная движется вокруг меня.

Конец воспоминаниям…

***

Её первое смутное ощущение было, что она лежит на чём-то твёрдом и жестким. В её закрытые веки ворвались яркие и ослепительные вспышки. Яркий свет бил прямо в глаза, вызывая странное мерцание и головную боль. Сакура с огромным трудом открыла глаза. Перед ней расплылся размытый образ. Первое, что она увидела это старый потолок, покрытый сетью глубоких трещин и узких царапин. Перед глазами всё вокруг дрожало и плыло. И пока она старалась собраться с мыслями и вспомнить хоть что-нибудь, рядом раздался звонкий голос: — Очнулась! — Она проснулась! — в голосе явственно слышалось облегчение. Сакура едва уловила движение, что кто-то поспешно покинул комнату. Его тяжёлые и торопливые шаги звучали всё дальше и дальше. Где она находится? Этот вопрос не отпускал её на на мгновение. Ей, казалось, что это место было чужим... Сакура водила глазами по деревянным балкам, следя за сетью трещин. Всё плыло и раскачивалось под гулким эхом боли в голове. Попытавшись подняться, она застонала, резкая вспышка боли пронзила виски, и с её губ сорвался тихий писк. С трудом Сакура оперлась дрожащими руками о постель, голову упрямо мотало из стороны в сторону, а мир перед глазами рассыпался на пятна. Кто она? Этот вопрос застрял в сознании, оставив за собой тревогу. И резко, в голову пронзило одно-единственное имя... Сакура. Да… Она Сакура.... Она осмотрелась вокруг. Комната была старой, почти пустой, кроме облупленной тумбочки в углу, внутри не было ничего. Сакура застыла взглядом на одеяле, она судорожно пыталась понять, как здесь оказалась и что с ней случилось. Со стороны двери вдруг раздался приглушённый голос: — Проснулась. Мальчики волновались за тебя… Сакура вздрогнула и, резко повернув голову на звук, не смогла сдержать короткого стона, боль пронзила виски и сделала мир ещё более зыбким. Перед ней стоял незнакомец, мужчина с серебристо-серыми волосами, его лицо почти полностью скрывала чёрная маска, а единственный открытый глаз изучающие следил за каждым её движением. Удивление смешалось с тревогой. Как он оказался в комнате? Сакура была уверена, что дверь не открывалась, она никого не заметила. Неужели он был здесь всё это время, и только сейчас решил заговорить? С этими мыслями и внутренним напряжением, она всё же решилась спросить: — Кто вы?.. Мужчина медленно шагнул вперед, выражение его глаз стало жестче, и он, опустившись на одно колено, оказался почти на уровне её взгляда. Сакура напряглась, стараясь не выдать смятения и страха. Руки у нее по-прежнему дрожали, перед глазами плавала пелена, но она сжала край одеяла покрепче, готовая к возможной опасности. — Где я? — спросила она, настороженно следя за каждым его движением и взглядом. В сером глазу мужчины вспыхнула тень тревоги, он теперь разглядывал Сакуру с осторожностью. Сакура считала секунды, оценивая. Если он нападёт, сколько потребуется ей времени, чтобы сорваться с места, насколько надежна дверь, где ближайшее окно… Она ощущала страх, но делала всё, чтобы не выдать его ни дрожанием голоса, ни выражением лица. Девушка не знала, почему не должна показывать страх, но интуитивно чувствовала, что так для неё безопаснее. Поток её мыслей прервал ещё один звонкий голос, от которого Сакура невольно вздрогнула: — Сакура-чан! Она недовольно сморщилась: этот крик был слишком резким для её задуманного разума. Девушка медленно перевела взгляд через плечо мужчины, продолжая следить за ним боковым зрением. В проёме стоял парень с ослепительно золотистыми волосами. Его глаза светились неподдельной радостью и какой-то трогательной взволнованностью. Он крепко прижимал руки к груди, а на лице сияла искренняя улыбка. В его облике и тембре голоса было что-то неуловимо знакомое, почти родное, и сердце Сакуры невольно сжалось. — Ну наконец-то ты пришла в себя! — воскликнул он, почти бегом приближаясь к ней. — Ты так долго спала, что я думал, ты проспишь до лета. Сакура в полном замешательстве смотрела на него. Её глаза даже слегка заслезились от обилия цвета и движения. Она почувствовала, как нарастёт головная боль. Мужчина, заметив состояние своей ученицы, поднял руку, чтобы остановить парня. Но Сакура лишь сильнее насторожилась и мгновенно испуганно перевела взгляд на него. Она ощущала каждой клеткой тела, что этот мужчина был опасный...очень опасным. Мужчина мгновенно прочитал её реакцию, и чтобы не обострять ситуацию ещё сильнее, он медленно улыбнулся. Как делал всегда, чтобы успокоить встревоженных гражданских. Ему было важно, чтобы она не впала в панику или инстинктивно не напала на них. Тем временем блондин, не замечая происходящего, наклонился к ней ближе, вынудив Сакуру испуганно отстраниться ещё дальше. — Сакура-чан, ты меня напугала! — обиженно прошептал он, глядя на неё огромными голубыми глазами. Потом он что-то заметил и расплылся в ещё более широкой улыбке, обращаясь уже к мужчине: — Я же говорил вам, Какаши-сенсей, что она очнётся сегодня! А вы мне не верили! Услышав имя мужчины, Сакура невольно нахмурилась, пытаясь вспомнить: кто он такой? Они определённо её знали. Или только делали вид? Но попытка что-то вспомнить лишь усилила головную боль, и в её глазах вспыхнули слёзы. Парень, уже заметив странное поведение напарницы, было собрался спросить, что с ней, но не успел, как в комнату вошёл ещё один парень, с чёрными, как смоль, волосами. Его хмурый взгляд тут же упал на блондина, который открыл было рот, но был перебит. — Наруто, заткнись уже, — проворчал он негромко. — Некоторые тут пытаются отдохнуть, а ты снова носишься по всему дому, как бешеная псина. — Что ты вякнул, — раздражённо бросил блондин, недовольно думая: что этот ублюдок, снова его перебил. — А ты у нас ещё и глухой? — усмехнулся черноволосый, подходя ближе, пока блондин становился всё более красным. Сакура следила за их спором с напряжением, сжимая от беспокойства край выцветшего одеяла в ладонях. Её взгляд то и дело скользил на мужчину в маске: тот так же молчаливо и пронзительно разглядывал её своим единственным видимым глазом. От этого взгляда по спине прокатывалась холодная тревога. Ей хотелось только одного сбежать, но выбора не было. Надо было понять, где она оказалась и как связана с этими парнями. В горле пересохло. Почти неслышно, одними губами, она прошептала, опуская взгляд: — Кто… кто вы такие?.. Как только вопрос сорвался с её губ, в комнате воцарилась гнетущая тишина. Оба парня мгновенно прекратили спорить и растерянно уставились на неё, будто не сразу находя слова. И лишь мужчина в маске едва заметно прищурился. Первым молчание нарушил парень с яркими голубыми глазами. — Эй, ты чего, Сакура? Это же я, Наруто! Ты правда совсем меня не помнишь? — Его голос дрогнул, и он беспомощно обернулся к своему напарнику: — Саске, скажи хоть что-нибудь… Теперь она знала их имена, и они были такие странные м непривычные. Зачем усложнять? Можно же было цифрами назваться, так было бы удобнее. Парень, что до этого хмурился, теперь рассматривал её внимательнее, словно впервые видел. — Ты не помнишь нас? — спросил он таким голосом, будто уже всё понял, а спрашивает просто из вежливости. Сакура замерла, не совсем понимая нужно ей отвечать на этот глупый вопрос или же нет? Но мужчина избавил её от этого выбора. — Сакура… что ты помнишь? Она тяжело сглотнула и на мгновение задумалась, с трудом подбирая слова. Ей не хотелось говорить правду, но и обмануть она не могла. Если они действительно знали её, то быстро поймут ложь. А что тогда? Если бы она была на их месте, то убила бы их за попытку ее обдурить. — Я… ничего не помню, — прошептала она и её голос невольно дрогнул. Наруто побледнел. Ещё когда взглянул в ее глаза, он понял: что с ней что-то не так, но решил, что это просто последствия удара и она ещё не пришла в себя. Но потеря памяти? Он облизнул губы и уже собирался подержать её, как Какаши-сенсей остановил его лёгким движением ладони. Сакура испуганно уставилась на эту руку, потому что любое резкое движение Какаши почему-то казалось опасными. — Тебя зовут Сакура Харуно, — произнёс мужчина спокойно, опускаясь перед ней на одно колено. Затем указал на блондина: — Этот громкий парень, Наруто. — Кивнул в сторону черноволосого: — Саске. А меня зовут Какаши. Я ваш сенсей. Сакура взглянула на него раздражённо, почти как на идиота. Имена ей и так уже были известны. — А… где мы находимся? — осторожно продолжила она, надеясь выудить хоть что-то важное. — Мы в Стране Волн! — резко выкрикнул Наруто так, что у Сакуры заложило уши. — Это дом Тадзуны, строителя моста, которому мы помогаем! Саске устало вздохнул и потер уши, после крика Наруто их заложило. — Мы на задании, — спокойно добавил Какаши, пока Наруто не сказал лишнего. — Во время боя на мосту ты потеряла сознание. Ты пролежала без сознания почти семь дней. Сакура перевела взгляд на Саске. Всё это время он молчал, только задумчиво смотрел, то на Наруто. Почувствовав её взгляд, он неохотно произнес, засовывая руки в карманы шортов: — Мы выиграли битву. Она не сильно интересовалась самой битвой. Ей важно было узнать нечто другое. Но было ясно, что ни Саске, ни Какаши не собираются рассказывать ничего важного. Тогда она перевела взгляд на Наруто, он был слишком громкий, но, кажется, болтливый, может и проговорится. Она только открыла рот, чтобы спросить, но Наруто, не дожидаясь вопроса, сразу начал рассказывать: — Когда ты потеряла сознание, мы сражались с Хаку! — возбуждённо тараторил он, пока Сакура внутренне морщилась: опять про битву… — А потом МЫ победили! Какаши-сенсей был таким крутым, он победил того мечника… А ещё, эээ… Он замолчал, заметив строгий взгляд Какаши, и виновато стушевался. Какаши закончил за него: — Уже вечер. Ты только проснулась. Нужно отдохнуть, Сакура, — спокойно, но твёрдо сказал он. Сакура с сомнением уставилась на него, явно не желая так просто заканчивать разговор. Какаши же, уловив её взгляд, добавил: — Тебе нужно набраться сил. Всё остальное вспомнится со временем. Сакура нахмурилась. Было ясно, что Какаши явно что-то скрывает. Но спросить напрямую она не решилась. Её пальцы мёртвой хваткой сжали край одеяла, она напряжённо следила за каждым их движением. — Я попрошу, чтобы тебе принесли еды, — уже тише сказал Какаши, вставая. Потом перевёл взгляд с неё на парней и сухо велел: — Сакуре нужно восстановиться. Мальчики, на выход. — Э-э?! — воскликнул Наруто и с отчаянием взмахнул руками. — Но я хотел остаться! Сакура понимала, что если Наруто останется, то она сможет узнать больше информации. Она попыталась выдавить улыбку и ободряюще повернулась к Наруто: — Так оставайся, — как бы беззаботно предложила она, потом посмотрела на мужчину с лёгкой жалобой в голосе — ведь Наруто не обязательно уходить? Её голос был нарочито слабым. Сакура пыталась вызвать у Какаши сочувствие. Наруто едва не прослезился: — Сакура-чан... Какаши, уловив интонации, всё же ответил своей обычной полуулыбкой: — Сакура, тебе не стоит перенапрягаться, — мягко, но настойчиво произнёс он. — К тому же у Наруто есть работа, которую он должен выполнить. Сакура, решив усилить попытку, наигранно наклонила голову и посмотрела на мужчину дрожащими глазами: — Но мне страшно одной находиться, — пробормотала она, явно манипулируя его сочувствием. Однако Какаши не поддался, он снова чуть улыбнулся и заговорил ласково: — Я скоро вернусь, обещаю. Просто дам мальчикам задания и сразу же вернусь. У Сакуры скребло тревожное чувство, ей совсем не хотелось оставаться наедине с Какаши, и попытка воздействовать на него явно не сработала. Девушка моментально сменила тактику, чтобы избежать нежеланной ситуации, и поспешила развести руками: — Ой, да что вы, сенсей... — неестественно бодро сказала она, помахав руками. — Я и одна неплохо себя чувствую! Какаши пронизывал её взглядом. Сакура, поняв, что теперь ей предстоит играть роль до конца, приложила ладонь ко лбу: — Ой, что-то слабость напала... Я, пожалуй, посплю... Саске только фыркнул, скептически глянув на её представление, но, не сказав больше ни слова, первым вышел к двери. Какаши подбодрил её ещё одной короткой улыбкой: — Пошли, Наруто, — коротко бросил он через плечо. Наруто на мгновение замер в нерешительности, оглянулся на Сакуру , его лицо выражало тревогу. Но, тяжело вздохнув и потирая затылок, он нехотя пошёл за Саске. — Сакура, если что сразу зови! — громко крикнул он с порога, и махнул ей рукой в прощание. Какаши задержался на мгновение, внимательно и задумчиво посмотрел на Сакуру. В его взгляде читалась догадка, кажется, он прекрасно понял её манипуляции, но решил не делать замечаний. — Тогда ложись спать, — негромко повторил он. — Отдыхай, Сакура. Он мягко закрыл за собой дверь, уходя следом за мальчиками и оставляя в комнате тишину. Сакура осталась в комнате одна. Её черты лица сразу же изменились, мягкая маска уступила место подозрительности. Она нахмурилась, устало провела ладонью по щеке. Боковым зрением заметила лобник, аккуратно положенный рядом с матрасом, и невольно задержала на нём взгляд. Выходит, она действительно состоит в какой-то организации, а эти ребята, кажется… её группа? Видимо, они выполняли вместе какое-то задание. По их рассказу, во время боя она потеряла сознание и пролежала семь дней, не приходя в себя. Это уже само по себе казалось странным. Многое не сходилось. После тяжёлых ран или серьёзных травм её должны были бы перевезти в больницу. Но здесь вовсе не больничная палата, а незнакомое помещение. Всё это усиливало в ней тревогу. Она нутром чувствовала, что-то здесь не так. В ушах всё ещё звенели обрывки недавнего разговора. Какаши, как его называли остальные, не дал Наруто рассказать ей, что произошло во время боя. Он намеренно утаивал детали, не доверял ей или… не хотел, чтобы она что-то знала. Все трое были удивлены, что она потеряла память, но скрывали свои настоящие эмоции за непроницаемыми лицами. Особенно мужчина в маске, который ни на миг не снял защиту со своего лица. Почему? Он не хочет, чтобы она его увидела? Что он скрывает? Нет... Она им не доверяет.... Она прикинула свои шансы на случай открытого столкновения. Сил у неё немного, к тому же она только что пришла в сознание после травмы. Она проиграет этим троим, они были крепче, сильнее и, кажется, знали о ситуации куда больше, чем она. Оставалась одна возможность, сбежать. Но куда? Она не знала своего точного положения, не имела ни карты, ни намёка на местность за пределами окна. Денег у неё тоже не было, вариант выкрасть немного у парней мелькнул в голове, но даже если бы это удалось, средств хватило бы лишь на пару дней, в лучшем случае на неделю-две. Сакура тяжело вздохнула и потерла лоб рукой. Лучше всего, оставаться рядом, наблюдать и собирать информацию, пока не появится чёткое понимание, кто эти люди и в чём она оказалась замешана. Как только появится достаточно сведений, принимать решение. Остаться, сбежать или… избавиться от них? Это слово вспыхнуло в её сознании и заставило замереть. Убить… Почему ей это вообще пришло в голову? Сакура поёжилась. Где-то глубоко внутри она понимала, что убивать неправильно… и всё же одновременно, это ощущалось, как часть нормы. Резко поднявшись, Сакура пошатнулась, едва не упав. Лёгкая слабость в мышцах после долгого сна. Она, цепляясь за стену, прошла к окну и осторожно выглянула на улицу. Ей стоит доверять мышечной памяти, инстинкты не подведут даже при пустых воспоминаниях. За окном она увидела этих ребят. Они стояли на тропинке прямо перед её окном, явно о чём-то разговаривая между собой. Сакура сразу же присела, стараясь скрыться за подоконником, и едва выглянула, чтобы остаться незаметной. Она всматривалась в их лица, ловила каждое движение губ, чтобы попробовать понять хотя бы общий смысл разговора. Но смысла ей уловить не удалось. Всё, что она чувствовала, это недоверие. Она ещё раз окинула взглядом комнату. По-прежнему, ни одной лишней зацепки. Но одно она поняла точно, теперь ей нужно быть осторожной. Бдительной. И не доверять никому… пока не выяснит всю правду.

***

Какаши тихо закрыл за собой дверь, едва слышно защелкнув замок. Он сделал это предельно осторожно, Сакура была ещё слишком слаба после всего, что с ней произошло. Его серый взгляд скользнул по тусклому свету в коридоре, но мысли были далеко отсюда. Всё вышло из-под контроля. Задание изначально казалось простым, обычная миссия С-ранга для команды юных генинов, которым только предстояло научиться работать вместе. Хокаге видел в этом возможность для роста. Однако Какаши, помимо основного поручения, получил ещё одну миссию ранга B. Он должен был внимательно присмотреться к обстановке в Стране Волн, оценить риски, связанные с деятельностью Гато, и, если потребуется, устранить угрозу для Деревни. Всё должно было пройти быстро и рутинно. Но реальность редко бывает простой. Гато оказался не обычным гражданским. Похоже, его кто-то заранее предупредил об опасности, и он поспешил принять меры, наняв в качестве охраны опасного ниндзя-отступника, Забузу Момочи. С другими убийцами Какаши давно бы уже разобрался одним движением, но мечник был совершенно иной противник. Какаши начал тихо спускаться по узкой, скрипучей лестнице. Внизу до его уха донеслись привычные звуки, сдавленное ворчание Наруто и вкрадчиво-молчаливые шаги Саске. Выйдя во двор, Какаши остановился на пороге, задержавшись на мгновение, чтобы оценить обстановку. За его спиной в нерешительном ожидании застыли Наруто и Саске. — Внимание, — наконец произнёс Какаши, оборачиваясь к парням. Наруто едва не споткнулся от внезапного обращения, слишком резко развернувшись к своему учителю: — Ч-что такое, Какаши-сенсей? Саске, как всегда, старался не показывать эмоций, но в глазах мальчика плескалось беспокойство. Он не сводил напряженного взгляда с Какаши. — Как вы уже поняли, Сакура потеряла память, — тихо произнёс Какаши, задерживая взгляд на учениках, выискивая в их лицах реакции. — Она не помнит ни себя, ни нас. Сейчас любые необдуманные слова или действия с вашей стороны могут лишь усугубить её состояние. — Значит, не стоит лезть с расспросами, — слабо уточнил Наруто, уловив суть. Какаши одобрительно кивнул, затем перевёл взгляд на Саске: — Обычно после возвращения в деревню каждый заполняет отчёт о миссии. Но в этой ситуации я попрошу вас сегодня подготовить письменные отчёты. — После кивков со стороны парней, он продолжил. — Сейчас же мне нужно услышать всё, что произошло на мосту... особенно всё, что касается Сакуры. Мне нужны подробности. Любая деталь может быть важна. Наруто скривился, предвидя скучную бумажную работу. Саске опустил взгляд, явно вспомнив то, с чем не хотел бы сталкиваться вновь. — После того как вы, сенсей, подбросили Сакуру вверх, чтобы отвести её из-под удара… мой противник сразу сменил цель, — начал он глухо. — Он не стал драться с нами, сразу бросился к ней. Я увидел, как он метнулся с кунаем… — голос Саске дрогнул. — Я рванул за ним, но… Не успел. Всё, что я увидел потом, это как она закричала, и почти сразу потеряла сознание. Я… — губы мальчика сжались, взгляд стал ещё жёстче. — Я подумал, что Хаку её убил… Какаши кивнул: этот рассказ он уже слышал, но хотел удостовериться, что детали остались теми же. Он понимал, что именно этот момент стал причиной пробуждения Шарингана у Саске. Но всё же он очень удивился, когда увидел его шаринган, он даже представить не мог, что он так сильно привяжется к товарищам. — Всё произошло слишком быстро, — тихо закончил Саске, не глядя ни на кого. — Я не смог её поймать. — Я тоже был слишком далеко, — хрипло вставил Наруто, почти сливаясь с голосом Саске. — Я… тоже не смог помочь. Какаши посмотрел на них и почувствовал что-то похожее на сочувствие. Когда тогда, на мосту, Наруто решил, что потерял Саске и Сакуру… Лисья чакра прорвалась сквозь отчаяние, и Какаши с огромным трудом сумел его остановить. — Это не ваша вина, — мягко и безапелляционно произнёс Какаши. — Никто не мог предвидеть такого поворота. Это была его ошибка, что он не предугадал, что мальчики могут так сильно привязаться друг к другу. Может быть, из их команды всё же получится то, на что он надеялся. — Саске, она просто отключилась, или Хаку использовал какую-то технику? Не было ли чего-нибудь странного? — продолжил он допрос. — Я… я не видел, чтобы он что-то делал с ней, — Саске покачал головой в отрицании. Пока он говорил, Наруто мрачно вглядывался в собственные воспоминания, нахмурившись. Саске продолжил, чуть тише: — Всё произошло за долю секунды. Он только метнулся к ней с кунаем, но, кажется, не успел ничего сделать. Наруто, до этого задумавшийся, резко вскинул брови, его осенила догадка. — Вы же не думаете, что она потеряла память из-за техники Хаку? — спросил он, стараясь не выдать волнения, но голос всё равно дрогнул. — Не обязательно, — ответил Какаши, но между словами проскальзывала настороженность. — Но такая картина не является нормой, поэтому я уже проанализировал ситуацию и сделал несколько предположений о том, что могло произойти. Саске невольно прикусил губу: ему не понравился этот тон. Если его подозрения подтвердятся, всё гораздо хуже, чем он думал. — Первый вариант, — начал Какаши, — она могла сильно удариться головой, когда упала на бетон. Это самый очевидный и простой вариант. — Он сделал небольшую паузу, чтобы ребята переварили сказанное. — Второй вариант, — Какаши перевёл взгляд на Саске, который стоял напряженный — Хаку мог использовать сенбон. Не забывайте, он был медиком. Сенбоны можно метнуть так точно, что они поражают отдельные нервы или точки на теле. Я слышал, что умелый медик способен даже временно нарушить работу нервной системы… Если он попал в какую-то важную точку, Сакура могла потерять память из-за прямого физического воздействия. — Я не заметил сенбонов… — прошептал Саске, его голос дрожал от тревоги и досады. Какаши с сочувствием кивнул, похлопав парня по плечу, чтобы немного его поддержать, и продолжил, теперь уже более настороженным тоном: — Третий вариант, — он задержал дыхание и посмотрел обоим в глаза, — самый опасный. Хаку мог использовать какую-то неизвестную нам технику. Потеря памяти могла быть только поверхностным симптомом. Некоторые техники способны не только стирать воспоминания, но и внедрять ложные… или даже закладывать простейшие команды, например, навязать определённую мысль, действие. В окружение парней сгущалась тяжелая и вязкая тишина. Наруто стоял, широко распахнув глаза, его едва сдерживаемое волнение нарастало с каждой минутой. — Такое бывает? — наконец, с трудом выдавил он, голос его предательски дрожал. — Это редкость, — подтвердил Какаши, его голос стал глубже, — но такие дзюцу существуют. Бывают техники, действующие на подсознание, они способны превратить человека во временного агента. Особенно это возможно, если цель выбиралась заранее и пользователь был к этому хорошо подготовлен. — Значит… — глаза Саске потемнели — Если на неё что-то такое наложили, она может навредить себе… или нам? И даже не осознавать этого?.. — Да... —подтвердил Джонин, незаметно бросая взгляд в сторону окна, за котором пряталась девушка. — К тому же не стоит забывать, что Сакура в первую очередь куноити. Даже если техника на ней не сработала, и она ничего не помнит... — Какаши замолчал, подыскивая слова, потом продолжил с невозмутимой ясностью: — ... но её инстинкты всё равно с ней. Он пристально отслеживал их эмоции, понимая, что парни до конца еще не осознали всей опасности. — Как думаете, что самое опасное может произойти? — спросил он, с явным намеком. — Она... Она может нас забыть, — первый ответил Наруто, неуверенно почесывая щёку. — Она может напасть, — подсказал Саске своему тупорылому товарищу, который до конца не желал верить в эту версию. — Всё верно, — подтвердил Какаши, в его голосе скользнул металл. — Потеря памяти только усилила её инстинкты. Она никому не доверяет и в первую очередь нам. В лучшем случае она будет пытаться выведать у вас информацию, может даже попытается сбежать. В худшем попытается устранить нас, сочтя потенциальной угрозой, — Какаши говорил с напряжение в голосе. — Вот что для нас сейчас самое опасное. Если бы она была сильнее нас, возможно, уже попыталась бы напасть, пытала бы нас ради информации... или даже убила, как поступают шиноби с теми, кого считают врагами. Наруто резко покачал головой, не желая принимать такой сценарий. — Сакура-чан никогда бы так не сделала! — вспыхнул Наруто, сжав кулаки. — Она не тронет своих! — Нет, она может. — не согласился Учиха. — Что ты сказал, придурок?! — взорвался Наруто, поднимая кулаки. Какаши перевёл на них усталый взгляд и остановил перепалку коротким жестом. — Ну-ну, спокойно. Саске прав. Ты не заметил, Наруто? Сакура уже начала выведывать у нас информацию. Наруто уставился на сенсея с удивлением и непониманием: — О чём вы, сенсей?.. Саске фыркнул, его голос стал тише, почти шепот: — Ты что, не заметил? Она вела себя очень осторожно, следила за каждым словом. Ты действительно не заметил? — Саске бросил на Наруто раздраженный взгляд. — Более того, она пыталась остаться с тобой наедине. Даже попыталась манипулировать Какаши-сенсеем, чтобы он позволил тебе остаться. — Сакура умна. Очень умна Даже умнее вас, — обронил Джонин вполголоса, выражая свои мысли вслух. — Я бы даже сказал, что по интеллекту она превосходит вас Саске резко повернул голову к сенсею. В его взгляде вспыхнуло негодование, подобное сравнение задело его за живое. — Я прав, Саске, — спокойно ответил Какаши, не отводя взгляда. — В академии её показатели были лучше твоих, ты должен помнить это. Она действовала быстро, как только очнулась, сразу поняла, что я самая большая угроза для неё, и не сводила с меня глаз ни на секунду. Затем, взглянув на Наруто, она безошибочно определила, что он самый доверчивый и тот, кто поделится с ней информацией, если понадобиться. На секунду Какаши замолчал, прислушиваясь к едва уловимому шороху. Его глаза сузились, он склонил голову ближе к ученикам и продолжил вполголоса: — Даже сейчас она следит за нами. — Что?! — воскликнул Наруто, рефлекторно оборачиваясь через плечо. В его голосе прозвучало искреннее удивление смешанное с тревогой. Саске мгновенно схватил его за плечо, стиснув пальцы так крепко, что Наруто едва сдержал вскрик. С тревогой Саске процедил сквозь зубы: — Не поворачивайся, идиот, иначе она поймёт, что мы её заметили. Наруто замер, напрягая шею от натянутых мышц и вынужденно смотря себе под ноги. В его глазах смешались обида на Саске, и тревога за Сакуру. — Поэтому сейчас я категорически запрещаю вам оставлять Сакуру одну. — Слова Какаши прозвучали как приказ, не терпящий возражений. — Ни на секунду. И помните, не провоцируйте её на сильные эмоции. Если она почувствует стресс, возможно нападёт. Саске нахмурился, его руки скрестились на груди, а между бровями пролегла глубокая морщина. Несколько секунд он колебался, собираясь с мыслями, и наконец заговорил, чуть склоняя голову: — Подождите… Разве техника может действовать после смерти Хаку? Я думал, что если шиноби погибает, эффект сходит на нет. — В большинстве случаев ты прав, — согласился Какаши, помедлив с ответом. — Но есть дзюцу, которые продолжают своё действие и после смерти пользователя. Некоторые техники создают особый якорь в разуме или теле жертвы. Это чаще всего запрещённые недзюцу или гендзюцу, рассчитанные на длительный эффект, особенно если исполнитель заранее закладывает условие срабатывания. Потеря памяти, ложные воспоминания… или даже команды, которые срабатывают с опозданием. Он замолчал, переводя взгляд с одного ученика на другого. Наруто чуть отступил назад и, сглотнув, нерешительно спросил, в голосе его был явственный страх: — Получается… Она всё ещё может быть под действием его техники?.. — Не исключено, — подтвердил Какаши, чуть сжав кулак в перчатке. — Мы узнаем наверняка только после тщательного обследования. Сейчас наша задача, проявлять максимальную осторожность. До тех пор, пока мы не удостоверимся, что с ней всё в порядке, относитесь к Сакуре как к ценному раненому… и потенциальной опасности. Никакой самодеятельности. Всё ясно? Короткое молчание напряжением повисло в воздухе. Саске и Наруто синхронно кивнули, их лица стали тревожными, а в глазах застыла тень сомнения. Наруто неуверенно переступил с ноги на ногу, а Саске сжал кулаки. Какаши, заметив их состояние, слегка смягчил голос: — Старайтесь расположить её к себе, убедите, что рядом с вами она в безопасности. Ей нужно доверять команде. Наруто, ты можешь вести себя как обычно, не меняйся. А ты, Саске… постарайся быть с ней мягче, чем обычно, — он подчеркнул эти слова, задержав взгляд на лице ученика. — Понятно, — коротко ответил Саске. Его голос был тихим, но нотки противоречия всё ещё скользили в интонации. — Хорошо. Сейчас за Сакурой буду следить я, — произнёс Какаши, обведя ребят строгими глазами. — Через несколько часов пересменка. Затем присматривает Саске, после него Наруто. Меняемся строго по графику, никаких задержек. Ночью наблюдение на мне, так как я самый опытный. Говоря это, Какаши подразумевал, что в случае нападения Сакуры, он легко её обезвредит: — Надеюсь, вы осознали, насколько важно выполнять всё чётко. Ни на секунду не оставляйте её одну. Любое подозрение, малейшая странность, докладываете мне сразу, без раздумий. Он перевёл взгляд с Саске на Наруто, давая понять, что следит за тем, как они воспринимают его слова. Наруто опустил голову, нахмурился, его кулаки непроизвольно сжались. Видно было, как его терзает тревога за подругу, а внутреннее напряжение так и пульсировало в каждом жесте. — И ещё... — произнес он, смотря на Наруто и, смягчившись на мгновение, отметил. — Будь внимателен к своим словам. Не проговорись лишнего, не говори ей того, что обычно приберёг бы для врагов. Старайся разговаривать с ней о ней самой, о её чувствах, о том, какая она, что её радует… Наруто кивнул, но в растерянных широких глазах светилось сильное беспокойство. Он несколько секунд молча смотрел на Какаши, потом на Саске. Какаши, поняв, что парни поняли его указания, махнул рукой на прощание: —И еще отдыхайте по очереди, и набирайтесь сил. Завтра нам предстоит нелёгкий путь домой.