Папа бы одобрил

       Господин Рейден удивился. Такеши — тоже, потому что до этого считал, что господин Рейден слишком хорошо воспитан для этого и вообще имеет наготове вежливый ответ в любой ситуации. Как оказалось — не в любой.        — А это точно мне? — уточнил господин Рейден с надеждой, что букет из красных и розовых пионов всё-таки предназначался не ему.        — Вам, — признался Такеши. Ему не хотелось бы расстраивать господина Рейдена, но и врать тоже было невежливо. И потом, Такеши действительно пришёл делать предложение.        — Проходи в дом, — вместо нормального ответа заявил господин Рейден. — Выпьем чая и поговорим.        — Вы собираетесь мне отказать? — спросил Такеши прямо.        Господин Рейден похлопал его по плечу.        — Я очень тронут этим предложением, — сказал он так, что Такеши сразу ему почему-то поверил. — Ты — очаровательный юноша, который мог бы выбрать любого, но решил сделать предложение мне. И теперь мне очень хочется услышать, какие же достоинства ты во мне усмотрел, что предпочёл меня своим ровесникам. Расскажи, пожалуйста, сделай мне приятное.        Отказать тут было совершенно невозможно. Такеши ничего не оставалось, как зайти и расположиться в гостиной за столом, глядя, как господин Рейден заваривает и разливает чай. В его исполнении это было очень успокаивающим и почти медитативным зрелищем. Изящные пальцы неторопливо прикасались к чайнику, к чашкам, не совершали ни одного лишнего или незаконченного движения. Господин Рейден чуть улыбался, молчал, а заговорил только, когда поставил перед Такеши чашечку из тонкого фарфора.        — Давай поговорим о браке, — предложил он. — Почему мне стоит принять предложение — это я понимаю. Ты красив, из достойной семьи и к тому же моложе меня, что очень мне льстит. Но почему ты делаешь предложение именно мне?        Такеши вздохнул, собираясь с мыслями. Он сам толком не знал, как это объяснить, но была надежда, что именно господин Рейден сможет его понять.        — Потому что я не хочу вступать в брак с Акирой, — начал Такеши и устыдился, как это ужасно прозвучало. Господин Рейден сказал ему столько приятного, а Такеши ему — только вот это.        — Мне казалось, он тебе нравится, — заметил господин Рейден участливо. — Поэтому мы с господином Хизэши иногда и обсуждали, что неплохо было бы вас поженить…        — Вот именно! — перебил его Такеши, даже не дослушав. — Мой отец хочет породниться с вашей семьей и объединить владения. Но это же не обязательно должны быть я и Акира! Можем вступить в брак мы с вами, или даже вы с моим отцом!        Господин Рейден закрылся веером, но глаза у него смеялись. Кажется, у Такеши не очень хорошо получалось объяснить необходимость в их браке.        — Понимаете, — ещё раз попытался он, — я люблю Акиру, но не хочу жениться, потому что тогда у него не будет выбора. Если он будет со мной, то не потому, что он меня тоже любит, а просто потому, что брак — это брак и в нём уже не смотрят на чувства.        — Понимаю, — господин Рейден кивнул. — Брак — это не про любовь, верно? Это про земли, про то, чтобы уживаться вместе до конца жизни, но ты считаешь, что любить в браке не обязательно?        В его вопросе уже был намёк на то, что Такеши думает неправильно. Что даже в навязанном браке можно кого-то полюбить.        — Не хочу даже думать, что Акира может меня разлюбить и при этом вынужден будет продолжать видеть меня каждый день всю свою жизнь, — честно признался Такеши. — С кем-то другим я бы мог это пережить, но…        — Но не с тем, кто дорог тебе по настоящему сильно, — договорил за него господин Рейден, опуская веер. — Когда сама мысль о том, что однажды ты увидишь во взгляде близкого человека разочарование и усталость, приводит в ужас. Но почему ты думаешь, что увидишь чужое разочарование? Может случиться и так, что ты разлюбишь первым.        — Не может, — твёрдо сказал Такеши. — Есть чувства, которые не проходят с годами.        Господин Рейден сделал глоток чая, немного помолчал и заметил:        — Акира в некоторых вещах удивительно слеп.        Это было чистой правдой. Сам Такеши иногда не мог понять, как можно настолько не замечать очевидного. А он... Наверное, слишком боялся отказа, чтобы заговорить о своих чувствах прямо. С господином Рейденом было намного проще: помимо того, что Такеши им восхищался, но никогда не любил, он ещё всегда мог его выслушать, не иронизируя и не давая почувствовать себя глупцом.        — Я ничуть не лучше его, — признался Такеши. — Акира слеп, а я труслив. Я готов ждать сколько угодно, если это позволит мне и дальше быть с ним рядом, хотя бы его другом.        — Похвальная честность, — улыбнулся господин Рейден. — Но поверь, быть другом не так просто, когда на твоих глазах другие люди занимают то место, которое могло бы быть твоим.        Такеши снова опустил взгляд. Господин Рейден снова попал в точку. Когда Акира уехал в столицу к господину Такэда, он в тот вечер метался по поместью, точно собака, потерявшая хозяина. Знал, что должен радоваться за друга, что господин Такэда — это такая партия, от которой откажется только кромешный дурак, но все равно ничего не мог сделать с той болью, которая ворочалась в груди. Сейчас эта боль улеглась и почти не напоминала о себе, но кто знает, не проснется ли она снова, когда Акира познакомит его с кем-то другим.        — Я мог бы согласиться на твое предложение, — сказал господин Рейден, так и не дождавшись от него ответа. — Но есть одна сложность. Видишь ли, я совершенно не желаю вступать в брак, неважно, по любви или нет. Что тогда нам остается? Поженить Акиру и твоего отца? Или Акиру с Кио?        — Боги и богини! Только не это! — вырвалось у Такеши против воли.        — Вот и я так думаю, — засмеялся господин Рейден. — Давай не будем торопиться и для начала попробуем выяснить, что Акира думает о тебе.        — Что мы друзья, — вздохнул Такеши. Хотелось добавить, что Акира, к сожалению, вспоминает об этом слишком редко, видимо, занят учёбой и другими знакомствами в Крайоре, и если так дальше пойдёт, то вообще про Такеши забудет.        Он смог промолчать, тем более, господин Рейден уже качал головой.        — Это мы с тобой и так знаем, — пояснил он. — А вот если ты, например, заболеешь, тогда у Акиры будет повод взглянуть на тебя другими глазами. Он всё-таки целитель, а они обычно очень внимательны к тем, кого лечат.        Такеши смотрел на него и не верил тому, что слышит. Мало того, что господин Рейден не обиделся, так ещё и был готов помочь? И всё же в его словах было что-то неуловимо неправильное, Такеши даже сам не мог понять, что именно.        Да, если бы он заболел, Акира постарался бы помочь, и это могло бы… Такеши запретил себе мечтать о невозможном. Кто он по сравнению с господином Такэда?        — Да, но я здоров, — возразил он вслух.        — Это не проблема, — взмахнул веером господин Рейден. — Я свяжусь с господином Симидзу, он поможет подобрать подходящий диагноз и заодно сам подтвердит Акире, что ты болен.        — Но если Акира приедет и увидит, что я здоров…        — Тогда господин Симидзу признает, что, видимо, ошибся, — также невозмутимо пояснил господин Рейден. — К тому же для целителей нет людей, у которых нельзя вылечить что-нибудь ещё.       Такеши снова нахмурился. Господин Рейден говорил так легко, словно речь шла о небольшой шутке, розыгрыше. Но ведь Акира мог бы действительно переживать за Такеши. И мог обидеться на то, что с ним так поступили!        — Простите, я не могу на это пойти, — вздохнул Такеши с сожалением. — Я понимаю, что вы не принимаете моё предложение, и поэтому сейчас мне стоит…        — Стой-стой, юноша! — засмеялся господин Рейден. Он снова не обиделся, а на Такеши смотрел с такой умилённой улыбкой, словно вот-вот предложит конфетку. — Надеюсь, ты не передумал звать меня в мужья? Потому что я всё больше склонен согласиться.        — Вы станете моим мужем? — уточнил Такеши. Он ещё раз напомнил себе, что это верное решение, что он всё взвесил, этот брак будет выгоден им всем и решит все проблемы.        — Мне надо немного подумать, — сказал господин Рейден. — Выбрать подходящий наряд к свадьбе, проверить опись земель, подготовить судью Андо — он тоже за мной ухаживает… Давай вернёмся к этому разговору через пару лун?        — Конечно, — согласился Такеши. В таком деле было неудобно торопить жениха, но всё-таки… — А что мне сказать отцу? Он требует, чтобы я сделал предложение Акире.        — Скажи, что ты был у меня и мы обсудили брачные планы наших семей. И что я обещал подумать, — легко ответил господин Рейден. — Если господин Хизэши будет возвращаться к этой теме, отправляй его ко мне. Я объясню, что такие вопросы быстро не решить, как бы мне ни хотелось.       — Но… это же неправда? — нахмурился Такеши.       — Что именно? Ты у меня был? Был, — господин Рейден отсчитывал вопросы взмахами веера. — Мы обсудили планы? Обсудили. Я обещал подумать? Обещал и собираюсь это сделать. Где здесь хоть одно слово неправды?        Такеши не нашёл, что возразить. После, когда он уже ехал домой, он наконец смог ответить себе на давно терзавший его вопрос: как же семья Сугияма смогла сохранить не только существование, но ещё и земли и деньги. Если вопросом занимался господин Рейден, странным было только то, что они до сих пор не вернулись ко двору.

* * *

       Проводив почти жениха, Рейден не спеша убрал чайную посуду, вымыл чашки. Работа помогала думать, и строчки письма в голове появлялись сами собой.        Потом оставалось только пойти в кабинет, достать недописанное письмо для Ичиро и добавить ещё несколько строк.        «Дорогой друг, ты никогда не угадаешь, что со мной произошло сегодня. Впрочем, может быть, ты и угадаешь. Вполне вероятно, что для тебя это обычное дело, но для меня в нашей глуши — событие выдающееся, и ты не представляешь, как я удивлён и польщен.        Я получил предложение о браке!        И от кого? Даже не от судьи Андо, ты только подумай. Мой неожиданный поклонник — Такеши Ясуда, сын моего соседа. Представь, как это приятно, когда молодой красивый юноша считает, что может быть счастлив с тобой. К тому же Такеши прекрасно воспитан и обладает твёрдым характером, несмотря на свой возраст, а долг и честь воспринимает не как часть воспитания, а скорее как часть себя. Смешно признать, но я, пожалуй, очарован им.        Если я решу всё-таки вступить в брак, сможешь ли ты вырваться из столицы на мою свадьбу?»        Письмо он снова отложил, чтобы потом добавить что-нибудь ещё о погоде или цветах, а потом отправить обычной почтой. Зачарованную бумагу Рейден использовал только для переписки с Акирой, а его письма всем остальным должны были проходить проверку и вообще о них должен был знать судья. По правде говоря, письма Акире тоже подлежали досмотру, но если твой сын маг — глупо этим не пользоваться.        А вот с господином Симидзу лучше было встретиться и объяснить все тонкости лично. Спланировать это было совсем несложно — когда ты постоянно возишься в саду, ничего не стоит нанести себе какую-то травму, а потом отправить кого-то за целителем. Зная и Акиру и Такеши с детства, господин Симидзу, разумеется, будет желать им счастья.        Рейден тоже им этого желал, но не мог не отметить, насколько увлекательным обещает быть домашний спектакль.

* * *

       Письмо от папы застало Акиру в пути, когда они с Максом завтракали на постоялом дворе. До имения оставалось полдня пути, но Акиру тут никто еще не знал, можно было обойтись простым дорожным нарядом и не раскланиваться с каждым встречным. Впрочем, Макс со своей экзотичной внешностью всё равно притягивал к себе все взгляды и надолго в одном месте лучше было не задерживаться — пока ради него не скупили цветы во всех ближайших лавках!        Акира с Максом пол-луны как сошел с корабля, а уже устал объяснять людям, что господин Рид не желает связывать себя ни с кем отношениями, да, абсолютно точно не желает, да, Акира совершенно в этом уверен, нет, он не ревнует и — пошли все к бесам, раз не понимаете нормальной имперской речи!       На дуэль, слава богам и богиням, ещё ни разу не вызвали, но все к тому шло.       Письмо выпало из воздуха в ворохе искр и упало на стол, чуть не угодив в миску с рисом. Акира развернул его, пробежал текст взглядом и вскочил на ноги, едва не перевернув стол.        Макс посмотрел на него с любопытством.        — Что стряслось?        Акира протянул ему письмо, потом спохватился, что Макс еще недостаточно знает имперский, и зачитал вслух:        — “Дорогой сын, не хочу тебя беспокоить, но должен сообщить, что здоровье Такеши немного беспокоит меня и его близких. Господин Симидзу склоняется к тому, что твоя консультация будет не лишней. Надеюсь, ты найдешь немного времени на то, чтобы вернуться в Империю и навестить своего друга”.        — Так, — вздохнул Макс. — Кажется, завтрак отменяется? Или там не так страшно?        Акира еще раз пробежал взглядом ровные строчки. Папа выражался как всегда деликатно, но он никогда не писал по пустякам. Фраза “не хочу тебя беспокоить” вызывала не беспокойство, а тихую панику, а упоминание учителя Симидзу только укрепляло Акиру в подозрении, что там все не просто плохо, а очень плохо — учитель был очень силен и любую болезнь мог вылечить без всяких консультаций со своим непутевым учеником.        Акира вспомнил безмятежное лицо Такеши и ощутил острый укол совести в сердце. Друг никогда ни на что не жаловался, а Акира вот даже не спрашивал у папы, как он. И не навещал сто лет, со своей учебой только на новогодних праздниках заезжал к Ясуда и то ненадолго. Друг называется!       — Все страшно, — выдохнул Акира. — И нам полдня ехать! А Такеши там…        — Такеши — это тот твой друг, с которым ты на корабле обещал меня познакомить? — уточнил Макс и, откусив от булочки, добавил: — Так иди телепортом.        — А ты?        Макс махнул рукой.       — Ерунда, попроси кого-нибудь из здешних слуг показать мне дорогу. Уверен, местные должны знать, где тут поместье Сугияма. Я тебя на крылечке подожду. Там же есть крылечко?       — Да какое крылечко, папа будет тебе рад, — пообещал Акира, пытаясь одновременно и ответить Максу, и составить нормальный план. — Ты ему понравился… Давай я тебе на бумажке напишу имперскими буквами, как будет звучать вопрос про дорогу к поместью. Ответ ты не поймёшь, конечно…        — Всё ещё можно пальцем показать, — серьёзно сказал Макс. — Или у вас так неприлично? Ну, если веером в нужную сторону махнут, я тоже разберусь.        Акира закрыл лицо руками. Бросать Макса одного в чужой стране было невозможно. Вдруг он заблудится, и его ведь даже поисковым заклинанием не найдёшь! Полдня тащиться до поместья Ясуда тоже казалось слишком долго. А вдруг за это время с Такеши что-нибудь случится? И вот хоть разорвись, сразу в две стороны бежать не получится.        — Так, — он потёр виски пальцами, — знаешь что? Давай ты меня здесь подождёшь? Я быстренько телепортируюсь к Ясуда, и если всё в порядке, то сразу вернусь? Если нет… То тоже вернусь, но одолжу у них кого-нибудь из слуг, чтобы тебя проводили.        Макс закатил глаза.        — Слушай, я не твой пациент и вроде не помираю, что ты паникуешь, целитель? — от него это звучало почему-то как ругательство. — Я прекрасно проеду несколько миль один!        — Ну пожалуйста? — попросил Акира. — Я правда быстро? Ты как раз чай допить успеешь.        — Ну да, чай, как я мог забыть, — страдальчески вздохнул Макс. — Закажи мне лучше вина, я это слово ещё на вашем языке не выучил… Зато названия пяти сортов чая уже на слух отличаю, чтоб их! В общем, давай, иди спасай своего друга.

* * *

       К поместью Ясуда Акира переместился тут же. Там всё было спокойно, по крайней мере, никто в панике не бегал и фиолетовые цветы не расставлял, уже хорошо. Акира вошёл без стука, здесь ему было можно.        Первым ему встретился Кио, в домашнем, растрёпанный ещё, мальчишка стоял у раскрытого окна и разглядывал сад.        — Доброе утро, а где Такеши?        — Ой! — Кио подпрыгнул на месте, оборачиваясь. — Акира, ты чего подкрадываешься? Такеши… Он… У себя был. Давай ты подождёшь, а я его сейчас позову? Я быстренько!        — Но он в порядке? — попытался спросил Акира. Кио, не отвечая, умчался в соседнюю комнату. Акира задумчиво накрутил на палец кончик косы. Происходило что-то очень странное!        Вернулся Кио минут через десять, один и с очень загадочным выражением лица. Уж на что Акира плохо разбирался в людях, но смесь крайнего удивления с возмущением даже он мог прочитать.        — Такеши одевается, — по тону Кио ясно было, что он бессовестно врёт. — Давай я тебе пока чаю налью? Могу это, книжки новые показать?        — Ничего, я готов общаться с неодетым Такеши, — заверил его Акира. — Чего я там не видел?       — Не, это невежливо, — пошёл с козырей Кио.       Правила этикета крыть было нечем. Тут оставалось только применить хитрость, и у Акиры даже была одна.        — Хорошо, я подожду, — сказал он. — Только есть проблема. Мой друг Макс ждёт меня на постоялом дворе. Надо, чтобы его кто-то проводил до нашего поместья, потому что магия на Макса не действует и в телепорт с ним нельзя. Может быть, ты ему поможешь, пока я тут жду?       — Магия не действует? — распахнул глаза Кио. — Так бывает?!        — Да, Макс издалека, у них весь народ такой, — сказал Акира. — Ну и на нашем языке Макс пока не очень хорошо говорит, я переживаю, чтобы он не заблудился.        — А сколько ему лет? А он красивый? А зачем он к нам приехал?        Кио явно заинтересовался, и этим надо было пользоваться.        — Вот сам у него и спросишь, — предложил Акира. — По-крайорски он говорит, так что вы друг друга поймёте. А красивый ли… Меня из-за него уже чуть на дуэль не вызвали, так что думай сам!        — Тогда я сейчас! — живо понял Кио и умчался переодеваться.        Акира вздохнул. Раньше он не понимал, почему про целителей говорят, что они пойдут на всё, чтобы вылечить пациента. Зато теперь понял. До Такеши надо было добраться срочно, и ради этого Акира готов был убирать с пути кого угодно.        — Я готоф! — не успел Акира добраться до двери в покои Такеши, как Кио прибежал уже в нарядном верхнем халате, на ходу завязывая пояс и держа в зубах шпильки. — Мофно отпрафляшша.       — Можно было и не спешить так сильно, — Такеши был рядом — всего-то руку протянуть!       — Твой друг не может ждать один в чужой стране! — пафосно заявил Кио, наощупь втыкая шпильки в прическу. — Я должен ему помочь!       — Тогда не будем тратить время, — Акира затащил его в телепорт, не дав закончить предложение.        Максу за это время даже не успели подать вино. Он так и сидел за столом, уныло кроша булочку и на вернувшегося с Кио Акиру уставился круглыми глазами.        — Это что, и есть твой Такеши?        — Это его младший брат Кио, — пояснил Акира.        Кио махнул рукавами и поклонился. Из прически посыпались шпильки, но мальчишка, кажется, вовсе не обратил на это внимания. Он как уставился на Макса, так и не мог отвести взгляда.        Хоть бы, засмотревшись, по пути с лошади не свалился!        — Кио говорит по-крайорски и проводит тебя до поместья папы, — быстро сказал Акира, не желая дольше необходимого быть свидетелем этой беспомощной сцены. — А я пошёл к Такеши!       На этот раз остановить его было некому, и Акира вышел из телепорта сразу в спальне Такеши. Однако вместо друга в комнате гулял только ветер.        Акира выглянул в распахнутое окно, полюбовался на потоптанные цветы под ним и понял, что лечиться Такеши не желал.        Радовало, по крайней мере, что у умирающего не хватило бы сил на побег. Но всё ещё оставалось целое море проблем, которыми не хочется делиться с друзьями: сыпь, опоясывающий лишай и прочие заразные вещи.        Акира выбрался в окно, повторяя путь Такеши. Куда бы он бежал?        В поместье Ясуда всё было знакомо с детства. Прямо — за садом гостевой домик. Налево — пруд и бамбуковая роща, где особо не спрячешься, направо — дворовые постройки, конюшни... Туда Акира и отправился.       — А господин Ясуда как раз ускакал, — развел руками конюший. — Когда вернётся — не говорил.        Акира выглянул из ворот, полюбовался на клубящуюся на дороге пыль вдалеке и понял, что ничего не понимает.        Оставалось спросить, что происходит, у того, кто точно был в курсе.

* * *

       Рейден созерцал сад. Следовало признать, что новый пруд отлично вписался, придавая пейзажу меланхолическое очарование. Правда, пруд требовал ручейка, чтобы сохранять свежесть воды. Через ручей нужно будет перебросить несколько мостиков и, конечно, будет нужна новая беседка с видом на пруд. Словом, для начала нужно было нанять мага, чтобы ручей появился и тёк туда, куда нужно по чертежу. Да, определённо, этим и нужно было заняться в ближайшее время, а со всем остальным — не спешить. События должны были идти своим путем, как текущий ручей или растущие деревья, и только тогда из них могло получиться что-то путное.        — Папа! — Акира появился на террасе, оглядываясь по сторонам. — Что вообще здесь происходит?        — Мне бы тоже хотелось это знать, — согласился Рейден. — Из-за чего ты так переживаешь?        — Ты мне сам написал, что Такеши болен, и даже господин Симидзу не может его вылечить!        — Я не это написал, — наотрез отказался Рейден. — Мне всего лишь хотелось, чтобы ты его осмотрел. Мне кажется, молодой господин Ясуда слишком устает. И, возможно, маловато спит.        — Папа, не темни! — потребовал Акира с возмущением. — Почему он заболел и зачем я вам нужен?        — Для консультации, — терпеливо напомнил Рейден. — Ничего серьёзного, никто не умирает. Но раз уж ты здесь, давай выпьем чая.        — Какой чай?! Я там Макса с Кио бросил, а ты тут… Короче, где может быть Такеши, если он сбежал из дома?        Рейден рассмеялся, закрывая лицо рукавом. Да, когда он начинал этот спектакль, на такой прекрасный поворот он даже не рассчитывал!       — Если я всё правильно понимаю, — сказал он, — то в ближайшее время Такеши появится здесь. Ну, или найдёт телепортиста и сбежит в столицу, но мне кажется, это не в его характере. Давай просто посидим и подождём. И ты мне расскажешь, как Макс оказался с Кио.        — Ну как… — Акира осматривался с таким видом, словно подозревал, что Такеши уже где-то тут прячется. — Ты же написал, что к Такеши надо срочно?        — Я не писал, — напомнил Рейден, но непочтительный сын совершенно не обратил внимания.        — Поэтому я бросил Макса и пошёл телепортом. А чтобы Макс не заблудился, я привёл ему Кио.        — Теперь они заблудятся вместе, — согласился Рейден. — Что ж, это будет для ребенка увлекательным приключением. А мы пойдём пить чай и ждать Такеши.

* * *

       Акира исчез, но Кио этого, кажется, и не заметил. На Макса он смотрел, как на какое-то чудо, и это одновременно было мило и очень раздражающе. Макс понятия не имел, что ему делать с этим провожатым. Хотя, если он по-крайорски говорил, хотя бы можно было использовать его, как переводчика.        — Так, — Макс собрал рассыпавшиеся шпильки, мимоходом отметив, что они действительно тяжёлые — золотые, то есть мальчик был явно не из бедных, — не разбрасывай ценные вещи, ребёнок.        — Спасибо! И я не ребёнок, мне уже шестнадцать, — напомнил Кио. — Скоро можно будет замуж.        — Рад за тебя, — согласился Макс. — Что там с твоим братом случилось, что Акира к нему так умчался?       — Ой… — мальчишка покраснел, огляделся по сторонам, но, видимо, зал постоялого двора внушал ему какое-то доверие, потому что он потянулся к уху Макса и прошептал. — Вы только никому не говорите, хорошо?       — Без необходимости не скажу, — улыбнулся Макс и поторопил: — Давай, тебе же самому хочется поделиться!        — Такеши сделал предложение господину Рейдену, — с удовольствием выболтал мальчишка.        — Видимо, предложение не порадовало, раз после этого понадобилась помощь целителя?        — Да нет, господин Рейден почти согласился. Но теперь Такеши не знает, как сказать об этом Акире!        Макс подумал. Вспомнил господина Рейдена, подсчитал, что друг Акиры должен быть его ровесником, и фыркнул.        — То есть Акире придётся звать своего друга папой? А ты ему, значит, дядей будешь? Вот да, сложно о таком сообщить…        — Именно! — несколько раз кивнул Кио. — Очень сложная ситуация. Такеши не хочет расстроить Акиру!        — Но на папе жениться хочет? Тут я его понимаю… — Макс осёкся, вспомнив, что господин Рейден вроде как не должен покидать поместье, и неизвестно ещё, насколько можно доверять этому ребенку. — Ладно, наша с тобой задача — добраться до поместья Сугияма. Ты дорогу отсюда знаешь?        — Нет, — виновато улыбнулся Кио. — Извини, я даже понятия не имею, где мы. И вообще от дома никогда далеко не уезжал, тем более верхом.        — Какая прелесть, — вздохнул Макс. — Ладно, переведи хозяину гостиницы, чтобы наших лошадей привели. Поедем как-нибудь и, может быть, даже доедем.

* * *

       — А вот и Такеши, — улыбнулся папа, когда дверь открылась. — Проходи, мы как раз тебя ждём!        — Господин Рейден, — Такеши попятился, но Акира поймал его за рукав, не давая сбежать.       Следовало признать, выглядел друг не очень: сам бледный, щёки красные, пульс частит так, словно он бегом бежал.        — Стоять! Давай я тебя сначала обследую, а потом всё остальное.        — Я поэтому и приехал! — выпалил Такеши, не оставляя попыток сбежать за дверь. — Господин Рейден, вы всё-таки написали Акире!        — Всё-таки написал, — подтвердил Акира. — И, между прочим, правильно сделал. Ты всегда можешь ко мне обратиться, чтобы там у тебя ни было. Я — пойму.        — Да я здоров! — продолжал отбиваться Такеши.        — Не бывает здоровых людей, бывают плохие целители, — наставительно заметил папа, заставив Акиру напрячься. Если это был намёк на то, что он плохо справляется со своими обязанностями, то он попал в цель. Нужно было выполнить полное сканирование пациента, лучше раза три, чтобы точно ничего не пропустить.        — Господин Рейден написал… неправду, — выпалил Такеши, с возмущением глядя на папу. — И я расскажу, почему он это затеял.        — Да и я сам могу рассказать, тут никаких секретов нет, — обмахнулся веером папа. — Всё началось с того, что молодой господин Ясуда оказал мне честь, позвав в супруги.       — Чего? — Акира выпустил рукав Такеши и посмотрел на него. Друг побледнел так, что казалось — вот-вот упадёт в обморок. Пришлось немного поколдовать над ним, чтобы стабилизировать давление и нервную систему.        Папа же невозмутимо продолжал:        — Я, конечно, был рад. Но сомневался, не сломаю ли этим решением жизнь вам обоим. Вдруг вы друг друга любите?        — Господин Рейден! — прошипел Такеши. — Я вас на дуэль вызову!        — До свадьбы или после? — уточнил папа. — Акира, что скажешь?        — Никаких дуэлей, это вредно!        — Сын, я о другом. О том, можете ли вы друг друга любить, — вздохнул папа.        — Не знаю, я никогда об этом не думал, — развёл руками Акира.        Дома как-то вдруг стало очень неуютно. Спасало только то, что Такеши было ещё хуже, и ему надо было помочь. Он-то понятия не имел, какое у папы чувство юмора! А если им предстояло жить вместе, то, наверно, друга стоило как-то осторожно к этому подготовить. Только Акира даже не представлял, как именно!        — Можешь подумать теперь, — щедро разрешил папа. — Тем более тебе тоже надо как-то разобраться в своих отношениях с мужчинами. У тебя, напоминаю, есть официальный любовник, который ждёт тебя в столице и понятия не имеет, чем ты тут занят.       — Я прямо сейчас не готов! — отказался Акира. Про господина Такэда он как-то забыл за время путешествия и теперь даже не знал, что с ним делать. Наверно, неприлично было бы явиться к любовнику с Максом и пытаться как-то объяснить, кто это. Тем более при одной мысли о встрече Макса и господина Ичиро становилось страшно. Господин Ичиро был таким возвышенным, так соблюдал этикет, а Макс только недавно привык сидеть за низкими столами и всё время норовил улечься на подушки.        — Надеюсь, ты не планируешь заводить отношения с тремя мужчинами одновременно? — уточнил папа и даже веером не прикрылся, бессовестный.       Акира снова посмотрел на Такеши. Тот опять попытался слиться по цвету с бумагой на ширмах, но Акира был начеку. Успокоить аритмию, последить за давлением, согреть в ладонях ледяные руки…        Папа неуловимым движением оттеснил его от Такеши и повел его к чайному столику.       — Нам всем не помешает выпить чая. Акира, будь добр, вскипяти воды.        — Но я должен проследить за состоянием Такеши!       — Я вполне могу и сам последить за здоровьем моего жениха, — с достоинством сказал папа. — Нам надо привыкать заботиться друг о друге.        Акира задохнулся. Господина Симидзу, как конкурента в заботе о других он ещё мог бы потерпеть, но папу!.. От него Акира такого коварства не ожидал.        — Ну знаете! — сказал Акира и отправился на кухню, чтоб не добавить чего похуже.        Замуж они собрались, подумать только! А он узнал совершенно случайно, как чужой им всем человек!        Акира шваркнул медный чайник на плиту и положил на него ладонь.        Да, он сам вел себя не очень красиво — не закончив отношений с господином Такэда, упал в отношения с Максом. А тут папа еще как будто бы предлагал позвать в любовники Такеши. Да куда Акире столько отношений, он с одними-то справиться не в состоянии!        Ладони стало горячо — колдовал Акира неплохо, даже погрузившись в мысли. Он встряхнул обожженной рукой и понёс вскипевший чайник в гостиную, где увидел совершенно безнравственную картину: Такеши сидел прислонившись плечом к плечу папы, а тот что-то интимно шептал ему на ухо.        — Папа, — громко сказал Акира. Такеши отстранился и отвел взгляд. — Что бы о тебе подумал господин судья?        — Господин судья всё равно никогда не позовет меня замуж, — отмахнулся папа. — Не у всех хватит смелости обручиться с государственным преступником.        Акира снова посмотрел на Такеши. Теперь щёки у него подозрительно горели. Акира на всякий случай проверил, нет ли у него жара.        — Надеюсь, никто не против Жемчужины дракона? — спросил папа, открывая чайницу и так посмотрел на Такеши, будто тот и был жемчужиной, которую требовалось охранять.        — Я против, — отрезал Акира и скрестил руки на груди.        — А что ты предлагаешь? — мирно спросил папа, но у Акиры было стойкое ощущение, что он говорит не о чае.        — Да я вообще ничего не предлагаю, — пробурчал Акира. — Заваривайте, что хотите, женитесь, на ком хотите…       — Только сначала убежусь, что на ком-нибудь не хочешь жениться ты, а потом — сразу, — согласился папа. То, что Акира обиделся, на него совершенно не произвело впечатления. — И заметь, с решением мы тебя не торопим. Можешь подумать, познакомить всех.        — С кем ещё мне нужно познакомиться? — спросил Такеши, глядя в стол.        — Я в Крайоре встретился с… В общем, его зовут Макс, и он очень хороший, тебе понравится, — сказал Акира без особой уверенности. — А ещё он остался совсем один, и мы с ним решили поехать в Империю, потому что в Крайоре меня всё равно пытались… ммм, отчислить. Я решил там не доучиваться, раз уж на то пошло.       “А то мог бы живым не доучиться”, — добавил он про себя. Лучше было уехать, чем ждать новых покушений, если новый ректор решит продолжить дело старого!        — И мы с Максом едем, — закончил Акира мысль. — То есть сейчас его провожает твой брат, вот.        — Ты ещё и моего брата втянул, — улыбнулся Такеши, но не разозлился. — Твой папа правду говорит, слишком много мужчин получается!       — С твоим братом у меня точно никаких отношений нет, — заверил его Акира. — Я детьми не интересуюсь! А господин Такэда…       Он задумался. Пришедшая в голову идея была совершенно ужасной и, конечно, была полным неуважением к стараниям отца. Но правда, был Макс, и Такеши, которого не хотелось полностью отдавать папе без всякой возможности снова дружить, как было раньше. И, может быть, даже не только дружить…       — Пап, ты очень рассердишься, если я с ним расстанусь?       — Очень рассержусь! — подтвердил папа. — Это твой шанс хоть как-то быть в приличном обществе и завести знакомства. Ты понимаешь, что без него ты всю жизнь просидишь в провинции, исцеляя крестьян за мешок дайкона? В лучшем случае — за мешок! А то и вовсе за пару лепёшек! Господин Такэда — это твоя единственная возможность построить хоть какую-то карьеру.       — Может, целителем в армию меня возьмут из без его покровительства? — задумался Акира.       — Без покровительства — да. А если он будет против, то нет, — напомнил папа. — Сын, я настаиваю, чтобы ты всё обдумал ещё раз!       Такеши посмотрел на папу, потом на Акиру. Потом еще раз на папу. Кажется, он начал привыкать к папиному чувству юмора.       — Вы же шутите, да? — спросил он осторожно.       — Нет, — убедительно вздохнул папа. — Если сомневаешься, можем отправить Акиру полечить кого-то в деревню и посмотреть, чем его отблагодарят. Я уже не знаю, куда девать дайкон. Съесть столько невозможно, назад они его не берут, а выкинуть неудобно, это всё-таки имущество Акиры.       — Папа!       Бессовестный родитель всё-таки не удержался и засмеялся, прикрываясь веером. Такеши выдохнул с таким облегчением, будто мысленно уже перебрал все варианты, как устроить Акире безбедное, а главное — бездайконное будущее.       — Тогда с господином Такэда я всё-таки расстанусь, — с облегчением выдохнул Акира, сразу чувствуя себя приличным человеком. Хотя Ичиро и вызывал его самое искреннее восхищение, но продолжать эти отношения было совершенно невозможно. Впрочем, Акира был уверен, что господин Такэда не обидится — он его тоже не любил. — Вот только я не знаю, что делают в таких случаях.        — Что с тобой делать, — вздохнул папа. — Напишу за тебя прощальное письмо. Цветы отправишь сам. И надо что-то приготовить, раз уж у нас гости, думаю, к ужину Макс доедет… Акира, напои моего жениха чаем, а я вынужден заняться делами!        Папа элегантно исчез, а Такеши был слишком хорошо воспитан, чтобы хватать его за рукав и требовать остаться.        — Ну что, Жемчужину заваривать? — спросил Акира, чтобы прервать неловкую ситуацию. — Или у тебя другие пожелания?        Почему-то не получалось вернуться к прежнему тону общения с Такеши, где они просто лучшие друзья и вместе делают глупости. Папин вопрос про любовь и другие возвышенные эмоции разом всё изменил, а уж предстоящая свадьба и вовсе должна была стать чем-то вроде пожара, где сгорят и сарай, и дом, и вообще никакой нормальной жизни не будет.       — Извини, — вместо ответа сказал Такеши. — Я вовсе не хотел, чтобы ты бросал господина Такэда. Я же понимаю, что он такой достойный человек — и одно из первых лиц в Империи! Просто твой папа как-то всё так повернул, что я даже не знал, что сказать. Может, тебе передумать всё-таки?       — Но ведь папа прав, — развёл руками Акира. — Было бы непорядочно оставаться с господином Ичиро дальше, когда тут…        Он понял, что почти признался Такеши, что тот ему нравится. А ещё — что понятия не имеет, о чём думает сам Такеши, и вряд ли тот будет в восторге от таких признаний — учитывая, что он собирается в брак с папой!        — В общем, мне не до господина Ичиро, — признался Акира. — И в общество меня пока как-то не тянет, я там был в Крайоре, мне не понравилось. Давай лучше поедем встречать Макса и Кио? Если честно, я за них переживаю — вдруг они там потеряются вдвоем?        — Отличный план! — просиял Такеши. Ему тоже не хотелось вести светские беседы и ждать, это-то Акира понимал. — Действительно, ты украл моего брата, оставил бесы знает с кем…        — Да Кио был в полном восторге, — хмыкнул Акира. — Найдём их — сам увидишь. В общем, берем коней — и поехали!

* * *

       — Ну что, — сказал Акира, когда они отъехали от поместья на несколько ли. — Может, наконец, расскажешь, как тебе пришло в голову позвать замуж моего папу. Я как-то не замечал, что ты в него влюблен, хотя и не понимаю, как ты этого избежал — в него же влюблены все вокруг, от судьи до последнего деревенского дурачка!        Такеши собрался с духом, напомнил себе, что рано или поздно придется объясниться и что снова сбежать от разговоров куда-то уже невозможно.        — Я и правда его не люблю, — согласился он. — И господин Рейден меня тоже не любит.        — Тогда почему?!        — Нельзя разлюбить того, кого не любишь, — пояснил Такеши.       Акира какое-то время ехал молча, хотя лицо — Такеши поглядывал на него украдкой — было очень выразительным и ясно говорило, кем он считает их с господином Рейденом.       Сумасшедшими.        — Допустим, — наконец, сказал он. — Но зачем тогда вообще жениться?        — Наши семьи хотят объединить земли, — снова напомнил Такеши. — Вариантов не так много. Кио никогда в жизни не согласится, папа тоже не в счет…        — И ты решил пожертвовать собой, — сказал Акира тоном, который Такеши прежде от него ни разу не слышал. Очень неприятным тоном.        — Не вижу в этом жертвы, — сдержанно отозвался Такеши. — Твой отец прекрасный человек, мы с ним найдём общий язык.       — Ты о браке говоришь или о прогулке в парке? — снова саркастично уточнил Акира. — Брак это... Каждый день видеть рядом одного человека, прожить с ним жизнь, делить постель в конце концов!       — Уверен, господин Рейден и с этим справится, — Такеши представил и тут же отогнал подальше эту картину. Она в его мысли о будущем не вписывалась, хоть убей.       — Я про Ичиро тоже так думал, — запальчиво сказал Акира. — Но знаешь, за два года как-то ни разу так и не вышло.       Он вдруг осёкся и покраснел.       А у Такеши почему-то сразу стало лучше настроение.       — Я думаю, у нас тоже вряд ли получится с господином Рейденом, — миролюбиво сказал он. — Меня к нему не тянет.       — И всё равно это ужасная идея, — с совершенно довольной улыбкой сказал Акира. — Я имею в виду брак. Должны быть другие варианты.        — Хочешь стать мужем моего папы? — щедро предложил Такеши.       Акира посмотрел на него так, будто он обернулся чудовищем.        — От кого ты нахватался таких идей?! А, можешь не говорить, я и сам догадываюсь.        Такеши засмеялся уже не сдерживаясь. Ему снова стало просто ехать бок о бок с Акирой, шутить и даже обсуждать такие темы, от которых было одновременно хорошо и плохо.        — Почему не я? — вдруг прямо спросил Акира, и у Такеши снова больно сдавило в груди.        — А сам ты как думаешь?        Акира молчал довольно долго, потом признался:        — У меня довольно много вариантов.        — Начни по порядку, — предложил Такеши.        Акира посмотрел на него искоса и предположил:        — Я варварски невоспитан и тебе будет за меня стыдно перед всеми соседями?        — Нет. Хотя насчет варварства — это правда.        — Тогда, может быть ты боишься, что я хочу жить в Крайоре, а ты хочешь жить здесь?        Такеши помотал головой. Игра “перебери все глупости” становилась всё интереснее.        — Есть еще вариант с Островами, но там я сам жить не хочу… Может, тебе не нравится моё призвание? Ну, знаешь, не всем приятно знать, что муж видит тебя насквозь.        — Нет. В голову мне ты все равно не залезешь.        — Боишься, что тебе будет со мной скучно жить?        — С тобой-то? — усмехнулся Такеши и встретился с Акирой взглядом. Тот смотрел уже без тени иронии, неотрывно, и Такеши сам не смог отвести взгляда.        — Может, ты меня просто не любишь?       — Тоже нет.        Признание далось легко. Такеши тысячу раз прокручивал в голове варианты и всё равно не смог угадать, что скажет о своих чувствах вот так, посреди поля во время поисках брата и другого мужчины, которого с Акирой связывали совершенно непонятные пока отношения.        Акира выдохнул и согнулся над лукой седла, будто заново учился дышать.       — Такеши, совести у тебя нет, — сказал он жалобно. — Я же с утра только об этом и думал. Ты не мог раньше сказать, а?        — Насколько раньше? — с достоинством парировал Такеши, останавливая лошадь. — Год назад, два, пять лет?        — Хотя бы до того, как сделал предложение папе. Кошмар, как мне стыдно…       Такеши погладил его ладонью по спине.        — Знаешь, мои чувства к тебе не изменит брак с другим мужчиной. Я как раз для этого его в брак и позвал, всё-таки там чувства не обязательны.        — Да в папу невозможно не влюбиться, — сменил тему Акира, и Такеши не стал возвращаться к разговорам про любовь. Было неловко, к тому же он тоже не знал, что сказать дальше. Вот признался он — и что? Акира явно не отвечал взаимностью, да ещё этот загадочный Макс… Хотя то, как легко Акира вычеркнул из жизни господина Такэда, тоже наводило на мысли, что Макс и Такеши ему несколько дороже.       — Твоего папу я уже немного побаиваюсь, — признался Такеши. — Вернее, боюсь, что когда дело дойдёт до свадьбы, он выкинет что-нибудь такое… Я даже представить не могу что. Пожалуй, меня даже радует, что он пока не согласился, а обещал подумать.        — Папа хороший, — снова покачал головой Акира. — Просто к нему надо привыкнуть. И он обычно предпочитает не говорить прямо, а намекать, чтобы ты сам додумался. Но вообще папа умный и в жизни разбирается, а ещё готовит, рисует, сад вон какой сделал.        — Да я уже понял, что он просто сокровище, — засмеялся Такеши. — Ладно, может быть, ты прав, и свадьба пройдёт нормально.        Но что-то в душе подсказывало, что им с господином Рейденом не судьба жить долго и счастливо.        Зато с Акирой было очень даже хорошо. Они давно так не катались вместе, казалось, много лет прошло с тех пор, когда случалось тайком увести лошадей, сбежать в ближайший лес вместо уроков и собирать орехи, или рвать дикие кислые яблоки, или даже залезть в чей-нибудь сад в деревне. Зато сейчас солнце грело, погода была отличной, и казалось, так можно ехать до бесконечности, лишь бы этот день никогда не заканчивался.        Макса и Кио они встретили спустя несколько часов. Такеши сначала нашёл взглядом Кио. Младший братишка старался ехать как можно ближе к своему спутнику и весь сиял, без остановки рассказывая что-то. Потом Такеши перевёл взгляд на Макса и тоже засмотрелся, полностью понимая и братишку, и Акиру. Максу тоже было лет восемнадцать, его загар был намного темнее, чем было принято в Империи, но со светлыми волосами и зелёными глазами сочетался отлично. Стройная фигура, тонкие черты лица, необычно вьющиеся волосы создавали образ, на который хотелось смотреть и смотреть. И, конечно, хотелось, чтобы Макс тоже смотрел в ответ.        — Ничего себе, — тихо сказал Такеши Акире, и друг улыбнулся, понимающе кивая.        — Сам видишь!        — Да уж! — кивнул Такеши и поторопил своего коня.        — Кио, наверняка ты уже совсем заговорил своего спутника! — сказал он по-крайорски, чтобы Макс тоже понял. — Дай ему отдохнуть хоть пару минут.       — Ой, это уже вы, — расстроился Кио. — А я думал, мы вдвоём до самого поместья ехать будем.        Макс возвёл глаза к небу, очевидно, благодаря богов, что это не так.        — Да в целом не так уж он меня и заговорил, — ответил он достаточно вежливо. — Кио был очень любезен и просветил меня относительно свадебных традиций, рассказал об особенностях купален и даже пообещал дать почитать свои книги. Вот, например, Свиток сорока шести наслаждений.        — Очень полезная книга, — подтвердил Кио, вызывающе глядя на Такеши. — Я бы Максу перевёл.        Такеши стало стыдно за брата и за то, какие глупости тот нёс. А уж какое отсутствие воспитания демонстрировал!        — Не слушайте его, — попросил Такеши. — Кио всё равно рано заводить официальные отношения.        — Поэтому мы неофициально почитаем книги, — заверил бессовестный младший брат. — И я покажу ему нашу купальню, у нас такой красивый розовый мрамор на дне бассейна!        — Все вместе можем с дороги искупаться, — одернул его Такеши. Стоило признать, что в чём-то стратегия Кио была более выигрышной. По крайней мере, он не собирался несколько лет ждать, пока придёт господин Рейден и устроит ему личную жизнь. — А отдельно вы не пойдёте, даже не найдейся.        — Ага, как вам с Акирой всякими неприличными вещами заниматься — так можно! — возмутился Кио. — А как мне, так нельзя?!       — Акира, — Макс смеялся, — а будет ли прилично, если я расспрошу его, какими неприличными вещами вы занимались?       — Ты будешь разочарован, — весело заверил его Акира. — В основном все неприличные вещи состояли в том, что мы могли заплести друг другу косу. Так как мы не родственники, это не очень допустимо. Но между друзьями всякое бывает!       — Пока не родственники, — заметил Кио.        Такеши даже не сомневался, что он всё разболтает своему новому красивому другу! Ладно хоть отцу ничего не сказал!

* * *

      Макс чувствовал себя очень странно. Он пробыл в Империи уже пол-луны и ещё столько же плыл с имперцами на корабле из Крайора, но таких удивительных личностей пока не встречал.       Акира ладно, к Акире он почти привык — если целую гамму чувств можно было подогнать под это определение.       Но вот взять хотя бы папу Рейдена. Он в первую встречу же встречу произвел на Макса неизгладимое впечатление. Во-первых, он знал об охранниках и клятвах. Во-вторых, без всяких сомнений рассказал Максу о прошлом своей семьи, мести, долге и о том, как закопал топор войны — вместе с телом двоюродной сестры. Возможно, он считал, что никогда в жизни больше не увидит Макса и что им не надо будет нести эту тайну вместе, хотя теперь Максу казалось наоборот — Рейден хотел, чтобы Макс знал это о нём. Ну, не стал бы такой человек признаваться в содеянном просто так, чтобы облегчить душу!       Вторая удивительная личность — друг Акиры Такеши. То есть, это Акира считал, что он друг, а на самом деле тот смотрел на него влюблёнными глазами, и только такой прекраснодушный болван как Акира мог этого не замечать. Зато стало понятнее, почему Такеши позвал господина Рейдена замуж — это наверняка был заговор, и Макс был уверен, что весь спектакль строился ради Акиры. Это было тоже страшно интересно, хоть и царапало Макса ревностью изнутри.        Был еще младший братишка Такеши, но его довольно быстро отправили домой, сообщив, что он еще мелкий для посиделок с вином, и на сцене домашнего театра они остались вчетвером.       Макс ожидал чего угодно, но до того, что вино и закуски понесут в купальню, никогда бы сам не додумался.       — Это нормально, — пояснил Акира и вручил Максу стопочку полотенец и белых халатиков, которые тут были за нижнее белье. — У нас принято, что отдыхать в купальне можно с семьёй и друзьями.       — Ну, в Крайоре тоже в бани компаниями ходят, — задумчиво согласился Макс, — но там это вроде как нормально, потому что мужчины с мужчинами не женятся.       Акира засмеялся.       — Ты сейчас удивишься, но если бы у нас здесь сейчас были женщины, то они бы пошли с нами. Потому что надо отличать ситуации. Если ты вдвоём с мужем или женихом идёшь — это одно, а если компанией — то это просто посидеть в горячей воде и пообщаться.       — Одно слово — имперские заморочки, — отмахнулся Макс и потащил полотенца в купальню — отдельный домик по соседству с главным. Обстановка внутри была самая простая — посередине небольшой круглый бассейн, отделанный серым камнем, вокруг деревянный настил, у стен лавочки с деревянными тазами. От воды шёл пар, и Макс, окунув в неё палец, убедился, что она действительно горячая.        — Не бывал раньше в купальнях? — спросил господин Рейден, зашедший вслед за ним. — Мальчики там собирают закуски, ты можешь пока раздеваться.       — Вы их специально вместе оставили? — вместо ответа задал свой вопрос Макс. — Что вы вообще собираетесь с этим делать?       — Ждать, — сообщил господин Рейден так же невозмутимо, как говорил об убийстве двоюродной сестры. — Возможно, сын уведёт у меня жениха, и мне не придётся одеваться в голубое — мне никогда не шёл этот цвет.        Макс невольно фыркнул.        — А если не уведёт? Решит, что ваше счастье дороже?        — То у меня будет молодой муж, что весьма приятно для самолюбия, — улыбнулся Рейден. — Так что я в любом случае в выигрыше. Ты, замечу, тоже.       — Да ладно? — хмыкнул Макс. Верилось в это не очень. Да, Акира ему помогал, но то, как он примчался к Такеши, тоже многое значило.       — Конечно, ты же в Империи, — пояснил господин Рейден. — Здесь любому человеку можно завести и мужа, и любовника, так что Такеши тебе не соперник.        — Что, боитесь, как бы я не прикопал его где-нибудь под гортензией? — поддел его Макс, но тише — за дверью уже слышались шаги и голоса.       — Да, там уже занято, — не смутился господин Рейден и начал раздеваться. — Кстати, мыться принято раздетыми, тебя не смутит?        Макса не смущало. Наоборот, ему было очень интересно, сколько времени уйдет у Рейдена и Такеши, чтобы снять все их одёжки.

* * *

       Следующие несколько дней прошли спокойно, а потом в поместье приехал судья. То есть это господин Рейден пояснил, что это судья, сам Макс никогда бы не догадался, что этот пёстро одетый дяденька — какое-то официальное лицо. Больше всего он походил на торговца, который приоделся по поводу праздника.        Но Рейден приветствовал его почтительным поклоном.        — Добрый день, судья Андо. Что вас к нам привело?        За дверью просматривался отряд вооружённой стражи.        — Боюсь, я не чаю выпить заехал, господин Сугияма, — шумно вздохнул судья. Заговорил с ним Рейден сразу по-крайорски, и тот легко подхватил на нём же, показывая свою образованность. — Мне действительно жаль, что у меня приказ доставить вас в столицу в ближайшее время.        — По какому обвинению?        — Господин Сугияма, — понизил голос судья. Выглядел он не как служака, которому довелось поймать опасного преступника, а как опечаленный родственник у постели болеющей бабушки, даже усы обвисли уныло. — Я бы рад сказать, что ничего серьёзного, но не в силах. Никаких подробностей я сам не знаю, мной только получен приказ доставить вашу семью и семью Ясуда в столицу.        — Еще и Ясуда? — возмутился Акира. — Мы же ничего не сделали!        Макс промолчал, помня о теле под гортензией. Он очень сомневался, что в столице об этом узнали, но пока ничего другого подозрительного он за семьёй Сугияма не заметил. Если только в Империи не сажали людей в тюрьму за закармливание местными "сладостями".        Макс представил, как император — в его голове круглый, бородатый и с косматыми бровями — гневно кричит: "Каждый день кормить людей склизкими колобками?! Ничего святого!", и затряс головой, отгоняя это видение.        Судья заметил и его тоже.        — Господа, а кто этот человек?        Макс сразу понял, что если сказать, что он тут посторонний, то он и останется здесь куковать с черствеющими колобками. И ни узнать, что там им вменяют, ни вытащить из тюрьмы не получится, потому что пока Макс найдет столицу, объясняясь на пальцах, там уже все и решится.        — Я — Максен Рид, жених Акиры,— с улыбкой сказал он. — Почти муж.        — Неправда, — возмутился Акира, отчаянно краснея. Рейден при этом довольно заулыбался. — Господин судья, он всё выдумывает!       — Мы еще не обменивались букетами, — небрежно бросил Макс. Рассказы Кио о свадебных традициях очень пригодились. — Но это ни о чём не говорит, я уже попросил у папы Рейдена руки его сына, и он обещал подумать.        — Совершенно верно, — врал папа Рейден совершенно бессовестно, с такой располагающей улыбкой, что не верить ему было невозможно. — Я даже склоняюсь к тому, чтобы дать разрешение на этот брак.       — Вот видите, — быстро сказал Макс, пока Акира молча таращился на них в изумлении. — Меня надо арестовывать со всеми вместе, я практически член семьи.        — Я могу сказать, что вы просто гость, — предложил судья вежливо. — Я давно присматриваю за господином Сугияма и могу честно сказать, что он — один из самых приятных преступников, которые мне встречались. Поэтому я мог бы пойти навстречу.       — Не-не, не надо! — замотал головой Макс. — Я Акиру одного не брошу.        — Это любовь, господин Андо, — безмятежно сообщил Рейден. — Мы очень благодарны за ваше предложение и очень его ценим, но не можем его принять, чтобы случайно не доставить вам неприятности.        — Что ж, тогда собирайтесь, — сказал судья Андо. — Вам хватит полчаса?        — Конечно, вы очень любезны.        Судья остался ждать, а Макс пошёл за Рейденом в комнаты. Он ничего не понимал, но ясно видел одно — Рейден слишком мало волнуется для человека, которого арестовывают. Планировал сбежать, пока судья любезно отворачивается?        — Ну что ты, нет, конечно, — ответил господин Рейден, когда Макс прямо спросил, куда им сейчас бежать. — Во-первых, побег — это практически признание, что совесть нечиста, а я совершенно точно ничего против страны не совершал. Судья подтвердит… Акира, собирайся, мы едем в столицу!        — Ага, под конвоем, — дополнил Макс.        — Я ни с кем не вижусь, вся моя почта просматривается, — продолжил Рейден, и Макс только восхищался такой наглостью. — Думаю, даже его величеству будет не в чем меня обвинить.        — А он собирается? — сумел вмешаться в разговор Акира, который до этого просто переводил взгляд с одного на другого и ничего не понимал. — Папа?       — Всё в порядке. Мы просто съездим в столицу, я давно там не был.       — Да если бы всё было так просто! — возмутился Акира. — Папа, в чём нас опять обвиняют?        — Вот доедем — и узнаем, — изрёк Рейден. — Нужно взять халаты с гербами, есть шанс, что попадём во дворец.

* * *

      Говорят, что плохое утро военачальника начинается с того, что стране объявляют войну. Очень плохое — когда приходят новость, что война им проиграна.        Утро военачальника Такэда началось с двух принесенных писем и одного букета. Совершенно великолепного букета желтых роз — что сразу испортило ему настроение напрочь. Ичиро было сорок пять лет, и за все эти годы он ни разу не получал такого “подарка”. Видимо, подкрадывалась старость.        — От кого? — спросил он.        — От господина Сугияма, — с ханжеским видом сказал Нацуме, который никого из их немногочисленного семейства не одобрял. — Принес посыльный, — добавил он с еще большим осуждением. Видимо в его представлении Акира должен был как минимум лично приползти на коленях и, отбивая поклоны, извиняться, что бросил такого замечательного человека.        Конечно, букет был от Акиры. Других вариантов пока и быть не могло, но это все равно кольнуло Ичиро остренькой иголкой разочарования. Нет, в Акиру он не был влюблен, вовсе нет, но мальчик был весьма мил, варварски непосредственен, экзотически красив, а главным его достоинством было обожание своего отца. Ичиро мог в каждую встречу слушать, какой Рейден замечательный, как им в поместье хорошо вдвоем и что Рейден там опять навыдумывал сделать. Иногда, правда, в разговорах всплывал судья Андо, и Ичиро скрипел зубами… то есть, выслушивал его с меньшим удовольствием.        Он развернул первое письмо. Неожиданно оно оказалось не от Акиры.        «Дорогой друг, ты никогда не угадаешь, что со мной произошло сегодня. Впрочем, может быть, ты и угадаешь. Вполне вероятно, что для тебя это обычное дело, но для меня в нашей глуши — событие выдающееся, и ты не представляешь, как я удивлён и польщен. Я получил предложение о браке!»       Остатки сна слетели с Ичиро точно он залпом выпил пять чайников чая и закусил заваркой. Он вскочил на ноги, не в силах усидеть на месте, и торопясь дочитал письмо. Там говорилось не только о предложении какого-то наглого мальчишки, но и о том, какие переделки Рейден затеял в саду, и ещё пространные размышления о том, как хлопотно заключать браки в провинции, где нет хороших артистов, мастеров фейерверков и толпы выученных слуг, сомнения в том откладывать ли торжество на середину лета — когда Акира закончит обучение и насовсем вернется в Империю, но в самую жару… Но Ичиро раз за разом возвращался к строчке выше и перечитывал её снова и снова, не в силах поверить в написанное:        «Если я решу всё-таки вступить в брак, сможешь ли ты вырваться из столицы на мою свадьбу?»        Хотелось вырваться из столицы прямо сейчас, а вместо свадьбы встряхнуть Рейдена за шиворот и сказать, что ни на каком соседском мальчике он не женится. Это было бы просто нечестно! Да, между Рейденом и Ичиро давно не было никаких официальных отношений. Рейден вернул обручальный браслет, Ичиро не предлагал его снова, но разве он не защищал Рейдена перед Сёму так, словно тот был членом его семьи? Разве не выбил для него разрешение забрать сына с Островов? И вот вся благодарность — приглашение на свадьбу!        Ичиро умел не принимать решения сгоряча.       Поэтому он отложил письмо и постарался о нём забыть, ровно до совета во дворце в этот же день. Срочных вопросов не было, присутствовали самые близкие к императору люди — то есть сам Ичиро, госпожа Сатоко и юный принц Асака. Последний советов избегал всеми силами, но Сёму и Ичиро хором настаивали, что ему надо учиться. Кому потом страной править?        Правда, Сёму был уверен, что в случае неприятностей принца поддержит Киммэй, но Ичиро не очень-то верил в возвращение этой мистической личности. Асаке стоило учиться справляться самому.        — Ваше величество, у меня к вам просьба, — сказал Ичиро.       При свидетелях он всегда обращался к Сёму так, как следует.       — Слушаю, — отозвался Сёму с лёгким удивлением — Ичиро редко что-то просил. У него было всё, что нужно, и в армии он мог делать то, что захочется.       Сёму нахмурился, наверняка вспомнив, что все просьбы Ичиро обычно были связаны с Рейденом и семьёй Сугияма.        — Я прошу об отставке, — заявил Ичиро.        Госпожа Сатоко спряталась за веером. Принц Асака опрокинул чашку.        — Дядя… То есть господин военачальник, что вы такое несёте?! На кого вы решили нас бросить?!        — Асака, спокойнее, — сказал Сёму, подавая пример истинно императорской невозмутимости. — Мысль правильная, но выражать её всё-таки стоило иначе. Особенно если обращаешься к военачальнику, ты понимаешь меня?        — Да, ваше величество, — отозвался Асака. — Но господин Такэда или заболел, или умом тро… Почему вы вообще заговорили об отставке?        — Дело в том, что я хочу жениться, — сказал Ичиро.        — Невозможно! — отрезала госпожа Сатоко. — Он — государственный преступник! А вы — императорский военачальник!       — Он не участвовал в восстании, — напомнил Ичиро. — И я готов уехать в провинцию, чтобы его величество лишний раз не вспоминал о неприятном ему человеке.        — Почему у меня такое ощущение,что только я не понимаю, о ком речь? — принц Асака размазывал по столу лужицу чая, рисуя рожицы на полированном дереве.        Слуг никто не звал, было не до них.        — Потому что ваше высочество позабыли историю страны? — елейно предположила госпожа Сатоко. Принц покраснел и сел прямо, вспомнив о манерах. — Все участвовавшие в восстании некромантов семьи были казнены, кроме…        — Кроме семьи Сугияма, — радостно выпалил Асака, и Сёму поморщился. — Потому что оказалось не за что — одного из членов семьи не было в стране!        — Вообще-то было за что, — поморщился Сёму. — Чего стоила его выходка с клятвой! Уже за это можно было…        — Ваше величество обещали мне, — напомнил Ичиро, и Сёму отмахнулся:        — Да помню я! Но жениться на нём — это слишком. Вы можете встречаться… неофициально, так, чтобы я вообще о нём не слышал!        Госпожа Сатоко тонко улыбнулась. Ичиро понимал — её шпионской сетью можно было только восхищаться, и она наверняка знала бы всё об их неофициальных встречах в подробностях.        — Проблема в том, — признался Ичиро, — что официально он собрался жениться на другом.        — Боги и богини, — закатила глаза Сатоко. — Это не повод бросать всё!        Ичиро не стал ей отвечать, глядя только на Сёму.        — Ваше величество правы в том, что военачальник не может быть близок с человеком из семьи преступников. Поэтому мне остаётся только отказаться от этой должности и уехать в провинцию.        — Ну дядя! — заныл Асака. Ичиро покачал головой. Ему и самому не хотелось бросать столицу, но отдавать Рейдена он не собирался.        — Так… — Сёму переплёл пальцы. — А кто, собственно, рискнул стать счастливым женихом?       — Такеши Ясуда. Понятия не имею, кто это.       — Я его тоже не помню, — нахмурился Сёму. — Хотя фамилия кажется знакомой… Ах да…       Теперь он поморщился, словно от боли. Ичиро готов был поспорить, что знает, о ком он сейчас думает. Киммэй ведь просил отправить целителей именно к Ясуда.        — Эта семья поддержала нас продовольствием, — медленно сказал Сёму, — но я не наградил их и не дал должностей. Должно быть, они тоже обижены на меня. И теперь они решили объединиться с Сугияма…        — Их владения граничат, — улыбнулась госпожа Сатоко. — Если их объединить, то можно расширить территорию. И даже организовать на ней новый заговор. Я думаю, эта свадьба не просто так. Конечно, господин военачальник совершенно прав, что желает её остановить. Но ради этого не обязательно жертвовать своим положением. Его величество может просто запретить этот брак.        — По какой причине? — резко спросил Ичиро. — Заговор? Это же глупо!        — Это — мудро, — ответила госпожа Сатоко. — Я предлагаю вызвать всех в столицу для расследования. После этого они все будут только рады, если дело ограничится запретом на свадьбу! Так вы будете довольны, господин Ичиро?        — Нет.        Он вспомнил письмо Рейдена. Кажется, тот действительно был рад свадьбе. Может быть, даже любил этого Такеши. Может, ему теперь отправлял письма, с ним пил вино в саду, целовал его. Что Ичиро мог предложить взамен? Брак с отставным военачальником?        — Я думаю, эта свадьба выглядит подозрительно, — сказал Сёму. — Нам нужно всё проверить.        — Ваше величество, господин Сугияма не станет ничего замышлять против вас, — сказал Ичиро. — Я за него ручаюсь.        “Я ему доверяю”. Он уже жалел, что вообще начал этот разговор. И пришло же Рейдену в голову жениться!        — Тебе я, конечно, верю, — сказал Сёму, — но вот ему — не очень. И его сын, этот Акира, клятву верности так и не приносил.        — Он учится в Крайоре. Когда вернётся с дипломом, тогда и поклянётся, я прослежу, — пообещал Ичиро.        — Нет, это всё очень подозрительно, — елейно протянула госпожа Сатоко. — Такой старинный знатный род — и так пренебрегают своим долгом. Не иначе как оставляют себе путь, чтобы и честь сохранить, и против императора действовать.        — Госпожа Сатоко, вы говорите о моём друге, — холодно напомнил Ичиро. — Если вы подозреваете его, значит, подозреваете и меня. Я ещё раз прошу его величество принять мою отставку в таком случае.        — И меня ещё спрашивают, за что я ненавижу эту семью! — возвёл глаза к потолку Сёму. — Стоило всего лишь их упомянуть, а уже столько проблем. Что же будет, если вызвать их в столицу.       — Так не вызывайте, — предложил Ичиро. — Я согласен лично переселиться в провинцию Суруга…       — Нет, и не мечтай, отставку я не приму, — упёрся Сёму. — Всё, что я для тебя могу сделать, — это объявить свадьбу заговором и запретить её. Твой… хм, друг останется один.       — Вот именно, — кивнул Ичиро. — И найдёт себе нового жениха, и вы снова будете подозревать его в заговоре. Куда лучше для страны будет, если Рейден останется со мной.        — И ведь даже отставкой тебе не поугрожаешь, потому что ты о ней и просишь, — вздохнул Сёму и замолчал, размышляя.        — А если я просто сбегу со службы, то тоже стану государственным преступником, — задумчиво заметил Ичиро.        — Будете сидеть в соседних камерах и ждать казни! — огрызнулся Сёму. — Ладно, после “расследования” можешь позвать его в любовники, доволен?        — Благодарю ваше величество, — поклонился Ичиро. Это было лучше, чем совсем ничего.

* * *

       Сёму давно не видел Рейдена Сугияму. Был бы рад не увидеть больше вообще никогда, но ради счастья Ичиро приходилось идти на жертвы.        Парадный зал был полон — на разбирательство пришли все придворные, которым там быть полагалось, и ещё половина тех, кому в этот день вообще во дворце нечего было делать. Этих Сёму отметил особенно — с чего бы им интересоваться последними выжившими членами семьи заговорщиков? Чиновников стоило проверить особо и, возможно, отослать служить куда-нибудь в дальние провинции.        Рейден Сугияма, конечно же, вошёл в зал первым, сразу же после доставившего их судьи. Тот кланялся, отчитывался, а Сёму смотрел на Сугияму и думал, что когда-то его отец убил отца Сёму. Прощать это он не собирался. Следом показался сын, Акира Сугияма, наполовину варвар и вдобавок маг. “Только дай повод моей охране”, — мысленно попросил его Сёму. Увы, Акира Сугияма только почтительно поклонился, не поднимая взгляд выше пола. Следующий преступник заставил Сёму почти вскочить на ноги, он заставил себя остаться на месте только усилием воли, напоминая себе, что все прошлые поколения не простят ему потери лица. К тому же человек был не тот. Да, те же светлые волосы, но сам парень был моложе, оглядывался по сторонам с почти детским удивлением и явно не бывал в Империи раньше. “Не тот”, — признал про себя Сёму, посмотрел на Ичиро, взглядом указал ему на варвара. Тот еле уловимо пожал плечами — нет, о госте он не знал. Или не знал, как тот выглядит.        Господин Хизэши Ясуда тоже подобающе поклонился. Сёму его не помнил, никогда не интересовался этой семьёй, хотя, может, и стоило приглядеться. Такеши Ясуда выглядел чуть встревоженным, но производил хорошее впечатление. Стоило дать ему шанс. Последний… Вот теперь Сёму сцепил руки так, что, казалось, хрустнули кости. Этого не могло быть, он и сам не верил, что когда-нибудь это случится, и вот сейчас, перед лицом всего двора и проклятых Сугияма, когда Сёму совершенно не мог себе позволить ни одного лишнего слова, — сейчас перед ним стоял Киммэй. Он выглядел моложе, чем его запомнил Сёму, пытался спрятаться за спиной старшего брата, но это без сомнений был он. Киммэй вернулся, как и обещал.        — Ваше величество, — докладывал судья Андо, — согласно вашему распоряжению семья Ясуда и семья Сугияма доставлены в столицу.        Сёму молчал, глядя на Киммэя. Пауза затягивалась. Нужно было взять себя в руки, хотя хотелось только подойти к Киммэю и сказать: “Ну, ты же меня узнаёшь? Несмотря на все эти годы? Узнаёшь, да?”        — Его величество благодарит вас за службу, — сказала тем временем Сатоко. — Вы можете быть свободны, судья Андо.        Судья передал слуге список с именами и чинами доставленных, и Сёму заставил себя включиться в разговор. Он так долго ждал, чтобы напомнить проклятым Сугияма их место, но настроение мстить совершенно исчезло. Наоборот, хотелось отложить разбирательство на луну-другую, Сугияма могли бы подождать в тюрьме… Но ему тоже было некуда деваться. Император — значит должен, это было почти первым, что Сёму усвоил за столько лет на троне.        — Вы можете признаться в своих преступлениях, господа, — предложил Сёму вслух. — Чтобы не тратить ни моё время, ни…        “Время других достойных людей”, — сказал бы он, если бы перед ним не было Киммэя. Ему Сёму такое сказать не мог. Его вообще хотелось увести от всех, особенно от светловолосого варвара, с которым они, как назло, стояли рядом.        — Ваш младший сын, господин Ясуда, слишком юн, чтобы нести ответственность вместе с вами, — заметил Сёму. — Он подождёт в отдельном кабинете, пока мы поговорим.        Киммэй бросил на него отчаянный взгляд, но возражать не решился. Здесь без разрешения Сёму вообще никому не полагалось говорить, хотя, если подумать, у Киммэя были те же права, но как бы Сёму объяснил это придворным? Ему не всегда верили даже самые близкие.        Слуга с поклоном уже выводил Киммэя из зала. Двери за ними закрылись, но легче от этого не стало. Теперь казалось, что Киммэй исчезнет как в прошлый раз, стоит только отвести от него взгляд. Разбирательство, запланированная речь — всё уже не имело смысла. Хотелось только поскорее уйти в тот же кабинет и спросить, сказать всё, что собирался.       — Семьи Ясуда и Сугияма обвиняются в сговоре, — кратко сказал Сёму. — Нам известно, что планировалась свадьба между Такеши Ясуда и Рейденом Сугияма ради объединения земель и создания смуты в этих владениях. Мы запрещаем этот брак.        Подлец Сугияма и бровью не повел, на лице отразился вопрос: “А наказание будет?”       — Также вся семья Сугияма обязана будет принести клятву верности в праздник Бога Солнца, — с удовольствием напомнил Сёму. — Акира Сугияма.        — Подданный слушает, — сын у Сугиямы был красивый до отвращения. Сёму представил, сколько собравшихся в зале подданных уже положили на него глаз — пусть и не с целью объединить земли и создать смуту! — и почувствовал себя настоящим тираном.        — Жалую тебе брак.       Младший Сугияма вскинул на него растерянный взгляд. Сёму с удовольствием выдержал паузу.        — Папа, имей совесть, — не выдержав, тихонько шепнул из-за трона Асака. — Не тяни!       — Согласно докладу Акира Сугияма вступил в отношения с иноверцем Максеном Ридом, — бросил Сёму. Светловолосый варвар тоже поднял голову, явно разобрав своё имя. — Законы Империи разумны и мудры, они разрешают вступать в брак с людьми другой веры, согласно нашим или чужим традициям, но иноверец не может присягнуть императору на верность. Посему брак будет заключен по законам Империи с последующей присягой.       Вытянувшееся лицо младшего Сугиямы немного подняло Сёму настроение.       — Подданный подчиняется, — выдохнул он с поклоном.       — Хизэши Ясуда, — изначально Сёму подумывал лишить его титула или отнять часть земель, но теперь, с учётом вернувшегося Киммэя это всё потеряло смысл. — В память о былой помощи государству мы закроем глаза на ваше участие в сватовстве. Впредь разумнее выбирайте браки для своих детей.        — Благодарю императора за милость, — поклонился Хизэши Ясуда.        Сёму перевёл взгляд на его старшего сына, у которого хватило ума сделать предложение Рейдену Сугияма. Впрочем, Сёму не сомневался, что парня заставил отец или сами Сугияма — от них всего можно было ожидать.        — Такеши Ясуда, твоим браком я также займусь лично и выберу тебе достойного мужа, который не испортит репутацию твоей семьи.        Такеши тоже поблагодарил его за милость, что ему ещё оставалось.        — Семье Сугияма мы запрещаем покидать столицу до принесения клятвы, — добавил Сёму. — Если хоть один из членов семьи не поклянется или, — он посмотрел на Рейдена, — исказит обряд, тогда последует настоящее наказание.        Все трое, включая варвара, снова поклонились, и Сёму с удовольствием объявил, что на этом он завершает разбирательство. Возможно, придворные остались разочарованы его краткостью. Да что там, Сёму не для того писал обвинительную речь, чтобы просто о ней забыть. Но — пришлось.        Он покинул зал первым, оставив остальных чиновников обсуждать и сплетничать, и спросил первого же слугу:        — Куда вы отвели господина Ясуда?       — Папа, — Асака догнал его, зашагал рядом, вслед за указывающим путь слугой, — послушай, они, конечно, преступники, но… Что ты скажешь, если я приглашу Такеши Ясуда на чай? Он показался мне интересным, я бы хотел познакомиться поближе.        — Можно, — не задумываясь, разрешил Сёму. Брат Киммэя не мог быть плохим человеком! — А теперь оставь меня одного.        — А почему? — удивился Асака. — Ты лично собираешься показывать этому мальчику дорогу из дворца? Или что?        — Иди займись учёбой, — посоветовал ему Сёму и зашёл в комнату.        Стоило признать, тут было достаточно уютно. Киммэю принесли чай и сладости, но он всё равно стоял у окна, подглядывая в приоткрытую щелку между бумажными рамами. Вряд ли он мог что-то разглядеть там.        — Ещё раз здравствуй, — сказал Сёму, и Киммэй подпрыгнул на месте, оборачиваясь.        — В-ваше величество? — он сложил руки для поклона, вспомнил, что уже кланялся, и так и остановился, явно не зная, что делать дальше.        “Это не может быть он, — сказал себе Сёму. — Киммэй был другим, Киммэй никогда не путался в этикете, Киммэй ни капли не смущался, даже в первую встречу, когда никто не верил ему. Может ли это быть его сын? Другой родственник?”        — Верно, — кивнул Сёму. — Не надо меня бояться, Кио Ясуда. Я ничего не сделаю ни тебе, ни твоей семье.        — Спасибо. То есть благодарю ваше величество, — выпалил Кио и замолчал.        Сёму тоже медлил, пытаясь понять, кто же перед ним.       — Ты ничего не хочешь мне сказать?        Кио поднял на него удивлённый взгляд.        — Я? Нет, наверно. То есть, у нас там точно не заговор, Такеши просто хотел жениться, вот и всё. Вы же их не казните?        — За кого ты меня принимаешь, — вздохнул Сёму. — В нашей стране не казнят без суда и без доказанной вины, а свадьба действительно не является преступлением. Я убедился, что преступных замыслов у вас не было.        — Точно, не было! — подтвердил Кио с готовностью. — Так нам можно будет уехать домой, ваше величество?        — Можно, — согласился Сёму. — Может быть, ты всё-таки хочешь добавить что-то ещё? Здесь и сейчас можно говорить совершенно свободно.        — Я не знаю. Что мне сказать? — снова растерялся Кио, и Сёму понял, что ничего от него не добьётся.        Либо это не был Киммэй, либо дело было в том, что сейчас он выглядел моложе, чем раньше. Если он действительно родился заново, если вернулся, как обещал, хоть и ничего не помнил больше, не стоило его торопить и портить ему жизнь.        — Если не хочешь, то ничего, — улыбнулся Сёму. — Я рад был с тобой познакомиться, Кио Ясуда. Пойдём, я провожу тебя к отцу.        “Вы лично проводите?” — прочитал он в недоверчивом взгляде Кио и кивнул.        — У меня как раз есть свободное время. Может быть, показать тебе сад?        — Как пожелаете… Но папа будет волноваться, — признался Кио.        — Да, наверно, в следующий раз, — кивнул Сёму. У него ещё было время всё обдумать и подготовиться.

* * *

      Из дворца их вывезли как преступников — в маленьких паланкинах-будочках, поэтому обсудить, что там вещал император, Макс ни с кем не мог до самых дворцовых ворот. Понял только, что их, кажется, не казнят. И ещё, что император не такой страшный, как Макс воображал: он ни на кого не кричал, не кидался туфлями, и вообще выглядел как самый обычный человек, просто в белом с золотом халате. Хотя борода ему ужасно не шла! Наверное, ни у кого из подданных не хватило храбрости ему на это намекнуть.        — Ну что? Что говорили? — спросил Макс, когда их выставили за ворота, и слуги потащили свои будочки обратно. — Нас казнят или нет?       — Не волнуйся, дорогой, — господин Рейден раскрыл веер и прикрыл им лицо от солнца. — Все сложилось даже интереснее, чем я ожидал.       — Да, интереснее, — сдавленно согласился Акира.       — Конечно, Макс ничего не понял и ему интересно все поскорее узнать, но нехорошо обсуждать придворные дела вот так на улице, — сказал господин Рейден. Очевидно, ему не хватало трёх чайников чая. — Акира, здесь есть приличные постоялые дворы поблизости?       — Поблизости с дворцом любые постоялые дворы приличные, — вздохнул тот. — А Такеши и остальных мы дожидаться не будем?       — Я уверен, что их специально повели к другим воротам, как раз, чтобы заговорщики не встретились снова, — папа улыбнулся из-за веера, и вдруг его взгляд, направленный куда-то за спину Макса, стал внимательным и цепким. Макс обернулся и увидел всадника в синем, двигающегося в их сторону. Когда он подъехал ближе, Макс узнал человека, который в зале стоял рядом с императором, то есть явно был большой шишкой в этой стране.       — А ему какого беса еще надо? — прошипел Акира и неубедительно попытался изобразить улыбку.        — Очевидно, Ичиро захотел поздороваться с нами лично, — ответил господин Рейден и опустил веер.       Макс уставился на незнакомца, — то есть, человека о котором уже кое-что успел узнать к этому моменту — с разгоревшимся любопытством. Значит, это и есть тот самый знаменитый военачальник, с которым в отношениях побывали и отец и сын Сугияма? Что ж, Макс не мог не признать, что Ичиро того стоил: даже в сорок с лишним лет его лицо с точеными скулами, прямым носом и пронзительным взглядом было на редкость красиво. Что же до всего остального — фигуру хоть и скрывал роскошный тёмно-синий расшитый золотом халат, но можно было её оценить на глазок — тут тоже все было превосходно. Было даже приятно, что Акира отказался от отношений с таким мужчиной ради него или ради Такеши.       — Господин Такэда, — господин Рейден поклонился с улыбкой. Говорил он снова на крайорском, и Макс был ему страшно благодарен — не пришлось гадать, о чем они. Император вот не был так любезен, и Макс из его речи ни слова не понял. — Не ожидал вас здесь увидеть.        — К чему церемонии, — бросил тот. — Я рад, что успел вас найти до того, как вы уедете из дворца.        Господин Рейден посмотрел на него с самым вежливым видом.        — Вряд ли это было бы возможно. Думаю, не ошибусь, если предположу, что своим визитом сюда мы обязаны тебе.        Макс вспомнил, как их неделю везли под конвоем отряда солдат, и понял, что вежливости в вопросе было куда меньше, чем господин Рейден пытался показать.        — В некотором роде, — Ичиро посмотрел на них с Акирой, Макс ответил невозмутимым взглядом котика, который лежит, где хочет — хоть на диване, хоть на важных документах. Акира таких сложных намёков вообще не понимал, поэтому господину Ичиро Такэда пришлось озвучить просьбу напрямую: — Рейден, мы можем поговорить наедине?        — Не понимаю, о чём, — пожал плечами тот с таким видом, что любая драматическая актриса удавилась бы от зависти. Столько сдержанного негодования впихнуть в одну фразу — это надо было постараться. — Когда я написал тебе, я думал, что ты будешь рад, что я смог найти человека, с которым могу провести оставшиеся годы и не чувствовать себя одиноким. А ты попросил императора запретить этот брак. Это последнее, чего я от тебя ждал, Ичиро.        — Я не просил его запретить! — как ни странно, господин Ичиро даже голос не повысил, говорил так же ровно, и со стороны они с Рейденом сошли бы за двух мило беседующих друзей. — Я… Пойдём. Нам правда нужно поговорить.        Рейден помолчал, постукивая веером по ладони, потом вздохнул:        — Что ж, даже если ты сейчас не искренен, я всё равно слишком обязан тебе, чтобы отказывать. Акира, Макс, найдите какую-нибудь гостиницу, ладно? Потом отправите мне записку с названием.        — Конечно, — Акира явно был рад сбежать. Он-то господина Такэда бессовестно бросил и даже прощальное письмо поручил папе написать. Конечно, ему было неловко, а вот Макс бы ещё посмотрел. Особенно интересно было, будет ли господин Такэда извиняться или такие высокопоставленные люди этого не умеют. — Господин Ичиро, был рад повидаться.        Он развернулся и почти бегом направился куда-то. Макс очень надеялся, что к гостинице, а не куда глаза глядят, лишь бы подальше отсюда.        — Ну вот, на самом интересном месте, — вздохнул Макс, догоняя Акиру. — Ладно, если посмотреть не удалось, развлеки меня хоть ты. Расскажи, что там вещал дяденька император, а главное — куда он Кио дел?        — Кио отослали подальше, — Акира почему-то предпочёл ответить сначала на последний вопрос, а скулы у него подозрительно покраснели. То ли император ругался неприличными словами, что даже вспомнить было стыдно, то ли наказал как-то особенно страшно. — Мол, он ещё ребенок, ему в заговорах всё равно рано участвовать.        — Ага, а картинки с голыми мужиками смотреть не рано! — засмеялся Макс. — Ну ладно, хоть ему повезло. А что остальным?        — Господину Хизэши высказали порицание, — продолжил рассказывать Акира. — Такеши император пообещал лично женить на ком-нибудь. Папе, как ты понял, запретил жениться и сказал, что придётся ещё раз клятву приносить. Мне тоже надо будет поклясться…        Акира замялся, развернулся к Максу прямо посреди улицы, остановился.        — И ещё кое-что. В общем, пообещай, что не будешь возвращаться во дворец и пытаться убить императора, ладно?       — Я заинтригован, — честно признался Макс. — За что мне его убивать?        — Он даровал нам с тобой брак, — на одном дыхании выпалил Акира. — Отказаться нельзя. То есть можно, но это будет нарушением указа императора со всеми вытекающими последствиями. Короче, тут как на разбирательстве во дворце — нашего мнения никто не спрашивает, мы только молчим, кланяемся и благодарим императора за милость. Ну или срочно убегаем обратно в Крайор…        — Подожди убегать, — Макс закрыл ему рот ладонью. — Давай ещё раз, кто на ком женится?        — Мы с тобой друг на друге, — виновато сказал Акира, отворачиваясь от его ладони. — Извини. Ты сам представился женихом. Ну и, видимо, это оказалось хорошей идеей. У тебя нет земель в Империи, заговор мы не устроим.        — Да-а, — протянул Макс задумчиво.        В отличие от Такеши вопрос отношений до гроба его не пугал. Даже наоборот. Заодно легко и просто решился вопрос с Такеши, ведь Акире не надо было больше выбирать, что из них станет ему любовником. Но у любой монеты были две стороны.        — А ты сам-то хочешь? — прямо спросил Макс.        Акира опустил взгляд и покраснел, будто девица, которой впервые шепнули комплимент на ушко.       — Я, конечно, счел бы это большой честью... — голос у Акиры стал глубже и бархатнее. — И всё такое…        — И всё такое, — повторил Макс развеселившись. — Теперь я понимаю, почему Такеши от брака с тобой бежит, как от чумы!        Акира посмотрел на него испуганно.        — Макс... Прости, я просто тоже растерялся и как дурак, позабыл все правильные слова... Ты же не сердишься?        — Сержусь! — Макс даже брови сдвинул. — Я, может, ждал букета, помолвочных конфет... Что там у вас полагается еще?!        — Стихов, — подсказал Акира, неуверенно протягивая к нему руки.        — Не надо стихов, я и так согласен! — Макс радостно прыгнул ему в объятия, прижался к Акире покрепче и признался: — Можно я признаюсь, что ваш император ничего такой? Хорошие наказания придумывать умеет.        — Можно, но только когда папа не слышит, — шепнул Акира и наклонился за поцелуем.

* * *

       Ичиро впервые был благодарен императорским архитекторам за бесконечные сады — достаточно было вернуться за стены во дворец и можно было вести разговор в приличной обстановке, а не на площади у всех на виду. И всё же он никак не мог подобрать слов для того, чтобы высказать всё, что думает. Даже не знал, с чего начать.        — Ты зол на меня? — прямо спросил Ичиро, отчаявшись подыскать другие слова.        Рейден встретился с ним взглядом. Он, конечно, изменился за прошедшие годы, никто не может остаться вечно юным, но годы сделали его только лучше. Как выдержанное вино, он всё также пьянил Ичиро и сбивал с прямого пути.        Ничего удивительного, что тот мальчик Ясуда пожелал его в мужья. Кто бы его не желал?        — Нет, — негромко сказал Рейден. — Я должен был бы злиться, но я не могу.        — Я в самом деле не просил императора запретить брак, — повторил Ичиро, отчаянно желая, чтобы Рейден верил ему сейчас, как верил раньше. — Я просил только отпустить меня к тебе в Суругу.        — Ко мне? — Рейден остановился и — слава богам и богиням! — не спросил "зачем". Ичиро слишком боялся этого вопроса.       — Я хотел тебя увидеть, — сказал он, вглядываясь в лицо Рейдена и надеясь по его выражению прочитать ответы на свои вопросы. — Хотел спросить, в самом ли деле ты так рад этому предложению или это, как ты сказал сейчас, желание провести оставшиеся годы хотя бы с кем-то.        — Знаешь... — Рейден вдохнул глубоко, словно готовился что-то сказать, но только выдохнул и покачал головой. — Нет, это невозможно.        — Что? — подался к нему Ичиро. — Что невозможно?        — Я думал, что смогу держать себя в руках, — Рейден издал нервный смешок и прикрылся веером так, что было видно только надломленные брови. — Нет, я не могу, — тихо сказал он. — И да, ты был прав. В письме я несколько превознес свое оживление. На самом деле я очень ждал от тебя письма с ответом.        — Каким?        — Любой ответ был бы достаточным, — Рейден опустил веер и заглянул ему в глаза. — Ты мог написать, что рад за меня. Что не сможешь приехать, но пришлёшь полагающиеся друзьям подарки. Мог написать, что я бесчестный лицемер, вскруживший голову неопытному мальчишке и что ты знать меня после такого не желаешь. Мог написать, что я дурак и что ты запрещаешь мне даже думать об этом браке…        — А я мог бы тебе запретить? — Ичиро шагнул к нему ближе.        — На самом деле, именно это я больше всего желал прочитать в ответном письме. В конце концов, ты мог напомнить о данных когда-то клятвах…        — Не знал, что ты еще о них помнишь, — признался Ичиро, пытаясь собрать скачущие в голове мысли.        — Конечно, я всегда о них помнил, — кивнул Рейден. — Но что это меняло? Я — сын преступника, ты — военачальник императора. Я мог только отойти в сторону и надеяться, что если ты до сих пор не нашёл мужа, то это не потому, что в столице не осталось достойных людей.        — Не поэтому, — согласился с ним Ичиро. — Я просил императора об отставке, тогда я мог бы к тебе уехать.       — Он не позволил, конечно, — улыбнулся Рейден, опуская плечи, как будто устал от их разговора. — Было бы странно, если бы он так просто тебя отпустил. Конечно, ты нужен ему. Я понимаю, что ты хотел, как лучше, но его величество слишком не любит нашу семью. Ничего страшного.       — Нет, есть кое-что, что Сёму позволил, — признался Ичиро. Об этом он хотел бы говорить не так. Нужно было бы пригласить Рейдена домой, нужно было послать за цветами, нужно было хотя бы переодеться из официального наряда во что-то более подходящее, но обстоятельства были против церемоний.        — Да, — согласился Рейден. — Этот момент с повторным принесением клятвы — не представляю, как ты его на это уговорил.       — Видимо, он решил дать тебе шанс, чтобы попробовать доверять тебе так же, как и другим семьям, — сказал Ичиро.       — Будет ли после клятвы приказ вернуться в ссылку? — спросил Рейден задумчиво. — Или мне будет позволено появляться в столице?       — Я думаю, он позволит, иначе… — Ичиро поморщился. Признание в стиле “Его величество позволил мне позвать тебя в любовники” прозвучало бы оскорбительно, так, словно сам Ичиро не хотел и ничего не решал. — Я уже говорил, что хотел уйти в отставку и уехать к тебе. Его величество предложил другой вариант — я остаюсь и могу предложить тебе стать моим официальным любовником.        — Быть официальным любовником военачальника выгоднее, чем близким другом отставного военного, — заметил Рейден насмешливо и только потом уточнил: — Император точно не казнит меня, если я соглашусь? Не хотелось бы так рисковать.       — Ты в самом деле об этом думаешь?        — А что остаётся? — Рейден тронул перила мостика через пруд и остановился, глядя на лениво проплывающих под ними карпов. — Прости. Конечно же, нет. Но нам вообще не стоило говорить об этом здесь и сейчас.        Ичиро встал рядом, положил ладонь рядом с ладонью Рейдена. Он хотя бы не убрал руку.        — Мне показалось ты испытываешь ко мне те же чувства, что и я к тебе…        Рейден закрыл глаза.        — Сегодня император добр, а что будет, когда он снова вспомнит о том, как его раздражает моё существование?        — Ничего. Самое худшее — уедем в ссылку вместе.        — Или ты поговоришь с его величеством раньше, чем со мной, и тот снова предложит другой вариант. Сколько бы ни прошло лет, ты всё также в первую очередь думаешь о его спокойствии.        Ичиро опешил.       — Так ты обо мне думаешь? — только и смог спросить он.        Рейден помотал головой, потом сдвинул свою ладонь и накрыл ей руку Ичиро.        — Боюсь, что я просто переиграл сам себя, — признался он. — Предложение Такеши свалилось на меня неожиданно, как снег посреди весны. Я подумал — будет забавно: это подтолкнёт Акиру разобраться в своих чувствах, и мне самому поможет подвести черту под тем, что между нами было. Каким бы ни вышел итог.       — И каков он сейчас?        — Сейчас все запуталось только сильнее.        — Блестящая интрига, — не удержался от шпильки Ичиро. — А Сатоко еще считает, что ты лучший в Империи интриган — даже сидя в деревне устроил заговор!       — Виноват, — развел руками Рейден. — Буду лучше стараться.        Ичиро поймал его за руки, сжал холодные, будто сейчас было не начало лета, а сезон Больших холодов, ладони.       — Не шути так. Пообещай, что в столице будешь вести себя прилично — если, конечно, собираешься остаться здесь со мной.       Рейден смотрел на их руки, не поднимая взгляд к лицу Ичиро, словно по глазам он мог бы прочитать его мысли, а так они прятались за длинными ресницами.        — Я хочу остаться, — сказал Рейден после паузы. — Совсем не уверен, что это будет разумным поступком, но действительно хочу.       — Тогда я завтра пришлю цветы, — сказал Ичиро. — А сегодня ты со мной поужинаешь и, надеюсь, не только.

* * *

      — А когда я отправил папе записку и написал, где мы остановились, он написал, что сегодня не придёт, представляешь? — возмущённо рассказывал Акира. — У него важная встреча и всё такое. А от бумаги, чтоб ты понимал, пахнет вином и благовониями, как дома у Ичиро!        — Ну, это же хорошо? — уточнил Такеши задумчиво. — Что твой папа не скучает.        — Я вот думаю, — сказал Акира задумчиво, — он просто так намекал мне бросить Ичиро или нет?        Они сидели в отдельной комнате на постоялом дворе. Макс, Такеши, Акира и Кио собрались вокруг стола. Отец устроился у окна и делал вид, что читает книгу, не прислушиваясь к разговорам молодёжи. Такеши был уверен, что это совсем не так.       — Думаю, освобождал себе место, — фыркнул Макс. — Правда, тогда не понятно, зачем он вас знакомил вообще, но ладно. Главное — это сработало и он точно не в тюрьме. Так и не переживай.        — Я не могу не переживать! — вздохнул Акира. Такеши потянулся погладить его по руке, Макс — приобнять, и на секунду они встретились взглядами. Макс улыбнулся и чуть подтолкнул Акиру, Такеши едва успел поймать его в объятия.       — Извини! — выпалил Акира. — Я не хотел. Макс, ты зачем?       — Это я тренируюсь не ревновать, — пояснил тот с серьёзным видом. — Мне уже пояснили, что это неприлично, и вообще с любовником мужа надо дружить…       Рядом трагически вздохнул Кио.        — А вот меня император вообще выгнал в другую комнату, и брак не пожаловал! — в очередной раз напомнил он. — Почему все говорят, что я ещё маленький!       — Так это хорошо, сам себе мужа выберешь, — попытался успокоить его Такеши, но братишка только вздохнул ещё более печально.       — За это время уже всех разберут! Уже, собственно…       — Ты же не собирался всерьёз замуж за Макса? — уточнил Акира. — Просто если собирался, то уже никак не получится. Даже если сбежать в Крайор…        — Эй, ты что, вздумал меня отдать, чтобы Кио не расстраивался?! От любви не умирают! — возмутился Макс.       — А от гнева императора — очень даже, — философски заметил Акира и добавил: — До сих пор не понимаю, как мы так легко отделались? Если подумать, нас не наказали, а чуть ли не наградили! Такеши, ты умный, ты что-нибудь понимаешь?       Такеши только улыбнулся и покачал головой. Он мог бы много чего сказать о талантах господина Рейдена, но даже ему было не под силу заставить императора передумать.       — Кио, что тебе сказал его величество?        — Что убедился в том, что преступных замыслов мы не имели, — с готовностью повторил брат. Грусть о том, что взять Макса в мужья он не сможет, вытеснил восторг от того, что император говорил с ним лично. Кио уже пересказал весь разговор дословно два раза, и Такеши был уверен, что это не конец.        — Возможно, пока мы добирались до столицы, шпионы его величества добыли какие-то доказательства нашей невиновности, — сказал Такеши. — А может и сам господин Такэда.        — Если ваш господин Такэда сейчас допрашивает папу Рейдена, то я даже немного завидую, — признался Макс задумчиво.        — Кому из них двоих? — уточнил Кио.       — Обоим. Хм, кажется, я начинаю понимать суть имперских отношений, — засмеялся Макс.        — Еще немного с нами поживешь и кроме мужа еще любовника заведешь, — многообещающе посмотрел на него Кио.        Такеши дернул его за рукав.        — Тебе еще рано любовника заводить. Вот исполнится семнадцать, тогда сам и сделаешь предложение по всем правилам.        — Если нас к этому времени всё-таки не казнят, — поправил его Акира.       Такеши не стал спорить, но был уверен, что господин Рейден за это время точно что-нибудь придумает, чтобы этого не случилось.