Папа бы одобрил

      Вид у Акиры был такой, что им залюбовался бы любой некромант: новый, с иголочки, фиолетовый верхний халат, широкий белый пояс с лиловым витым шнуром. В косе — фиолетовая лента и никаких украшений, конечно, не тот случай! Пышному букету фиолетовых дельфиниумов позавидовал бы любой покойник — если бы мог, конечно! «Скорблю с тобой, как друг», — кричал образ Акиры, когда он шагал по улицам Крайгъеля к дому покойного профессора Рида. На него засматривались, но Акира не обращал внимания, посторонние люди стали ему неинтересны, мысли занимал один конкретный человек.       У особняка профессора Акира замер на секунду в нерешительности, а потом отмахнулся от всех сомнений и постучал дверным молотком.       Открыли ему не сразу. Акира даже успел забеспокоиться, дома ли Макс, но тот приоткрыл дверь и застыл на пороге, без слов глядя на Акиру. Тот тоже онемел от увиденного. За два дня Макс словно потух. Глаза больше не сверкали, под ними пролегли глубокие черные круги, а скулы заострились так, будто на него напала тяжелая болезнь. Акира машинально потянулся его просканировать и ничего не почувствовал, словно что-то оборвало его попытку, не дав даже дотянуться до пациента.       — А я вот… — Акира понял, что обязан что-то сказать. — Пришел выразить соболезнования.       — Выражай, — бесцветным тоном отозвался Макс, прислонившись к косяку.       — Соболезную твоей утрате, — искренне сказал Акира. Глядя на Макса оставаться неискренним было совершенно невозможно!       — Спасибо, — тем же тоном сказал Макс. — Цветы тоже мне, что ли?       — Да.       — Ну и дурак, лучше бы выпить принес, — Макс отлип от косяка и развернулся. Потом махнул Акире рукой, не оборачиваясь. — Идем выпьем. У меня еще есть.       Акира не стал отказываться.       В особняке с его прошлого визита многое поменялось. В тот раз был идеальный порядок, теперь же тут словно кто-то прошел с желанием все уничтожить: вещи были сброшены с полочек и ниш в стенах на пол, теперь там валялись вперемешку книги и разные осколки, в которых Акира опознал фрагменты вазы и статуэток. Приходилось смотреть под ноги, чтобы ни на что не наступить, и он чуть не упустил момент, когда Макс нырнул в неприметную дверь. Оказалось — кухню. Та тоже порядком не отличалась, по полу катались пустые бутылки, но осколков посуды было меньше, видимо, свою боль Макс выплеснул раньше.       — Садись, — тот ногой подвинул ему добротный тяжелый стул. — Тебе чего налить? У меня тут осталось еще белого немного, будешь? Или вот это?       Макс показал большую бутыль местного напитка, который перегоняли из зерна и который, по мнению Акиры, в здравом уме ни один человек пить не мог.       — Лучше вино, — торопливо сказал он.       Макс кивнул, с грустью погладив пузатый бок бутылки.       — Ну и правильно. Это напоследок.       — В каком смысле “напоследок”? — насторожился Акира. Настроение Макса ему очень не нравилось. Вот такие пациенты сначала пьют, а потом с моста в речку падают и не всегда по случайности!       — А тебе не все равно? — Макс поставил на стол пивную кружку и щедро плеснул в нее вина. — Ты вообще зачем пришел? Только не надо мне снова про соболезнования рассказывать. Если явился за результатами своего эксперимента, то можешь с Мартина их спросить.       — Не понял, — честно сказал Акира. Вернее, как раз понял, просто не мог поверить, что его буквально отправляют в обитель блаженных.       — Не понял, да? — переспросил Макс, вперив в него пронзительный взгляд зеленых глаз. — Ты еще скажи, будто не знаешь, что он с твоими расчетами на магический полигон поехал!       Акира от такой новости подгреб к себе кружку и залпом осушил наполовину. Нет, он сам думал, не в его ли эксперименте дело, но верить в то, что его кристаллы могли довести опытного мага до могилы, совершенно отказывался!       — Не может быть, — решительно сказал он. — Моя смесь только в кристаллы собиралась, и профессор Рид это знал.       — Ну, да, — протянул Макс. — Мартин тоже об этом говорил. Но рецепт это одно, а что ты там принес для изготовления, это другой вопрос…       — Ты что! — Акира подскочил на стуле так, что оставшееся вино выплеснулось из кружки на халат. — Чтобы я… профессора Рида!..       В голове никак не укладывалось, что кто-то мог его заподозрить в таком ужасном преступлении.       Макс даже не пошевелился, только спросил с сожалением:       — Целитель?       — Конечно!       — Жаль, — вздохнул Макс, и, сложив руки на столе, устроился на них головой, будто сил не было даже сидеть ровно.       — Почему жаль? — растерялся Акира.       — Целитель не способен нанести другим вред, — очень грустно сказал Макс. — Вот если бы ты это нарочно сделал, я бы тебя убил и можно было бы считать, что отомстил за смерть Мартина. А так что я могу еще для него сделать?       Акире не показалась смешной шутка про его убийство, но и обижаться на Макса тоже не получалось.       — Он был тебе очень дорог? — Акира не утерпел и коснулся плеча Макса, будто бы только в жесте поддержки, а на самом деле еще раз пытаясь проверить его магией. Но снова совершенно ничего не получилось, вся направленная сила растворилась, как капля воды в горе сухого песка.       — У меня, кроме него, никого больше нет, — признался Макс, потом потянулся за бутылкой, скинув с плеча руку Акиры, и налил себе еще вина.       Акира понял, что в одиночку здесь не справится. Опыт лечения обычных болезней у него был уже немалый, а вот специалистом по утешению боли душевной он пока еще не стал. Зато был один замечательный специалист дома.       Акира попытался представить, что сказал бы папа, увидев дома Макса. Конечно, они были едва знакомы, и Макс был варварски пьян, но когда это мешало помогать людям? Значит, папа бы одобрил!       — Слушай, — сказал он, — давай я тебя познакомлю с одним человеком? Он много чего знает об одиночестве и мести. Честное слово, он с этим намного лучше меня умеет разбираться, — Акира снова тронул Макса за плечо. — Пойдем, а?       — Далеко?       — Далеко, но телепортом за секунду доберемся, — обрадовался Акира.       Макс покачал головой.       — Тогда нет.       — Почему?       — Ну, не могу я в телепорт войти, — Макс сел, чтобы развести руками, и тут же покачнулся и чуть не упал со стула. — Магия на меня не действует же.       — Совсем? — растерялся Акира. — Такого не бывает.       — Ну, попробуй, — равнодушно пожал плечами тот и снова привалился к столу. Акира попробовал сначала еще раз проверить магией на заболевания. Потом открыть вокруг Макса поле для перехода. Стул из-под него исчез, и Макс сел на пол, осуждающе глядя на Акиру.       — Прости! — повинился тот и подвинул ему свой стул. — И правда не получается. А почему?       — А это не твое дело! — отрезал Макс.       — Очень даже мое, — возмутился Акира. — Я же вижу, что тебе плохо, а ничего для тебя сделать не могу!       — Можешь, — сказал Макс. — Выпить еще принеси. И собутыльника своего приводи сюда, так уж и быть, выпьем вместе. Все равно до похорон Мартина мне делать нечего.       И он снова устроился головой на столе.

***

      Из телепорта Акира вышел по привычке в саду, и ему даже не пришлось искать папу — тот снова что-то увлеченно пересаживал, хотя сад и так мог потягаться с императорским парком.       — Папа! Ну, сколько можно! — вздохнул Акира. — Тебе совсем не жалко спину?       Папа выпрямился и с невозмутимым видом стряхнул с ладоней землю.       — Здравствуй, сын, — мягко сказал он. — Не так уж много я и переделал.       Акира окинул взглядом сад. Уж на что он слабо разбирался в садоводстве, но не заметить, что папа снова все поменял, было невозможно! И если гору камней еще могли натаскать помощники — а еще вырыть вокруг нее пруд! — то усадить все вокруг свежими растениями папа бы им ни за что не доверил. Впрочем, возможно, в его планах была переделка грандиознее, в сравнении с которой изменения и в самом деле были незначительны.       — Ладно, тебе виднее, — скрепя сердце, согласился Акира. — И вообще, это не важно… На самом деле я пришел попросить тебя о помощи.       Папа кинул выразительный взгляд на его наряд и сказал:       — Это я уже понял. Кто у нас умер?       — Это не у нас, но ты прав — помощь нужна человеку, у которого умер близкий. Понимаешь, он остался совсем один и… — Акира запнулся, сообразив, что говорить “как ты”, пожалуй, не стоит.       — Я понимаю, — кивнул папа, не изменившись в лице. — Ты хочешь, чтобы я с ним поговорил и объяснил, что жизнь продолжается и одиночество не вечно?       Акира кивнул с облегчением. Сам он ни за что так деликатно про папину ссылку сказать не смог бы.       — Что ж, мне будет даже интересно познакомиться с твоим другом, раз ты так о нем беспокоишься, — папа даже улыбнулся. — Когда будет удобно устроить встречу?       — Прямо сейчас, — не стал ходить вокруг да около Акира.       Папа молчал целую минуту, заставляя его нервничать. Наконец, он кивнул.       — Дай мне только немного времени привести себя в порядок и закипятить воду для чая.       — Нет, папа, мне нужно, чтобы ты отправился со мной в Крайор, — на одном дыхании сказал Акира.       На этот раз молчание длилось дольше.       — Ты ведь помнишь, что я не должен покидать Империю? — уточнил папа. — Уверен, что, если это сделать, господин судья будет страшно разочарован и ему придется написать доклад в столицу. Может, лучше ты все-таки приведешь сюда своего знакомого?       — Да как судья об этом узнает? — отмахнулся Акира. — Папа, это в самом деле очень важно! Если бы я мог привести его к тебе, я бы так и сделал, но на него не действует никакая магия и затащить его в телепорт невозможно. Выход только один — привести к нему тебя.       Папа сцепил руки в замок, не обращая внимания на то, что они перепачканы землей.       — Не действует магия? — переспросил он, нахмурившись.       — Совершенно! — заверил его Акира. — Поэтому другого выхода нет — только отправиться с тобой в Крайор!       — Хорошо, — наконец, согласился папа. — Только дай мне несколько минут. Это, в конце концов, просто неприлично — приходить в гости в таком виде!

***

      Когда Акира с папой вышли из телепорта, Макс так и сидел там же, сгорбившись, за столом. При виде папы он широко распахнул глаза и сказал Акире:       — Знаешь, когда мы говорили о собутыльнике, я представлял кого-то попроще.       — Не стоит беспокоиться, — мягко сказал папа, сразу перейдя на крайорский. — Я вполне могу составить вам компанию за чашкой-другой вина.       Макс выпрямился, потом огляделся по сторонам со сконфуженным видом.       — Тогда нам лучше пойти в гостиную, — пробормотал он, ногой закатывая под стол пустую бутылку. — Здесь не прибрано. Правда, мне угостить вас нечем и вообще…       Папа на людей влиял, конечно, одним своим видом.       — Это не страшно, — он так ловко подхватил Макса под руку, что Акира даже позавидовал. — Думаю, мы успеем немного поговорить, пока Акира сходит за вином и закусками.       Они прошествовали мимо Акиры так, будто были давними добрыми знакомыми, а вокруг не валялись пустые бутылки и осколки, выдавая происходящую драму.       И Акира только за порогом особняка Ридов понял, что его просто деликатно выставили из дома, чтобы не мешал вести душеспасительные беседы.       Ну, папа!..       Как Акира ни старался, купить все необходимое быстро не получилось. Везде толкался народ, торговался, ругался и не желал пропускать иноземца вперед других.       Все-таки в Империи народ был культурнее, там бы только посмотрели на его наряд и сразу с соболезнованием пропустили вперед, а то и вовсе разбежались — а ну как господин маг из некромантов, раз расхаживает в таком виде!       В конце концов, нагрузившись корзинками и свертками, Акира вернулся обратно. У порога прислушался, но не услышал ничего подозрительного. Зато в гостиной увидел картину, от которой чуть не выронил покупки из рук.       Папа с Максом сидели на диванчике у низкого столика и попивали чай, будто не было ничего естественнее. Макс, словно бы враз протрезвев, сжимал чашку обеими ладонями, папа пил — судя по запаху, все-таки не настоящий чай, а местный травяной сбор, — держа за блюдечко, найдя компромисс с крайорским сервированием. При виде Акиры он улыбнулся и указал на пустующее кресло у камина:       — А вот и Акира вернулся! Присоединяйся к нам, дорогой.       — Я так понимаю, в вине надобность отпала? — Акира как был, с покупками подошел ближе. Макс бросил голодный взгляд на корзинку и тут же его опустил.       — Почему же? — спросил папа, поставив блюдце с чашкой на столик. — Выпьете за ужином.       — А вы с нами не останетесь? — негромко и с явным разочарованием спросил Макс.       — Сожалею, — мягко улыбнулся папа. — Ссылка — это не то положение, в котором позволено отлучаться надолго. Пора возвращаться. Но, если тебе захочется поговорить еще, ты всегда можешь попросить Акиру привести меня в Крайор.       — Спасибо, — с чувством сказал Макс. — Я не думал, что есть кто-то… кто поймет.       — Жизнь иногда преподносит удивительные открытия. И никогда не оставляет тебя совсем без ничего, — папа погладил его по плечу и встал, поправляя рукава халата. — Не буду задерживать Акиру. Вам здесь еще ужин готовить. Всего вам доброго.       За последней фразой скрывалась целая бездна подтекста, над которым Акире вдруг даже стало страшно задуматься.       Папа снова улыбнулся Максу и повернулся к Акире.       — Отправь меня домой, пожалуйста.       Акира молча свалил покупки в кресло и утянул его с собой в телепорт.       В саду смеркалось, напуганные их появлением птицы вспорхнули с ближайших веток.       — Готовить ужин? — только и смог переспросить Акира.       — Некоторым людям для того, чтобы почувствовать свою нужность, необходимо всего лишь немного заботы, — пояснил папа так, словно это все объясняло.       — Если бы все решалось так просто!       — Людям часто кажется, что самый простой вариант не принесет пользы, — проговорил папа. — Начинают кружить вокруг да около, что-то выдумывать, вместо того, чтобы прямо спросить, что человеку нужно…       — Знаешь, я так и сделал, — уязвленно сказал Акира. — Я спросил Макса, чем могу ему помочь.       — И что он сказал?       — Сказал, что я могу с ним выпить. И привести собутыльника.       — Вот видишь — ты сделал, как он просил, и это помогло, — улыбнулся папа. Акира не нашел, что на это возразить. — А теперь ступай и помоги ему не чувствовать себя одиноким. В первые дни после потери это особенно важно.

***

      Телепорт в очередной раз Акира открывал не в гостиную, чтобы не напугать Макса, а в кухню. Заодно и стул вернул, который перед этим в гордом одиночестве отправился в папин сад. Макс вышел к нему, на ходу жуя пирожок из тех, что принес Акира. Ну, по крайней мере, он не собирался уморить себя голодом.       — Надо же, ты и правда вернулся, — с удивлением сказал он.       — Я же должен о тебе позаботиться, — напомнил Акира.       — Не должен, — Макс с насупленным видом куснул пирожок и проговорил невнятно, не прожевав: — Ты мне нифефо не обешаф.       Может, не так уж и прав был папа насчет его одиночества. А может, Макс просто боялся довериться чужому человеку.       — А я обещаю, — серьезно сказал Акира. — Не могу же я оставить тебя одного в беде.       — Ты меня второй раз в жизни видишь.       — Мне бы и одного хватило, — отрезал Акира.       Макс дожевал пирожок молча, не сводя с него взгляда. Только потом подвел итог:       — Целитель хренов.       — Не хренов, а очень хороший, — педантично поправил Акира. — Садись, а я пока приготовлю ужин.       Макс не стал спорить. На Акиру он смотрел как на редкую птицу, которую можно в любой момент спугнуть. Но сам Акира исчезать не собирался.       — Суп будешь?       — Все буду, — кивнул Макс. — Мне еще искать, кто Мартина убил.       Акира чуть не уронил медную кастрюльку, которую доставал с верха буфета.       — Убил?!       — Мы с твоим папой посовещались и решили, что, если ты не виноват, то кто-то другой точно замешан.       Спорить с папой обычно было себе дороже — он всегда умудрялся обращать внимание на мелочи, которые Акира не замечал, и делать на их основании удивительные выводы. Но не зная ни профессора Рида, ни про эксперимент с кристаллами, строить теории было бы сложно даже для него.       — Несчастные случаи оттого и зовутся так, что происходят непредсказуемо.       — Не с Мартином, — отрезал Макс. — Он твои расчеты весь вечер проверял и перепроверял. Ошибки допустить Мартин не мог. И у тебя ведь тоже ничего не взрывалось?       — Ничего, — согласился Акира. — С другой стороны, мне материалы на эксперимент выдали из запасов Академии, а там такое…       — Их он тоже проверил. Все было свежее.       А вот это было неожиданно! Кастелян Академии отличался особой скупостью, будто каждому отмерял из своих собственных запасов, и то и дело норовил подсунуть самые залежалые материалы. Сокурсники Акиры постоянно на это жаловались.       — А это и правда подозрительно!       — Вот и твой папа сказал, что, если взорвалось то, что взрываться не должно, то за этим точно кто-то стоит! — Макс хлопнул ладонью по столу. — И я эту гадину поймаю и удавлю!       — Убивать — нехорошо.       — Ну, не знаю, — хмыкнул Макс. — Твой папа сказал, что раз материалы выдавали тебе, то, может, и тебя собирались убить вместе с Мартином. В общем, он меня благословил.       Акира онемел. Он еще допускал, что кто-то в Империи мог гореть желанием праведной мести, пускай и прошло столько лет после восстания. Но кому он мог перейти дорогу в Крайоре?!       — А папа у тебя интересный, — вдруг добавил Макс. — Я бы с ним еще как-нибудь выпил, только уже нормально.       Ревновать было неприлично, особенно к родному отцу, но Акира испытал как раз это, до сей поры неизведанное чувство.       — Да, — сказал он, прислушиваясь к себе. — Папа у меня замечательный.       — И он правда двадцать лет живет в ссылке?       — Двадцать четыре, — поправил Макса Акира.       — Дааа, — протянул Макс.       Про ссылку он не расспрашивал, видимо, папа успел в двух словах рассказать основные перипетии жизни их семьи.       Какое-то время Макс молча жевал другой пирожок, а Акира разводил огонь в очаге. Его не покидало странное ощущение, будто все это не взаправду. Ну, не бывает так, что ты в человека влюбился и тут же жизнь дает все шансы проявить заботу. Просто так, не ради того, чтобы показать себя с лучшей стороны, а только потому что это правильно — помочь, поговорить, накормить.       Вдруг с этажа выше послышался странный звук, будто кто-то уронил что-то тяжелое.       Макс вскинул голову, прислушиваясь. Звук повторился.       — А вот и гадина, — едва слышно сказал Макс. — Сейчас узнаем, кто там шарится…       — А… — начал было Акира, но Макс подскочил к нему совершенно бесшумно и зажал рот ладонью.       — Тихо, — сказал он одними губами. Его лицо было совсем близко, и Акира замер, глядя ему в глаза. — Пусть думает, что тут один. За мной!       Макс одной рукой снял висящий на стене тесак для рубки мяса, другой — подхватил одну из валяющихся на полу пустых бутылок за горлышко, как дубинку.       По лестнице наверх он поднимался так же бесшумно. Акира крался за ним. Ходить так мягко по-кошачьи он не умел, но спасало идеальное состояние особняка — ни одна ступенька под ногами не скрипнула.       У двери в кабинет Макс замер, прислушиваясь. Из-за двери время от времени раздавалось покашливание и глухие удары, будто кто-то ронял что-то некрупное на пол.       Макс покосился на Акиру, а потом с силой пнул дверь. Та распахнулась, ударившись об стену и заставив незваного гостя испуганно подскочить на месте.       Акира в жизни не думал, что ректор Вайсмер умеет так прыгать.       А еще он не думал, что ректор способен опуститься до воровства. Но увы, ничем другим это быть не могло — в кресле лежал раскрытый и уже наполовину заполненный книгами и тетрадями мешок, а какая-то часть их валялась на полу, видимо, отброшенная за ненадобностью.       — Ах ты гад! — рявкнул Макс и швырнул в Вайсмера тесаком.       Ректором тот был не за красивые глаза — вовсе нет! — и успел выставить перед собой ладонь. Один из камней в перстне вспыхнул — тесак упал на пол, не долетев до Вайсмера. Следом за ним полетела бутылка и тоже пала на ковер, сраженная чарами. Кидаться Максу больше было нечем и он бросился на Вайсмера сам, одним длинным кошачьим прыжком. Тот еще успел швырнуть в Макса два огненных шара, но они обтекли тонкую фигуру, не причинив никакого вреда. Один ударил в деревянный косяк, рассыпаясь искрами, другой вылетел в дверной проем, чудом не задев Акиру, и ударил в стену за ним. А в следующий момент Макс повалил Вайсмера на пол:       — Ворюга! — прорычал Макс, придавливая его к полу. — Это ты убил Мартина?!       Вайсмер не отвечал. Он пыхтел, силясь скинуть Макса с себя, и, кажется, пытался даже и колдовать, но всякая магия — как Акира уже успел узнать! — не причиняла ему никакого вреда.       — Сугияма! — пропыхтел он натужно. — По… моги!…       Акира подошел ближе, но кому была нужнее помощь, он пока не определил. Как ни крути, но едва ли Вайсмер явился забрать книжки, которые одолжил у него Рид, а воровство Акира не одобрял. С другой стороны, убийство Акира тоже не одобрял, а Макс уже дотянулся до шеи Вайсмера и сжимал на ней пальцы. Вайсмер некрасиво побурел и одной рукой отпихивал от себя Макса, а другую умоляюще протянул к Акире.       — Макс! — все-таки одернул он.       — Ну, чего?!       — Он так ничего не расскажет!       — Твою мать! — выругался Макс и разжал пальцы.       Вайсмер со свистом втянул в себя воздух и закашлялся. Акира отвел взгляд, чтобы не кинуться проверять состояние его трахеи. Вот расскажет Максу правду, и тогда Акира ему все залечит сразу!       — Говори! — приказал Макс, тряхнув Вайсмера так, что тот стукнулся затылком об пол. — Почему ты убил Мартина?       — Какх!.. кх!.. Какого беса? — сдавленно выдохнул тот. — Я его не трогал!       Макс снова с угрожающим видом потянулся к его шее.       — Не надо, я скажу, скажу! — перешел на панический сип Вайсмер и указал пухлым пальцем в сторону Акиры. — Умереть должен был он!       — Я?       Изумило Акиру не столько признание, сколько то, что папа в очередной раз оказался прав.       — Но я же ничего плохого не сделал!       — Не сделал? — Вайсмер в возмущении подскочил так, что едва не сбросил с себя Макса. — Ты, подлец!.. Кха-кха! Соблазнил мою жену и думал, что я об этом не узнаю?!       — Ну да, — не стал скрывать Акира. — Я ее любовник, но разве это повод меня убивать?       И Вайсмер, и Макс посмотрели на него с одинаковым выражением.       — Кромешный идиот! — не стал церемониться Вайсмер.       — А что, надо было соблазнять тебя? — развеселился вдруг Макс.       Вайсмер сплюнул.       — Тьфу! Мужеложцы!       Это было все-таки не совсем верно — с мужчиной Акира пока что не успел разделить ложе, но спорить с этим утверждением не стал.       Макс снова стукнул Вайсмера затылком об пол.       — Ты лучше рассказывай дальше, пока я добрый!       Тот поморщился, но нехотя признался:       — Когда он пришел со своими расчетами, я понял, что это отличный шанс. Все равно на родине он почти ссыльный, скандала не будет, а Гвен поплачет и возьмется за ум…       — Ближе к делу! — поторопил Макс.       — И тогда я приказал кастеляну выдать материалы из особой секции, — скороговоркой просипел Вайсмер.       — Так я и знал! — Макс размахнулся, чтобы ударить, и тот испуганно вжал голову в плечи, но он так и не стал его бить и опустил руку, словно вдруг потеряв силы.       — Особая секция? — непонимающе переспросил Акира.       — Для таких, как ты, — тихо сказал Макс. — Кромешных идиотов…       — Ну, что непонятного? — Вайсмер приподнялся, опираясь на локоть. — Думаете, мы можем отпускать в свободное плавание студентов, которые заваливают экзамены или просто слишком много себе позволяют?! А так — небольшой несчастный случай, ничего подозрительного, когда человек плохо учится!       Акира посмотрел на Макса. Тот вяло кивнул.       — Да, Мартин говорил, что ректор отвечает за… “отчисление”. Даже отказался от должности ректора из-за этого.       — К чему эти сантименты? — холодно спросил Вайсмер. — От должности он отказался, видите ли! А он подумал, что будет, если просто отчисленные и недоучившиеся маги возьмутся колдовать? Или в разбойники подадутся? Или того хуже — в благотворительность! Кто-то же должен следить за порядком. Мы не можем позволить, чтобы репутация Академии как-то пострадала!       — Вам бы про репутацию говорить, — поморщился Акира. Ректор вызывал такое отвращение, что его даже лечить не очень хотелось.       — Чья корова бы мычала, Сугияма, — выделил его фамилию Вайсмер. А потом, сообразив, что Макс его больше не держит, вскочил на ноги с прытью, какой Акира от него не ожидал. Снова колдовать он, должно быть, не решился после прошлых провальных попыток, зато стремглав бросился бежать к раскрытой двери.       Однако судьба была не на стороне Вайсмера.       Бутылка, которую Макс уронил на ковер, откатилась в сторону, когда они с Вайсмером барахтались по полу, и теперь подвернулась ему под ногу. Вайсмер успел только вскрикнуть, а потом рухнул вниз, пересчитав собой ступеньки лестничного пролета, и остановился, лишь впечатавшись в стену.       Акира бросился к нему, но даже поза с неестественно вывернутой шеей намекала, что спасать уже некого.       — Твою ж мать, — вздохнул за спиной Акиры Макс. Печалился он явно не о погибшем Вайсмере. — И вот что теперь делать, а?!       Акира снова постарался представить, что сказал бы папа.       А папа бы сказал, что судьба решила за всех сама. И что Максу не пришлось марать руки в крови, а Акире доказывать на разбирательстве внутри академии, что профессор Рид умер по вине ректора. В торжество справедливости в стенах Академии, где студентов “отчисляли” сразу на тот свет, совершенно не верилось.       — Что делать? — протянул за Максом Акира. — А вот пусть это решают в Академии.       И он утянул тело покойного Вайсмера в телепорт, отправляя прямиком в кабинет ректора.       — Куда ты его?       — В Академию, — честно признался Акира. Сел на ступеньку и вздохнул. Доучиваться совершенно расхотелось. Не сегодня-завтра выберут нового не слишком щепетильного ректора, тот продолжит заведенную традицию, и как прикажете учиться, зная, что в любой момент кто угодно из твоих сокурсников может попрощаться с жизнью из-за какой-то дурацкой репутации Академии?       Макс неторопливо опустился рядом с ним на ступеньку и вдруг сказал:       — А ты ничего. Целитель, конечно, но не совсем лопух.       Акира против воли улыбнулся.       — Ты мне тоже нравишься.       Макс хмыкнул.       — В смысле, как друг или как у вас там в Империи принято?       Акира посмотрел ему в глаза. Макс взгляда не отвел. Может, конечно, Акира и был лопухом, но одно он знал наверняка: если возвращаться в Империю, то лучше не оставлять неоконченных разговоров и не сделанных признаний, о которых потом придется жалеть и гадать, как бы все сложилось, если бы он был храбрее.       — Во всех смыслах, — сказал Акира.       Макс кивнул. Какое-то время он молчал, заставляя Акиру нервничать. Но хоть бить не полез и не шарахнулся от него, как любой другой богобоязненный крайорец!       — Ладно, — наконец выдохнул он. — Пусть сначала будет, как друг, а там — как пойдет! — Макс хитро улыбнулся и добавил, не сводя с Акиры взгляда:       — А еще твой папа сказал, что к тебе стоит присмотреться. Думаю, плохого он не посоветует!