Твоя Власть (Your Power)

Гробовую тишину похороненного бюро нарушала Ху Тао, ярко жестикулируя руками. Другие работники могли бы подумать, что она кого-то ругает. Отчасти, так оно и было, однако этим кем-то был не Чжун Ли и не остальные консультанты. — Она раньше была нормальной! — начала Тао, имея ввиду Нурбахар. Хоть она и не упоминала ее имени, Чжун Ли все равно понял, о ком речь. — Я когда познакомила ее с Бай Чжу, она его ненавидела, мне кажется... А теперь! А теперь она ему во всем помогает, заботится, а мне хамит, будто это она с ним с самого детства знакома, а не со мной! Беспредел, беспредел... — Тише, Тао, — успокоил ее Чжун Ли, пусть и безуспешно. — Придется с этим смириться. Нурбахар ведь не предала тебя, просто... — Просто что?! — вспылила Ху. — Да она просто оборзела, вот что! Эти двое нашли друг друга... Медицинская погань! Чжун Ли глубоко вздохнул, терпеливо прищурившись. — Может быть, она просто устала, и нервы так на нее подействовали, — предположил он. — Ведь сейчас ты тоже нервничаешь. — Что ты ее защищаешь? — скрестив руки, возмутилась Ху. — Я по делу нервничаю, а вот она... — Что, если она тоже по делу? — спокойно сказал Чжун Ли. — Тао, не злись так на нее, — он положил ей руку на плечо, чтобы успокоить. — Еще успеете помириться. Ты вспыльчивая, а она чувствительная, вот вы и ссоритесь. — Ты не понимаешь, — сухо ответила Ху тао. — Это все из-за Бай Чжу! Это он причина всех ее и моих бед! — И что ты хочешь с этим сделать? — спросил Чжун Ли. — Без понятия! — отчаянно ответила Тао. — Знаешь, что? Пусть идет... куда подальше. И там с этим своим придурком водится, — Ху издала обиженный стон. — Тише... — шепотом сказал Чжун Ли, когда Тао успокоилась, и подошел к ней, успокаивающе потрепав ее плечо рукой. *** Чтобы Бай Чжу выздоровел, потребовалась пару недель, после чего он наконец встал на ноги с новыми силами. Так было всегда... Но он был уверен, что когда-нибудь все выйдет иначе, и он этого боялся. Однако пока оно не случилось, так что каждая болезнь лишь укрепляла его в своем стремлении. Лекарь медленно ходил по кабинету, о чем-то увлеченно думая, пока Нурбахар, сидя на деревянной табуретке, наблюдала за ним. — Знаешь, я, конечно, стараюсь основываться на опыт алхимиков, — начал Бай Чжу, как будто говорил сам с собой, — но я хочу новшеств. В конце концов, у них ничего не вышло. Они, как и я, с каждым разом хотели сделать что-то новое. Я должен приложить максимальные усилия, чтобы не просто увеличить знания, а наконец достигнуть бессмертия. — Ни у кого до сих пор не получалось... — устало ответила Нурбахар, подперев щеку рукой. — У кого-то же должно получиться, — лекарь наконец обратил внимание на нее, остановившись рядом. — Думаете, что этим кем-то станете вы? — тихо спросила Нурбахар. — Я уверен, — спокойно ответил Бай Чжу. Нурбахар тяжело вздохнула. Лекарь, тихо хмыкнув после этого, сел за стол, пока она не поворачивалась к нему. Со временем ее возмущение смягчилось. Она привыкла, но до сих пор не могла понять Бай Чжу, и не поймет, так что свое экспрессивное негодование фармацевт поместила в дальний уголок своего разума, иначе только сильнее бы изводила себя раздумиями. Однако его стремление к вечной жизни все еще вызывало у нее непонятную тревогу, будто бы это была тупая боль, которую тяжело точно описать. Нурбахар молча наблюдала краем глаза, как лекарь выводит рецепты аккуратным почерком. Бай Чжу видел ее взгляд, лишь немного улыбаясь, и понимал, что она снова ушла куда-то в себя. Он прекрасно знал, о чем она думает, о чем переживает и что вспоминает. И лекарь никогда не отказывался от возможности напомнить ей об этом, после чего наблюдал этот холодный, недоверчивый взгляд, хотя иногда Нурбахар... смягчалась. — На днях мы поссорились с Ху Тао, — задумчиво начала фармацевт, все еще наблюдая за руками Бай Чжу. Она замолчала, и в кабинете повисла тишина, которая ожидала логичного продолжения. — По какому же поводу? — с любопытством спросил лекарь и удостоил Нурбахар своим хитрым взглядом, после чего снова уткнулся в рецепт, все-таки внимательно слушая. — Какая, впрочем, разница... — тяжело промямлила она. — Не сомневаюсь, что госпожа Ху не отказалась вмешать в эту ссору меня, — со спокойствием предположил лекарь, будто бы и так знал, как все было. Нурбахар с отчаянным стоном выдохнула, приняв свое поражение в этой маленькой попытке сокрытия факта. — Ясно... — понимающе кивнул Бай Чжу, после чего оторвал взгляд с пожелтевшего листа, посмотрев на Нурбахар, когда она наконец-то повернулась к нему. — Не мучай себя из-за Ху Тао, — сказал лекарь с искренним желанием утешить, — ты из-за этой пустой ссоры ничего не теряешь. — Как это не теряю? Она моя сестра. — Что это меняет? — непринужденно пожал плечами лекарь. — Кровное родство еще ничего не значит. Сестра может быть тебе врагом, а чужой человек — твоим сердцем и кровью. Родство — просто человеческий механизм... — Все-таки мы с ней знакомы с самого детства, — сопротивилась Нурбахар. — Я не могу вот так взять и просто отрезать себя от нее, — она ему в некой степени доверилась, поэтому перестала бояться открыться. — Не страшись, — мягко успокоил Бай Чжу. — Люди приходят и уходят, а ты умей отпускать их. Даже если это Тао, которую ты так хорошо знаешь. Это тебе точно по силам. Нурбахар молча выдохнула, поджав губы. Лекарь понаблюдал за ней пару секунд, после чего, взглянув на недописанный рецепт, встал, обойдя стол и встав перед ней. К тому времени постепенно наступил вечер. — Лучше иди домой и отдохни, — он аккуратно подал ей руку. — Завтра будет продуктивный день. *** У Бай Чжу всегда была хорошая репутация в городе. Люди считали его гением, если не посланием небес, ибо он каким-то образом лечил любую болезнь. Пусть некоторые люди сторонились его из-за непривычной методики, но в случае тяжелого недомогания шли именно к нему. На чьи-то возмущения лекарь никогда не обращал внимания, а даже относился с пониманием. Ху Тао тоже пользовалась некой известностью. Стоило ей захотеть, и про любого человека по всему Лицзяну пойдет странный слушок. И поэтому когда она захотела насолить Бай Чжу, не придумала ничего лучше, чем начать распускать про него сплетни.