Твоя Власть (Your Power)

Для Нурбахар стало огромным облегчением то, что Бай Чжу все-таки выздоровел. К тому же он вернулся к своему оптимистичному настрою. И все же она переживала по поводу того, что будет дальше. Казалось, что все события, прошедшие за последние пару месяцев — череда пунктов, которые приведут к конечной точке, но она может стать смертельной. Должно быть, лекарь был рад снова встать на ноги и вернуться к работе. Настолько ему было хорошо, что для него стало удовольствием поперебирать травы, пока Нурбахар сидела на диване, устало подперев голову. Она выглядела явно хуже, чем Бай Чжу. — Что с тобой все это время, душа моя? — наклонив голову, спросил лекарь. — Хотя я знаю, из-за чего ты грустишь. Знаешь, пора уже смириться... — Не нагнетай, — Нурбахар изможденно зарылась руками в растрепанные волосы. — Как с этим смириться? — Разве ты можешь что-то изменить? — спросил лекарь, оторвавшись от трав. — Перестань себя изводить. — Иногда я поражаюсь твоему оптимизму... — холодно восхитилась фармацевт. — Оптимизм — это симптом какой-то серьезной болезни, — сказал Бай Чжу. — Или же ее осложнения. Так что, знаешь... Будь, какая есть. Нурбахар взглянула на лекаря с сочувствием. Он всегда рассказывал о своем прошлом вкратце. Его прошлое — та самая болезнь... Бай Чжу не мог смотреть на Нурбахар, когда говорил, что его семья умерла в его детстве. Ему было тяжело видеть эти сочувствующие глаза, так что дальнейший рассказ он ограничивал. Во всяком случае, он не чувствовал обязанность перед ней. — Перестань так на меня смотреть, — бросил Бай Чжу и отвернулся. Последовала тишина, и он грустно вздохнул. — Я не жаловался, понимаешь? — объяснил лекарь. — Я просто рассказал про оптимизм. Зачем же ты мне сочувствуешь? — ...Я не должна? — недоуменно спросила Нурбахар. — Я бы не хотел. Фармацевт опустила взгляд, а на кухне повисла тишина, лишь иногда нарушаемая шелестом трав. Почему-то Бай Чжу сильно задевала жалость... — Прости... — тихо извинилась Нурбахар, наконец встав. — Забудем. Я хотела спросить, что ты в следующий раз попробуешь? — А, об этом... — Бай Чжу смягчился. — Продолжим работать с отварами, пока я думаю над чем-то более действенным. — Что значит «более действенное»? — Нурбахар подошла к нему и заглянула в глаза. — Ты хотя бы примерно имеешь представления? Вот я — нет. — Мне не хватает информации, — объяснил Бай Чжу. — Мне нужно познакомиться с мудрыми, знающими людьми. С теми, кто не известен в обществе, но давно живет на этом свете, и узнавал много нового. — Где ты их собираешься найти? — Хороший вопрос, — выдохнул лекарь. На этой мертвой точке диалог и закончился. *** На удивление, день выдался тихим, спокойным и совсем не нагруженным. Для Бай Чжу, который только восстанавливался после болезни, это было довольно хорошо. Да, день не принес много денег, но у лекаря они и так были, и пару дней бы не нанесли убытков. Одна лишь Нурбахар нервничала. — Я тебе говорю, это все Ху Тао... — утверждала она, нервно щелкая пальцами. — Это точно... — Расслабься, — непринужденно сказал Бай Чжу, попивая чай. — Люди не болеют. Ну не прекрасно ли? — Ну, хорошо, что ты этому рад... А если так каждый день будет, то что тогда? — Настанет спокойная жизнь, — отшутился лекарь и посмеялся, наблюдая за Нурбахар. — Что ты так переживаешь? Слухи забудутся совсем скоро. Сравни меня, врача с хорошей репутацией, и Тао — директора какой-то похоронной конторки. Она может так сильно подорвать мой авторитет? — Ты ее недооцениваешь, — она выдохнула. — Я ее довольно точно оценил, — сказал Бай Чжу. — Сколько ты с ней не виделась? Вот все это время я наблюдал за ней. И даже больше. Я никого не боюсь, а тем более каких-то примитивных сплетен... — Из-за таких «примитивных сплетен», у нас в Турции жизни лишались, — отстраненно сказала Нурбахар, со страхом вспомнив былые дни. — Поверь, ты бы не хотел оказаться на их месте. — Я и не окажусь, — изъявил он с гордостью. — Не мой это удел. — Побойся Всевышнего, — сказала Нурбахар, поняв, что разговор бесполезен. — Не искушай судьбу. — Что там судьба для меня приготовила... неважно, — отрезал Бай Чжу. — В этом нет никакого смысла. Я и сам разберусь с тем, что будет дальше. И я тебе обещаю, — он встал, — что ничто мне не помешает достигнуть вечной жизни. Тем более ты, даже если сильно этого захочешь. Бай Чжу подошел к Нурбахар, а она на автомате встала. Он всегда смотрел на нее свысока, даже в моменты, когда говорил теплые слова. Ей это верховенство казалось защитой. — И я надеюсь, что ты не будешь пытаться, — серьезно сказал Бай Чжу, нарушив продолжительную тишину. — Уже нечего спасать. Нурбахар по привычке молчала. Она не отводила взгляд, как раньше. Но молчала. Бай Чжу понаблюдал за ее реакцией, которой не последовало, а потом мягко улыбнулся, поэтому все ранее сказанные фразы уже не казались странными. И впрямь... Нурбахар была бессильна. Так было всю ее жизнь. Что, в самом деле, изменилось, когда она ушла из Дворца? Она получила новое начальство, теперь ей ничего не угрожало. Казалось, что все интриги, чьи-то козни и косые взгляды ушли прочь. Нурбахар не нужно кланяться надменным султаншам и выполнять их приказы. Но теперь ее защита была мнимой, однако ничего не хотелось менять. *** — Ну не иди к Бай Чжу, я тебя прошу! — умоляла Ху Тао. Чжун Ли по счастливому (или не совсем) стечению обстоятельств не смог самостоятельно справиться с внезапно настигнувшей его простудой. Да, в Лицзяне были еще врачи помимо Бай Чжу, однако он мастер своего дела, да и из всех лекарей района у Чжун Ли с ним самые хорошие отношения. В конце концов, он все еще был обеспокоен ситуацией с Нурбахар, и встреча с ними обоими лично могла бы пойти на пользу этой странной ситуации с Ху Тао. Чжун Ли действовал не только из побуждения помочь знакомым. Да, он сочувствовал и Нурбахар, и Бай Чжу за их сложную жизненную ситуацию, но Ху Тао для него была самым ценным человеком. Он не мог смотреть на то, как она переживает, на то, как она тратит силы, распуская слухи про лекаря. Чжун Ли хотелось обеспечить Тао максимально комфортную жизнь, оттого ему и пришлось выступить миротворцем. Так что кашель, жар и ужасный насморк не помешали Чжун Ли в попытках разъяснить ситуацию. Хотя казалось, что он был без сил. Бай Чжу был в своем кабинете, принимая одного из пациентов. Нурбахар тем временем копалась в ящике у стойки, пока ее не прервал уже печально знакомый голос. — Нурбахар, простите, что отвлекаю, — обратился Чжун Ли, а фармацевт выдохнула, совсем не желая сейчас говорить с ним. — Я искренне надеюсь, что вы к Бай Чжу, а не ко мне, — устало сказала Нурбахар, взглянув на консультанта. — Кажется, я права... — Это точно, — пожал плечами Чжун Ли, когда она заметила его вид. — Господин Чжу занят? — У него пациент, — коротко ответила Нурбахар и снова отвернулась. Чжун Ли молча кивнул и задумался, думая, что же теперь сказать. — Понимаю, что эта тема вам неприятна... — тактично начал он. — Но меня волнуют ваши отношения с Тао. Понимаете, она вам желает только добра... — Настолько, что строит козни против моего начальника, — перебила его Нурбахар, а потом резко замолкла. — Вы же хорошо ее знаете, — выдохнул Чжун Ли, скрестив руки. — Прошу. Вам нужно помириться. — Лучше не настаивайте, — коротко сказала она, а потом и вовсе ушла в кабинет Бай Чжу под предлогом, что нужно что-то отнести. Чжун Ли проводил ее взглядом, не успев и договорить. Дверь кабинета захлопнулась, и Бай Чжу вместе с пациентом перевел взгляд на Нурбахар, пока она оперлась о стену, как будто выдыхая после тяжелого разговора. — Что такое? — спросил лекарь, наблюдая за ней. — Чжун Ли, — коротко ответила Нурбахар и потерла переносицу. — Пришел потому, что заболел, но снова завел свою шарманку... — Ясно... — задумчиво ответил Бай Чжу, а потом медленно перевел взгляд на пациента. Через некоторое время лекарь и Нурбахар остались одни в кабинете. — Они все меня не могут оставить в покое, — отчаянно жаловалась она, пока Бай Чжу о чем-то думал. — Чжун Ли хочет как лучше, а получается — как обычно. — Выдохни, наконец, — непринужденно сказал лекарь, поддерживающе похлопав по плечу. — Никто тебя не заставляет с ними разговаривать. Живи спокойно и забудь про них. — Как забыть, если они меня преследуют? — возмутилась Нурбахар. — Терпи, милая, терпи, — выдохнул Бай Чжу. — Позови Чжун Ли, а сама возвращайся к работе. Нурбахар тяжело вздохнула, но все-таки вышла, а Чжун Ли зашел в кабинет лекаря. Последние недели были слишком странными. Когда-то Ху Тао была самым близким человеком для Нурбахар... а теперь они в ссоре, и в это не верится. Неожиданно фармацевт предпочитает Бай Чжу сестре. И Нурбахар чувствует изменения в себе. С одной стороны, отголоски прошлого притихли, а с другой — будущее не подает признаков своего существования. Даже не хотелось думать, что будет дальше. Куда еще Бай Чжу приведут его цели... Нурбахар задумалась, а позже из кабинета довольно быстро вышел Чжун Ли, а за ним и лекарь. — Вы быстро поправитесь, Чжун Ли, — обнадежил его Бай Чжу. — Если будете внимательны к лечению. Я выдам вам лекарства, и вместе с хорошим сном и питанием они вам помогут. Лекарь прошел к шкафчикам и, задумавшись, вытащил оттуда лекарства. Обычно этим занималась Нурбахар, но почему-то в этот раз это сделал сам Бай Чжу. И она быстро поняла, почему. — Благодарю вас, господин Чжу, — кивнул Чжун Ли. — Нурбахар, удачи, — сказал он, взглянув на нее. Но фармацевт сейчас лишь пялилась на Бай Чжу, осознавая, что он дал консультанту не то, что обычно дают при простуде. — Что ты смотришь на меня так? — невинно спросил лекарь. — Что, серьезно? — растерянно возмутилась Нурбахар. — Не понимаю, о чем ты, — Бай Чжу непринужденно пожал плечами, но не скрывал то, что дал Чжун Ли не те лекарства, которые должен был бы. — Ты его на тот свет хочешь отправить? — поплелась за лекарем Нурбахар. — Никого я не хочу никуда отправить, — сказал Бай Чжу. — Не переживай за него. Он еще немного поживет. С Ху Тао уж точно успеет попрощаться, — не удержался от шутки лекарь, улыбнувшись и подавив смех. — Бай Чжу... — отчаянно вздохнула Нурбахар. — А если кто-то узнает? — Или не узнает, или выкручусь, — отмахнулся лекарь. — По крайней мере, если ты не расскажешь, то тем более никто ничего не поймет. — Ну да, Чжун Ли же такой наивный... — с иронией сказала она. — Сделай вид, что ничего не видела, — выдохнул Бай Чжу. — Хотя притворяться ты не умеешь...