Reputation

Неприятности всегда шли рука об руку. Юнхо успел узнать это очень давно. Если что-то где-то шло наперекосяк, то дальше разворачивалась такая спираль херовых происшествий и новостей, что все, что тебе оставалось - сжать зубы и терпеть. Может у кого-то в жизни было все иначе, но утром в понедельник, выходя от врача с направлениями на сдачу анализов крови, Юнхо подумал, что с того момента, как он просто решил принять приглашение Минги пойти с ним на вечеринку, ему надо было принять тот факт, что вероятно дальше его жизнь покатится под откос. Собственные наивные планы утереть заставить Хонджуна почувствовать себя ущербным или даже задуматься о том, чтобы его, Юнхо, вернуть, казались теперь смехотвнорными. Теперь его ждала полноценная чёртова течка, потому что после снятия блокаторов врач не мог назначить ему новые - требовался перед охлаждения, который попадал как раз на его цикл. Юнхо также пришлось подписать несколько документов, которые обязывали его взять репродуктивный отпуск в университете, как свободного омегу, и принять экстренные противозачаточные вдобавок к прописанным - видимо на тот случай, если по дороге из больницы в университет, Юнхо решит наброситься на каждого альфы по дороге (все омеги так и делают). Все это значило, что впереди его ждала неделя, которую Юнхо придётся пропустить. И хотя ему была положен репродуктивный отпуск раз в год, как и любому другому омеге, Юнхо уже видел как на его репутацию идеального студента ложится это мерзкое пятно победы физиологии над прогрессом. После разговора с Минги он провел остаток вечера так, как хотел провести все дни до этого - смотрел трансляцию одного из своих любимых стримеров, лёжа в кровати, доедая кимпбап, который дал ему Минги. Потом он покрасил волосы. Ничего необычного - просто вывел их в нежный персиковый оттенок, который вряд ли бы стал раздражать преподавателей, тем более, что на его основной специализации все были достаточно прогрессивными и молодыми. Юнхо никогда не чувствовал в отношении себя снисхождения от них как к глупенькой омеге. Но вынужденный репродуктивный больничный нервировал - ему действительно не хотелось терять очки своей академической репутации, на которую Юнхо работал с начала подготовительных курсов. Даже с появлением в его жизни Хонджуна учеба оставалась его смыслом и он всерьез подумывал продолжить свое обучение дальше в магистратуре и может даже стать преподавателем после того, как отдаст долг перед отцом. Но потом случилось то, что случилось, и последние три дня Юнхо жил совсем другой жизнью, которая ему не нравилась, потому что заставляла чувствовать себя так, словно его протаскивали по битому стеклу каждый день. Но Юнхо почему-то чувствовал себя себя живее, чем последние два года. Это, конечно, слабо вязалось с его недавней попыткой самоубийства, но у всего есть две стороны. После того, что было вечером, Юнхо не сомневался в том, что у Минги вообще не возникнет желания с ним сегодня пересекаться. И хорошо. Ему надо остудить голову и прийти в себя. Юнхо спокойно посвятит все свое время занятиям, а потом пойдет писать заявление на предоставление больничного в деканат, чувствуя на себе слабые разочарованные взгляды, ведь он был таким подающим надежды, а оказался... - Юнхо? Юнхо замер на месте. - Вау, ты волосы покрасил? Тебе очень идет. Я все думал - ты это или не ты, пока не узнал по осанке. Сан. Юнхо налепил самую милую улыбку, на которую он был сейчас способен, если учесть тот факт, что больше всего на свете ему хотелось сейчас от Сана хотелось убежать. Но, надо сказать, Чхве Сан сам выглядел очень стесненно рядом с ним. На его лице застыла приятная улыбка, но она никак не вязалась с прежними улыбками Сана - широкими, которые согревали тебя как солнце. Что ж, ничего удивительного: Юнхо бы тоже не знал, как себя вести с Саном какое-то время, если бы ему дали послушать запись секса с его участием. То есть, ничего такого в этом не было, если учитывать вообще все обстоятельства, но зная Сана, том сейчас было безумно неловко. В том числе и как человеку, который вероятно пару раз представлял своего друга в постели со своим парнем. И с собой. - Привет, Сани, - сказал Юнхо и между ними зависла напряженная пауза, хотя раньше бы они сразу же начали болтать обо всем и ни о чем одновременно, продолжив свой путь к корпусу. Неужели так будет теперь со всеми, кроме Есана? - Юнхо, я хотел бы извиниться, - Сан нарушил это молчание первым, старательно глядя мимо него. Остальные студенты обходили их кто с раздражением, кто с интересом, потому что со стороны оба они остановившиеся считай посреди пути, ведущего к учебному корпусу, выглядели как актеры, разыгрывающие драматическую сцену объяснения чувств в дораме. Что, конечно, неплохо, но зачем мешать людям? - Все нормально. Ты не должен извиняться, я более, чем уверен, что ты не хотел это все слушать по доброй воли. - Я хочу извиниться, что не писал тебе раньше. Есан сказал, что ты очень расстроен всем, что произошло. Хонджун...поступил неправильно, но я думаю, что он сделал это под воздействием шока, может он хотел, чтобы мы услышали и сказали ему что... - Сан тяжело вздохнул, - я хочу что пояснить: Хонджун сказал, что ты на записи по голосу очень пьян и, вероятно не отдаешь отчет тому, что ты делаешь. Он не предупредил, что было на записи. Сонхва на него даже накричал, кажется, и они даже больше не разговаривают, но я не знаю точно. Я хочу сказать, что мы действительно были сбиты с толку, пока Есан не сказал, что сомневается в том, что Хонджун понял все правильно, поэтому он придет к тебе утром, - по высоким скулам Сана начал расползаться нервный румянец, и Юнхо внезапно стало его жаль, - И так все и вышло, Есан оказался прав, а Хонджун - неправ, но ты...ты исчез. Мы очень волновались, но Есан сказал, что нам лучше дать тебе время и подождать до понедельнике. Я тоже подумал, что тебе нужно просто время, в общем, я надеюсь, что ты не думаешь, что все стали хуже относиться, потому что это - не так. Юнхо покрепче перехватил лямку своей сумки. Все оказалось совсем иначе, чем он думал, никакого игнора от друзей бы и не было: Есан искренне попросил дать Юнхо время и только Хонджун его не услышал. Его друзья все еще оставались его друзьями, и то, что Юнхо слишком застилала глаза выдуманная на них же им обида, это не меняло. Ему стало очень тошно от себя. - Сан, все...все хорошо, правда. У меня просто совсем не было времени эти дни, но я в полном порядке. Я был со своим парнем, и я же рассказывал о том, как все было...ну достаточное количество раз, так что можно я больше не буду этого делать? - Я и не прошу, Юно, я вот точно тогда опоздаю на лекцию, просто хотел сказать, чтобы ты не думал ничего, мы все... - Юн, у тебя все в порядке? Юнхо даже не успел никак среагировать, потому что подошедший к ним Минги приобнял его за плечи. От него пахло тяжело и дымно, но этот запах все равно не смог скрыть раздраженных феромонов - Минги испытывал раздражение и оно не было наигранным. И причина раздражения Сона Минги явно звалась Чхве Саном. - Привет, - сказал Юнхо, а потом поцеловал Минги в щеку. Он делал так много раз раньше с Хонджуном - самый простой способ показать, что вы оба заняты, но сейчас ему хотелось, чтобы Минги немного успокоился. Тот кажется даже вздрогнул от этого, но Сан не должен был этого заметить, - да, все хорошо, мы с Санни просто разговариваем. Сан, это... - Сон Минги, - сухо сказал тот, кивая. Минги ответил на это таким же кивком, и Юнхо нахмурился: он думал, что Минги не ладит только с Хонджуном, но кажется у того помимо таланта заводить друзей был и другой, что его уравновешивал: талант наживать неприятелей. - В любом случае, мы уже закончили. Юно, если ты не будешь обедать со своей нуной из языкового клуба, то приходи на ланч. - Увидимся, - кивнул на это Юнхо. Сан мягко улыбнулся ему в ответ, но его улыбка тут же исчезла, когда он посмотрел на Минги. Юнхо думал, что Минги сразу же уберёт свою руку, но он продолжал ей Юнхо за плечо крепко приобнимать. Минги выглядел как все эти два года, что они были незнакомцами друг другу: кожаная потертая куртка, драные джинсы, брендовая винтажная футболка, беспорядочно уложенные, чтобы создать искусственный хаос, волосы и множество колец и цепочек. Но рядом с Юнхо с его персиковыми волосами, одетого в кремовую блузу и синие широкие кюлоты, он выглядел не как бунтарь, а как типичный альфа из вебтуна. Неудивительно, что внимания им стало перепадать от студентов еще больше, чем с Саном. - Что у тебя с ним? - У меня? - брови Минги удивлённо взметнулись. - Только не говори, что все нормально, потому что когда альфы не терпят друг друга, то это прекрасно заметно. - Мы просто друг другу не нравимся. Юнхо нахмурился, а потом тихо спросил: - Ты что, пытался...с Уеном? - На первом курсе, - ровно сказал Минги, - мы просто...знакомы через хена и я понятия не имел, что Сан пытается за ним ухаживать. Помнишь ту вечеринку, которую устроили брат и сестра Кай? Юнхо кашлянул. Конечно, он ее прекрасно помнил. Даже не смотря на то, что тогда напился впервые в жизни до жуткой головной боли утром. - Он вежливо отвёл меня в сторону и попросил оставить Уена в покое. Ну а я попросил его тогда оставить в покое тебя, потому что Бог дал ему слишком маленькие лапки, чтобы он мог удержать двух омег одновременно. - Минги, - Юнхо понял, что начинает закипать. - Да, я не должен был лезть, потому что у тебя был парень, но твоему парню было похрен на то, что вы считай наспор решили засосаться с другим омегой, пока альфа того воображал явно как вы делаете тоже самое над его членом. - Это была пеперо гейм, Минги. Мы пытались побить результат Субина и Енджуна. Ты просто говоришь отвратительные вещи, которые меня задевают, чтобы что? - Только половина собравшихся на тебя косилась так, словно пыталась прикинуть сколько тебе надо ещё выпить, чтобы ты поехал домой не один. А вторая ставила на то, что ты поедешь домой с Саном и Уеном, потому что твой собственный парень свалил с середины вечеринки. - Не надо так говорить, всем было просто весело, а у Хонджуна были дополнительная практика с утра, - Юнхо с возмущение сбросил его руку со своего плеча, борясь с желанием вместо этого влепить Минги пощечину. Его слова были абсолютно несправедливы, но Юнхо знал, что Минги был прав. - Я только прекрасно знаю как заканчивается это веселье. Впервые за все это время в его голосе прорезалась обычная для альфы агрессия. Это было неприятно, Юнхо не чувствовал себя от этого желанным. Внутри него все словно окаменело, потому что за агрессией Минги не стояло желание сделать своим или подчеркнутая защита омеги. В ней скрывалось что-то другое. Что-то, что очень походило на боль. Смутное воспоминание шевельнулось у него в памяти, но Юнхо постаралась запихать его как можно глубже. - Не повышай на меня так голос, хорошо? - Юнхо, мир, черт возьми, не добр к тебе, и не станет добрее, если ты будешь и дальше играть настолько по его правилам. - Я не понимаю, о чем ты. - Тебе не надо быть милым со всеми и играть в их фантазии, начнём с этого. - С тобой я не милый, - огрызнулся Юнхо и лицо Минги исказилось. - Ну да, - сказал он и хрипло рассмеялся, - это правда. Но в мои фантазии ты прекрасно играешь. Его затопило феромонами Минги, и Юнхо почувствовал, как начинает гореть у него лицо. Жар хлынул по телу вниз и ему надо было развернуться назад и уйти на лекции и не разговаривать с Минги больше никогда в своей жизни, потому что Минги прекрасно кажется научился обходить его сопротивление, потому что сейчас, что раньше в студии, Юнхо готов был отбросить все рамки приличного. Ему надо было уйти, но он не мог сдвинуться с места. Потому что последний раз настолько возбужденным он чувствовал себя с лицом Минги, прижатым к его паху. И также как и тогда, сейчас ему было страшно сдвинуться с места, потому что Юнхо казалось, что он может кончить просто от шага в сторону. - О, что такое, Юно? - проворковал Минги, - Сложно иметь дело с альфой, которому на тебя не плевать? - Перестань это делать со мной. - Что? - брови Минги приподнялись домиком и Юнхо захотелось его ударить, - когда ты в предтечке феромоны альфы вызывают возбуждение, только если ты сам этого альфу хочешь, вроде бы ты должен знать, ведь ты уже встречался с одним. Никакого принуждения, Юнхо. Я никогда тебя ни к чему принуждать не буду. Возьму только то, что ты сам мне предложишь, - глаза Минги заискрились весельем, - даром. От того, как он переиначил его вчерашние слова, Юнхо окатило злостью и это его немного отрезвило. - Хорошего тебе дня, но мне лучше уйти. - Куда? Дрочить в туалет? - А что, - огрызнулся Юнхо, - у тебя есть предложение получше, альфа, которому на меня не плевать? Улыбка на лице Минги сделалось только шире. - Ну, разумеется, - сказал он, - я думал, что ты уже не спросишь. Конечно же Минги слишком хорошо знал, что он с ним делает. Лицо Юнхо горело безостановочно, пальцы комкали неприятную на ощупь грубую простынь. Мысль о том, что он свалил с Минги в самый ближайший дешевый отель рядом с кампусом, а не сидит сейчас на лекции, жгла бы Юнхо нестерпимым ядом, если бы не широкий язык Минги у него внутри. Они сняли номер на два часа, и администратор с ничего не выражающим лицом дала им код, но в ее взгляде Юнхо прочитал все, что она думала об омеге, который вместо того, чтобы заниматься своей будущей карьерой, тратил сейчас это же время на альфу, который выглядел как актер массовки из какого-нибудь фильма об уличных бандах. Другое дело, что Минги было на это абсолютно плевать. Он спокойно рассчитался с ней, пожелал доброго дня, а потом взял Юнхо за руку и повел к лифту. Юнхо мотнул головой, когда Минги приблизил свое лицо к его, стоило им перешагнуть порог номера. - Даже не пытайся это делать. Мы здесь не за эти. - Обиделся на меня? - спросил Минги со смешком, а затем бесцеремонно сунул руку между его ног, прижимая пальцы так сильно, что Юнхо чуть не подпрыгнул на месте. Он вывернулся из рук Минги, чтобы кое-как стащить ботинки, потому что не настолько уж сильно Юнхо хотелось безумно трахаться , чтобы забыть о том, что надо разуться. Юнхо сам сел на скрипучую широкую кровать, чувствуя, что к тяжелому и липкому возбуждению примешивается что-то еще. Страх. Но Минги не стал забираться на кровать рядом с ним. Он встал перед Юнхо на колени и по тому, каким веселым сделался у него взгляд, Юнхо понял, что его не ждет сейчас ничего хорошего. И в глубине души ему почему-то это нравилось. - Приятного аппетита мне, - пропел Минги, сдергивая с его бедер кюлоты вместе с бельем и Юнхо захотелось врезать ему, но Минги закинул его колени себе на плечи и потянул на себя. Его дыхание все также было обжигающим, а язык и губы - чертовски умелыми. И если в первый раз Минги себя кажется сдерживал, то теперь от жадных и влажных звуков, что издавал его рот, Юнхо сразу же макнуло в нестерпимый жар. В этот раз Минги не помогал себе пальцами и так было еще хуже, потому что каждое прикосновение его губ и языка к влажном входу или клитору было слишком мягким, недостаточным, Юнхо не привык к такому, потому что даже наедине он предпочитал с собой грубость. Вначале он не чувствовал ничего, кроме быстрых и дразнящих горячих движений по своей разгоряченной плоти, которые заставляли все внутри него медленно пульсировать, а потом Минги посмотрел прямо на него, снизу, продолжая ласкать его языком, проникая им глубже. Оргазм накрыл Юнхо медленной приторной волной судорог, его пальцы сжали простынь до белых костяшек, но он не мог отвести взгляда от глаз Минги, и мог только смотреть, и смотреть, и смотреть, и смотреть на него, чувствуя, как каждое движение языка внутри только растягивает, размазывает удовольствие внизу живота, между дрожащих бедер, глубоко внутри, где только начинал зарождаться голод, который ему скоро будет сложно утолить самому. Минги отстранился от него только когда Юнхо перестал дрожать и его дыхание начало выравниваться. Пальцы Минги мягко легли на влажные и припухшие после ласк его рта губы, двинулись между, не проникая, а мягко поглаживая, кружа вокруг отверстия, но и этого Юнхо хватило, чтобы вздрогнуть всем телом. Это не возбуждало и он снова начал ощущать неприятное давление изнутри, которое требовало немедленной разрядки, которую Юнхо сейчас неоткуда было получить. - Д-дай мне немного времени? Хорошо? - выдавил он из себя, чувствую себя отвратительно жалким - ему должно было хотеться немедленно продолжить, ведь Юнхо был омегой, а стоило омеге оказаться в постели с альфой, то его могло остановить лишь полное обезвоживание или сердечны приступ. Иногда Юнхо ненавидел свое собственное тело больше всего на свете и сейчас был именно такой момент, потому что он перевозбудился и даже если бы Минги снова решил его вылизать, то Юнхо не почувствовал ничего кроме фрустрации от невозможности кончить. - Я никогда не думал, что ты настолько чувствительный, - только и сказал Минги, убирая руку, а потом поцеловал его правое бедро, - Все нормально. Ты точно не хочешь, чтобы я тебя поцеловал теперь? - Ты всегда теперь будешь отлизывать мне, когда я злюсь на тебя? - Только если ты сам этого будешь хотеть, потому что иначе - это хреновый способ остановить ссору. - Мы не ссорились, ты просто...вел себя как полный придурок, Сон Минги. - Я вел себя как придурок, потому что два года назад просто не хотел, чтобы с тобой что-то случилось плохое на вечеринке или после нее? Юнхо не стал ничего отвечать на это. Ему становилось холодно и все из-за кондиционера, включившегося в номере сразу же, как они вошли. Возбуждение ушло и влага между бедер и на них ощущалась теперь слишком липкой и холодной. - Не дуйся, - сказал Минги, садясь на кровать рядом с ним, - тебе конечно очень идет быть недовольным, но мне сразу начинает хотеться купить тебе минимум пентхаус в Каннаме из-за этого, но у меня пока нет столько денег. - Н ты и дурак, Сон Минги. - Но ты дашь мне тебя поцеловать? А то пока твое сердце кажется еще недоступнее, чем твое тело, Чон Юнхо. От этих слов в горле Юнхо неприятно что-то сжалось. Взгляд Минги сделался очень серьезным. Сказанное им не было обидным, но Юнхо вдруг подумал, что сейчас больно от слов Минги стало каждому из них по-своему. Но Юнхо не хотел думать об этом - Конечно, - сказал он сипло, поднимая взгляд на Минги. Взгляд Минги тоже был серьезным и когда он поцеловал Юнхо, то тот не стал закрывать глаза. Минги поцеловал его мягко, словно боялся поранить, и Юнхо сам обхватил ладонями ему лицо, чтобы углубить поцелуй. Ему всегда нравилось целоваться, но в его жизни было не так много тех, с кем это делал, и от того, как он целовал Минги сейчас ему перехватывало дыхание даже не потому, что Юнхо вспомнил, как они целовались пару дней назад на вечеринке Джексона. Поцелуи Минги заставляли вспомнить его ту жизнь, которую они оба оставили. Жизнь, которую они, наверное, не ценили так, как должны были ценить: все эти дни, что они проводили вместе, общие шутки и разговоры,которые теперь утратили свой смысл для них и значение. То, как они ходили вместе на дополнительные курсы, а потом в танцевальную академию, все те часы, что еще были не испорчены ссорами. Когда Юнхо обнимал Минги или Минги обнимал Юнхо, и они сидели или на чердачке ресторана родителей Минги или в мансарде дома семьи Юнхо. Им всегда было чем заняться, другие люди не были им нужны. Юнхо тогда казалось, что другого мира вокруг них не существовало и сейчас это чувство возвращалось, но только теперь оно не несло ничего, кроме горечи. И ему захотелось попросить Минги не целовать себя больше никогда, потому что это все было просто ужасно - Юнхо почти начинал верить в то, что какая-то часть когда-то действительно любила Сона Минги больше, чем друга. И что может все, что у него было с Хонджуном, было ошибкой с самого начала, но Юнхо не хотел в это верить. Первым оборвал поцелуй тоже Минги. Он отшатнулся, шумно дыша, и от уверенности, которая его переполняла буквально несколько минут назад, в нем уже ничего не осталось, но Юнхо даже не мог испытывать от этого злорадства. Он прижал ладонь к груди Минги, чувствуя как под твердостью мускулов заходится его сердце так, словно Минги тут не целовался с ним, а на самом сложном режиме час бегал по беговой дорожке в зале. - Ты кажешься таким крутым парнем, Минги, но иногда ты мягче тофу. - Это когда? - Сейчас. - И это мне ты говоришь? - спросил с ухмылкой Минги, но подколоть у него Юнхо не получилось, потому что взгляд Минги тут же изменился, сделавшись темнее. Юнхо понял, что почти не чувствует запаха его феромонов и это могло значить сейчас только одно. Внутри него тут же начало неприятно тянуть и он подумал, что два часа это будет наверное слишком мало и все должно было быть хотя бы у кого-то из них дома, а не в номере мотеля, который снимали до них или такие же одержимые желанием потрахаться студенты, или офисные работники, которые скрывали свой роман от всех, но в первую очередь от своих супругов. Это не должно было происходить здесь. Как и не должен был Юнхо заниматься своим первым сексом пьяным в чужом доме. Но других вариантов у них теперь не было, и Юнхо испытал даже некоторое облегчение, поняв, что теперь все его прогулы можно действительно прикрыть больничным и черт с ней, с его академической репутацией. От этого понимания его накрыло облегчением. Минги накрыл его ладонь своей и Юнхо снова удивился тому, что она больше его собственной, но Минги в целом вырос во всех местах и это честно говоря Юнхо теперь более, чем сейчас устраивало. Юнхо никогда не думал, что его щуплый и неуклюжий лучший друг вырастет в альфу, при виде от которого сейчас ему будет перехватывать дыхание. - Юнхо, - сказал Минги, - ты ведь… - Я хочу, чтобы ты остался со мной. Сейчас. Двух часов вряд ли хватит, но я думаю, - он судорожно сглотнул, не зная как лучше это объяснить, потому что все это Юнхо знал лишь в теории - прошлые свои течки он специально высчитывал и подгонял, надеясь, что Хонджун проведет их вместе с ним, - я думаю, что самый тяжелый момент, он... Юнхо запнулся. Глаза Минги загорелись. Он изо всех сил пытался подавить свою улыбку, но его глаза выдавали все. Кажется, что ему даже не обязательно было отвечать что-то вслух - Юнхо и так все видел. - Спасибо, я постараюсь, чтобы тебе было хорошо, - сказал Минги, а потом поднес его ладонь и поцеловал ее центр. Это было смешно и щекотно, но еще смешнее звучало его обещание - словно Минги и до этого не делал все так, чтобы Юнхо было хорошо. Абсурдно было воспринимать это как первый секс для них обоих, если вспомнить, чем они занимались в ночь с четверга на пятницу, и в субботу вечером, и вчера. Но Юнхо все равно не мог поделать ничего со своей нервозностью, пока они целовались и касались друг друга. Минги шумно задышал сквозь поцелуй, явно пытаясь не застонать, когда Юнхо расстегнул его широкие рваные джинсы и запустил пальцы в ширинку, чтобы коснуться его члена через ткань трусов. Это было мило - Минги пытался оставаться таким собранным и таким уверенным в себе, но сейчас он просто начал рассыпаться от того, что Юнхо даже не делал ничего сверх того, что точно делали все прошлые его партнеры. Поэтому Юнхо, не колеблясь, оттянул резинку его трусов и обхватил член Минги пальцами, проводя по нему снизу вверх, надеясь, что Минги не чувствует то, что опыта в это у Юнхо считай нет. Нет, он, конечно сколько раз представлял как делает это с Хонджуном и тренировался на игрушках, старательно изучал японские видео для взрослых, которые смотреть было не очень-то и законно, потому что где бы он набрался опыта для своего альфы, который не хотел его невинным? Это уже позже, когда они расстались, Юнхо понял, что Хонджун не хотел его любым. Но тогда он просто думал, что Хонджун решил, что с ним, таким неопытным, ему будет просто скучно. Минги прихватил его за нижнюю губу зубами и потянул, когда пальцы Юнхо чуть надавили ему на член под влажной от выступившей смазки головкой и Юнхо сжал их чуть сильнее. Его голова была совершенно ясной для омеги, который готов был вступить в активную часть своего цикла, что совсем не было похоже на безумие, в которое его бросало в прошлые разы, когда от необходимости почувствовать себя заполненным, растянутым, вжатым в кровать, с раздутым от члена и семени, заполняющим матку, животом, Юнхо просто хотелось себя убить. Это из-за Минги? Из-за того, что с ним был наконец альфа? - Черт, да, пожалуйста, - выдохнул Минги, закрывая глаза, толкаясь ему в ладонь, - сожми сильнее, Юн. Глядя на то, как выступают вены на шее Минги, когда он закинул голову назад от удовольствия, Юнхо не смог сдержаться. Он прижался губами к уже успевшей немного побледнеть метки на шее Минги, прихватывая кожу зубами и втягивая сильнее. Пальцы Минги вплелись ему в волосы и в следующий момент тот подмял Юнхо под себя, прижимая свободную руку к кровати. - Вроде это я тебя должен метить, а не наоборот, - сказал Минги, но в его голосе не было злости. Наоборот, Юнхо слышал в нем незнакомые низкие нотки, от которых по его коже пробежались колючей волной мурашки. - Тебе не нравится? - спросил он, чуть прибавляя темп, с которым дрочил член Минги и Минги взял его за запястье и убрал руку от себя. Теперь Юнхо оказался распятым под ним на кровати, с плотно прижатыми к ней запястьями. Минги смотрел на него и в его глазах застыло жадное и хищное выражение, от которого низ живота Юнхо сладко сжался. Он не выдержал и застонал, ерзая под ним, пытаясь потереться, чувствуя как смазка натекла ему уже под ягодицы. При мысли о том, что он оставляет под собой на постели влажное пятно, Юнхо даже не испытал приступ стыд. Наоборот, голова закружилась, потому что еще никогда он не показывал в жизни то, насколько он был готов для своего альфы, и что тот может делать с его телом все, что угодно - оно примет в себя абсолютно все, что Минги захочет в него поместить. Это была такая дикая и абсолютно не его мысль, что следом за возбуждением он почувствовал укол паники. - Нет, - сказал Минги, тут же убирая руки, обхватывая ладонями лицо, - Юн, я не сделаю тебе больно, хорошо? Ты сам этого действительно хочешь, просто...дай мне позаботиться о тебе, хорошо? Я могу даже не метить тебя, если это пугает настолько... - Ты звучишь не так уж и уверенно для альфы. - А ты слишком трясешься, хотя и омега. Ты не был таким в прошлый раз. Это, что Хонджун? Он никогда не делал этого с тобой? - Мы...- Юнхо выдохнул, понимая, что оказался в совершенно дерьмовой ситуации, - Это все же серьезный шаг и мы были к нему не готовы, Минги. Как я мог дать ему себя пометить и дать себя повязать, ведь все было не настолько серьезно. - Но ты готов сделать это со мной, - губы Минги изогнули от злой улыбки и Юнхо стало не по себе, - Ты просто не хочешь быть повязанным, Юнхо. Это нормально. Но так же ты постоянно говоришь о серьезных шагах в отношениях, каждый раз объясняя мне, почему это не происходило у тебя с твоим парнем. И то, что ты не готов был делать с ним, ты готов делать с человеком, которого не было в твоей жизни два года. Я не хочу, чтобы ты жалел обо всем, что происходило с тобой, пока ты был зол или несчастен, потом, когда ты встретишь кого-то, - голос Минги ощутимо просел, - нормального. Хватит с тебя одного твоего бывшего. Я не хочу делать и дальше то, что ты будешь считать своими ошибками. Мне хватило одной. - Тогда может ты заткнешься...трахни меня, окей? Потому что, ты именно за этим сюда со мной и пришел, Минги. Я хочу, чтобы ты меня трахнул так же сильно, как и ты сам. Словно вчерашнего вечера тебе не хватило понять, что я полностью отдаю отчет в своих действиях, - Юнхо судорожно выдохнул, пытаясь справиться с волной накатившей на него злости. Он не понимал, какого черта Минги отказывается, он ведь альфа. Какой альфа откажется от омеги в течке, который сам раздвигает перед ним ноги в выбранном наугад мотеле для свиданий? Что с ним черт возьми не так? С человеком, которому нахрен не нужны были отношения, а потом он взял и передумал из уважения к нему, который такого отношения уж точно не заслуживал, потому что при первой же возможности предпочел запрыгнуть на член человека, которого ненавидел его бывший. - Для альфы ты чертовски связно и много говоришь, - выпалил Юнхо, прекрасно понимая, что это Минги точно заденет. - Ну, может потому что я не животное, которым ты так хочешь меня видеть? - И поэтому ты снял номер на два часа? - Это был минимальный тариф. - Значит я могу встать и уйти. - Да. - Отлично, - выдохнул Юнхо, выбираясь из-под него, чувствуя, как к горлу подкатывает колкий комок. Глаза начинало привычно щипать от подступающих слез, но плакать при Минги он не собирался. Юнхо чувствовал сейчас себя еще хуже, чем когда это было с Хонджуном, но тогда его просто оставили одного, а не читали тупые высокоморальные нотации. - Почему ты так наказываешь себя, Ю? Какого черта? - в голосе Минги не было злости или обиды. В нем звучала усталость и от этого Юнхо стало еще хуже. - Я...я не делаю этого с собой. Ладони Минги легла на его бедро, пальцы коснулись едва заметного длинного шрама на внутренней стороне и Юнхо тут же отпихнул его руку, потому что это прикосновение было слишком обжигающим, ненавистным, подчеркивающим то, что все равно или поздно бы все и так поняли: то, какой же Юнхо бесполезный и увечный кусок мусора. - Тебе будет очень плохо, если ты уйдешь. Ты...ты просто не представляешь, как это. Юнхо захотелось рассмеяться, потому что он-то представлял и прекрасно знал, что черт возьми с ним будет, но он прикусил губу, потому что прекрасно знал, что если начнет смеяться, то следом заплачет. - А что? Ты представляешь? Ты что, достаточное количество раз протянул член помощи омегам в беде, чтобы выяснить что мы чувствуем в такие моменты? Минги ничего не ответил. - Я ухожу, - выдохнул Юнхо и потянулся к своим штанам и белью, лежавшим рядом с кроватью. Минги продолжал молчать, но его взгляд жег спину - Юнхо это чувствовал. И это было невыносимо, потому что не смотря на обиду, не смотря на все, что он чувствовал, Юнхо не хотелось уходить на самом деле. Между ними было слишком много недоговоренности и обиды и черт знает чего еще, и все, что делал Юнхо не делало эту ситуацию проще, но и Минги не давал ему возможности все исправить, потому что не Юнхо все испортил. Как же я тебя ненавижу, подумал Юнхо, не понимая, к кому он обращается - к себе, к Хонджуну или Минги. А потом развернулся к Минги, чтобы его поцеловать. Его конечно же душили злость и обида, поэтому в его поцелуях не было даже намеки на нежность, и Минги в какой-то момент просто позволил Юнхо себя кусать, пока к слюне в их поцелуях не прибавился железистый привкус крови. Но потом ладони Минги сжали его задницу и он вжал в себя Юнхо так, что тому стало тяжело дышать. - На тебе ничего не будет кроме твоей ленты на шее, когда я буду тебя трахать, поэтому, - Минги убрал одну руку, но только чтобы подергать Юнхо за край его блузки, - снимай это, если ты не хочешь, чтобы это сделал я, но тогда тебе придется покупать новую, потому что эту я с тебя сдеру. У Юнхо не было сил перечить, поэтому он с трудом снял себя блузу, борясь с желанием попытаться как-то закрыться от взгляда Минги. Правда была в том, что он ненавидел свое тело, но не потому что был омегой. Просто Юнхо знал, что слишком плохо сложен для омеги и старался добирать свои недостатки другим: выглядев всегда аккуратным и свежим, быть покладистым и мягким, уступчивым и никогда ни на что не жаловаться. Но Минги продолжал смотреть на него с такой жадностью, что на мгновение Юнхо показалось, что во всем, что он делал раньше, не было никакого смысла, раз даже его такого некрасивого все равно мог желать другой альфа. - Ты... - начал было Минги, но запнулся. Разве тебе действительно нравится то, что ты видишь? Этот вопрос застрял у Юнхо в горле, и тогда он попытался улыбнуться, но в этот момент ладони Минги легли ему на грудь, проводя по твердым и чувствительным соскам, сжимая их, и Юнхо застонал, откидываясь на простынь. Губы Минги прошлись по его животу, а потом он опустил руки, чтобы перевернуть Юнхо набок и оказаться позади него. - Что ты... - начал было Юнхо, но Минги провел пальцами между его бедер, собирая густую смазку, а потом протолкнул средний в задницу и Юнхо запнулся воздухом. - Черт, ладно, - сказал Минги, а затем рассмеялся у него над ухом, - у кого-то было загруженное утро? Ты из тех омег, которым нравится трахать себя одновременно с двух концов во время предтечки? - Прекрати, это не...не смешно, - Юнхо хотелось отстраниться, оттолкнуть его от себя, но Минги добавил второй палец, сильнее растягивая его, и Юнхо понял, что Минги собирался сделать. - Если ты не захочешь, то я не буду этого делать, но теперь мне кажется, что ты захочешь, чтобы я сделал это с тобой так, Юн. Заполнил тебя, - Минги прихватил зубами его за ухо и Юнхо сжался невольно вокруг его пальцев, - так, чтобы ты месяцами если и мог думать о чем-то внутри своих дырок, то только о моем члене. Я хочу, чтобы ты запомнил меня везде в твоем теле. Ты ни о ком, - прошептал он, прежде чуть повернуть голову Юнхо и снова поцеловать, - не сможешь думать после. Я тебе обещаю. - Это не то...что мне надо, - пробормотал Юнхо в ответ, кусая губы Минги, а потом из его рта вырвался слабый вскрик, потому что к двум пальцам прибавился третий и это было почти неприятно, - Минги, н-ну пожалуйста. - Мне начинает нравиться, то, как ты просишь. Ты звучишь восхитительно, Юн. И я, пожалуй, даже думать не хочу, что ты так можешь звучать для кого-то, кроме меня. Но я постараюсь сделать так, что ты не сможешь больше ни о ком думать, после этих двух часов. Его язык скользнул вдоль ленты по шее и Юнхо широко распахнул глаза, цепляясь пальцами за простынь под собой. Минги вылизывал его шею, продолжая трахать его пальцами и от их движений вместе с языком по коже пульсация внутри сделалась невыносимо острой, что от каждого толчка изо рта Юнхо вырывались слабые ноющие звуки - у него не хватало сил себя контролировать. Минги вытащил из него пальцы так резко, что Юнхо захотелось сжаться от неприятной сосущей пустоты. - Но ты должен просить лучше, - зубы Минги потянули за ленту так, что Юнхо на мгновение стало тяжело дышать, - чтобы получить то, что ты хочешь. Он перевернул Юнхо на живот, Юнхо почувствовал как влажная головка члена Минги мазнула его между ягодиц. Он услышал, как Минги отодвинул ящик у прикроватной тумбочки и присвистнул. - Персиковая? Вот это совпадение. Юнхо захотелось рассмеяться, но в этот раз в него снова толкнулись пальцы Минги, уже щедро смазанные смазкой. Смазки было так много, что они хлюпали внутри от каждого быстрого и глубокого толчка. Юнхо чувствовал себя странно, потому что он никогда не трахал себя так глубоко - вторая сторона его вибратора была короче и ему хватало прямой стимуляции влагалища, чтобы кончить почти сразу, но ему нравилось чувствовать себя полностью заполненным и теперь Юнхо хотелось скулить из-за того, что он чувствовал себя наполовину пустым. Он вжался всем низом своего тела в простынь, пытаясь потереться, чтобы хоть как-то справиться с мучительно пустотой между ног, но толку от этого было мало. Ему хотелось попросить Минги коснуться себя, но язык Юнхо словно пристыл к небу. Тогда он попытался опустить руку, сунуть ее между собой и кроватью, чтобы помочь себе кончить, но Минги тут же перехватил ее и отвел в сторону, прижав к кровати. - Ну, хорошая попытка, но ведь тебе нужно не это, да? - промурлыкал он, обдавая ухо Юнхо жарким дыханием, - Дай мне тебя заполнить. Черт, ты почти на пике, я это чувствую. Честно говоря, мне хочется вылакать тебя всего, пока ты не сможешь уже больше кончать, и только после этого тебя как следует оттрахать...но давай оставим это до другого раза, когда ты решишь, что у нас с тобой все достаточно серьезно, Юнхо. Юнхо уставился прямо перед собой, пытаясь понять услышал ли он то, что услышал, потому что каждое слово Минги падало на его кожу раскаленными каплями воска и еще никогда в жизни Юнхо не чувствовал такого возбуждения просто от слов. А потом Минги толкнулся в него, не очень сильно, почти выскользнув сразу, потому что тело Юнхо резко сжалось . - Нет, - сказал Минги, легко шлепая его по заднице и от этого шлепка низ живот Юнхо горячо дернуло, он почти кончил бы, если бы не был настолько перевозбужден, - расслабься, Юн, пожалуйста. Он постарался сделать то, что от него просили, и когда Минги наконец вставил ему, не до самого конца и даже не до половины, глухо застонал. Он и раньше чувствовал то, насколько Минги ощущается большим, но сейчас это ощущалось еще острее, и когда Минги толкнулся в него очень медленно, тяжело дыша, Юнхо стиснул зубы, пытаясь справиться с дискомфортом. - Прости, - выдохнул Минги, целуя его плечи, - я не буду торопиться. Господи, какой же ты тесный, я просто с ума схожу. Почему ты такой...идеальный во всем, Юнхо. Он толкнулся бедрами чуть глубже, а потом почти вышел, чтобы снова повторить это движение, и из горла Юнхо вырвался стон, хотя он и пытался себя контролировать изо всех сил. Но его воля рассыпалась на жалкие осколки, потому что тяжесть тела Минги, его член, его запах, то, как он шептал Юнхо на ухо жаркие и невыносимо грязные комплименты и обещания, сводили его с ума. Юнхо был почти близок к тому, чтобы умолять Минги трахать его сильнее и глубже, понимая, что Минги сейчас так делать не будет - он был слишком осторожен с Юнхо и это сводило с ума. Очень слабая боль сошла на нет почти сразу же, потому что только когда Минги вошел в него до конца, Юнхо понял насколько же сильно он был возбужден. Минги снова перевернул его набок, придерживая за бедро и за шею, - так ему было удобнее двигаться, а Юнхо дышать. Каждый толчок члена внутри заставлял Юнхо вздрагивать всем телом, но теперь вместе с заполненностью пришло это сладкое томление, в котором Юнхо зависал каждый раз перед сильной разрядкой. Минги был слишком глубоко в нем, но это не чувствовалось чем-то неправильным. Юнхо прижался спиной к его груди, а затем ладонь Минги прижалась к его животу, соскользнув с бедра выше. Вторая ладонь переместилась ему на грудь, и Юнхо задрожал, потому что даже мимолетное прикосновение к соскам отдалось тянущей судорогой глубоко внутри. - Черт, - пробормотал Минги, продолжая очень медленно двигаться в нем, - я чувствую как тебе это нравится. Такой чувствительный и весь мой. Юнхо понял, что не может больше выносить его болтовню и чуть повернул голову, чтобы притянуть Минги к себе за шею. Он поцеловал его, точнее попытался, потому что из-за этого Минги стал сбиваться и толчки его были слишком резкими и хаотичными, выбивающими из Юнхо дыхание. И они просто скользили губами по губам друг друга, потому что сосредоточиться на поцелуе было невероятно сложно, пока Минги не сдался и не вжался лицом в его шею, тяжело дыша и прикусывая кожу ниже ленты не сильно зубами. И это все было безумно хорошо, но все равно недостаточно. Пустота никуда не девалась, Юнхо требовалось больше и прямо сейчас, но он не мог просить Минги вставить член туда, где Юнхо было необходимо его почувствовать. Поэтому Юнхо оперся на локоть правой руки, опуская левую между ног, касаясь влажной расщелины, проникая тремя пальцами внутрь, вздрагивая всем телом, потому что он еще никогда не ощущал себя настолько раскрытым и настолько влажным. Пальцы двигались внутри без труда, и Юнхо чувствовал ими толчки члена Минги за чувствительной стенкой, которая казалась теперь такой тонкой из-за этого, что Юнхо почти начало трясти. Он попытался подстроить свой ритм движений под ритм Минги и почти сразу же кончил, потому что такая стимуляция оказалась слишком идеальной, всрикивая, снова заваливаясь на живот, чувствуя как его тело сжимается и вокруг его пальцев, и вокруг члена Минги, и это было так хорошо, почти достаточно, почти больно, что бедра Юнхо продолжали двигаться на автомате, трахая его пальцы, поддаваясь на член Минги, в резком и хаотичном ритме, от которого Юнхо уже хотелось плакать. Он чувствовал влагу, которая выплеснулась ему в ладонь, растекаясь собственным длинным пальцам, почувствовал, как Минги кончает в него, заполняя спермой, вдавливая в кровать Юнхо так, словно пытаясь выдавить из его легких весь воздух. Юнхо не чувствовал сейчас полного удовлетворения, но не чувствовал и этой чертовой пустоты, что почти свела его с ума в прошлый раз, когда Хонджун с ним не остался Минги потерся о его затылок своим лицом, все еще не выходя из него и когда Юнхо, морщась, вытащил из себя пальцы, ладонь Минги оказалась у Юнхо между ног и кончики его пальцев задвигались по его припухшей и влажной плоти в привычном и мягком ритме, от которого Юнхо кончил почти сразу же, давясь стонами, чувствуя как сперма Минги, которая стекала ему в промежность, после того, как он наконец вытащил из Юнхо свой член, сейчас смешивается с его собственной смазкой, и все это было настолько горячо и грязно и восхитительно одновременно, что Юнхо постарался запомнить все эти ощущения, неуверенный в том, что сможет почувствовать их с кем-то другим еще раз. Только кажется Юнхо никого кого-то другого больше и не хотелось. Минги прижался к его телу своим и Юнхо понял, что пропустил момент, когда он полностью разделся, но такое с ним бывало - память Юнхо последние несколько лет была пазлом без не слишком значительных деталей вроде заднего фона с размытыми облаками или мешаниной размазанных пятен, которые должны были быть далекими созвездиями. - Все так, как я и хотел, - пробормотал Минги, гладя его по влажным от пота бедрам, - На тебе нет ничего, кроме этой чертовой ленты, но и ее бы не было, если бы ты разрешил мне себя пометить, но кажется у нас всегда меченым ходить буду я и я не очень-то и против. Юнхо судорожно выдохнул - ему не нравился этот разговор. Конечно, он мог бы дать Минги поставить себе временную метку, то, что он почти сделал сам в их первую ночь, но... - Ты же у нас против отношений, - сухо сказал Юнхо, - забыл? Минги взял его за ладонь и поцеловал ее, рассмеявшись. - А ты не хотел свободных отношений, но решил попробовать. Ну и нам все равно лучше это сделать. Для твоих родных. Для всех остальных. Чтобы уж точно поверили, что мы встречаемся и ни у кого не было вопросов. Временная метка - не постоянная, многие пары ее ставят. Так все будут знать, что мы оба уже заняты. - Для тебя очень важно это, да? - Я... - Минги перекатился, вытягиваясь рядом, - Ну, может я не хотел пробовать это все до тебя? Ты не думал об этом, Чон Юнхо? Я так давно тебя знаю. Я не хочу, чтобы ты совершал ошибки, но я хочу пробовать какие-то вещи вместе с тобой, потому что тебе доверяю. И для меня то, что происходит прямо сейчас, не ошибка. - Тебе разбили сердце и ты после этого решил, что стоит с отношениями завязать? Рот Минги вдруг искривился так, словно ему сделалось больно. Черт, это ведь было так очевидно, но Юнхо кажется был обречен всю свою жизнь не замечать очевидных вещей. - Можно и так сказать. Но после этого человека я действительно не хотел никаких отношений ни с кем. - А со мной захотел? - Да, но мы можем остановиться в любой момент, потому что эти отношения, как ты сам сказал, не настоящие. Так как долго длится у тебя течка? Два или три дня на самый пик? Сможешь же взять больничный дистанционно? Все же Сон Минги был мастером соскока с темы, и Юнхо еще у него многому мог бы поучиться. Но теперь, когда белый шум в голове Юнхо утих и ноющее чувство внизу живота из нестерпимо-горячего сделалось просто тлеющим, он решил, что стоит все же довести одно дело до конца, а уже потом продолжать разговоры. Ему сложно было не смотреть на Минги, потому что от нелепого и худого Сона Минги, с которым он учился, не осталось и следа. Минги был чертовски хорош и глядя на его подтянутый живот и то, как двигаются мышцы под влажной кожей, когда Минги шевелился или потягивался, Юнхо понял, что ему жизненно необходимо запомнить то, какой он не только своими пальцами и ладонями, но еще языком и губами. Юнхо хотелось вылизать каждый сантиметр его загорелой кожи и желание это шло не от его времени цикла. Юнхо хотел этого сам. - Вначале, - сказал Юнхо, неуверенный в том, что Минги его не столкнет с себя, - дай мне позаботиться о тебе. Разумеется, член Минги все еще был твердым и его узел никуда не делся. Это было терпимее, чем во время гона, если бы он не получил во время него Юнхо так, как положено - со сцепкой и долгими часами близости. - Что... - начал было Минги, но Юнхо прижал к его губам указательный палец. Внутри у него все дрожало от напряженного ожидания. Юнхо все еще было тяжело от того, как Минги смотрел на него, когда он был голым, но когда Минги закусил нижнюю губу, глядя пристально на то, как Юнхо садится на него, Юнхо решил, что если Минги будет смотреть на него всегда так, словно хочет сожрать целиком и без остатка, то пожалуй с необходимостью раздеваться для него полностью он так уж и быть смирится. - Что ты делаешь? - спросил Минги хрипло, а потом шумно выдохнул, когда Юнхо, раздвигая влажные складки пальцами, чтобы было удобнее, прижался к его узлу. Юнхо чувствовал член Минги под собой, но не в себе, и если бы он находился на пике своего цикла, а не в самом начале течки, то сошел бы с ума от несправедливости этого момента. - Черт, - ладони Минги обхватили его бедра, прижимая Юнхо чуть сильнее, - это горячо. - Тебе хорошо? - спросил Юнхо, хотя в этом вопросе не было смысла - по тому, каким уязвимым сделалось вдруг лицо Минги было ясно, что ему было уже даже слишком хорошо. Юнхо оперся о его тяжело вздымавшуюся грудь ладонями, потираясь о член Минги медленнее, начиная дрожать от того, каким восхитительным и острым ощущалось это скольжение. Пальцы Минги тискали его бедра и задницу, и дыхание у него срывалось от каждого движения Юнхо все сильнее. То, как узел и головка члена задевали напряженный клитор Юнхо при каждом движении, было слишком горячо, но все равно пока недостаточно чтобы кончить. Юнхо чувствовал как пульсирует член Минги под ним, поэтому Юнхо наклонился к Минги, прижимая лбом, почти прося, чтобы Минги уже взял его по нормальному, кончил в него снова, а потом поставил на колени и трахнул еще раз и еще, пока Юнхо не перестал бы вообще соображать, где он находится и как его зовут, но пальцы Минги соскользнули с его бедра, к паху, и подушечка большого прижалась к центру пульсирующей возбужденной плоти, сильно и почти больно массируя, и Юнхо вцепился в его грудь, задыхаясь от собственного немного крика, потому что кончил сильнее, чем когда Минги трахал его его парой минут назад. Минги прижал его к себе, хрипло шепча его имя, делая снова липким от своей спермы, кончая почти следом за ним. - Обычно...три дня, - ответил Юнхо наконец на вопрос Минги, когда они смогли хоть немного восстановить дыхание. Юнхо не чувствовал больше успокоения или усталости. Внутри снова просыпался голод, почти похожий на тот, что был с ним прошлый раз. Только вот теперь Юнхо, получается, был не один. Все же ты добился своего, Сон Минги. Ты так хотел присматривать за мной, что теперь придется тебе терпеть меня следующие три дня под своей крышей. - Тогда ты соберешь свои вещи? - Я... не уверен, - честно признался Юнхо, - Думаю, что тебе придется продлить аренду. - Моя кровать удобнее этой, - Минги поцеловал его плечо и Юнхо наморщил нос, потому что это было щекотно, - Так что я бы предпочел здесь не оставаться. Тебе потом нужен будет покой и горячая ванна. А здесь есть только душ. - Тогда нам лучше уехать прямо сейчас... Я немного недооценил себя. Мне кажется не стало лучше. Я думал, что это - самое начало, но... - Юнхо поморщился, чувствуя как неприятно сводит ему бедра, - кажется начало было еще в студии. С тобой. - Так ты выбрал меня для своей течки с самого начала. Спасибо за оказанное доверие. - Главное, не приноси письменных благодарностей, когда будешь меня трахать в своей удобной постели, за это. - Так ты дашь мне себя связать? - Попытаюсь, - честно сказал Юнхо и большая ладонь Минги коснулась его щеки. Минги смотрел на него с минуту так, словно собирался что-то сказать, но потом лишь погладил его по щеке и потянулся за телефоном, который оставил на прикроватной тумбочке. - Тогда я вызову такси.