Хочешь вознестись? Тогда влюбись!

Нефритовый кувшин был прозрачным, а державшая его рука с четко очерченными суставами была стройной и ухоженной. Гу Цзяншэнь слегка развернулся, темно-красные рукава колыхнулись, мерцая темным узором. Льющееся вино уподобилось падающей Млечному пути — поистине восхитительное зрелище. Шэнь Цинсянь слегка кивнул, вежливо поблагодарив: — Благодарю. Гу Цзююань улыбнулся, и от этого жеста в зале словно потеплело: — Прошу. Шэнь Цинсянь поднял бокал. Его движения были исполнены благородства, а сам ритуал питья напоминал не разгульное веселье, а священный обряд — будто он вкушал не вино, а нектар бессмертных. Но осознание, что это всё же опьяняющий напиток, добавляло происходящему дразнящую двусмысленность. Гу Цзююань улыбался всё шире. Когда Шэнь Цинсянь опустошил бокал, он тут же наполнил его снова: — Как вам, Господин? Пришлось по вкусу? — Нефритовый бокал с нектаром, насыщенный и благородный аромат, — отозвался Шэнь Цинсянь. Гу Цзююань снова наполнил его бокал: — Слишком щедрая похвала. На возвышении двое беседовали и пили, а внизу их последователи страдали от бессильной ярости! Е Чжань и другие позеленели от злости! Этот демонический злодей осмелился поить их Господина?! Цзянь Лянь и его соратники покраснели от гнева! Этот лицемерный белый лотос заставил их Императора служить ему?! А затем стиснули кулаки, испытывая горький стыд. — Это из-за их слабости их Господин (Император) вынужден терпеть такое унижение! После второго бокала Шэнь Цинсянь задумался. Вино было превосходным — изысканным, насыщенным духовной энергией, настоящим шедевром. Однако на нефритовом свитке значилось: «Разделить с Гу Цзяншэнем вино и опьянеть вместе» А Гу Цзююань даже не притронулся к своему бокалу. К тому же, одного питья было мало — нужно было именно опьянение. Но для существ их уровня понятие "пьянства" было пустым звуком. Неважно, пил ли Шэнь Цинсянь последние тысячу лет или нет — сейчас он мог выпить тысячу бокалов и остаться трезвым. Судя по уверенным движениям Гу Цзююаня, тот, вероятно, и от десяти тысяч не опьянеет. Что же делать? Шэнь Цинсянь слегка нахмурился, и сердца учеников Небесного Пути снова сжались от боли. Как они могли быть такими бесполезными?! Как они могли подвести своего Повелителя?! Даже Цзэн Цзылян, обычно хладнокровный, едва дышал от ярости. Но они не смели вмешаться, боясь разрушить замысел Повелителя. Шэнь Цинсянь решил проверить, достаточно ли будет просто выпить вместе. Когда Гу Цзююань снова потянулся к кувшину, Шэнь Цинсянь остановил его: — А Ваше Величество, не будете пить? Гу Цзююань замер. Шэнь Цинсянь легко стукнул своим бокалом по его: — Такой прекрасный напиток стоит разделить. Гу Цзююань налил себе, поднял бокал и сказал: — Раз Господин настаивает, Гу не смеет отказаться. С этими словами он опрокинул бокал, и в этом жесте была непринужденная элегантность. Нечаянно рукав соскользнул, обнажив предплечье — белое, но с четким рельефом мышц, что привлекало взгляд. Шэнь Цинсянь улыбнулся и налил ему снова: — Ваше Величество пьёт легко. Гу Цзююань рассмеялся и выпил ещё два бокала подряд. Теперь пришла очередь последователей Сердечного Мира сжимать кулаки. Как он смеет?! Не только заставляет Императора наливать, но ещё и принуждает его пить?! Но постепенно "умники" с обеих сторон начали догадываться о тайном смысле происходящего. Цзэн Цзылян умник со стороны Пути Небес устроил совещание с помощью передачи мысли… Поясним: магию передачи мыслей на самом деле невозможно скрыть от великих мастеров. Если бы Шэнь Цинсянь захотел услышать, он бы ясно различал все, что говорят Цзэн Цзылян, Е Чжань и остальные. Но в обычных обстоятельствах он не подслушивает — это активная способность, а не пассивная. В конце концов, культиваторов в мире несчетно, и если бы великие мастера слушали все тайные беседы, они бы просто умерли от переутомления. Так что без особой необходимости Шэнь Цинсянь не вмешивается в их совещания. Что касается Гу Цзяншэня, то он не мог слышать, о чем говорят Цзэн Цзылян и другие, поскольку Шэнь Цинсянь, естественно, возвел барьер для своих, блокируя внешнее воздействие. По той же причине Шэнь Цинсянь не слышал совещаний последователей Земель Сердца, поскольку Гу Цзяншэнь тоже заранее экранировал их. Так что у всех совещания проходили вполне успешно. Цзэн Цзылян сказал: — Владыка меряется силами с демоническим императором! Е Чжань возмутился: — Как же меряться?! Он жертвует собой ради нас! Цзэн Цзылян объяснил: — Вы ошибаетесь! Разве Владыка не величайший из нас? Хотя он и остерегается открытого конфликта, но разве состязание в выпивке — не проверка силы духа? Вино, которое пили бессмертные, было не обычным — оно наполнено духовной энергией и гораздо крепче земного. Чем выше уровень совершенствования, тем больше он может выпить. Так что на возвышении разворачивалась битва без крови — Ляньхуа-цзюнь и Демонический Император Цзююань сражались через вино! Кто опьянеет первым — тот проиграл! И даже без мечей это означало бы, чей уровень выше. Услышав это, последователи Небесного Пути прониклись. Да! Именно так! На стороне Сердечного Мира тоже нашлись "умники", и их выводы совпали. Они решили, что их Император сражается за честь их учения. Раз здесь были сообразительные, то и среди Земель Сердца, естественно, нашлись «умники», и направление их мыслей удивительно совпало: они уверовали, что их Величество использует вино как аллегорию, сражаясь изо всех сил за достоинство Земель Сердца. От этой мысли обе стороны воспламенились. Если их Повелители сражаются — они тоже должны поддержать! Кто-то бросил вызов, и враги тут же приняли его. «Битва божеств» была им не по силам, но с «мелкими сошками» они вполне могли разобраться. Е Чжань давно уже кипел от злобы, и когда ему бросили вызов, он без колебаний принял его, ринувшись в бой первым. Его манера пить излучала остроту, не запятнав имени главы школы Цзыугуань! Цзянь Лянь тут же вступил в схватку. Будучи главным хранителем Дворца Воли Сердца, он попросту не знал, как пишется слово «проигрыш»! На возвышении два великих мастера решали свои дела, а внизу их последователи вступили в схватку. И так, неожиданно, мероприятие превратилось в настоящий обмен дао. ...После трёх дней и ночей Шэнь Цинсянь и Гу Цзююань не показали и тени опьянения, а вот все остальные валялись без сил. По результатам победа была ничейной — все пали, так что делить было нечего. Шэнь Цинсянь взглянул на нефритовый свиток и вздохнул. Без опьянения — задание не выполнено. Но как опьянеть? Гу Цзююань прервал его мысли: — Господин пьёт прекрасно. — Но в этом нет радости, — ответил Шэнь Цинсянь. — Господин желает опьянеть? — многозначительно спросил Гу Цзююань. Шэнь Цинсянь в свою очередь спросил: — А Ваше Величество? — Если встретишь родственную душу, опьянение — благо, — улыбнулся Гу Цзююань. Шэнь Цинсянь рассмеялся: — Родственная душа? — Разве нет, шишу? — подал реплику Гу Цзяншэнь. — Хватит, — тихо произнес Шэнь Цинсянь. — Лучше уж родственная душа. В их словах сквозила игра. Конечно, на их уровне опьянеть было непросто, но не невозможно. Если снизить уровень циркуляции ци, духовное вино могло подействовать. Но вот вопрос — кто снизит уровень первым? Кто подавит первым? Как? Зачем? И что будет после? Шэнь Цинсяню это было нужно для задания, но зачем Гу Цзююаню? Если Шэнь Цинсянь опьянеет, что сделает волк из Сердечного Мира? Его намерения были очевидны. Так что Шэнь Цинсянь не мог позволить себе слабость — иначе не восстановить Небесную Лестницу, а самому быть съеденным. Так что это была лишь вежливая беседа. ...Хотя оба на самом деле хотели напиться. Жаль, что их "дружба" была слишком хрупкой для такого. Продолжать пить тоже не имело смысла. Последователи внизу уже «продиспутились» до потери сознания, и продолжать было бы бесчеловечно. Но закончить сейчас — значит провалить задание. Нефритовый свиток дал четыре задания, а Шэнь Цинсянь выполнил лишь одно. Последнее (не проявлять убийственных намерений) можно было пока игнорировать. Второе (выпить вместе) пока не получалось. Но третья — совместная прогулка по Звёздному морю и Иллюзорном Пепле — казалась выполнимой. Как будто прочитав его мысли, Гу Цзююань тоже опустил бокал. — Не пройтись ли нам? — предложил Шэнь Цинсянь. — Хорошо, — согласился Гу Цзююань Хотя Шэнь Цинсянь всё ещё недолюбливал этого демона Сердечного Мира, но сегодня тот вел себя неожиданно учтиво, и раздражение слегка поутихло. Если совместное опьянение было трудным, то и прогулка по Звездному Морю Забвения сулила немало сложностей. Во-первых… с самой прогулкой проблем не было, но Звездное Море огромно, так насколько же далеко им нужно пройти? И с чего начать? Звездное Море было ближе к Небесному Пути, а Иллюзорный Пепел — к Сердечному Миру. Шэнь Цинсянь не расставлял ловушек в Звездном Море, но мог ли он быть уверен в Гу Цзююане? Нужно было быть настороже. Они стояли на границе, и Гу Цзююань неожиданно предложил: — Сначала к Звёздному Морю. Шэнь Цинсянь посмотрел на него: — Ваше Величество... — Да? — отозвался Гу Цзяншэнь. Светлые глаза Шэнь Цинсяня были полны скрытого смысла: — Вы не боитесь, что под этой синевой скрываются стрелы? Гу Цзяншэнь ответил вопросом на вопрос с поразительной откровенностью: — Господин желает моей смерти?