Судебные тяжбы

      Если чему уличная жизнь и научила Нахию, то тому, что выживает не сильнейший, а тот, кто лучше прочих чует, куда ветер дует.       Приход войск Кайрос поэтому не стал чем-то неожиданным. Наоборот: очень даже желанным. Старый змей Эрра, когда-то взявший их с Нергалом под крыло и научивший контрабандистским премудростям, всегда говорил, что война — время лучшего навара. Неудивительно, что именно он выдал солдатам тайны Города-Бастарда и заодно заложил всю их честную компанию.       Нахия, однако, была готова. Когда у неё кончались буквы для запасных планов, она переходила на цифры; а уж предательство любой из сторон предусматривала в первую очередь. Больше собственного выживания Нахия ценила только младшего брата.       Иронично, что именно это и привело её в подземелья нового хозяина их города — Архонта Правосудия Тунона.       Тяжёлый, затхлый воздух допросной мешал дышать достаточно глубоко. А сковавыющий плечи и глотку страх и вовсе заставлял быстро и часто ловить застоявшийся запах крови ртом. Крупный мужчина с эбонитовой кожей и ярко-красным рисунком черепа на лице смотрел на Нахию, как удав смотрит на кролика: со снисходительной насмешкой в золотых глазах и игривой ухмылкой на полных губах. Нахия старалась не скашивать взгляд на длинные кинжалы между его пальцев.       К сожалению, она была достаточно умна, чтобы заблуждаться по поводу своей судьбы. Тем более, когда за ней прислали Бледена Марка.       Слишком долго ей удавалось бегать от ответственности и внаглую нарушать как законы Ярусов, так и Владыки Кайрос. И покровительство некоторых высокопоставленных чинов её не спасло — пришёл Тунон и навёл порядок. Только бы с Нергалом не произошло ничего страшного. А с неё пусть хоть кожу снимут.       От этой мысли по спине пробежал холодок. Нахия не сомневалась, что Бледен Марк мог сотворить с ней и не такое.       — Не планируешь оправдываться и молить о пощаде, крысёныш? — очевидно, устав от игры в гляделки, низким насмешливым голосом спросил Бледен Марк.       Очень захотелось возмутиться и нашипеть на него за это мерзенькое прозвище, но это порушило бы заранее продуманную линию поведения.       — Я сдалась добровольно и рассказала всё, как есть, — Нахия тяжело сглотнула ком в горле, собрала волю в кулак и ответила так спокойно, как только смогла. — По законам Владыки я могу рассчитывать на… некое снисхождение.       О том, как перевернула и передёрнула факты в процессе, Нахия благоразумно упоминать не стала.       — Пока Ярусы не стали частью Империи, законы Владыки на них не распространяются, — Бледен Марк оскалил такие же белоснежные, как его волосы, зубы и сощурился. Нахия понадеялась, что выглядит гордо и уверенно, а не забито и жалко. Ведь её просто-кошмар-какой-любезный-дознаватель банально издевался.       — Разве суть войны не в том, чтобы принести цивилизацию в эти тёмные земли? — на лице не дёрнулся ни единый мускул, да и голос звучал скорее отчаянно, чем вдохновлённо. — Без суда и следствия казнят лишь дикари-ярусники. Неужели благородные слуги Владыки им уподобятся?       Нахия не верила ни в справедливость шавок Кайрос, ни в исход в её пользу, но не могла не попробовать. В конце концов, к любой власти можно подлизаться — особенно когда она бренчит железными доспехами и не скрывает своего приближения.       — Думаешь, тебе это поможет, крысёныш? — Бледен Марк в очередной раз крутанул кинжал, и тени по углам допросной нечленораздельно зашипели.       За время их бесед (удивительным образом обходившихся без насилия) Нахия успела привыкнуть к этому гудению. Однако сегодня к нему добавилось новое звучание.       — Ты желаешь оправдаться, дитя?       Гулкий голос, сила которого почти физически придавливала к земле, раздался откуда-то сбоку. Нахия вздрогнула и сжалась. Пришлось приложить усилия, чтобы вскинуть голову и упереться глазами в бесстрастную маску. Судья Тунон. Здесь? И заговорил с ней?       — Да, Ваша Честь, — слабо прошептала Нахия.       Теперь ей точно конец. Тунон уж точно увидит все её манипуляции и ужимки насквозь. Испепелит на месте.       — Как тебя зовут?       — Нахия, Ваша Честь.       — Бледен Марк, в чём обвиняется ярусница Нахия?       Суд прямо посреди тесной допросной, два могущественных Архонта и она, балансирующая на очень тонком льду. До чего же абсурдная ситуация.       — Контрабанда, торговля без специального разрешения, пособничество сопротивлению и ещё с десяток нарушений из-за связи с криминальным миром Города-Бастарда, — скучающе перечислил Бледен Марк. Его взгляд, однако, не выпускал Нахию из тисков.       — В военное время и в условиях блокады было не слишком просто платить подати и получить разрешение на торговлю, — отчеканила Нахия давно отрепетированное оправдание. — Как только ситуация устаканилась бы, я со всем рвением исполнила бы все предписания закона Владыки.       — Блокада давно снята, — фыркнул Бледен Марк.       — Насколько мне известно, сейчас разрешения выписываются редко, а мои товары шли и на обеспечение армий Владыки в том числе. Ещё до сдачи Города-Бастарда, смею заметить. Разве могла я поставить под угрозу завоевание из-за бюрократии?       — Это не объясняет пособничества сопротивлению, — ровно заметил Тунон. — Бледен Марк прав, блокада давно снята, Город-Бастард признал власть Кайрос, почему же ты продолжала сотрудничать с партизанами?       — Я всего лишь поставщица, Ваша Честь, — невинно глянула исподлобья Нахия большими и очень честными глазами. — Я не могу предусмотреть, что взбредёт в голову моим покупателям и кому они вздумают перепродать мои товары.       — Возражаю, — Бледен Марк, кажется, искренне проникся этой игрой. — Среди имён, которые ты назвала на допросах, нашлось немало открытых противников Кайрос.       — Преступное умолчание, — будто бы молотком по столу припечатал Тунон. — Почему ты не рассказала властям о деятельности этих людей раньше?       — Слова и действия — не одно и то же, Ваша Честь. Так мне казалось. Я не знала… и раскаиваюсь в своей слепоте и глухоте, — Нахия опустила голову и плечи, будто действительно испытывала стыд. Что ж, оставалось надеяться исключительно на способности к ломанию комедии.       Повисло долгое молчание. Архонт Тунон о чём-то глубоко задумался, Бледен Марк выглядел откровенно уставшим от всего этого фарса, а Нахия внутренне содрогалась.       — Я готов предложить тебе сделку, — равнодушная маска повернулась в сторону Нахии. — Ты станешь моей Вершительницей Судеб — судьёй, присяжной и палачом, моими глазами и ушами, и будешь нести Мир Кайрос на земли Ярусов. Или отправишься на каторгу за свои преступления.       …ох. За всё время в темнице Нахия успела потерять надежду когда-нибудь снова увидеть солнечный свет. Сейчас же ей вкладывали в руки не просто свободу, а власть. Возможность стать кем-то большим, чем крыса-контрабандистка. Кое-что, впрочем, не позволило сиюминутно подскочить и согласиться.       — А мой брат? Что будет с моим братом?       — С ним всё будет в порядке, — туманно заверил её Тунон, и Нахия тревожно нахмурилась.       Нергал был виноват в меньшей степени — всего лишь исполнитель, переговорщик, ему едва ли грозила плаха или каторга и так.       Что ж…       — Я согласна.