Кукла

Я — кукла. Бесчувственная, безэмоциональная… Красивая. Но живая. Хотя можно назвать живым то, что таковым не является? Ненастоящая. А лишь красивая оболочка. Игрушка в его руках. Он никогда не называет меня по имени. Я — кукла без имени. Я уже и забыла, как меня зовут. То ли Дина, то ли Дафна… Только первую букву помню — Д… С родственниками — ситуация ещё хуже. Я не помню никого. Я не чувствую ничего. Будто меня накачали или напоили чем-то. Не помню даже, как я стала такой. Ничего не помню. В голове — пустота. Шух. Шух. Шух. Шелестит Его плащ. Его имени я тоже не знаю. Или не помню? Временами мне кажется, что у меня память как у рыбки… Но это не так уж и важно. С такой жизнью, может, лучше вообще ничего не помнить? Я всегда сижу в одной и той же клетке. И когда стемнеет, приходит Он. Тогда клетка открывается, он вытаскивает меня силой. Так как у меня самой нет сил встать. Всегда. И развлекается. Всегда по-разному. Иногда просит стать в красивой позе. Зачем? Он меня рисовал. И не разрешал двигаться. Это было даже хуже «показа мод». Да, тогда он наряжал меня в разные платья и заставлял вышагивать на каблуках. А когда шла неровно — мне попадалось плёткой по телу. Бывало и по лицу. А бывало хуже всего вышесказанного — он насиловал меня. Всегда, когда и как Ему захочется. А что ещё он со мной делал? Я не помню… — Как дела, рыжулька? Бесит это прозвище. Была бы возможность — перекрасилась. Или даже лучше — постричься налысо. Чтобы не впитывался его запах (а иногда и не только он) в мои волосы. Чтобы он не тянул за них со всей силой. Были бы у меня силы… Этот мерзавец жил бы в этой клетке вместо меня. Но без еды и «выходных». Правда, перед этим я бы его избила или немного порезала ножиком. Совсем чуть-чуть… — Как всегда молчишь. Знаешь… мне надоело одно и то же. Разнообразия бы… Понимаешь? Ты вроде не немая. Говорить умеешь. Сегодня я хочу, чтобы ты разговаривала, поняла? — Поняла. — Вот и славно. Чем бы сегодня заняться? Не знаешь? — Чем хотите, сэр. — Это его дурацкий приказ — так его называть. — А я хочу, чтобы ты придумала. И попытайся заинтересовать меня. — Мне нужно время. — Даю пол часа. Посиди, подумай. Он уходит. А я думаю. Но не о том, что он просил. Это отличная возможность сбежать. Только что делать с моим неходячим состоянием? Надо как-то его связать. Оглядываю комнату. На стенах висят картины, в углу стоит стол со стулом. Немного в стороне лежит что-то похожее на длинную подушку. Зачем она здесь? Поворачиваю голову влево и утыкаюсь взглядом в ковёр. Ярко-зелёного цвета. С каким-то гербом. Змея и ещё что-то. С другой стороны клетки, стоит что-то наподобие шкафа. Ничего не подходит мне. Может прикинуться послушной и неожиданно ударить? Чем? Да и хватит силы? — Время истекло, рыжулька. Я надеюсь, ты придумала что-то интересное. А то придётся прибегнуть к старым методам. Может, ты соскучилась за моей «волшебной палочкой, а? — Придумала. — На самом деле нет. Придётся решать на ходу. — Отлично. Говори. Чёрт. Он что настолько всё продумал? Сначала сказать, а потом только выпустить? Надо тогда сказать первое пришедшее на ум слово. Но у меня на уме только одно — расплата. — Я хочу «показ мод». — Ну такое уже было… Новое нельзя придумать? Тогда я сам. — Ладно-ладно. Сейчас. Минуту. — Думай, мисс Д, думай. — Я… Я… хочу завязать вам глаза и сделать вам приятно… — Воооот. — Довольно тянет мудак. — Другое дело. Но, может, тебе закрыть глаза, а? — З-зачем? Как я тогда буду смотреть на это прекрасное тело, сэр? — Ладно. Так даже интереснее. Тогда я… — Нет-нет. — Быстро выдаю я. Только не смотреть на его наготу. Я не смогу это пережить ещё раз. — Я сама вас раздену, сэр. — Покорно опускаю голову. — Хорошо-хорошо. — Он достаёт из кармана ключ и просовывает его в замок клетки. — Выходи. — Он поворачивается спиной ко мне, что-то шепча. Неужели это так просто? Не успеваю дотянуться до чего-то, как он разворачивается лицом ко мне. — Держи. — Протягивает мне зеленую повязку на глаза. Ненавижу этот цвет. Я беру в свои руки эту повязку и трясущимися пальцами кое-как завязываю её на его глазах. Дышать даже стало легче, не смотря на его серые глаза. Растегиваю на нём рубашку, нарочито медленно, попутно рассматривая комнату ещё раз. Может, я что-то упустила? Нет. Я всё правильно увидела в первый раз. Что же тогда мне поможет? — Ты там заснула? — Конечно, нет. Я растягиваю ваше удовольствие, сэр. — Так растягивай, а не вообще переставай работать! — Больше так не буду. Придумала! Поможет только стул, но как мне его применить, если на нём сидит Он? Одной рукой всё ещё глажу только торс и очень близко возле того самого места, от которого меня воротит. Надеюсь я сбегу до того, как мне придётся к этому прикоснуться. — Тебе помочь снять с меня штаны или как? Сколько можно гладить мою грудь? Мне от этого ни холодно ни жарко. А то я могу подумать, что ты занята чем-то другим… Быстрым движением руки расстёгиваю ремень на его штанах и медленно их стягиваю, всё ещё не видя его «прелести», скрытой под боксерами. Но что мне делать? Как заставить его встать со стула? Точно! — Подождите. Можно мне попросить вас лечь на стол? — Для чего? — Вам удобнее будет. И мне в том числе… — Ладно. Только если не будет больше условий! — Больше не будет. — Обещаю я, зная, что это я точно выполню. — Если ты не сделаешь то, что обещала через 5,4,3… — Сейчас-сейчас. — Мне придётся это сделать. Хотя бы начать! Отвернувшись, дотрагиваюсь до его нижнего белья и вытянув «готовый» орган, принимаюсь немножко его ласкать, пытаясь представить в это время что-то приятное. Может готовку?... Он издаёт характерные звуки, что сбивает меня от отвлечения, но направляет меня на главную цель. Пока левая рука занята, тянусь правой к стулу. — Ты же знаешь, что руки будет недостаточно? Или ты надеялась этим отделаться? — Сейчас всё будет, сэр. — Обещаю ровно в тот момент, когда отпускаю его орган и крепко обхватываю стул обеими руками, замахнувшись над ним. И не медля больше ни секунды бью им со всеми остатками сил, которые имеются у меня сейчас, по этому мерзавцу. И ещё пару раз, для верности, пока стул не превращается в простые кусочки дерева в моих руках. А сами руки не покрываются волдырями и парой заноз. Но это мелочи! Главное, что он как минимум потерял сознание! Главное не поворачивается к нему спиной! Иначе ещё одной возможности спастись не будет… Пячусь назад медленными шагами. По-другому никак. Всё ещё держу в руках кусок стула. На всякий случай. Спиной утыкаюсь в дверь, пытаюсь нащупать ручку. Не поддается. Он ещё и заперся! — Маленькая мерзавка! — Слышу приглушённый шёпот гада. Я стою, трясясь то ли от страха, то ли от нервов или холода. А может всего и сразу… Держу перед собой злосчастный кусок дерева, как пистолет. Но такое оружие не выстрелит. Я проиграла?... Он снимает повязку, надевает штаны и медленно подходит ко мне. — Не подходи! — Пытаюсь до последнего противостоять чудовищу, хоть моё тело и разум сопротивляются этому. — А то что?! Что ты сделаешь в своём состоянии этим кусочком дерева? — Я не такая беспомощная, как раньше! Я знаю, что ты мне что-то подсыпал! И я это не ела! Да, я всё ещё слаба, но не настолько! — Говорю в последний раз. Будь послушной и зайди в клетку. Скажи «спасибо», что я не пытаю тебя. — Отойди, мерзавец! — Ты думаешь на улице к тебе отнесутся лучше? Ха! Будет только хуже! Ты понимаешь это?! Ты даже не готовишь у меня! Будь благодарна, сука! Он подходит впритык к моим вытянутым рукам, в которых зажата ножка стула. И как только он пытается схватить меня за локоть, я со всей имеющийся силой, втыкаю в него своё оружие. Он шокировано смотрит на меня, а я проталкиваю ножку стула глубже в его грудную клетку. За все страдания! Он хрипит, падая на пол. Стоит остановиться, но я не могу! Он должен заплатить за всю боль, что причинил мне! Руки трясутся, но я держу эту ножку стула, пока его тело не сталкивается с полом. Это всё? Правда всё? Он мёртв? Мне не придётся больше его трогать? Не надо будет жить в страхе, да? Но что дальше?... Меня посадят, да?... А что если о том, что я живая, никто кроме него не знает? Тогда придётся скрывать свою личность… Всё же лучше, чем тюрьма! Решено.