Очень (не)вовремя

      — Директор Пак, — после короткого стука дверь в кабинет Чимина открывается и на пороге появляется его секретарь.       Мин Юнги работает на него уже два года и за это время показал себя очень ответственным и прилежным секретарём. Он всегда приходит в офис раньше Чимина, отлично готовит кофе и содержит в идеальном порядке его расписание. Но что является самым большим плюсом Юнги — он не пытается залезть в койку к Чимину, как это делали все предыдущие секретари.       Юнги вообще необычный омега: всегда носит строгие приталенные костюмы, лишь иногда позволяя себе обувь на невысоком каблуке, никогда не строит глазки Чимину, поддерживая с ним исключительно рабочие отношения, и варит самый вкусный кофе. А ещё Чимин стал за собой замечать, что более пристально разглядывает своего секретаря.       — Что случилось, Юнги? — альфа поднимает взгляд от документов и обращает его на вошедшего.       — Можно мне… — Юнги слегка мнётся, его щёки покрывает лёгкий румянец, а глаза внимательно изучают рисунок паркета. — Мне…       И тут до Чимина доходит. Чуткий альфий нос улавливает невероятный, самый любимый запах сдобных булочек с корицей. Такие пекла мама в далёком детстве. Чимин делает глубокий вдох, и из его груди вырывается мурчащий звук, что вызывает удивление даже у самого альфы.       Испуганные глаза встречаются с чёрными, наполняющимися чувством собственничества, и омега замирает на месте, боясь пошевелиться и спровоцировать инстинкты альфы.       — У тебя началась течка, — хрипит Чимин, не отрывая взгляда от маленького зверька, затаившегося на пороге его кабинета.       — Да, — шёпотом выдыхает Юнги. — Блокаторы должны были продержаться до обеда, но их действие закончилось, а новые я с утра не успел купить.       Пока омега что-то сбивчиво ему объясняет, Чимин внимательно смотрит на движения его губ. Они такие розовые, такие блестящие, так и манят узнать, будут ли они на вкус такими же сладкими, как булочки из детства. Утробный рык вырывается из груди от возникших в голове мыслей, но альфа берёт себя в руки, видя, как дрожит Юнги. Ему совершенно не хочется напугать (спугнуть) омегу, которого до дрожи в руках хочется попробовать.       — Ты ведь понимаешь, — вкрадчиво начинает Чимин, медленно поднимаясь из-за стола, — что фонишь своими аппетитными булочками на всю округу?       Ревностный рык вырывается из горла альфы, стоит ему представить, что кто-то другой будет наслаждаться этим вкуснейшим ароматом. Юнги же вздрагивает, но совсем не от испуга. Вдоль позвоночника пробегается толпа мурашек, а в попке вдруг становится до ужаса мокро. Его омега реагирует на собственничество альфы полнейшим восторгом, тут же желая доказать, что согласен принадлежать этому сильному и красивому самцу.       Чимин обходит кабинет и останавливается у двери. Звук закрывающегося замка разрезает звенящую тишину. Юнги гулко сглатывает, спиной ощущая, как приближается альфа. Горячее тело, остановившееся сзади, посылает по всему телу маленькие разряды, вынуждая колени подогнуться. И Юнги бы упал на пол, если бы не сильная рука, обхватившая его за талию и крепко прижавшая хрупкое тело к твёрдой груди. Руки машинально хватаются за чужое предплечье, находя в нём опору. Из горла вырывается испуганный писк, а к шее прижимается чужой нос, глубоко втянувший сладкий запах.       — Знаешь, какое желание сейчас разрывает меня на куски? — хрипит в горящее ушко альфа, обдавая горячим дыханием чувствительную шею. Юнги отрицательно машет головой, боясь лишний раз пошевелиться. — Облизать тебя от самых пальчиков твоих ног и узнать, такой же ты сладкий на вкус, как и на запах.       Омега поскуливает от такого признания, а его аромат усиливается, выдавая его возросшее желание ощутить на себе то, о чём сказал альфа.       — Н-но, директор Пак, — жалобно говорит Юнги, собирая остатки здравого смысла, — а как же ваша политика? Вы ведь против отношений на работе.       — Скажи мне, сладкая булочка, — шепчет альфа, проводя носом вдоль тонкой шеи и собирая ещё больше вкусного запаха, — я тебе нравлюсь?       Чимин чувствует, как тело в его руках на мгновение замирает.       — Да, — раздаётся тихий ответ.       — Ты бы хотел провести со мной свою течку? — снова вопрос.       — Да, — спустя несколько секунд выстанывает омега, откидывая голову на плечо Чимина и прижимаясь круглой попкой к его паху.       — Вот и отлично, — удовлетворённо рычит альфа. — Вопрос решён.       Чимин подхватывает Юнги на руки и идёт с ним в сторону личной комнаты, которую имеет в своём кабинете. Она оборудована всем необходимым для комфортного нахождения в течение нескольких дней. Вот только омегу туда он допускает впервые.       — Подожди меня несколько минут, — просит Чимин, смотря в глаза своему секретарю. — Я отдам несколько распоряжений, чтобы нас не беспокоили, и вернусь к тебе.       Юнги на это лишь кивает.       — Там, за дверью, — Чимин показывает рукой на неприметный проём, — ванная комната, в ней же небольшой шкаф со сменной одеждой. Можешь принять душ, если хочешь.       И снова согласный кивок. Чимин, удовлетворённый ответом, скрывается в кабинете, прикрывая дверь комнаты. Юнги же поднимается с кровати и осматривается вокруг. Помещение вполне себе просторное, в одном углу небольшая кухонная зона, в другом — там, где сейчас он, — спальная. Возле двери в ванную стоит небольшой диванчик, рядом с которым на круглом коврике стоит стеклянный журнальный столик.       Решив больше не терять времени, Юнги направляется в ванную. Она поражает своими размерами: тут и душевая кабина, и большое джакузи. Вдоль одной из стен стоит полноценный гарнитур, в который встроена раковина и много различных шкафчиков. На столешнице возле раковины стоит множество различных уходовых средств: лосьоны, скрабы, крема, в отдельной корзиночке стоят маски. Пошарив по ящичкам, Юнги находит сменную одежду. В основном это футболки и шорты. В соседнем обнаруживаются трусы. Подобрав себе футболку, Юнги хитро улыбается и идёт в душ.       На полочке душевой обнаруживаются его любимые шампунь и гель. Удивлённо на них посмотрев, Юнги начинает мыться. За шумом воды он совсем не слышит, как дверь в ванную открывается. Чимин застывает на пороге, сквозь прозрачное стекло душевой разглядывая тонкую фигурку. По красивому изгибу спины текут тонкие ручейки, очерчивая все ложбинки и выпуклости, к которым взгляд прилипает просто намертво.       Чимин сглатывает скопившуюся во рту слюну, а руки уже тянутся к пуговицам, желая поскорее избавиться от ненужной одежды и присоединиться к омеге в тесной кабинке душевой. Он уже буквально кожей чувствует, как будет касаться этого, кажущегося таким хрупким, тела, как будет очерчивать пальцами изгибы и пробовать на вкус бархатистую кожу.       Юнги вздрагивает, когда чувствует холодный воздух, лизнувший его спину, но это ощущение длится буквально несколько секунд, сменяясь жаром горячего тела. Чимин прижимается к его спине и, не удержавшись, оставляет лёгкий укус прямо на сгибе, отчего изо рта омеги вырывается тихий стон. Руки альфы тянутся к полочке, набирают гель, и, вспенив его между ладоней, он отправляется в долгожданное путешествие.       Юнги расслабляется под нежными касаниями, откинувшись на груди Чимина и постанывая от приятных ощущений. Течка только началась, поэтому его тело сейчас очень чувствительное и отзывчивое. Омега вскрикивает, когда пальцы альфы задевают его соски, слегка царапая короткими ногтями. Член уже твёрдый, возбуждённый, дёргается от чувствительных прикосновений, выделяя жемчужную каплю, что стекает по всей длине вместе с потоками воды.       — Какой же ты красивый, — шепчет омеге в самое ухо Чимин.       Он проходится маленькими поцелуйчиками по шее, иногда сжимая зубами белоснежную кожу и оставляя на ней краснеющие отпечатки, тут же облизывая их, собирая языком капельки влаги. Округлое плечико получает свою порцию нежной ласки. Чимин наслаждается омегой, что крепко прижимается к его груди.       Одна рука альфы опускается вниз, захватывая в плен твёрдый член. Звонкий стон разбивается о стены душевой от первого движения. Чимин намерен изучить тонкое тело вдоль и поперёк, отыскать все чувствительные точки, но сначала нужно довести Юнги до первого оргазма, чтобы можно было растянуть дальнейшие ласки. Альфа медленно двигает сжатым кулаком по твёрдой плоти, вызывая непрерывные стоны.       Юнги сейчас выглядит невероятно: на прикрытых ресницах поблёскивают капельки воды, отражая свет лампочек, сквозь приоткрытые тонкие губы с альфой заигрывает розовый язычок, то показываясь, то исчезая. Грудная клетка движется в безумном ритме дыхания омеги, призывно заигрывая с альфой напряжёнными горошинами шоколадных сосков. Упругий животик напряжён, полностью выдавая степень возбуждения омеги. В следующую секунду громкий вскрик буквально оглушает Чимина на мгновение, а рука чувствует тёплые струи густой жидкости. Юнги даже кончает красиво: он краснеет от самого лобка и до округлых щёчек, что приводит альфу в восторг.       — А теперь мыться и в кроватку, — тихо говорит на ухо омеге Чимин. — У нас впереди ещё много интересного.       — Угу.       И в груди у Чимина расплывается тепло от того, насколько доверчиво Юнги прижимается к нему и расслабляется в его руках. Альфа аккуратно моет разомлевшего секретаря и, наскоро вытерев его, уносит в комнату, укладывая на кровать.       Впереди у них длинный, насыщенный наслаждением и ласками день. И Чимин считает, что просто обязан удовлетворить этого омегу. А потом, когда течка Юнги закончится, они поговорят о дальнейших отношениях. Ведь Чимин совсем не намерен теперь отпускать Юнги.