Ты случилась во мне

Утро началось не с кофе, а с хаоса. Одри в футболке до колен что-то кричала с кухни, Кира ругалась, что: “блядь, вы потратили весь йогурт”, аЛили с пледом на голове как привидение ходила и требовала чай. Лея сидела на подлокотнике дивана, пила холодный остаток виски со льдом, будто это норма для 10 утра. Мира проходила мимо, заправляя волосы в небрежный пучок, и, чтобы не наступить на чей-то носок, легко опёрлась рукой на плечо Леи — мимолётно, невесомо. Это прикосновение почти ничего не весило. Но от него будто ток под кожей. -Чёрт. - Лея чуть напряглась. Но не отпустила контакт до тех пор, пока Мира сама не убрала руку. Мира ничего не сказала. Просто улыбнулась краем губ, как будто что-то знает, и пошла дальше День. Жареный хлеб и музыка. Позже, пока остальные пошли за едой, Лея и Мира остались на кухне вдвоём. Мира жарила хлеб, включила музыку — что-то лёгкое, не по настроению Леи. - Ты всегда слушаешь такое? - спросила Лея, не поднимая взгляда, водя пальцем по стеклу бокала - Нет, просто… когда тепло. Такое подходит. Пауза. Мира протянула ей кусочек горячего тоста. - Попробуешь? Лея не взяла из рук. Она наклонилась и зубами откусила прямо так. Слишком близко, почти коснувшись кожи пальцев. Мира замирает. - Горячо, - спокойно говорит Лея, не отводя взгляда. - Ну так подожди, - так же спокойно отвечает Мира, но глоток у неё выдал — внутри дрогнуло. Это был первый осознанный момент их игры. - Если кто-то не проснётся через две минуты, я налью воду прямо на лицо! - громко объявляет Одри, уже с кружкой кофе в руке. - Заткнись, - вяло бурчит из-под пледа Кира, -дай умереть достойно… Лея сидит у окна с бокалом воды, не ест, не участвует в хаосе, просто наблюдает, как всё это шевелится вокруг неё. Где-то внутри — странное ощущение домашности, давно забытое. Мира выходит из кухни, ставит перед всеми тарелки, проходит мимо Леи, и, ненавязчиво касается плеча, будто случайно. Опять это лёгкое касание. Зачем? Лея не реагирует внешне. Но внутри — отклик, слишком резкий, как будто кто-то коснулся не плеча, а нервной системы напрямую. Еда, музыка и дурацкие разговоры Все расселись кто где — Кира с ногами на столе, Лили сидит на полу, Мира у стены, Одри свесилась с дивана как дохлая кошка. На телефоне играет музыка, всякие треки из плейлистов «summer sadness but make itchaotic». - Давайте сыграем в «никогда не… - предлагает Лили, жуя тост. - Нет. - одновременно отвечают Лея и Одри. - Да! - в восторге отвечает Кира. Начинаются тупые вопросы: - Никогда не влюблялась в препода. - Никогда не целовалась на спор. - Никогда не плакала из-за тупого фильма. Мира, смеясь, поднимает руку на «плакала из-за фильма», и в момент, когда она смеётся, Лея ловит себя на том, что смотрит не на всех, а только на неё. - «Почему она так смеётся, будто вообще не боится жить?» Полдень. Магазин, ветер и смешное дерьмо - К чипсам чё-нибудь нужно? - спрашивает Одри, застёгивая куртку. - Возьми что угодно. Главное, конечноалкоголь. - отвечает Кира, натягивая кроссовки. - Мы берём лимонад и сок. Вы свои яды сами. -с намёком на Лею говорит Мира, закатывая глаза. Они вшестером выходят на улицу, смеясь, споря о том, какой фильм смотреть вечером: Лили орёт, что будет мюзикл, Кира угрожает уйти из дома, если это мюзикл. Ветер растрёпывает волосы Леи. Мира идёт рядом, и тень от их шагов совпадает. Не касаются, не говорят, но будто чувствуют друг друга кожей. Мира что-то рассказывает Одри, и смеётся, откидывая голову, Лея ловит в солнечном отражении её профиль: чёткий, мягкий одновременно. Странное сочетание. - «Не смотри так, дура. Она просто человек. Обычный.» Обычный? Вечер. Комната, лампа, кино, плед Комната погружена в полумрак, только торшер светит тёплым светом. Кира уже почти спит, уткнувшись в плед, Лили щёлкает пультом, Одри достала попкорн, Мира садится. Рядом остаётся пустое место, Лея садится туда. Плечи едва касаются, но этого хватает, чтобы в животе произошло что-то нехорошее и живое. - Замёрзла? - тихо спрашивает Мира. - Нет. Привычный ответ, но Мира всё равно тянет плед и накрывает Лею, даже не спрашивая, Лея не сопротивляется, хотя могла бы. И вот — они сидят рядом. Фильм идёт, смех девочек где-то сбоку,Мира иногда двигается и ткань пледа шуршит. Лея чувствует каждый сантиметр воздуха между ними, как будто этот воздух проводит ток. Комната наполняется мягким полумраком: лампа на тумбе светит теплым пятном, пульт давно потерян где-то под подушками, Кира уже свёрнута калачиком и тихо похрапывает, обняв пакет чипсов, Лили лежит на ковре и что-то бессмысленно печатает в общий чат, Одри листает мемы в телефоне с максимально серьёзным лицом, будто изучает философский трактат. Лея и Мира — сидят ближе всех к окну. Там темнее, Тише. Фильм идёт, но никто уже не следит за сюжетом. Мира подаётся чуть вперёд, локоть случайно касается колена Леи. Девушка замерла, будто по коже прошёл разряд. - Ты вообще когда-нибудь просто… выключаешь голову? - вдруг шепчет Мира, не глядя на неё, будто спрашивает в пустоту. Лея смотрит на неё в профиль: спокойное лицо, глаза отражают свет экрана. - Нет. - честно отвечает она. Мира улыбается чуть-чуть, так, что почти незаметно. - Звучит утомительно. - Привычно. Пауза. Смех с другого конца комнаты — Лили снова не туда отправила голосовое, и кто-то сейчас слушает, как Кира орёт: «НЕ ТРОГАЙ МОЁ ОДЕЯЛО» как будто участвует в боевике. Мира слегка поворачивает голову, смотрит прямо, без игры, слегка прищурилась. - Ты не такая холодная, как делаешь вид. В груди — как будто кто-то резко сжал воздух. - Не начинай, - сухо. - Я и не начинаю, Лея. Тишина между ними становится не пустой, а наполненной. Не напряжение, не флирт, что-то другое. Глубже. Ночь. Комната погружена в тишину, часы — 02:13. Фильм выключен. Одри потащила Кирy в спальню, бурча, что та ей укусила руку во сне,Лили валяется на диване как морская звезда, Лея осталась в полутемной гостиной, сидит на полу, прислонившись к стене. Телефон светится — чат гудит, все отправляют стикеры и бессмысленные фразы. Мира выходит с пледом, босиком. - Здесь свободно? - Нет, занято привидениями. Мира смеётся тихо, с хрипотцой. Садится рядом.Они молчат минуту…две. - Ты всегда такая? - спрашивает Мира тихо. - Какая? - Словно держишь мир за горло, чтобы не подполз слишком близко. Внутри Леи — хруст. Как будто где-то лопнула тонкая нитка. - Лучше так, чем потом собирать обломки, -отвечает она. - Ты уже собирала? Лея переводит взгляд. Мира смотрит прямо. Без жалости. Без давления. Просто с интересом. С живым, тёплым интересом. - «Опасно. Очень опасно. Отвести взгляд. Сейчас же.» - Лея моргает, резко встаёт. - Спать. - Спать, - спокойно повторяет Мира, будто поняла всё, но не надавила. Глубокая ночь Все спят. На Лее плед, хотя она не помнит, как он оказался. Она притрагивается — мягкий, тёплый. Не Мира ли? Не думай. Спи. Она лежит, глядя в потолок. В груди не боль, не пустота, что-то новое. Страшно не из-за боли — страшно, потому что хочется. Это просто… новое окружение. Интерес. Ничего большего. — Ложь. Она закрывает глаза. И впервые за долгое время засыпает не в полной тишине внутри, а с чужим смехом, эхом звучащим где-то под кожей.