Снегири

________________________________ Работы опять было навалом, бумаг было куча (о чём, собственно, предупреждал гофмейстер). Фридрих покачал головой и тяжко выдохнул. Мария удивленно охнула: «Ну и бумаги!» и подбежала рассмотреть документы поближе из особого интереса. Министр улыбнулся, потрепав девочку по голове, и цокнув, добавил: — Волосы расчесаны, а косу-то не заплела... — Ой-ой! — Маша неловко улыбнулась и перемнулась с ноги на ногу. — Забыла! Фридрих вздохнул и начал заплетать дочери косу от верха, и сказал: — Чтобы это было в первый и последний раз! — Хорошо, Пап. Прости. — Ничего. — Ответил Фридрих, уже завершая косу белым атласным бантом. Девочка покружилась в зеркале и радостно отметила: — Пап, а у тебя хвостик такой же! И... и волосы длиннее! — уже завистливо проворчала она. Отец посмеялся и сказал: — Если хочешь, поменяемся... — Нет. — ответила Мария. — Тебе так идёт.

***

Фридрих работал над бумагами битый час, пока правое плечо не стало невыносимо болеть. Он сжал челюсть и тяжко, протяжно вздохнул, а затем другой рукой помассировал его. Мария посмотрела на отца и подала холодной воды: — Пап, тебе плохо? — Теперь нет, — улыбнулся министр и отпил полстакана. — Рука разболелась. — Может, отдохнуть? — Нельзя. — А почему? — Работы много слишком. — Почему? — Другие свою работу не делают, она мне достается. — Почему? — Потому что министр всем всё должен. — Почему? — Потому что и крестьянин думает, что должны, и дворянин думает, что должны. У императора не спросишь, губернатор не силен... А кто между ними? — Министр? — Министр. А оттого люди жадны. — От денег? — От денег. А какой министр казной распоряжается? — Финансов? — Да. А кто министр финансов? — Папа. — Да, папа. — … А почему? Фридрих тяжко выдохнул и ущипнул её за щёку: — А потому! — Ай-ай! Па-ап! Казалось, бумаги не заканчивались. Фридрих начал уже проверять, где эти бумаги появляются вновь и вновь, однако ничего не нашёл. Закончил он примерно к 6 вечера. Как только он переложил последний лист бумаги, Мария подпрыгнула на месте: — Пап, пап! Ты закончил? Ты всё? — Да, всё. — Ура-ура! А мы поедим? Я голодная! — сказала Мария. Фридрих задумался и вспомнил, что дочь не ела ничего совсем... — Не ела? — спросил он. Мария покачала головой. — Почему же? — Гофмейстер бы к тебе не пустил. На танцы бы отправил. А я вальс не люблю! И учительница злюка! — Ладно. Пошли, поедим. — А потом мы погуляем? — Ага, погуляем. ________________________________