Часть 29
28 октября 2025 г., 19:56
. День рождения Ская прошел тихо и уютно, как того хотел Нани. Они провели его вдвоем, наслаждаясь покоем и ожиданием скорого рождения сына. Лучшим подарком для Ская стало осознание, что его семья — это все, что ему нужно.
На следующее утро Нани почувствовал, что живот опустился. Это был верный признак того, что роды начнутся со дня на день. Несмотря на протесты Ская, Нани уговорил его поехать на важную встречу, пообещав немедленно позвонить при первых признаках начала схваток.
Ожидание стало невыносимым испытанием для Ская. Весь день он не находил себе места, чувствуя через связь каждое изменение в состоянии омеги. Вернувшись домой, он застал Нани спокойным, но оба понимали — обратный отсчет пошел.
Вскоре начались схватки. Поездка в клинику, предродовая палата, долгие часы борьбы... Скай не отходил от Нани ни на шаг, поддерживая его и помогая дышать. Он был его опорой и якорем в этом море боли и страха.
И вот настал кульминационный момент. После нескольких мучительных часов тишину разорвал громкий, яростный, полный силы крик.
Нани, обессиленный, услышал голос доктора Прачум:
—Альфа. Крупный, здоровый альфа-мальчик. Четыре килограмма двести граммов. На 41 Недели 3 дняНани, вы настоящий герой.
На грудь Нани положили теплый, влажный комочек — их сына. Он был крупным и крепким, с широкими плечиками и сильными ручками. Его крик был требовательным и громким.
Скай, не скрывая слез, смотрел на них — на своего измученного, но сияющего мужа и на их новорожденного сына. Он прижался лбом к руке Нани, шепча слова благодарности и любви.
— Он здоров, — выдохнул Нани, прижимая малыша к себе. Вся боль и страх мгновенно отступили, уступив место всепоглощающему счастью и облегчению. — Посмотри на него... наш богатырь.
— Наш богатырь, — повторял Скай, целуя Нани в лоб. — Ты подарил мне жизнь. Я никогда этого не забуду.
Когда ребенка забрали, чтобы обработать и завернуть в чистую пеленку, доктор похвалила их обоих:
—Вы оба молодцы. Отец, ваша поддержка была неоценима. А вы, папа, проявили невероятную храбрость.
Вернувшись к ним чистым и укутанным, их сын казался еще больше. Он смотрел на мир широко раскрытыми, темными, как у Ская, глазами, и его крошечная ручка с невероятной силой сжала палец отца.
— Он твоя копия, — прошептал Нани, с любовью глядя на Ская.
— Нет, — Скай покачал головой, не отрывая взгляда от сына. — У него твоя сила. И твое сердце.
Впервые за долгие часы в палате воцарилась тишина, нарушаемая лишь ровным дыханием малыша, уснувшего на груди у Нани. Они были вместе. Они были семьей. И это было самое главное чудо в их жизни.
