На этих кухнях радостны дни твои

Дым растягивается по клеенке с засаленными подсолнухами. А поднять руку с сигаретой со стола совсем нет сил. Сегодня до самого утра они с Ирой ругались. Если спросить, вряд ли они оба смогут ответить почему.  Это происходит не первый раз и точно не последний. В их тесной съемной комнате негде спрятаться, вот они и попадают под перекрестный огонь друг друга. Табуретка рядом скрипит и на нее опускается Арсений. В майке-алкоголичке и растянутых трениках — они сейчас выглядят как близнецы. Антон ловит уставшую улыбку и наконец поднимает почти сгоревшую сигарету, чтобы подкурить Арсению. Это их негласная традиция, такой прикол, который придумали в очередную такую ночь. Сейчас же рассветные лучи освещают угол когда-то бывшей уютной кухни. Антон и такого уже не вспомнит. Когда-то на этой кухне собиралась на ужин вся его семья, бабушка вязала вот на том кресле зимними вечерами, а здесь стояли миски Дружка. Сейчас в одной комнате живет он с Ирой, а соседнюю они сдают уже год, Арсению с Аленой. Гостиная остается общей. Антон понимает сейчас, вот когда они приняли решение сдавать пустующую комнату, надо было задуматься. Если им сложно вдвоем, значит проблема не шуточная. Но решили же не вникать, не работать над рассыпающимися на глазах отношениями, а просто поселить еще двух людей, чтобы реже бывать наедине. Объясняли они это по-другому, конечно : мол денег будет больше, смогут откладывать на отпуск, например. Теперь, спустя год, Антон понимает : у Арсения с Аленой та же история, поэтому и живут все вместе. В один день шум исходит из их комнаты, в другой — из соседней. А потом еще Арс с Антоном сидят на кухне, изгнанные своими женщинами и курят до утра, болтают ни о чем. Антон эти ночи любит так сильно, что пару раз специально инициировал ссору, когда слышал крики за стенкой. Он этим не гордится, но его греют эти посиделки. Вот и сейчас: сидят в тишине, в дыму, улыбаются друг другу и рассматривают рассвет за окном. Так уютно, будто Антону снова семь и он встал рано утром, чтобы помочь бабушке готовить оладушки. — Хочешь оладушки? Арсений резко поворачивает на него голову и через пару секунд разглядывания яростно кивает. Они в четыре руки замешивают тесто, то и дело сыпя друг на друга муку и толкаясь. Вот так должно быть в этой квартире, думает мимолетом Антон, уютно и смешно, как сейчас на кухне. *** Через пару дней Арсений приносит и рассыпает на клеенку пазлы и до утра они вдвоем собирают какой-то ночной город или замок, Антон не помнит, он почти все время смотрел на Арсения. Как тот подбирает кусочки сосредоточенно, закусывает нижнюю губу. Пару раз пальцы убирают с лица чужие пряди и они сталкиваются взглядами, неизменно улыбаясь друг другу. Антон вспоминает как они познакомились парами, первые разы вместе устраивали ужины, играли в настолки, а потом начались ссоры и вместе стали проводить время только они с Арсением. Общие темы находились легко, хотя оба работали в разных сферах: Арсений актер, а Антон обычный айтишник. Иногда просто в тишине сидели, пили чай из одной кружки или щелкали семечки. Сегодня Антон лежит один в комнате и слушает как в соседней скрипит кровать. Ира уехала к подружкам на ночь, Антон пытается уснуть, а его соседи трахаются. Кажется. Первый раз за пол года. Он и сам не помнит, когда у них с их Ирой была интимная близость. А сейчас Алёна преувеличенно громко стонет, а Антон зачем-то вслушивается, пытаясь различить мужской стон. Но когда ничего не слышит, почему-то малодушно радуется. Уснуть не получается и он опять курит на кухне, открыв форточку. Арсений садится рядом вырывая Антона из мыслей. — Как оно? Арс только головой качает и прикуривает сигарету о другую, в Антоновой руке. — Ты думаешь я жалкий? Вопрос застает Антона в расплох, совершенно не понятно зачем он задан, с какой целью. — Я думаю, ты удивительный. Дальше так и сидят в тишине на своих табуретках, пока Арсений не садится ближе и голову свою не опускает на его плечо. Становится тепло и хорошо. *** Антон сегодня не отвечает на подначивание Ирины, не кричит в ответ, он уверенно и тихо говорит: — Давай расстанемся. Ссора на кухне стала последней каплей, раньше они были только в комнате, но сегодня локация сменилась и терпеть стало невозможно. Это место хранит столько приятных воспоминаний из детства и их Арсовых ночей, что омрачать его руганью  он не может. Ирина замолкает, тихо садится на стул, а потом также тихо соглашается. Этим же вечером она собирает все вещи и уезжает. Так просто оказалось и так легко на душе. Арсений приходит вечером тоже один. — Мы расстались. — Мы разбежались. Говорят одновременно, а потом громко смеются. Становится совсем хорошо. Теперь они проводят на кухне все свободное время: завтраки, ужины, выходные. Антон больше не отводит взгляда и не пресекает своей тактильности в чужую сторону. Трогает за коленку, когда что-то спрашивает, падает лицом на плечо когда смеётся, обнимает при встрече и перед сном. Ему отвечают тем же. Однажды Арсений приносит вино и они распивают его, как мажоры закусывая сыром. Антон рассказывает как было хорошо в этой квартире в детстве, а Арсений говорит как хорошо сейчас. Антон его целует. Теплые губы сразу отвечают, настойчиво, будто их обладатель только этого и ждал. За окном бушует метель, а им так хорошо. Арсений сидит на столе, а Антон между его ног, вжимает сильнее в столешницу и двигает ладонью по их членам, размазывая смазку по стволам. Арсений, оказывается, громкий мужчина: он откидывается на столешницу и стонет в голос, поднимает поясницу выше, дергаясь в такт толчкам. Антон такой красоты в своих руках еще не видел, столько чувств ни к кому не испытывал. Они кончают практически одновременно и вжимаются друг в друга, не обращая внимания на сперму растекающуюся по животам. — Может займем мою комнату? Арсений согласно мычит, целуя в шею. Вторую они никогда не будут сдавать.