Гордость школы

      – Семьдесят девять. Восемьдесят.        Удары прекратились, но попа все еще пылала огнем. Я даже не хотел знать, на что она в принципе похожа.        – Все, Гордость школы, отмучился! Герой прям!       Я продолжал всхлипывать, несмотря на то, что все закончилось.        Его рука опустилась на поверхность ягодиц, отозвавшись новой порцией боли. Теперь ладонь касалась мне прохладной, видимо на фоне температуры попы. Увидев мой скривившийся от боли рот, он оторвал руку, но потом снова нежно опустил ее и погладил меня по попке. Член снова начал оживляться.        Затем рука парня переместилась мне на голову. Погладив по макушке, он присел и, глядя мне в глаза, произнес:       – Ты выдержал! – и… поцеловал меня в щеку. Ее тут же покрыл румянец, как и щеки Вани. Он отдернулся на шаг, но не видя у меня во взгляде ничего плохого, подошел снова.        При помощи Вани я кое-как слез с кутешки.        Первым делом я осмотрел поле боя. Там была знакомая картина: багровая задница с вкраплениями синяков. Как у семиклассника. Вот они, местные художники, у каждого свой почерк! Только вместо холстов мальчишеские попки.        – Да не бойся! «Спасателем» помажь – за дня четыре и следа не останется.        И тут же протянул мне талон с квитком об исполнении, подписанный И.Сапиным.        – Ты Ваня Сапин? – спросил я, как будто мне это о чем-то говорило.        – Да. На класс младше тебя учусь. Ты еще у нас на линейке в первом классе ведущим был, а я в номере участвовал.        Смутно припоминаю что-то такое, но конкретно Ваню, тем более с такой разницей в возрасте не помню.        – Я всегда хотел на тебя походить, – продолжал Ваня. – С детства ты для меня кумиром был. Все время на первой полосе школьной газеты, олимпиады, листы похвальные, доска почета… Я и учиться поэтому стараюсь, и вот сюда даже попал, единственный со своей параллели!       – А теперь вот даже меня выпорол. Своего кумира, – мрачно заключил я.        Ваня потупился, опустил взгляд в пол. Вот же я дурак!       – Ты прости меня, – попытался я исправить ситуацию.        – Да ладно, – парень махнул рукой. Это ты прости. Надо было тебя не так сильно бить. И то что ерничал над тобой. Просто я тебя увидел, растерялся, а ты сразу взятку. А я с такими принципиален! Тем более, если это мой идеал.        – Да правильно! – ответил я, хотя мой разум и попа твердили совершенно обратное.        Но другая часть мозга говорила мне, что сейчас я обрел не просто своего фаната, а настоящего друга, который и ремня дать может, и пожалеть вовремя.  Ну почти вовремя.        – Чего-то мы заболтались. У меня же дальше клиенты ждут! – спохватился Ваня. – Ты как, помощь нужна?       – Да ладно! Доковыляю как-нибудь. Ты работай, а то сам схлопочешь.        И я уже двинулся к выходу, как вдруг Ваня окликнул:       – Подожди! Может… – он явно не решался сказать, – я сегодня тебя проведаю после уроков? Могу мазь принести, если у тебя нет.        – Ну… Почему бы и нет? – дружелюбно ответил я.        Во-первых, мне было приятно такое внимание. А во-вторых, мази у меня действительно не было, а завтра надо будет как-то сидеть за партой.        – Тогда до встречи?        – До встречи! – подтвердил я и походкой калеки зашагал к раздевалке.        Около двери стояло уже прилично голых мальчишек самого разного возраста. Увидев мой «алый раскрас», ребята испуганно зашептались, а первый в очереди нервно сглотнул.        – Ну давай, Киря, красного кирпича тебе! – сказал кто-то из пацанов первому, и все дружно положили ему по ладони на попу.        Киря, видимо, был новичок, поэтому спросил недоуменно:       – Это что значит?       – Это на удачу! – с улыбкой крикнул я, опередив пацанов с ответом. 

* * *

      К Димону я с тех пор решил не ходить. Вообще я в целом не особо собирался в ближайшее время получать по заднице от кого-либо. Но если уж так сойдутся звезды, что мне снова нужно будет занять кушетку для перевоспитания, то это будет у человека, который пишет картины багровыми красками за подписью И.Сапин.        Да, с того самого дня мы какой-то случайности безумно сдружились. Хотя казалось бы, просто череда случайностей, не будь которых мы бы не познакомились лично никогда.        Кстати, я еще и подсадил его на карты! И уже спустя неделю этот «художник» продул мне и теперь лежал голенький у меня на коленках, пока я шлепал его прекрасную попку.        Правда, когда я проиграл ему (чисто случайно, это не я плохо играю!), то мне пришлось заменить свою фотографию с доски почета со своего лица на свою… ну, вы поняли. Как мне потом влетело от директора по этому же месту с фото! Вот все, что я писал про порку от Вани – ничто, по сравнению с трепкой от нашего директора!  Впрочем, это уже совсем другая история.