Не отдам

from TaeTae: «Опять убегаешь?»       Юнги смотрит на два слова в открытом окне диалога. Он ждал. Ждал, когда ему напишет тот, кто когда-то давно, кажется, в прошлой жизни, был неотъемлемой частью его существования.

from Agust:

      «Нет, не убегаю. В этот раз ухожу осознанно»

from TaeTae: «А приходил зачем?»

from Agust:

«Хотел понять, почувствую ли я что-нибудь»

from TaeTae: «И как? Почувствовал?»

from Agust:

«Да»

      Три года. Три года назад Юнги просто молча ушёл, оборвав все связи, заблокировав все страницы, спрятался от того, кто проник слишком глубоко, но не мог стать кем-то большим.       Тогда Юнги было плохо: чувства разрывали его на кусочки, руки тянулись разблокировать все мессенджеры и получить такой необходимый глоток свежего воздуха. Но он держался. Бил себя по рукам, кричал ночами в подушку, существовал, пытаясь выжить.       Три года. Для кого-то этот срок покажется маленьким: всего тысяча девяносто пять дней, двадцать шесть тысяч двести восемьдесят часов, но для Юнги это были тяжёлые три года, в которые он пытался собрать себя заново.       И вот теперь, сидя напротив монитора, на котором открыто диалоговое окно с тем, от кого Юнги бежал, он понимает: ничего не прошло. Не получилось у него убежать от своих чувств, не получилось избавиться от них, не получилось забыть.       Ему кажется, что грудь сдавило тисками, горло сжало спазмом так, словно он сейчас задохнётся из-за невозможности протолкнуть воздух в лёгкие. Он дрожит, как будто сейчас находится не в тёплой квартире, а где-то на северном полюсе, да ещё и в лёгкой футболке.       Юнги сидит в кресле и наблюдает, как внутри него рушатся все стены и укрепления, что он построил за эти три года. Три года борьбы, сметённые подчистую всего двумя словами.

from Agust:

«Я выхожу замуж. Послезавтра»

      Юнги не хотел это писать, но сообщение уже отправлено и прочитано. Пальцы сами нажимают клавиши, стук которых звенит в тишине комнаты громче любого колокола или гонга. Каждая буква как гвоздь, забитый в крышку гроба всех усилий, которые просто выброшены в мусорку одним импульсивным действием.

from Agust:

«Я хотел понять, вернутся ли мои чувства, что я так яростно закапывал все эти годы в глубокую яму. Хотел понять, всплывёт ли хоть одно тёплое воспоминание. Хотел почувствовать хоть частичку из того, что чувствовал тогда. Сравнить, похоже ли то, что я испытываю сейчас, хоть отдалённо, хоть на сотую часть на то, что испытывал тогда»

      Юнги не думая вываливает на собеседника всё то, что не смог сказать. Слова льются непрерывным потоком, захлёстывая ураганом эмоций, накрывая с головой, погребая под толщей того, что, кажется, было надёжно запрятано в самых дальних глубинах.

from Agust:

«Знаешь, как я надеялся тогда? Как мечтал о том, что смогу стать ближе, роднее, нужнее? Быть не просто тем, с кем можно перекинуться несколькими словами, а тем, к кому бы ты приходил за утешением. За поддержкой»

      Юнги не замечает, как горячие слёзы прочерчивают влажные дорожки на его щеках. Как всхлипы то и дело прорываются сквозь плотно сжатые губы. Как рвётся лейкопластырь, которым все эти годы он пытался склеить своё сердце. Он не пытается успокоиться, понимая, что должен наконец выплеснуть эту бурю, освободиться от той клетки, в которую загнал себя сам. Скинуть этот груз со своих плеч, чтобы действительно попытаться двигаться дальше. Он больше не может, не может выносить всё это один.

from Agust:

«Но этого так и не случилось. Я не смог пробиться сквозь твою броню. Не смог приблизиться к тебе больше, чем ты позволял. А потом… Потом ты нашёл его… Того, кого без раздумий пустил в своё сердце. И я не выдержал. Ушёл, чтобы не видеть ваши сообщения, не ломаться каждый раз, когда вы мило ворковали в чате. Тогда я решил исчезнуть. Как будто меня и не было»

      Юнги разбит и обессилен. В нём не осталось ничего, что могло бы сейчас придать ему сил. Он пуст. И так хочется стать маленькой песчинкой и раствориться во вселенной, лишь бы не чувствовать вновь ту оглушающую, ломающую и выворачивающую наизнанку боль, прошивающую всё тело до самых кончиков пальцев и исходящую из мышцы в груди, которую называют сердцем.       Он смотрит в монитор, бегает глазами по строчкам своих сообщений и ждёт… Две галочки внизу облака говорят о том, что собеседник прочитал исповедь Юнги. Но ответа так и нет. Разбитый, он встаёт с кресла и кулём валится на кровать, надеясь, что ночь принесёт ему облегчение.

***

      Тэхён сидит в тёмной комнате и снова и снова перечитывает строчки на горящем экране. Юнги… Кто бы знал, как Тэхёна ломало три года назад, когда этот парень исчез из его жизни. Кто бы знал, как рвался Тэхён найти его, но всё было безрезультатно. Кто бы знал, как съедала Тэхёна тоска и нехватка этого вечно бурчащего, но ставшего внезапно таким необходимым человека.       Тогда Тэхён испугался. С самого первого дня знакомства с этим парнем он словно чувствовал, что тот станет кем-то важным, нужным, незаменимым. С самого первого дня Тэхён старался не подпускать его близко, поддерживать исключительно дружеские отношения. Но с каждым днём вяз в нём всё глубже.       Что самое идиотское, что сотворил Тэхён? Намеренно отказался от того, с кем мог стать самым счастливым человеком на планете. За что Тэхён корит себя больше всего? За то, что потерял частицу себя. Оттолкнул того, кто незаметно пробрался под кожу и поселился в самом жизненно важном органе его тела.       Тогда, три года назад, стоило Тэхёну почувствовать, что он становится зависим от общества Юнги больше, чем всегда позволял себе, он испугался. Испугался того, что будет отвергнут, что ему разобьют его хрупкое сердце, не дав даже шанса. Вот только, кажется, всё произошло совсем наоборот. Это Тэхён стал тем, кто причинил боль.       Парень, про которого упоминал Юнги, был просто случайным знакомым. Тэхён привёл его в своё сообщество, которое к тому времени только развивалось, чтобы пополнить свою команду. Тогда он переключился на парня, помогая ему освоиться в альянсе. Он воспользовался этой возможностью, чтобы отдалиться от Юнги. Что стало его тотальной ошибкой.       «Он выходит замуж?» — вдруг мелькает в голове мысль, и Тэхён прокручивает диалог к самому началу. Он внимательно вчитывается в каждое слово, пропуская через себя все эмоции, которыми с ним поделился Юнги. Ему больно, но, кажется, Юнги во сто крат больнее.       Больше Тэхён не думает. Он находит свой телефон и набирает номер единственного человека, кто способен ему помочь.       — RJ, — обращается он к другу старым, давно забытым прозвищем, — мне нужно кое-кого найти.

***

      На следующий день Юнги просыпается разбитым. Складывается ощущение, что он и не спал совсем. Он нехотя открывает глаза, щурясь от яркого дневного света. В голове полная каша, как будто он вчера выпил не меньше литра элитного виски. Память подкидывает моменты произошедшего перед сном, и Юнги громко стонет, осознавая, что он натворил.       Кажется, его с таким трудом налаженная жизнь снова летит в бездну.       Следующий час Юнги проводит в раздумьях. Он на автомате принимает душ, умывается, варит себе кофе. Уже сидя за столом на кухне, он берёт в руки телефон и отправляет сообщение: «Прости, но я не могу…»       Слёзы катятся по щекам, когда он видит две галочки, сообщающие о том, что адресат на том конце прочитал его слова. Юнги сразу же отключает телефон, зная, что тот непременно заиграет мелодией входящего звонка. Вот только на разговоры и объяснения у него совсем нет сил.       Времени, кстати, тоже очень мало. Не дозвонившись до жениха, его будущий муж обязательно приедет к нему на квартиру, как минимум за объяснениями. Но сейчас Юнги не способен сказать хоть что-то вразумительное.       Он вытаскивает из шкафа первую попавшуюся одежду, натягивает её и выходит из квартиры, закрывая дверь. Щелчок замка звучит в тишине подъезда как выстрел, окончательно обрывающий жизнь Юнги. Нажав кнопку лифта, он нетерпеливо ждёт, когда металлическая кабина наконец доедет до него и поглотит в своих недрах.       Как только двери открываются, Юнги делает шаг вперёд, но на секунду застывает на месте: в кабине, прижавшись спиной к стене, стоит парень. На его лице маска, глаза закрывает чёрная кепка, а вся поза говорит о том, что он не жаждет чьей-то компании. Но и у Юнги совсем нет времени ждать другой лифт, его жених объявится с минуты на минуту, поэтому он уже более уверенно заходит в кабину и нажимает кнопку первого этажа, отворачиваясь к дверям.       Проехав пару этажей, Юнги слышит движение за спиной. Парень, что стоял у стены, неожиданно прижимается к нему, а чужая рука тянется к панели, нажимая кнопку остановки лифта. В следующую секунду кабина останавливается, на мгновение свет гаснет, а потом включается аварийное освещение. Юнги в шоке, он ничего не понимает.       — Что происходит? — хрипит он, стараясь сдержать подступающую панику.       — Неужели ты наивно полагал, что после твоих вчерашних откровений всё останется по-прежнему? — низкий хриплый голос пробирает до самых внутренностей, но Юнги сразу узнаёт его. Не может не узнать.       — Тэхён, — выдыхает он хрипло, на мгновение расслабляясь, но уже через секунду разворачивается к парню лицом. — Какого чёрта ты творишь?

***

      Когда три года назад Юнги пропал со всех радаров, у Тэхёна было не так много возможностей, чтобы его найти. Он практически ничего не знал о парне, лишь как он выглядит. Не хотел знать. О чём тогда очень пожалел.       Его друг Сокджин в то время только учился на программиста и не сильно мог помочь в поисках. Зато сейчас, когда он вполне себе на раз два может взломать защитные системы Пентагона, хотя и не нуждается в этом, потому что работает в полиции. Джин является первым и единственным вариантом, к кому обращается Тэхён.       Сокджин, или RJ, как его прозвали в университете, действуя не совсем законно, всё же помогает ему в поисках того самого загадочного Юнги, из-за которого его друг три года назад еле выкарабкался из болота уныния.       План Тэхёна до невероятного прост: он поедет к Юнги и просто украдёт его. Похитит, если хотите. С последствиями своих действий Тэхён предпочитает разбираться на месте. Да и не уверен он, что Юнги так уж будет сопротивляться. Его вечерняя тирада звучала скорее как крик о помощи, чем попытка попрощаться. По крайней мере, для себя Тэхён понял это так.       Уже на следующий день он стоит у подъезда Юнги, ожидая, когда кто-нибудь из соседей откроет дверь. Ему удаётся проскочить внутрь и устроиться в лифте в ожидании своей добычи. И конечно же, Тэхёну даже в голову не приходит, что Юнги может спуститься по лестнице или вообще остаться дома. О таких мелочах Тэхён не заморачивается.       На удивление, фортуна решает ему подыграть, и уже спустя пару часов катания в лифте ожидаемый объект таки заходит в кабину. Тэхён старается никак не выдать своё присутствие, ниже опуская голову в кепке. Но лицо Юнги всё же успевает разглядеть. Выглядит тот, конечно, плохо: под глазами огромные тёмные мешки, взгляд потерянный, как будто он не знает, что ему делать дальше. Юнги встаёт спиной к Тэхёну, и его плечи тут же опускаются, стоит только дверям лифта закрыться.       Подождав, пока кабина проедет пару этажей, Тэхён отрывается от стены и делает шаг вперёд, упираясь грудью в сгорбленную спину. Одна его рука тянется к панели лифта и нажимает кнопку аварийного торможения, вторая же крепко обхватывает талию парня, фиксируя его на месте. Свет в лифте мигает, и включается аварийное освещение. Тело в его руках напрягается, а Тэхён лишь усмехается.       — Что происходит? — хрипит Юнги. В его голосе проскакивают панические нотки.       — Неужели ты наивно полагал, что после твоих вчерашних откровений всё останется по-прежнему? — Тэхён говорит в самое ухо, наслаждаясь лёгкой дрожью чужого тела.       — Тэхён, — Юнги на мгновение расслабляется, но уже через секунду разворачивается в его руках и практически кричит ему в лицо: — Какого чёрта ты творишь?       — Похищаю тебя, — широко улыбается Тэхён.       А Юнги подвисает. Эта квадратная улыбка с первого взгляда задела что-то у него в груди. Она всегда вызывала ответное растяжение его губ, даже если Юнги был не в настроении. И сейчас он снова ловит себя на мысли, что неосознанно улыбается в ответ. И тут до него доходит смысл сказанной фразы.       — В смысле «похищаешь»? — глаза Юнги становятся огромными, а слова застревают где-то в горле.       — В самом что ни на есть прямом, — хмыкает Тэхён и тянется к панели лифта, нажимает кнопку первого этажа.       С тихим скрипом кабина начинает опускаться, а Юнги всё ещё переваривает услышанное. Он до сих пор ощущает себя как в каком-то сюрреалистичном фильме, пытаясь осознать, что Тэхён действительно стоит напротив и это не его галлюцинация из-за разбитого состояния.       Не успевают двери раскрыться, как Тэхён присаживается на корточки, закидывает Юнги себе на плечо и выходит с ним из лифта.       — Поставь меня на место, придурок, — отмирает парень, принимаясь колотить кулаками по заднице Тэхёна.       — Ага, — отзывается тот, — как только до машины донесу.       Юнги только и остаётся, что в шоке висеть кверху ногами и пытаться переварить происходящее. С одной стороны, его раздражает самоуверенность Тэхёна, с которой он тащит Юнги по одному ему известному направлению. С другой — он чувствует облегчение от понимания, что Тэхён приехал за ним.       Они останавливаются около большого джипа. Тэхён открывает заднюю дверь и аккуратно запихивает Юнги в машину. Захлопнув дверцу, он обходит внедорожник и усаживается на место водителя.       — Ну и куда ты собрался меня везти? — Юнги сидит, надувшись и сложив руки на груди.       — Есть у меня одно местечко, — подмигивает ему в зеркало заднего вида Тэхён.       Ещё утром он договорился с Сокджином о том, чтобы тот арендовал ему квартиру. Адрес Джин уже скинул, осталось добраться до места. Весь путь занимает не более двадцати минут, девятнадцать из которых Юнги проводит на заднем сидении надутым хомячком.       — Приехали, — сообщает Тэхён, остановив машину у одного из подъездов многоэтажки. — Сам пойдёшь или мне опять тебя на плечо закидывать?       Тэхён совсем не против таскать Юнги, но всё же было бы намного легче, если бы тот передвигался на своих двоих.       — Сам пойду, — бурчит Юнги себе под нос, а Тэхён только умиляется над таким надутым парнем. Ну самый что ни на есть хомячок, которого так и хочется затискать.       Они выходят из машины и подходят к подъезду. На всякий случай Тэхён берёт Юнги за руку, чтобы у того не возникло желания сбежать. Как оказалось, не зря. И снова лифт, тишина и громкое сопение Юнги. Подойдя к нужной квартире, Тэхён набирает код на замке и пропускает парня внутрь первым. Едва за ними закрывается дверь, он хватает Юнги за талию и тащит в сторону комнаты, где кидает его на кровать и придавливает сверху своим телом. Руки Юнги он заблаговременно перехватывает за запястья и фиксирует над головой.       — Что ты творишь? — возмущённо фырчит парень.       — Собираюсь с тобой поговорить, — улыбается ему Тэхён.       — А в гостиной на диване это сделать было нельзя? — саркастично интересуется Юнги.       — В гостиной на диване я не смогу сделать так, — отвечает ему Тэхён и наклоняется ниже, оставляя на его губах невесомый поцелуй.       Глаза Юнги расширяются от шока, а сам он застывает. Действия Тэхёна приводят его в ступор, он не успевает за ним.       И снова лёгкий, изучающий поцелуй, который, стой Юнги на ногах, точно подогнул бы его колени. Он пытается что-то сказать, но Тэхён, воспользовавшись этим, углубляет поцелуй, затягивая в него и Юнги.       — Я люблю тебя, — тихо шепчет Тэхён, отрываясь от губ парня, — и все эти грёбаных три года любил.       — Поэтому переключился на другого парня, — фыркает недоверчиво Юнги, отворачиваясь в сторону.       Тэхён аккуратно хватает его за подбородок, разворачивает к себе и, смотря прямо в шоколадные омуты, отвечает:       — Я испугался. Испугался того, как много ты стал для меня значить, — в его глазах лишь тоска и боль, которые так знакомы Юнги. — А когда ты пропал отовсюду, я понял, какую глупость совершил. Прости меня.       — Ты идиот, Тэхён, — вздыхает Юнги, — но и я не лучше. Зачем вообще снова полез в эту игру.       — Чтобы вернуть меня? — поигрывает бровями Тэхён, пытаясь разрядить атмосферу.       — Ага, за два дня до свадьбы с другим, — устало говорит Юнги.       — Свадьбы не будет, — грозно рычит Тэхён, напрягаясь всем телом. — Только со мной.       — А ты не охренел случаем? — дёргается под парнем Юнги, но тот держит крепко. — Думаешь, приехал, увёз меня — и теперь я растекусь лужицей у твоих ног?       — Да, — снова квадратная улыбка расцветает на губах Тэхёна.       А Юнги понимает, что…       — Кажется, да, — звучит как-то обречённо, но это лучшее, что Тэхён слышал за сегодняшний день.       И он сделает всё, чтобы неуверенное «кажется, да» превратилось в твёрдое «да!»