Obsessed with you/Одержимый тобой

Amantes sunt amentes —

Влюбленные — это безумные.

Легкая дрожь в теле была признаком того, что Натаниэль все еще дышал. Даже сейчас, когда, казалось, весь мир был на его ладони, он не испытывал чувства полной свободы, так как каждый вдох давался настолько тяжело, что ему приходилось делать усилие, чтобы не задохнуться. Напротив него не было никого, однако стоило бы ему обернуться, как за спиной сразу возникли удлиненные цепи, с двух сторон которые держали двое: Натан и Ичиро. И если Натан вертел ими безжалостно, каждый раз напоминая, что вокруг шеи Натаниэля закреплен ошейник, то Ичиро держал цепи непринужденно, даже как-то равнодушно, но именно это заставляло его бояться, потому что никто не мог предугадать, что именно захочет вытворить Морияма и будет ли плата за это сама жизнь. Натаниэль не боялся умереть, в конце концов, он был рожден в крови и должен был поклясться на коленях, испив ее сполна, однако теперь, когда было слишком поздно, ему оставалось лишь ждать, когда смерть из неоткуда возникнет прямо перед ним, стирая с лица земли последнее напоминание о том, что Натаниэль Веснински и многие образы до него когда-либо еще существовали в этом мире. Прямо здесь и сейчас он пытался хоть как-то предугадать ход игры, раз за разом оглядываясь назад, понимая, что прошлое никак и никогда ему не поможет. И лишь фантомы прошлого дышали ему в спину, туманно и расплывчато напоминая о том, что он все-таки сумел пережить за эти годы. Каждый раз, закрывая глаза, мимолетно, но он вспоминал весь тот ужас, через который прошел, иногда легкая дрожь в теле заставляла его надолго потерять покой и сон, когда расплывчато всплывало суровое лицо матери, которое сохраняло черты прежней нежности и ласки, когда Натаниэль был младше. И чтобы окончательно не сойти с ума, он забывался, стараясь раствориться в сигаретном дыме, шуме ветра с высоты многоэтажки и изнурительных тренировках, которые с годами закалили его настолько, что порой Веснински сомневался, а способен ли он по-прежнему чувствовать настоящую боль. Характерный глухой щелчок раздался в тишине, когда дверь неприятно скрипнула, впуская в темноту тоненькую полоску света, а вслед за ней – Жана, который весь трясся: то ли от холода в глубинах подвала, то ли от собственных дурных воспоминаний, связанных с этим местом. Он, не смотря на Натаниэля, прошел вперед, ставя перед ним поднос с едой, на что Веснински лишь едко усмехнулся, вызывая тем самым у Жана новую порцию дрожи и смятения. - Что, пришел покормить песика? Надеюсь, она отравлена, и я наконец смогу перекочевать из этого сырой помойки в местечко получше. - Зря ты влез в это, Нат, - слишком тихо произнес Моро, боясь выдать в собственном голосе испуг. – Не стоило марать свои руки из-за Грейсона, теперь у тебя проблемы. - Если проваляться в дыре значило защитить тебя на время от опасности, то это была хорошая жертва. - Ты избавился только от одной опасности, однако основная проблема все еще спокойно ходит по земле, - невольно напомнил Моро. – Кевин долгое время молчит, Рико не пускает меня к нему, а в последние ночи я заметил, что Кевин сам приходит к нему, однако я не знаю, что там происходит, все слишком тихо, будто они играют в молчанку. Все в «Гнезде» будто замерло, особенно, когда стало известно о смерти Кенго… - Il était là? - Non, - категорично отозвался Жан, - mais au lieu de cela, ils ont rencontré la litière du boucher. Elle renifle quelque chose ici, et je n'aime pas ça. - En attendant, surveille-la. Je ne veux pas que cette salope vous fasse du mal, - прошипев, Веснински приподнялся, чувствуя, что сломанные ребра все еще не срослись. – Putain… - Combien a-t-il cassé? - Trois, - коротко ответил он, а у Жана глаза на лоб полезли, - et vingt-cinq coups dans le dos. - Enfoiré... – процедил француз, заметив, что пальцы друга еле дрожали и он с трудом мог удержать в руках стакан. – Дай, я помогу! - Я сам! – неожиданно громко рыкнул на него Веснински, а Жан отшатнулся. – Я в состоянии, успокойся и перестань быть таким дерганным! - Ты здесь гребанные два дня с переломом ребер, побитый, как собака! У тебя дрожат руки, а ты говоришь мне, что я преувеличиваю? - Жан. - Нат! Хватит, это не… - Я в порядке, - выдавил из себя заученную фразу Натаниэль, чувствуя, как она неприятной тяжестью оседает на языке. – Бывают дерьмовые дни, это один из них. Сейчас мне главное, чтобы ты и Кевин были в безопасности вдали от проблем. Совсем скоро я смогу сделать так, чтобы вы все спали спокойно. - Что… Что ты сделал? - Я пришел к нему, - спокойно ответил парень, а в глазах Жана поселился такой ужас, что он хотел забиться в угол, прижав голову, как побитая псина. – Он предложил сделку, а я рад был поторговаться. - Что он просит? - Не могу сказать, главное, что получу я, а получу я многое, Жан, поверь. - Он не избавит нас от всего, Нат. Это Морияма, они не заключает таких сделок, а в итоге ты отдашь больше, чем получишь! - Mon père et Rico vont mourir. Et si je dois vendre des abats pour ça, je suis prêt à présenter à Ichiro ma tête coupée sur un plateau. И Жан замолчал. Он бы прекрасно понял все и на английском, но каждое слово, сказанное Натом на французском, ощущалось куда понятнее. - Ты… - ошеломленно прошептал моро, потерявшись в собственном удивлении. – Это безумие! - Я родился безумцем, - коротко заключил Веснински. – Пусть Натан не надеется на то, что я буду смиренно ждать его последующих действий. Если в этой игре придется выбирать, то я предпочту смерть. - И бросишь нас с Кевином на растерзание?! Этого ты добиваешься? Умрешь, оставив нас одних? - Если я и умру, то только, когда буду лицезреть собственный триумф и холодное тело Рико в могиле, когда нашего короля уже никто и не вспомнит, потому что падаль есть падаль, независимо от того, сколько всего она на себя нацепит, от этого Рико не перестает быть гнилью, от которой пора избавляться.

***

- Господин Стюарт, все, как вы и приказывали! – изъяснив все четко, в руки мужчины попала папка, которую он резко откинул, продолжая смотреть только вперед. - Не беспокойте меня, - грубо прошипел Хэтфорд, а безмолвная фигура исчезла так же быстро, как и появилась, и, когда дверь наконец хлопнула, Стюарт извлек из папки лишь несколько фотографий, пригвождая их к белой стене, которая больше походило на одну сплошную паутину. Нитки тянулись в разные стороны, подхватив одну из них, он несколько раз обмотал ее над новой фотографией, связывая с самой первой, которая висела на самом верху. Стюарт извлек из внутреннего кармана пиджака потрепанную, сложенную вдвое фотографию, на которой были изображены двое: он и Мэри – единственное, что осталось в память от родной сестры, прежде чем она исчезла навсегда. Взгляд зацепился за свежее фото, которое он невольно, но сравнивал с тем, что держал в руках, но каждый раз лицо Хэтфорда кривилось, а после и вовсе нахмурилось, отметая возможность найти сходство между сестрой и тем, кого он видел перед собой. Пальцы грубо смяли мужской профиль, оставляя вмятину, а в глазах поселился грозный огонек, не предвещающий ничего хорошего. - Натаниэль, - тихо разнеслось в глубине комнаты, а после острое лезвие воткнулось в более похожее фото, но на нем был Натан Веснински. – Пора зверьку выбраться из клетки. Посмотрим, как ты будешь контролировать того, кто лишиться поводка, Веснински. Вдали висели иные фото, однако из двенадцати возможных он подцепил одну единственную, цепляя рядом с фотографией племянника, а после скрепил их нитью, с этого момента связывая Эндрю Миньярда и Натаниэля Веснински. - Надеюсь, что моя ставка сыграет. Я жду твоего возвращения в родное гнездо, Абрам…

***

Эндрю ловко подхватил пакет со льдом, прикладывая его к щиколотке, где, наверняка, будет синяк, пока Рене переводила дыхание. - Ты сегодня энергичнее, чем обычно, - подметила она, а на это Эндрю лишь хмыкнул то ли в подтверждение, то ли с чувством раздражения. – Рада, что теперь ты не переживаешь за Аарона. - Я и не переживал. - Да. Конечно, - Уокер мягко улыбнулась. – Бетси останется с нами? - Всего на пару дней, - кивнул Миньярд, а после покрепче затянул свои повязки на предплечье, ожидая ощутить приятную тяжесть от ножей, - а после я вновь отправлю ее подальше. Сейчас она нужна ему. - Порой мне кажется что если бы не Би, то все бы мы не смогли найти себя и наконец выйти из темноты. Она знает каждого из нас, и даже несмотря на то, что ты запретил ей быть здесь, мы знаем, что можем положиться на нее. - Ей не место здесь, - коротко обозначил Эндрю, - а мы все уже давно не маленькие плаксы, чтобы рыдать ей в жилетку. Ну, может, кроме Аарона, он-то у нас белый и пушистый. - Аарон справляется с тяжелой работой, Эндрю, он видит кровь, даже если ты думаешь, что это не так. И Эндрю ненавидел ее. Потому что Рене всегда была права. - Он справится с этим, просто будь рядом. - Би сказала примерно то же самое, - хмыкнул блондин, а после достал пачку сигарет и закурил. – Но я не буду изображать из себя идеального любящего братца, я никогда не был и не буду им. И пусть Аарон засунет себе глубоко в задницу свои солнечные надежды на то, что я когда-нибудь приду и извинюсь перед ним за то, что происходит. - Ты делаешь все, лишь бы защитить его и семью. - Но только ни он, ни кто-либо не понимает этого. - Когда-нибудь, - кивнула Рене и встала рядом с Эндрю, - возможно, но не сейчас, но поймут. Потому что ты знаешь, что такое боль, Эндрю и не позволишь другим причинить ее семье. - Просто заткнись, - грубо прошипел Миньярд, а Рене, повиновавшись, больше не произнесла ни слова. – Умру ли я в скором времени или буду продолжать свое жалкое существование, глотая эту дрянь? - Ты сможешь справиться. - А если нет? - Тогда «нет» - это «нет». Ты сам знаешь, что дальше ничего от других не зависит, только ты сам. Когда-то у тебя был выбор, и ты начал бороться, хотя мог продолжать прятаться. - Тогда был стимул. - А сейчас? - А сейчас я хочу спать, - обозначил Эндрю и вышел, громко хлопнув дверью, чтобы подняться наверх. Шикнув, парень поднялся в комнату, на автомате проверив также и Аарона, который в последнее время только спал и молчал, изредка разговаривая только в присутствии Би, будто она была его защитой от угрозы внешнего мира. И сам Эндрю сам осознавал, что это правда, потому что еще давно, когда, казалось, все вокруг не слышали Эндрю, Би доказывала, что это не так, и была первой, кто протянул к нему руку. И не прошло и дня, чтобы он пожалел об этом решении. Сейчас, когда Эндрю оглядывался, он видел разрушенные кирпичи, что можно было перетереть между пальцев и пустить по ветру, но впереди стоял фундамент, который аккуратно закладывали, боясь, что здание рухнет. И сейчас этот фундамент треснул, потому что уверенность в спокойствии больше не было, а Эндрю не был тем самым тринадцатилетним мальчиком, способным обратиться за помощью. Он присел у стены, погружаясь в извечную тишину, которая балансировала между спокойствием и безумием. Раньше это приносило облегчение, теперь же – раздражало. Смысла в одиночестве больше не было, потому как Эндрю из раза в раз приходил в себя, сталкиваясь с реальностью, в которой не было ничего. И никого. Только он, таблетки и тьма. Телефон зазвонил, а Миньярд проигнорировал это, но, громко выругавшись, поднес телефон к уху, устало отвечая. - Никогда не смей игнорировать меня, - процедил Стюарт. «Ну, конечно, блять! Британская пизда объявилась!» - недовольно подумал про себя Эндрю, но в слух сказал совсем иное. - Я подумал, что ты все-таки ошибся номером. - Я никогда ни в чем не ошибаюсь, и лучше тебе это запомнить, Миньярд. - Какая жалость, память-то дерьмовая, - с усмешкой произнес Эндрю, хотя на самом деле он знал, что это ложь. – Что хочешь? - Завтра состоится банкет, - будто невзначай напомнил Хэтфорд, - и ты будешь там. Пригласительное вышлю завтра вместе со своим человеком, он позаботится обо всех мелких деталях. - О… Даже собачку ко мне приставишь? Боишься, похищу твоего ненаглядного племянничка и не отпущу? - План меняется, - сухо обозначил мужчина. – Натаниэля из «Гнезда» ты не вытащишь, тем более что он теперь в курсе о том, что ты будешь там. Под меня начали активно копать, а мне это не выгодно. - И что? Сворачиваемся? - Нет, будем ловить на нейтральной территории, все подробно объясню позже. - Ну и на кой хер я должен завтра под дудку плясать, если момент проебан? – Эндрю уже начинало все это бесить, особенно, когда Стюарт меняет планы. - Он должен запомнить тебя, - пояснил Стюард, а Эндрю промолчал, ожидая пояснений. – Натаниэль не любит, когда добыча ускользает из него рук, а уж тем более, если ты проберешься на его территорию. Он захочет выйти на охоту, а для этого ему необходимо будет уйти. - Уверен, что выскочит из гнездышка? - Уверен, если в деле присутствует Ичиро. Главное обыграй его, сделай так, чтобы он захотел поймать. Не мне тебе говорить, что азарт – сильнейший стимулятор действий. - Хочешь выловить крольчонка на живца, - наконец понял Эндрю, - хитроумно. Только вот стоит мне сунуться в гнездышко, меня сразу повяжут. Сомневаюсь, что моя рожа не засветится. - Об этом я позабочусь, ты же придержись плана. Ах, да, совсем забыл, - Эндрю хмыкнул, намереваясь уже наконец сбросить трубку и пойти спать. – Если Натаниэль спросит, кто тебя послал, скажи, что пришел от папаши, думаю, поверит. - Через меня свои грязные делишки решить хочешь? - Просто в очередной раз напомню племяннику, что его папаша гнида. И да, Миньярд, смотри, не умри раньше времени, ты мне еще пригодишься. - Как только скину на тебя отпрыска, хочу, чтобы ты сгнил. - Договорились. Эндрю откинул чертовый телефон и рухнул лицом в подушку, прикрывая глаза в полудреме, намереваясь вырубиться хотя бы до вечера. Выровняв дыхание, он заерзал, прижимаясь к голодной стене спиной, а после шикнул, когда понял, что не может заснуть. Подхватив сигареты и черную кожанку, парень прошел на крышу, радуясь, что никого по близости не было, чтобы не раздражать еще больше. Уже на самом краю, свесив ноги, Эндрю закурил, потирая переносицу, чувствуя, что все-таки вырубиться, поэтому лег на спину, выдыхая клубы дыма. - А чего ты хочешь? – вспомнился ему давний разговор. - А ты? – спросил его Эндрю, закуривая, пристально следя за тем, как этот идиот в очередной растрачивает его сигареты зря. - Я первый спросил, - ухмыльнувшись своей глупой, тупой улыбкой ответил Абрам. - А меня это не волнует. - Эндрю… - Когда-нибудь отвечу, - мысленно пообещал Эндрю. – Ну, так что? какие мысли поселились в твоей маленькой головке? - Море, - лишь тихо произнес Абрам, но Эндрю все равно услышал его, - хочу увидеть море… Резко раскрыв глаза, у Эндрю все помутнело в глазах то ли от сигаретного дыма, то ли от дурости воспоминаний. Если бы он знал что это одна из последних их встреч, то ответил бы сразу, а сейчас ему оставалось только надеется, что его галлюцинация даст ему возможность явиться вновь. Повернув голову, Миньярд застыл, когда на самом крою, подогнув одну ногу к груди сидел мальчик в потрепанной одежде пыльной одежде, зашуганным взглядом, нервно приглаживая волосы, боясь, что Эндрю о чем-то но догадается, а после посмотрел прямо на него теми самыми глазами, которые запомнил Эндрю: лживые, неестественные, ненастоящие, но единственные, которые он мог видеть, потому что Абрам никогда не говорил ему хоть что-то, сохраняя образ безмолвного призрака из снов. Он потянулся к нему, думая ухватиться, но в это же мгновение образ исчез, а сам Эндрю засмеялся, понимая, что сошел с ума.

***

Если бы кто-нибудь попросил описать сложившуюся ситуацию одним словом, Эндрю бы ответил только одно. Пиздец. Потому что обитель Морияма напоминало гребанный замок Дракулы! Какого хуя вообще люди живут в подобных местах? Пять этажей огромной громадины, с высоким забором по всему периметру, множеством солдатиков, которые выглядели однотипно, хмуро и скучно. Когда Миньярд изучал планировку, он не думал, что все будет настолько… масштабным. Теперь хотя бы становилось ясно, почему Стюарт говорил, что вытащить Веснински будет проблема. Да все это и есть ебанная проблема! Он слегка сжался, придерживая предплечье, когда машина въехала за территорию, а водитель сухо предоставил приглашение, которое Хэтфорд каким-то образом выискал для Эндрю, а тот в свою очередь с ненавистью трепал свой выходной костюм, который буквально душил со всех сторон. Грозный громила обвел молчаливую фигуру Эндрю взглядом, на что получил средний палец, однако указал водителю ехать дальше. Он был готов, пистолета не было, но были ножи, которые фактически не ощущались сквозь ткань рубашки. Проблем не должно было возникнуть, Эндрю все предусмотрел. Дверь открылась, впуская его в полчище кучек людей, от которого тошнило, потому что каждый из них невольно, но трогал Эндрю, задевая плечом, а он еле держал себя в руках. Оглядевшись, он заметил только несколько знакомых фигур: Рико Морияма и Кевин Дэй, а рядом с ними Жан Моро. Трио на месте, а вот основного виновника торжества видно не было, однако Эндрю все равно пристально наблюдал, замечая несколько вещей: Рико стоял близко, слишком уж близко, будто намеревался принянуть Кевина к себе, а Моро же держал дистанцию, прослеживая каждый жест и взгляд со стороны Морияма, будто боялся, что тот сделает. А Кевин… молчал. Будто ничего не происходит, он пил молча шампанское, ничем незаинтересованный. Эндрю уловил поворот головы со стороны японца, и как тот что-то быстро шепнул Дэю, и они скрылись, оставляя француза на попечение какого-то подошедшего блондина, глядя на которого Эндрю скривился. «Солнечный мальчик среди темного царства. Дерьмовая затея, если быть честным!» Потеряв всякий интерес, Эндрю выхватил у рядом проходящего официанта алкоголь и хоть как-то разбавил свою скуку. Краем уха он ловил бессмысленные разговоры, но иногда концентрировал свое внимание, слыша знакомое имя. Натаниэля же видно не было. Ни через минуту, ни через десять, поэтому Эндрю откровенно заскучал, демонстративно зевнув, вызывая недовольную реакцию у окружающих, но ему было насрать. Единственное, чего бы ему сейчас хотелось, так это снять долбанный костюм, угнать какую-нибудь тачку, а после на огромной скорости проехаться по трассе, пока все мысли из его головы не исчезнут. Чтобы не осталось ничего. И в очередной раз он проклинал себя за то, что не выпил таблетки, потому что смотреть на этот мир трезвым взглядом было невыносимо. Взгляд Эндрю застыл, глубоко и резко цепляясь за прошедшую вдали фигуру. Весь его мир растворился в одном единственном мгновении, каждый шаг разрушал все пространство вокруг него, не оставляя ничего, кроме уверенного стремления идти дальше, из раза в раз цепляясь глазами за отстраненный от всех силуэт, который, как призрак, плыл в полчище множеств тел, раз за разом исчезая во мгле. В мире полного безумия, разрушения и тьмы Эндрю увидел полосу давно затухшего в его душе света, которая когда-то очень, очень давно провела его дальше, оставляя ровно там, где он был сейчас. Будто не замечая, он продвинулся сквозь толпы размытых однотипных силуэтов, чувствуя, как неприятно покалывает что-то внутри, а в голове одна за другой одним большим сумасшедшим потоком начали путаться мысли. Теперь же Эндрю увидел среди полчища темных пятен лишь одно яркое, напоминающее ему те редкие моменты, когда он мог провести время в полном одиночестве, провожая очередной бессмысленный день на крыше Лисьей Норы, пока небо пестрило ярко-оранжевым пламенем, и порой Эндрю думал, что это весь этот мир горел к чертям, а он лишь издалека наблюдал за этим. На мгновение ему показалось, что он почувствовал до боли знакомый запах старых сигарет, которые курил довольно давно и уже несколько лет не мог чувствовать их аромат, однако он отчетливо помнил, как истратил последнюю, прежде чем не выкинуть пачку к чертям собачим, когда очередная неподожженная сигарета осталось нетронута. Ему казалось, что он сошел с ума, что все это лишь его галлюцинация, что сейчас то, что он себе напридумывал, ложь ошибка, мираж, но явно не реальность. Но Эндрю позволил себе на мгновение усомниться, когда перед глазами предстал силуэт, которые мерещился ему на протяжении последних шести лет, но это было единственное, что заставляло поверить Эндрю в то, что он все еще живой. Остановившись в нескольких шагах, он замер, наблюдая со спины профиль давно забытого им прошлого, и собирался ринуться, чтобы схватить его за рукав пиджака, однако вовремя отпрянул с протянутой рукой, когда человек рядом с ним обернулся на зов какого-то парня. - Нат! Я уже невольно потерял тебя, - недовольно проговорил он, протягивая бокал с шампанским, на что рыжеволосый парень мягко улыбнулся. - Прости, Джер, не хотел вас бросать. Нигде не могу найти Кевина. Не видел его случайно? - Нет, к сожалению, но в последний раз он был с Тецудзи, а после я и Жан немного побеседовали, а после я его не видел. Эндрю проследил за тем, как на спокойном лице проявилось еле заметное беспокойство, переходящее в гнев, а после он смог разглядеть его лицо более четко и невольно замер, стискивая злобно зубы. Идиот… Это был тот самый Натаниэль Веснински, тот, которого ему поручили достать любой ценой из этого гребанного Ада, потому что на кону стояла жизнь и безопасность собственной семьи, а Эндрю знал, что не был готов рисковать чем-то подобным. Теперь, когда осознание достигло его, Миньярд сжал руки до хруста, а на его лице отразилась ехидная усмешка. «Поймал. Поймал глупого кролика!» Теперь картинка стала более четкой, а Эндрю отвесил себе мысленную оплеуху, давая понять, что следует быть внимательным, а не пытаться угнаться за призраком, которого нет. Сейчас он здесь, в «Гнезде», а на против него буквально в трех шагах стоит тот, чья жизнь способно дать ему возможность выбраться из дерьма. - Кстати, Жан искал тебя, - вновь донесся до Эндрю голос, который он мысленно пометил как «раздражительный», - немного переживал из-за твоего отсутствия, поэтому я принялся тебя искать. - Скоро подойду, - мягко ответил Веснински, а Эндрю был готов демонстративно хмыкнуть, если б это не выдало его с головой прямо сейчас. – Нужно решить кое-какие вопросы, передай, чтобы не волновался. И да, позаботься о нем, я доверяю его тебе. Ой, как мило! Настолько, что Эндрю казалось, что от подобной картины он все же не сдержится, и его вывернет прямо здесь, а лучше на блаженного Веснински, чтобы хоть как-то скрасить скуку сегодняшнего вечера. И блондин уже думал обдумать эту мысль, как один острый взгляд впился прямо в него, затыкая, и в этот момент Эндрю столкнулся с глазами полного льда, в очередной раз ставя себе пометку в своей башке не думать о глупостях, хотя они все же успели пронестись в его голове прежде, чем он взял в себя руки. Черт бы побрал этого Веснински, но он смотрел так, что вызывал у Эндрю сильное желание содрать с него кожу, достать один из спрятанных ножей, вставить пулю прямо в лоб и потребовать, чтобы тот перестал смотреть на него так. Но он в ответ лишь выгнул бровь в молчаливом вопросе, который если Натаниэль и понял, то нагло проигнорировал, кинув последний взгляд, чтобы потом скрыться в толпе скучных серых людей. Эндрю моментально потерял интерес, принимая решение затеряться в толпе, чтобы на сей раз не слишком привлекать внимание, а после притаился где-то вдали, пока Веснински с кем-то переговаривался, однако для Эндрю это не несло никакой пользы. Сейчас для него было важнее выловить беглого кролика из своей норки и затащить в клетку, чтобы после передать своему живодеру, который ожидал свою зверушку. И Эндрю обязан был во чтобы-то ни стало сделать так, чтобы Натаниэль Веснински пришел к нему, сам запрыгнул в клетку или же Миньярд насильно запихнул его туда, но главное, чтобы он был там. Потому что это была сделка: жизнь Аарона взамен на жизнь глупого беглого дурачка Натаниэля. И Эндрю был согласен исполнять ее условия, лишь бы это значило, что с его семьей все будет в порядке. Миньярд пришел в себя, когда лишь на мгновение потерял Натаниэля, а после заметил его, исчезающего в толпе, ближе к выходу из зала и проскочил следом. Хоть он заранее и изучил план «Гнезда», но лучше бы ему не стоило лишний раз тут шататься, особенно, наткнувшись на Морияма. Но не успел Эндрю сообразить, как к его горлу приставили до боли знакомый холод лезвия, а он сам потянулся к повязкам, однако застыл, осознав, что его зажали к стенке. - Какого хуя ты тут вынюхиваешь?! – прошипел недовольно Веснински, вдавливая лезвия более плотно с бледной кожи, намереваясь оставить на ней царапину. Но Эндрю промолчал, гипнотизируя Весниски одним из своих безжизненных, ничем не заинтересованных взглядов, которые порой всегда пугали даже Бетси, когда она пыталась заговорить с ним, поэтому парень не сомневался, что сейчас невольно, но Натаниэль отшатнется, потеряет бдительность, и он воспользуется этим, чтобы выбраться, но в подтверждение своей неправоты рыжий не то чтобы не ослабил хватку, он прижал Эндрю так, что теперь он мог почувствовать, как чье-то сильное тело нависло над ним, вызывая чувство раздражения и страха. Проклятье… - Повторю свой вопрос. Какого. Хуя. Ты. Здесь? И Эндрю мог бы наплевать на все и сейчас дать ему под дых, но грубый холодный взгляд впился в него, и это единственное, что все еще держало его в узде, чтобы не накинуться. У него никогда не было таких глаз. Жизнь из них ушла так же стремительно, как и пришла ураганом в жизнь Эндрю, когда он не просил, и он помнил, как медленно, но верно убивал свой самый главный страх в жизни, не оставляя ни одной надежды, потому что Эндрю лишили этого еще давно. - Искал, где можно обмочиться, однако я не против сделать это и здесь, если ты продолжишь все-таки держать у моего горла нож. - Ты следил за мной, - грубо констатировал факт парень, а Эндрю еле сдержался от ехидной реплики, собираясь похвалить его за проницательность, - я, возможно, не достаточно внимателен, но пронзительный взгляд в спину замечаю за километр. - Поражен твоим талантом, - наигранно похвалил его Эндрю, - но мне насрать. Отпусти меня, пока не заработал проблем. - А они будут? – искренне удивился Натаниэль, а Эндрю все-таки сделал пометку, что тот все-таки идиот. - Если через три секунды я не буду иметь возможности двигаться, я уйду отсюда с твоей драгоценной почкой. Первые две секунды Натаниэль провел, изучая лицо блондина, будто задумывался над тем, а способен ли тот совершить нечто подобное, и, видимо, вид Эндрю убедил его в этом, потому как тот едва потянулся к спрятанным ножам, как почувствовал облегчение от того, что способен двигаться. Но это чувство не продлилось долго, Натаниэль никуда не исчез, гипнотизируя Миньярда взглядом. - Кто ты? Без приглашения ты бы не смог попасть сюда. - Для тебя, кролик, могу быть хоть дьяволом, хоть богом, как тебе больше нравится. - Смешно, - язвительно парировал Веснински. – А теперь понятным языком попытаюсь донести до тебя, идиот, чтобы ты понял. Сейчас ты под моим подозрением, жутким подозрением, а это значит лишь одно: отсюда ты уйдешь либо с простреленной башкой, либо сначала с простреленной ногой, а после уже башкой. - Ты сказал одно, а назвал два, - сухо подметил Эндрю. - Завались! - А ты попробуй заставь меня, - с глупой усмешкой психопата проговорил Эндрю и резко отпрянул, когда в руке Натаниэля вновь блеснул нож, но на этот раз он намеренно целился в Эндрю. Это немного, но раззадорило его, а в ход пустились собственные ножи, но он скорее собирался отмахнуться от парня, чем резать его. Эндрю забавлялся, играя с Веснински в темном коридоре, осознавая, что злить его оказалось даже весело, однако не мог не заметить, что каждое его действие было выверенным, будто отточенным годами, и он даже польстился тому, что у него есть достойный соперник. Пару раз блондин столкнулся с ним слишком быстро, успев нанести удар под ребра, но на это Веснински зашипел, слегка отшатнувшись, а Эндрю сбежал куда-то наверх, быстро сбегая по лестнице, которая. Скорее всего, ввела либо на давно забытый чердак, либо на что-то явно интересное. Он подпер дверь тумбочкой, надеясь, что это хоть немного выиграет ему время, а после наконец выдохнул. Натаниэль Веснински оказался куда более интересным, чем он предполагал, однако Эндрю был рад тому, что его глупость сыграла ему на руку. Ему необходимо было вывести его из себя, чтобы после осуществить свой коварный план: снотворное, что дал Аарон должно будет сработать моментально, но для этого Миньярду необходимо было подпустить к себе парня настолько близко, чтобы дотянуться до кожи. Был бы идеальный план вырубить его еще в коридоре, но тогда атмосфера была не располагающей, да и сам Веснински чуть не пришиб Эндрю на месте. Он отреагировал слишком медленно, осознавая, что в плечо полетел нож, оставляя легкую ссадину как предупреждение о появлении, и воткнулся глубоко прямо в деревянную дверь. Эндрю с маниакальной улыбкой ухмыльнулся, замечая Веснински у окна, которое теперь было открыто. Ну, конечно, когда есть хотя бы еще один вход, то зайти не составил бы труда, разумеется, Эндрю и это предусмотрел и намеренно ждал появления этой рыжей бездны. - Ножами ты метаешься лучше, чем дерешься, - подметил Миньярд, получив от Натаниэля сдержанную усмешку. - Был хороший учитель. - Пожал бы ему руку, но, боюсь, ты настроен убить меня. - О, нет… Сначала я узнаю, какая именно собака подослала тебя, хотя и думать не надо, судя по всему, ты тут по поручении британской мрази. - Сам ли, знаешь, симпатии к нему не питаю, - честно ответил Эндрю, осознавая, что и придуриваться уже не нужно, его раскрыли. – Не люблю дерьмовых людей. - Впервые хоть как-то соглашусь с твоим мнением! - Но, боюсь, уйти с пустыми руками также не смогу, знаешь ли, без презента вернуться… Эндрю не успел договорить, на него полетело сразу два ножа, от которых он увернулся, а после накинулся на Натаниэля. Пора с этим заканчивать. - Что вынюхивает Стюарт?! – грубо потребовал он, уклоняясь от очередного удара. – Зачем ты здесь? - Ебать твою рыжую головку это не должно. - Давно ли карлики говорить научились? – усмехнулся рыжий, а после ему пришелся удар по ключице. - С того момента, как пиздаболы, вроде тебя, рты открывать научились? – Эндрю едва ли прошипел, когда нож в очередной раз полоснул его, но уже по выставленной ладони, хотя разрез был не сильный. – И кто сказал, что я работаю на него? - А на кого же еще?! - Спроси у своего ебанутого папаши! – Натаниэль на мгновение замер, а Эндрю хватило этого, чтобы быстро перейти к раскрытому окну и не перелезть через него, как Веснински пару минут назад, однако не учел, что сейчас на него наведут что-то похлеще ножа: пистолет. - Опачки… Неприятный сюрприз! – искренне удивился Эндрю, помня, что не нащупал пистолет раньше. - Какого хуя Натан преследует меня?! Че ему надо?!! - Говорил же, ебать тебя это не дол… - и Эндрю заткнулся, потеряв весь настрой на веселье, когда осознал, что с вероятность шестьдесят процентов ему прострелят голову и он ласточкой полетит вниз с окна четвертого этажа, но вместо этого Натаниэль выстрел в оконную раму рядом. – Ахереть, он еще и стрелять умеет! Сколько талантов в одном человеке! Еще один выстрелил, но на сей раз в другую раму, а Эндрю так подсчитал, что следующий раз придется все-таки ему в голову. Пора бы закругляться. - Он подослал тебя!? Убить меня вздумал? - Да на тебя пули тратить жалко, - Эндрю пошатался на самом краю, стараясь не оглядываться, потому что высота была неприятной. – Если б собирался тебя убивать, то только б прирезал. - О… Какая честь! Погоди, я сейчас даже поклонюсь, - Натаниэль отвесил ему театральный поклон, а Эндрю лишь прыснул, находя это забавный. - И кто из нас еще клоун? - Не хочешь перед смертью исповедоваться? В грехах покаяться? Может, так скорее в Ад попадешь, и Бог не будет тратить так много времени? - Даже, если б я был святошей, в Рай бы не попал, а в Аду мы с тобой вдвоем встретимся, Веснински. - В твоих мечтах, - прошипел он, а после навел курок на блондина. – Твои последние слова? Эндрю выдержал паузу, достаточную, чтобы между ними повисла тишина, а Натаниэль начал пилить его взглядом, который блондин уже ненавидел. - Всегда смотри под ноги, - усмехнулся Эндрю, а после спрыгнул с окна, стремительно пропадая из поля зрения рыжего. Натаниэль лишь изогнул бровь, а после спустя фактически минуту, прислушиваясь, подошел к окну, а после громко, пронзительно рассмеялся, когда заметил, что к самому низу была привязана веревка, а Эндрю просто сполз по ней, оказываясь на земле целым и невредимым. Он обернулся, отсалютировав парню у виска на прощание, а после скрылся. А Натаниэль… продолжал смеяться. Это был настолько истерический смех, что он даже схватился за стену, пытаясь не задохнуться. «Всегда смотри под ноги», - вспомнил он последнюю фразу Миньярда. Ну, конечно! Какой же он, блять, идиот! Перелезть через окно и не посмотреть вниз, чтобы заранее понять, в чем дело, и если бы Натаниэль все-таки заметил, то у Эндрю, наверняка, не было бы путей отхода, но он сам все просрал. И от этого ему стало невыносимо смешно. Какой-то низкорослый мазохист обвел его вокруг пальца, а он и пальцем не повел! Хотя, навряд ли фортуна насколько к нему благосклонна, ведь выбраться из «Гнезда» теперь таинственному блондину будет невозможным, так как Веснински предупредил о наличии проблемы. Оу… Проблема. Да уж, теперь для Натаниэля теперь это была настоящая проблема, особенно, когда ему сообщили, что нарушитель сбежал, предварительно вскрыв трех людей Морияма, которые были настоящими амбалами, а Эндрю мало того, что уложил их, так еще и сумел убить. Бесполезные идиоты. Телефон зазвонил, но он не взял трубку, а продолжал пилить внизу то место, где с ним попрощался Эндрю. «Интересный» - сделал мысленную пометку Веснински, а все же соизволил ответить на второй более важный звонок. - Господин Морияма, - учтиво произнес Натаниэль. - Ты нашел его? – без лишних приветствий спросил Ичиро. - Да. - Поймал? - Нет, - уже менее бодро ответил он. – Но поймаю, переживать не нужно. - Не разочаруй меня, Натаниэль, - бросил напоследок Морияма, а после сбросил трубку. - Нат, - тихо донесся голос со стороны, но Веснински даже не обернулся. – Ты как? - Жив. Кевин? - Спит, - ответил Моро, но его голос стал тише. – Наглотался снотворного и вырубился. Натаниэль прошел мимо, петляя сквозь коридоры и обходя надоедливых людей, чтобы у самой комнаты не заметить Рико, который пилил его хищным взглядом, запрещая войти. - Отойди, - предупредительно потребовал Веснински, но его проигнорировали. – Проваливай, блять! - Сейчас ты ему не нужен, а вот мне, - Морияма сделал шаг навстречу, - есть что обсудить. - С чего ты взял, что я буду с тобой что-то обсуждать? - С того, что меня бесит присутствие посторонних шавок здесь из-за тебя! Сначала Малкольм, теперь еще и это. Поэтому прекрати создавать проблемы. А до этого момента не приближайся к Кевину и не делай ему больно, заставляя видеть, насколько ты ничтожен и жалок. Кулак Натаниэля застыл на полпути к азиатскому лицу, а после он пропилил грозным взглядом дверь и ушел, чувствуя, как земля под ногами начинает гореть. Уже в комнате он засел в привычной тьме, а после быстро набрал короткое сообщение: «Нужна твоя помощь. Это срочно. Нат…»