Район под сакурой

Утро пришло тихо, без кофе и без планов. Солнце светило так, будто знало — это утро уже ничего не должно доказывать. Сакура сбрасывала последние лепестки, и они садились на асфальт ровно, как запятые после длинного предложения. Гакт сидел на лавке и пил чай. Не кофе — чай. Просто, чтобы не торопить мысли. Рядом стояли сумки, инструменты, пара кабелей, сложенных аккуратно — не потому что уезжают, а потому что всё наконец на своих местах. Из подъезда вышел Такуми, утирая руки о тряпку. — Я проверил машину. Заводится. Даже не ругается. — Чудеса, — сказал Гакт. — Может, и район теперь будет работать без нас. Ю спустился следом, сонный, но в хорошем настроении. — Район без нас не может. Он же теперь музыкальный бренд. «Гоп-рок под сакурой». Гакт улыбнулся. — Главное, чтобы не сделали из этого сериал. — Поздно, — сказал Ю. — Вчера один школьник выкладывал наш концерт. Уже сто тысяч просмотров. Комментарии — отдельный вид боли. Такуми поднял голову: — Что пишут? Ю посмотрел в телефон. — «Гакт рекламировал унитазы, а потом спел про жизнь — и всё стало понятно.» Пауза. — И ещё: «Такуми — краш всех техников Японии.» Такуми поморщился. — Меня теперь в сантехнику возьмут без собеседования. Бабка с ведром подошла, привычно махнув рукой: — Чего сидите? Уезжаете? — Нет, — ответил Гакт. — Просто отдыхаем от славы. — Ну и правильно, — кивнула она. — Слава — пыль, а двор — дом. Ю тихо сказал: — Вот видите, у нас даже философы теперь бытовые. — Зато понятные, — заметил Такуми. Бабка ушла, кот за ней — и на секунду стало совсем тихо. Гакт посмотрел на дом, на лавку, на ту самую сакуру. — Мы ведь сюда случайно попали, — сказал он. — А теперь случайно остались, — ответил Ю.

Ветер шевельнул ветки, уронив один лепесток на плечо Гакта. Он не стряхнул — пусть будет. Такуми закрыл багажник, Ю поднял гитару. — Ну что, идём? — спросил Ю. — Идём, — сказал Гакт. — Пока нас не позвали рекламировать «Золотую щётку». Все трое засмеялись. Пёс, который когда-то пришёл на их концерт, поднял голову, посмотрел им вслед и снова лёг под деревом. Сакура шелестела над двором, как будто шептала что-то своё — тихое, без перевода. Гакт оглянулся в последний раз. — Район под сакурой, — сказал он тихо. — Красиво живёт, если не мешать. Они ушли за угол. И двор снова стал обычным — просто местом, где когда-то звучала музыка и никто не стеснялся быть смешным.