Ирония судьбы, или слёт gayparty!

Толя шёл в расстроенных чувствах домой, когда наткнулся на мужчину, сидящего в сугробе. Меховая шапка его была тронута ледяной коркой, сам мужчина слегка припорошен снегом. — Товарищ! — потеребил он его за плечо. — Оставьте меня. — пробормотал заснеженный мужчина, отдёрнув плечо, без особой живой резкости. — Товарищ, вы заболеете. Поднимайтесь! Толя попытался взять его и поднять за подмышки, не рассчитал сил и плюхнулся сверху, ещё сильнее вдавив в сугроб. Это привело мужчину в чувство: — Что вы лезете, куда вас не приглашают?!... Я спать хочу. Тут Анатолий понял, что дело плохо и собрался с силами. Он поменял точку опоры, схватил мужчину под руки и вытащил из сугроба. Мужчина встал нехотя на ноги. Он оказался выше на целую голову и вообще сильно крупнее. Анатолий отряхнул его от снега и поймал в момент накренения. — Не время спать, гражданин. — он перекинул его руку через плечо, облокотил на себя и помог идти, приговаривая: — Не спим, не спим... Я ненавижу слово "спать"! Я ёжусь каждый раз, Когда я слышу: "Марш в кровать!..." — "Уже десятый час!" — закончили они вместе, продвигаясь потихоньку вдоль улицы. — Нет, я не спорю и не злюсь, — продолжил Ипполит пьяным голосом, — Я чай на кухне пью. Я никуда не тороплюсь, Когда напьюсь — тогда напьюсь!... Как вас зовут? — Ипполит взял его ледяной рукой за лицо и повернул к себе. — Анатоль. — Какое прекрасное имя! — улыбнулся ему Ипполит. — А главное, редкое... — усмехнулся Толя. — А меня Ипполит. Толя даже приостановился. — Как, тот самый Ипполит? — Тот самый. — ничего не понимая, со вздохом подтвердил Ипполит. — А что, уже и в газетах пишут? Они продолжили путь к дому Толи. — Что у вас там произошло? Почему вы такой ледяной? — Я потерял любимого человека... Вы когда-нибудь теряли любимого человека? — Нет. Любимый человек — это не связка ключей. Вот ключи я терял... Ипполит рассмеялся. — ... А был бы любимый человек, я бы с ним не расставался. — вздыхал Анатолий. — Великое мне не по плечу... — Мне по плечу. — перехватил он его поудобнее, — Вы только держитесь, я рядом.

***

— Объясни мне, что произошло? Я ничего не понимаю! Я вся изволновалась! Куда ты пропал? Скажи мне, что случилось? Мне пришлось отмывать ключи от майонеза. Что за выходки?! Где Галя? — осыпала матушка вопросами только что вошедшего Евгения. — Я ездил в Ленинград. — Куда? — В Ленинград. Прости, ради Бога, я ужасно устал и хочу спать. — он прошёл в комнату, снял пиджак и достал оттуда катушку плёнки. Посмотрел на неё, вздохнул и спрятал в тумбочку возле тахты. Сел. — Опять этот Ленинград? Тебе там что, мёдом намазано? — Мама, ты не поняла, это другое. Со мной произошла сказочная история. Ты помнишь, вчера приходил Павлик?... — Ох уж мне этот твой Павлик! — Так вот... 31-го декабря мы с друзьями полетели в баню. — глаза его слипались, — Мы там мылись, в бане. В бане мы мылись и пили, много выпили, целое море, — Женя заговаривался в полудрёме, — А оттуда поплыли в Ленинград, вместо Павлика... — Как это, поплыли? По Неве? — По неве... По неведомым дорожкам... Я тебя умоляю, у меня разламывается голова. — Ты что же, ничего не соображал? — Ни бум-бум. — Женя наконец-то улёгся в кровать и прислонил голову к подушке. — До чего же ты распустился! Ужас. Ужас! Тебе необходимо жениться, надо чтобы хоть кто-то сделал из тебя порядочного мужчину. Тебе, конечно, будет тяжело объясняться с Галей. Но ничего, я сейчас же поеду и привезу её сюда. — Я тебя умоляю, не надо. — Ты что, уже не хочешь жениться на Гале? — Я устал. Я больше не могу жениться. Ни на ком. — О, Господи! Она схватилась за сердце и Евгений моментально подскочил на помощь. — Мамочка, что случилось? Мамочка, что с тобой?! — Подожди. — Прошло? — Ты что же, хочешь до самой пенсии оставаться холостяком? — Ну, почему же, до пенсии? И после пенсии тоже... — Ой. — мама снова схватилась за сердце. Он обнял её за плечи и поцеловал в висок: — Ой, мама, мама, я несчастный человек. Почему мне так не везет в жизни?... Да и не надо мне жениться. Зачем? Правда? Не надо. Мама - это ведь главная женщина всей жизни... — Ай хитрец! — ...Представь, у нас здесь появится посторонняя. Еще неизвестно, как вы поладите. Да и поладите ли. Я начну раздражаться. Нет, всё. Всё! К чёрту! Пусть всё остаётся по-прежнему. — он улёгся обратно. — Ну, что мне с тобой делать? — она встала и всплеснула руками. — Сейчас можно со мной ничего не делать, я буду спать. — Меня не теряй. Я обещала занести соседке утятницу.

***

В дверной замок вставляется ключ и проворачивается. В квартиру Лукашиных входит кудрявый светловолосый молодой человек в бежевом каракулевом тулупчике с портфелем в руках. Он закрывает дверь, включает свет и озирается. Полосатые обои привычно встречают гостя. Знакомое зимнее пальто на вешалке он трогает рукой. Проходя вглубь квартиры, он замечает расписную ширму, загораживающую часть расставленной в комнате мебели. С удивлением отмечает узнаваемость обстановки. Шкаф-гарнитур у стенки, точно такой же, как у него дома. Телевизор стоит в непривычном месте, зато новогодняя ёлка и обеденный стол — на вполне ожидаемом. На одном из стульев висит пиджак, тоже такой знакомый. Взгляд устремляется дальше и молодой человек меняется в лице. Теперь он смотрит с нежностью. Он отставляет портфель, садится на тахту и разглядывает спящего некоторое время. Потом садится ближе, берёт его за подбородок и гладит по щеке. Тот сонно отмахивается и пробуждается. — Никита? — Ты забыл у меня свой веник. — Как же ты меня нашёл? — Я шёл на запах перегара. — пошутил Никита. Они оба улыбнулись. Женя притянул его к себе. Поцеловал. Никита ответил и обнял к тому же. Они целовались и обнимались абсолютно счастливые, пока не услышали звонок в дверь. — Боже мой, и здесь начинается то же самое! — нехотя оторвался Никита. — Надеюсь, это не Ипполит. — улыбался Евгений, разглядывая его и осыпая поцелуями. Снова звонок. Никита направился к двери уверенной походкой. Снял тулуп, поправил свитер. Открыл. На пороге стояли трое мужчин с коробками и бутылками. — С но... — начал плотный волоокий брюнет и осёкся, — ...вым годом и здравствуйте. — напевом проговорил он, улыбаясь и оглядывая Никиту с головы до ног, — Мы, наверно, квартирой ошиблись. Это квартира 12? — Да, квартира 12. — Здесь живёт Лукашин? — Здесь. — Где он? Блондин указал рукой и брюнет, оглядев его ещё раз, перешёл порог. За ним прошли остальные мужчины. Они сняли обувь и верхнюю одежду. Жене пришлось встать и подойти. — Здра-авствуйте. — с некоторым укором поприветствовал Лукашин своих друзей. — Как я мог ошибиться? Ведь я никогда не пьянею... — начал оправдываться перед Женей высокий губастенький друг. — Тихо. — прервал его волоокий. — Я рад, что ты, Женечка, и… Вы... Женя, ты нас не представишь? — Это мои друзья, — начал Женя, — Александр, Михаил и Павел. — Очень приятно. — Никита пожал всем руку, в порядке представления. Павел продолжил: — Я рад,...Что мы твои друзья и... — Жень, а где Галя? — спросил Миша. — Не знаю, наверно вращается. — Что? — Вращается в ресторане, не важно... Ну-ну? — улыбался Евгений. Никита просто стоял рядом и ждал, чем же всё это кончится. Наступила небольшая пауза. — Ну, так вот, Женя, мы рады, что ты дома, что удачно добрался, мы переживали и приносим свои искренние сожаления. Мне они свои уже принесли, — указал Павлик на друзей и на пакеты в руках. — Познакомьтесь, пожалуйста, это Никита. Мой ленинградский друг. — Ты завёл в Ленинграде друга? — удивился Павлик. — Завёл. — Никита смотрел на Женю влюблёнными глазами, — Так завёл, что я приехал сюда, посмотреть как он живёт. — Ты что-нибудь понимаешь? — спросил Павел у Саши. — Это ты мне? — Мне кажется, что теперь Женя будет ездить в Ленинград гораздо чаще. — сказал Миша. — Скажи что-нибудь, ты ведь самый сообразительный. — ревностно настаивал Павел. — Ну, что я могу сказать, друзья - это хорошо. Чем больше, тем лучше! — сказал Саша. — Друзья мои! — Женя обнял Никиту рукой за талию. — Я вам так благодарен за то, что вы круто изменили мою жизнь. И что судьба забросила меня в Ленинград. И что в Ленинграде есть точно такая же улица, такой же дом и такая же квартира. Иначе я никогда не был бы счастлив. — За это надо выпить. — нашёлся Саша. — За что? За холостяков? — уточнил Павел. — И их счастье! — открыл шампанское Миша и пробка резко выстрелила, высвобождая ледяное содержимое бутылки.

***

Голос Ипполита: — У нас есть традиция... Каждый год, 31 декабря мы с друзьями ходим в баню. "У вас что, ванны в доме нету?" — спросите вы и я отвечу: Вам не понять. Но если вы спросите: "Зачем же ждать целый год?", захлопав в ладоши, я воскликну: Идея!

fin