Формула чувств

Глава 6

Неожиданное предложение

После того самого поцелуя, Йеджи, словно очнувшись от долгого сна, покинула стены университета, пытаясь справиться с волнением, заполнившим её изнутри. Она шла, опустив голову, и пыталась хоть немного успокоиться. Но, подняв взгляд, Йеджи вдруг замерла, поражённая. Рядом с воротами университета, опираясь на капот своего автомобиля, стояла альфа. Вид у неё был расслабленный, но в глазах читалось нетерпение. Йеджи охватила целая гамма эмоций: удивление, радость, смущение. Подойдя к Рюджин, Йеджи не смогла сдержать изумления: — Рюджин? А что ты тут делаешь? Я думала, ты уже уехала. Рюджин ничего не ответила. Вместо этого она, слегка улыбнувшись, открыла дверь своего автомобиля, приглашая Йеджи сесть. Йеджи, повинуясь неведомому ей импульсу, обошла автомобиль и села на пассажирское сиденье, чувствуя, как сердце предательски забилось в груди. Рюджин захлопнула дверь, села за руль и плавно завела двигатель. Они выехали с территории университета и направились прочь. Куда? Йеджи понятия не имела. И даже не подозревала, что сегодня они едут к родителям Рюджин, чтобы, наконец, официально объявить о своих отношениях. Пока автомобиль плавно набирал скорость, Йеджи не выдержала: — Куда мы едем, Рюджин? Альфа молчала, сохраняя таинственность. Наконец, сделав небольшую паузу, она ответила, не отрывая взгляда от дороги: — Увидишь. Йеджи нахмурилась, но все же продолжила: — Рюджин, ответь, куда мы едем! — её голос был полон нарастающего беспокойства. Она не любила неизвестность и не понимала, чего хочет добиться Рюджин, утаивая правду. Рюджин молчала, и терпение омеги начало иссякать. — Шин, если ты не скажешь, куда мы едем, то я просто выскочу из твоей машины! — решительно заявила Йеджи, чувствуя, как в ней закипает гнев. Рюджин, наконец, повернула голову и бросила на Йеджи быстрый взгляд. — Увидишь, — повторила она, немного смягчая тон, — Просто потерпи немного. Машина мягко замедлилась, сворачивая с оживлённой трассы на более тихую улицу, утопающую в зелени. Йеджи всё это время сидела напряжённо, её руки сжимали ткань, а взгляд то и дело устремлялся на Рюджин, пытаясь прочитать хоть какие-то эмоции по её лицу. Но альфа оставалась спокойной, сконцентрированной на дороге, и от этого у омеги внутри только сильнее нарастала тревога. — Рюджин, — почти прошептала Йеджи, — ты меня пугаешь… — Не нужно, — наконец ответила Шин, мягко, но уверенно, — просто доверься мне. Вскоре автомобиль остановился возле высокого современного жилого комплекса. Йеджи все это время вспоминала как Юна отреагировала и это не могло приносить удовольствие то веражение лица запомниться надолго. Хван вырвали из воспоминаний и сразу почувствовала, как сердце ударилось о рёбра быстрее, чем хотелось бы. Она огляделась, потом перевела взгляд на Рюджин, но та лишь вышла из машины и, обойдя её, открыла дверцу со стороны пассажира, подала ладонь и почти приказным тоном сказала: — Пошли. Йеджи послушно выбралась наружу, ощущая, как лёгкий вечерний ветер пробирает до мурашек. Они вошли в здание, поднялись на лифте на один из верхних этажей, и вот уже стояли перед массивной тёмной дверью. Рюджин коротко вздохнула, прежде чем нажать на звонок, а Йеджи чувствовала, как её ладони вспотели, будто она собиралась на экзамен, а не в гости. Дверь распахнулась, и на пороге появилась невысокая женщина с мягкой улыбкой и тёплыми глазами это была мать Рюджин. — Наконец-то вы пришли! — радостно воскликнула она, открывая руки. — Рюджин, дорогая! И это… ты должна быть Йеджи, верно? Мы столько о тебе слышали! Йеджи едва успела кивнуть, как оказалась в лёгких материнских объятиях. Внутри квартиры пахло выпечкой, свежезаваренным чаем и чем-то родным, от чего внутри разлилось странное тепло. — Проходите, девочки! — пригласила мать, уводя их вглубь квартиры. — Все уже заждались. И действительно, в просторной гостиной за большим столом сидели отец Рюджин, строгий мужчина с проницательным взглядом, и… парень, который, заметив Рюджин, довольно ухмыльнулся. Минхо. — О! Сама Шин Рюджин собственной персоной, — протянул он с нарочитой важностью, облокотившись на спинку стула. — И кто это у нас? Омега в придачу к твоему вечному одиночеству? Рюджин окинула его холодным взглядом, не отвечая. Йеджи почувствовала, как её щеки заливает краска, и не знала, куда деть руки. Минхо, кажется, смаковал её смущение. — Что, даже не представишь? — не унимался он, глядя на альфу. — Не похоже на тебя, обычно ты любишь всё контролировать. Но Шин, как ни в чём не бывало, проигнорировала реплику Минхо, взяла Йеджи за запястье и усадила её за стол, не давая сказать ни слова. — Ешь, — только и бросила она тихо, будто предупреждение. Омега сидела, будто на иголках, изредка бросая взгляды то на Минхо, который продолжал ехидно ухмыляться, то на Миен, строгую преподавательницу, которая неожиданно оказалась частью этой семьи. Миен выглядела идеально, как всегда. Сидеть рядом с ней, зная, что это её строгая преподавательница, было почти невыносимо. А потом Рюджин вдруг отложила приборы и, пригладив волосы, спокойно сказала: — Раз уж мы все в сборе… я хочу кое-что сообщить. Все взгляды тут же устремились на неё. Йеджи почувствовала, как напряжение сжимает грудь, но не успела ничего спросить, потому что Шин сказала: — Во первых мне пришли повторные анализи и я иду на поправку и Йеджи… моя девушка. Вилка, которую омега держала в руке, выпала на тарелку с громким звоном. Казалось, воздух вокруг стал плотнее, а время замедлилось. Йеджи вскинула на Рюджин ошарашенный взгляд, глаза расширились, губы чуть приоткрылись она не могла поверить, что услышала это вслух. — Ч-что?… — только и выдохнула она, чувствуя, как щеки начинают гореть. Минхо прыснул от смеха, едва не подавившись собственным ужином, а Миен впервые за весь вечер чуть приподняла брови, но ничего не сказала. Родители же, наоборот, заулыбались, и мать радостно хлопнула в ладоши. — Ну наконец-то! — с воодушевлением сказала она. — Я уж думала, что ты так и останешься холодной, как лёд. Но Рюджин, не дав Йеджи времени прийти в себя, потянулась вперёд, положила ладонь на затылок омеги и, решительно притянув к себе, впилась в её губы. Йеджи почувствовала, как у неё буквально перехватило дыхание. Её пальцы судорожно сжали край стола, сердце колотилось так, будто готово выпрыгнуть из груди. Горячие, настойчивые губы альфы заставили мир вокруг исчезнуть, оставив лишь их двоих, и омега на мгновение потеряла связь с реальностью. А в это время за столом раздались восторженные аплодисменты родителей, вперемешку с насмешливым смешком Минхо: — Вот это шоу! Надеюсь, продолжение будет не за столом. Йеджи оторвалась от Рюджин, всё ещё не до конца осознавая, что произошло. Щёки пылали, взгляд метался, дыхание сбилось. А Рюджин сидела спокойная, уверенная, с едва заметной улыбкой, словно только что поставила свою подпись под важным документом, окончательно закрепив за собой право на омегу. — Теперь всем ясно, — произнесла она тихо, но так, чтобы услышали все. — Йеджи моя. И в этот момент омега поняла, что путь назад для неё уже закрыт.