Дай мне спасти тебя

      – Как он? – Намджун кивнул в сторону Тэхёна, который что-то громко объяснял грузчикам, размахивая руками, как дирижер.       – Даже лучше, чем я предполагал, – Джин мягко улыбнулся. – Я думал, что после завершения карьеры его накроет... но такое ощущение, будто с его плеч наконец-то спал тяжелый груз. К тому же открытие этого лагеря очень отвлекает. Он с головой ушел в подготовку.       – Тэхён всегда любил детей. И я горжусь им, что он решил открыть для них спортивный лагерь.       – Дети тоже его любят. Ты бы видел, как они бегут к нему, стоит ему только появиться, – Джин рассмеялся, но, немного помолчав, добавил уже серьезнее: – Это не просто спортивный лагерь. Это место, где каждый сможет осуществить свою мечту.       – Когда он сказал мне, что не собирается брать оплату, я не поверил, – Намджун покачал головой. – Это абсолютно нерентабельно.       – Малообеспеченные семьи не могут позволить себе занятия хоккеем. Даже экипировкой оснащены далеко не все, – Джин вздохнул. – Тэхён это понимает. И я рад, что вы с Чонгуком пришли нам на помощь. Общие сборы и спонсоры очень помогли.       – Чонгук помогает животным и многим приютам, – Намджун обернулся в поисках того, о ком говорил. – Ему было не впервой организовывать такие мероприятия.       Чонгук тащил на себе что-то огромное, стиснув зубы, попутно выслушивая указания от Тэхёна. Джин оглянулся и вдруг осознал, что здесь собрались все близкие им люди. Команда в составе Чонгука, Хосока и Чимина разгружала шкафчики и остальную мебель. Юнги о чем-то договаривался с грузчиками, коротко и уверенно, как всегда. Сам Тэхён суетился вокруг, не находя себе места. Отец Джина и Субин занимались уборкой, пока его мама вместе с Алиссой, девушкой Хосока, готовили на кухне, которую обустроили первым делом.       – А как ты сам?       Неожиданный вопрос Намджуна застал Джина врасплох. Ему казалось, что в его жизни все наладилось. Да, оставалось еще много трудностей, но он больше не позволял слабостям брать над собой верх. Зачастую Джин просто плыл по течению, доверившись потоку жизни. Если что-то шло не по плану, он старался внести коррективы. И казалось, неплохо справлялся со всем этим. Но этот вопрос все же заставил его задуматься.       – Со мной все в порядке. Пока Тэхён счастлив, счастлив и я.       – Тэхён может чем-то увлечься, позабыв обо всем вокруг, – Намджун похлопал Джина по плечу. – Но ты для него важнее всего. Не забывай об этом.       После ужина, когда большая часть работы была проделана, Джин вышел подышать воздухом. Ему нравилось место, которое выбрали для лагеря. Здесь было тихо. Они находились за городом, среди леса, рядом с небольшим озером, где летом дети могли купаться. Джин смотрел, как солнце медленно ползет к горизонту, и прислушивался к звукам природы: шороху листвы, далеким крикам птиц, мягкому плеску воды. Все было так хорошо, что становилось даже тревожно. Он поежился, сам не понимая почему.       Прошло совсем мало времени после того, как Тэхён сделал заявление о завершении своей карьеры. Джин боялся, что это вгонит его в депрессию, ведь хоккей был для него всем. Но Тэхён принял это с достоинством. Болельщики за те три года, что он провел в Корее, привыкли к нему и полюбили. Когда команда и фанаты устроили ему проводы с долгими аплодисментами, словами благодарности и цветами, Тэхён не смог сдержать слез.       Как бы Джину тогда ни хотелось обнять его, он не мог этого сделать. Они не дали ни единого повода, чтобы их заподозрили в отношениях. Но порой хотелось открыться и перестать быть осторожными. Эти мысли каждый раз загоняли Джина в темное место его души, где пряталась усталость от постоянного контроля и невозможности просто быть рядом так, как хотелось.       Сейчас их команда занималась лагерем для детей. Это было уединенное, скрытое от посторонних глаз место. Там они могли не скрываясь проявлять свои чувства, хотя бы одними прикосновениями. Этого все равно было мало. Но в их ситуации даже такое казалось роскошью. Со временем здесь тоже будет небезопасно, и они вновь станут для всех просто друзьями.       – О чем задумался? – Тэхён легонько подтолкнул Джина плечом.       Его щеки были румяными, а глаза блестели на солнце. Впервые после завершения карьеры Тэхён выглядел счастливым. Он не мог усидеть на месте, словно энергия, бившая внутри ключом, пыталась вырваться наружу любыми способами. Открытие лагеря должно было состояться в следующем месяце. Джин знал, насколько это важное событие. В глазах Тэхёна был чистый и искренний свет. Наверное, поэтому дети так тянулись к нему. Он нашел еще одно любимое дело и жил им, забывая о времени.       – Ни о чем, – Джин отмахнулся, не желая снова погружаться в мрачные мысли, которые так и норовили испортить этот момент. – Все вещи разгрузили?       – Да, но один комод сломался. Придется докупить.       – Я даже знаю почему.       – Намджун.       – Намджун, – вторил Джин, и они оба рассмеялись.       – Я говорил ему остаться в стороне, но он хотел покрасоваться перед кое-кем.       – Этот кое-кто и без того каждый раз смотрит на него так, будто никого в мире больше не существует.       – Но я тоже люблю покрасоваться перед тобой. Не могу его осуждать, – Тэхён поиграл бровями.       Черная футболка плотно обтягивала его упругие мышцы. Они немного «сдулись» после завершения карьеры, но Тэхён все равно оставался в отличной форме. Ремень на брюках подчеркивал талию, очерчивая границу между торсом и длинными ногами.       – Тебе не кажется, когда я наклоняюсь вот так... – Тэхён нагнулся. – Мышцы напрягаются и создают идеальный изгиб моей талии? – поднявшись, он поставил ногу на большой валун.       – Вы соблазняете меня, Ким Тэхён? – Джин не смог сдержать улыбку.       – Я надеюсь, что это работает.       – Ты соблазнил меня еще три года назад. Не думаю, что тебе нужно делать это снова.       – Но я уже не игрок, а ты не мой врач. Я должен придумать новые способы, чтобы получить массаж от этих искусных рук, – Тэхён указал на руки Джина, которые тот скрестил на груди.       И вдруг Джин понял, что следующего сезона у Тэхёна не будет. Не будет игр. Не будет расписания, которое связывало их так крепко. Им придется видеться реже, особенно во время выездных матчей. Джин старался быть сильным, отгоняя неприятные мысли и сосредоточившись только на Тэхёне. Он переключился на чужие чувства и эмоции, отодвинув свои на второй план. Но за три года он привык, что Тэхён всегда был рядом. Они не могли открыто быть вместе, но Тэхён приходил к нему на массаж после матчей. Иногда им даже удавалось выбраться куда-то на выездах и побыть наедине, пусть недолго, но в самых красивых местах.       Теперь у Тэхёна есть лагерь, который будет работать круглый год. Джин, безусловно, был счастлив за него. Но как много времени у них останется друг на друга? Время шло, а их отношения по-прежнему оставались тайной. Однако иначе в их ситуации и быть не могло – на кону стояло новое дело Тэхёна. Нельзя было рисковать благополучием и счастьем дорогого человека из-за собственного эгоизма.       Джин заметил, что его молчание затянулось по внезапно посерьезневшему лицу Тэхёна. Тот отошел от валуна и направился к нему. В его глазах читалась тревога. Джин почувствовал себя виноватым, что испортил хорошее настроение.       – Что случилось? – Тэхён подошел вплотную и приподнял голову Джина, слегка касаясь пальцами его подбородка.       – Все нормально. Наверное, я просто устал. День был долгим.       Тэхён оставил легкий поцелуй на его губах и взял за руку.       – Ты совсем замерз, – сказал он, крепче сжав ледяную ладонь Джина в своей горячей руке. – Сейчас зайдем внутрь и согреемся.       Они заранее отвели для себя две спальни в доме. Поскольку в одной из них был душ, а из второй открывался потрясающий вид, решение о выборе только одного спального места так и не было принято. Джин долго лежал без сна. В голове было много странных, навязчивых мыслей. Тэхён обнимал его, прижимая к себе, но даже в этих объятиях ему не становилось теплее. Завтра предстоял еще один суматошный день. Это было так важно для Тэхёна, и Джин не мог его подвести. Ему нужно быть сильным и жизнерадостным. Он должен помочь. Но как назло начиналась головная боль...

***

      Тэхён проснулся от того, что ему стало слишком жарко. Обычно Джин быстро замерзал, а он, наоборот, был горячим, и вдвоем они создавали идеальную температуру в постели. Но сегодня стало настолько душно, что Тэхён проснулся в поту.       Нахмурившись, он взглянул на часы и понял, что они проспали. Вторая партия вещей должна была уже приехать. Аккуратно, стараясь не потревожить Джина, который все еще крепко спал, Тэхён поднялся. Одевшись, он еще раз задержал взгляд на своем парне. Вчера что-то было не так, и он не мог этого не заметить. К вечеру взгляд Джина стал грустным и отстраненным. Возможно, это и правда была всего лишь усталость, но Тэхён все равно переживал. Сейчас все его мысли занимал спортивный лагерь. Он с головой ушел в этот проект. Впереди еще было очень много работы.       Его хоккейная карьера подошла к концу. Поначалу ему казалось, что он просто хочет как можно скорее переключиться на что-то новое, чтобы не чувствовать гнетущую пустоту внутри, оставшуюся после хоккея. Но со временем этот лагерь занял особое место в его сердце. Когда Тэхён впервые увидел детей, которые должны были стать первыми посетителями, он понял, что видеть улыбки этих малышей – самое дорогое, что может быть в жизни. И он сделает все, чтобы помочь каждому ребенку осуществить мечту.       Тэхён поцеловал Джина в макушку и вышел из комнаты.       – Что ты здесь делаешь?       Чонгук был на кухне и что-то ел, чуть не поперхнувшись от неожиданно раздавшегося голоса у себя за спиной.       – Ем, – ответил он с набитым ртом.       – А я думал, в хоккей играешь, – усмехнулся Тэхён. – Остальные тоже пришли?       – Юнги-хён принял доставку. Они с Хоби-хёном разгрузили все во втором домике. Я им помогал, а Намджун заказал еду на всех.       – Главное – не подпускать его к коробкам.       – Да он же не специально, – жалобно сказал Чонгук.       – Я знаю, но все же.       – А где Джин-хён?       – Еще спит.       – Так долго? На него не похоже. Схожу-ка я…       – Нет! – Тэхён ответил слишком резко, что сам испугался. – Пусть отдыхает, не трогай его.       Сегодня был понедельник, и семья Джина не смогла приехать. Чимин тоже был занят, а Намджун уехал по срочным рабочим делам. Лагерь состоял из большого дома с кухней и отдельного домика рядом – со столовой и просторной верандой, а еще из нескольких спортивных помещений и площадок для тренировок. Ниже, в ряд, стояли маленькие хижины, где по замыслу Тэхёна должны были разместиться двухъярусные кровати для детей, со всем необходимым для жизни. Именно во втором домике они собирали мебель, чтобы обустроить хижины.       – Неужели хён до сих пор спит? – Чонгук заерзал на стуле. – Я схожу проверю…       – Я сам схожу, – Тэхён остановил его и направился к большому дому.       По дороге он вдруг почувствовал себя виноватым. Он так увлекся сборкой мебели и подготовкой, что не заметил нехватку самого дорогого ему человека. В последнее время все его мысли занимал только лагерь. Возможно, именно это и расстроило Джина. Почему Чонгук так переживает, а не он – тот, кто должен заботиться о своем парне?       Джин все еще лежал в кровати, завернутый в одеяла, свернувшись в кокон. Его брови были нахмурены, а дыхание – сбивчивым и тяжелым. Тэхён подошел ближе и осторожно откинул влажные волосы со лба. Джин был горячий. Слишком. За секунду страх поразил Тэхёна так сильно, что у него перехватило дыхание. Джин заболел, а он этого даже не заметил. В панике Тэхён выбежал к остальным, спешно объясняя, что случилось, и дрожащими пальцами пытаясь набрать номер скорой помощи.       – Стоп, – Юнги выхватил из его рук телефон. – Успокойся и выдохни.       – Я-я… нет, он там, и…       – Быстро!       Тэхён попытался выровнять дыхание.       – Идем, я посмотрю, что с ним. У нас здесь есть аптечка, не волнуйся.       Чонгук уже сидел на их кровати и выглядел таким же встревоженным, как сам Тэхён. Юнги попытался разбудить Джина. Тот открыл глаза, но выглядел очень вялым и слабым, словно каждое движение давалось ему с усилием. Его нос был красным, а взгляд мутным. Хосок принес аптечку, и они измерили температуру. Она не была критичной, но все же высокой. Юнги дал Джину жаропонижающее и стакан теплой воды.       – Это обыкновенная простуда, – он похлопал Тэхёна по плечу. – Не переживай. Он скоро поправится.       – Откуда ты знаешь? Ты что, врач? – Тэхен не хотел грубить, но страх цепко держал его за горло.       – Нет, но я знаю, как выглядит человек, который простыл. Я не слышу хрипов в его дыхании, у него просто заложен нос, а температура показывает, что организм борется, – он внимательнее посмотрел на Джина еще раз и продолжил: – Сейчас ему нужны сон и покой. Через несколько часов температура спадет. Если же нет, то мы снова дадим ему лекарство.       Спокойный тон Юнги немного успокоил Тэхёна, и он судорожно кивнул.       – Мы будем внизу. Я приготовлю ему бульон. Идемте, – Юнги указал Хосоку и Чонгуку на дверь.       – Но я хочу остаться с хёном, – упрямо сказал Чонгук.       – У Джина есть Тэхён, тебе нечего здесь делать. Помоги мне лучше на кухне.       Как только дверь за ними закрылась, Тэхён присел на край кровати. Он гладил Джина по волосам и пытался успокоить свое взволнованное сердце. Открытие лагеря отняло слишком много времени и сил. Тэхён был невнимателен и не заметил слабость Джина. Он должен был понять. Должен был предотвратить это.       Тэхён сидел на кровати, облокотившись о спинку. Джин прильнул к его боку, полностью укутанный в одеяло. Температура немного спала. Им удалось дать Джину пару ложек бульона, прежде чем он снова провалился в сон. Когда комочек под одеялом снова зашевелился, Тэхён тут же насторожился.       – Тэтэ... – хриплым голосом позвал Джин.       – Да, любимый, я тут, – Тэхён наклонился и приобнял его.       Глаза Джина все еще были прикрыты. Он устало положил голову на грудь Тэхёна.       – Я, кажется, заболел.       – Да, милый, – Тэхён прижал его к себе крепче. – Но ничего страшного, я позабочусь о тебе. Ты скоро поправишься.       – Но тебе нужно заниматься лагерем... – Джин тихонько выдохнул. – Иначе мы не успеем в срок.       – Это все неважно. Сейчас самое главное – твое здоровье, – Тэхён поцеловал его в лоб.       – Это важно для тебя, очень важно, – Джин посмотрел на него затуманенным взглядом. – Иди, нужно подготовить…       – Я никуда не уйду, – строго произнес Тэхён. – Не надо прогонять меня.       – Я не прогоняю, – Джин снова прильнул к нему.       – Хочешь пить?       – Нет, – он покачал головой.       – Хочешь, я что-нибудь принесу?       – Нет. Я хочу только тебя.       – Я буду здесь, – пообещал Тэхён. – Не беспокойся.       Он гладил спину Джина, чувствуя, как тот снова погружается в сон. Остаток дня Тэхён провел в их спальне. Остальные до вечера собирали мебель и сказали, что вернутся завтра. Юнги оставил лекарства для Джина и наказал в случае чего сразу звонить ему. Как бы Чонгук ни рвался остаться у них с ночевкой, Намджуну все же удалось убедить его поехать домой.       Посреди ночи температура, наконец, спала, и взгляд Джина стал яснее. Тэхён накормил его и дал выпить следующую порцию таблеток.       – Извини, – Джин снова устроился возле Тэхёна и переплел их пальцы.       – За что?       – Из-за меня мы потеряли целый день. Я знаю, что ты хочешь успеть вовремя открыть лагерь, и каждый день на счету.       – Эй, – Тэхён прислонился лбом к макушке Джина. – Для меня нет ничего важнее тебя. Мы можем открыться чуть позже. Это наш лагерь и наши правила. Ты всегда будешь на первом месте, – он сделал паузу и добавил тише: – Это я должен извиниться. Я слишком увлекся и забыл позаботиться о тебе.       – Это не так, – Джин покачал головой. – Меня сгубил мой эгоизм.       – О чем ты?       Джин вздохнул и зарылся в грудь Тэхёна, словно хотел спрятаться.       – Ну же, малыш, скажи мне, что тебя беспокоит.       – Я боюсь, что мы не будем так часто видеться, когда начнется новый хоккейный сезон, – голос Джина был глухим, и он не собирался выбираться из своего укромного места.       Тэхёну пришлось приподнять Джина, словно тот был маленьким ребенком, и уложить между своих ног, прижимая его спину к груди. Однако Джин все равно повернулся и лег на него боком.       – То, что я завершил карьеру, не значит, что между нами что-то изменится, – Тэхён старался говорить медленно и спокойно, чтобы достучаться до Джина.       – Изменится, – упрямо ответил Джин. – Ты больше не сможешь приходить ко мне в медкабинет. Мы не будем тайком ночевать друг у друга в номерах, подговаривая Чонгука и Чимина. Я не смогу чувствовать твои прикосновения перед матчами. А твои подмигивания? У меня их тоже больше не будет. Я даже ни разу не смог обнять тебя при всех и поздравить с забитой шайбой, как Алисса поздравляла Хоби. И сейчас тоже нужно быть осторожными – нельзя даже за руку тебя взять.       – Ох, милый, – сердце Тэхёна сжалось. Ему хотелось спрятать Джина, уберечь от всех этих мыслей, чтобы им не приходилось жить в мире, где любовь нужно скрывать. Он осторожно провел ладонью по волосам Джина. – Когда-нибудь мы обязательно перестанем прятаться и сможем любить друг друга, не обращая внимания на всех.       – И даже поженимся? – голос Джина становился все тише и тише. Похоже, он уже засыпал, хоть и держался из последних сил.       – Конечно. И у нас будут маленькие пухлые дети.       – Почему пухлые?       – Мы будем их баловать.       – Ты будешь, а я буду строгим.       – Хорошо, – засмеялся Тэхён. – Только я буду кормить их вредной едой.       – Мы расскажем им, как ты красиво сделал мне предложение в Париже, а я не сразу согласился, – сонно бормотал Джин. – Но все-таки сдался, потому что ты был настойчивым. А еще у нас будут кошка и собака, чтобы дети о них заботились…       – И хомяк.       – Зачем хомяк? – Джин с трудом открыл один глаз.       – Они милые, как и ты, – Тэхён поцеловал его в макушку.       – Я не хомяк, – сказал Джин, снова закрывая глаза. – И каждый год мы будем пышно отмечать нашу годовщину и выкладывать фото в соцсети. Мы будем стареть, но все равно лю…       Голос Джина затих, и он уснул. Тэхён выдохнул и посмотрел наверх, чтобы сдержать слезы. Он был счастлив с этим человеком. Он хотел провести с ним всю жизнь – иметь детей, общие фотографии, миллионы воспоминаний. Ему хотелось просто жить, не обращая внимания ни на что. Не бояться осуждения. Не бояться, что кто-то может им навредить.       Тэхён укрыл Джина одеялом и дал себе слово, что сделает все возможное, чтобы они были счастливы.

***

Год спустя 

      Джин постепенно привык к их новой жизни. Тэхён был полностью погружен в свою хоккейную школу. Она стала настолько успешной, что многие спортивные агенты решили вложиться в нее, чтобы первыми подписывать будущих звезд хоккея. Помимо детской школы, они начали думать и о юношеской, откуда мальчишки могли бы делать первые шаги в большой спорт.       На все это требовались время и силы. Джин даже думал о том, чтобы уволиться и стать помощником Тэхёна. Но он боялся этих перемен. К тому же он любил свою работу. Конечно, в хоккейной школе тоже требовался врач. Малыши часто играли жестко, и им нужна была медицинская помощь. Но это были слишком большие изменения. Джин понимал, что такие решения нельзя принимать в одиночку. Ему нужно было все обсудить с Тэхёном.       Сегодня был последний день перед его отпуском. Команды уже ушли на перерыв. Джину оставалось подготовить отчеты и привести кабинет в порядок. В кармане формы лежала коробочка, которую он чуть не оставил на полке. Сделав эту покупку еще зимой, Джин до сих пор так и не решился открыть ее и посмотреть. Было волнительно. Слишком серьезный шаг. Он и сам не знал, представится ли удобный случай, но сердце отчаянно хотело этого. Джин покрывался мурашками от одной только мысли, что однажды сможет надеть кольцо на палец Тэхёна.       Возможно, это было слишком смело, глупо и наивно, но Джину так хотелось назвать Тэхёна своим мужем. Они уже столько лет были вместе. Не было никаких сомнений в их любви, но Джину хотелось двигаться дальше. Он искренне хотел стать одной семьей.       Но хотел ли этого сам Тэхён? В его жизни сейчас происходили большие перемены. Его приглашали на встречи влиятельные люди из мира спорта, школа и лагерь для детей развивались полным ходом. Он уже не был тем колючим хоккеистом из Канады. Теперь это был серьезный человек, который полностью вкладывался в свое дело. Джин радовался этим переменам. Впервые за долгое время он дышал свободно и спокойно. Неизвестно, что их ждет дальше, но хотелось строить будущее и проживать каждый день вместе.       Джин остановился перед дверью в их квартиру и осторожно открыл красную коробочку. Небольшое кольцо лежало на бархатной подушке. Он выбирал его так долго, надеясь, что когда-нибудь Тэхён сможет его надеть.       Неожиданно дверь распахнулась, и показался растрепанный Тэхён. В руках у него был пакет с мусором. Джин резко спрятал руки за спину.       – Боже, Джин, ты меня напугал! – Тэхён вздрогнул от неожиданности. – Ты чего тут стоишь?       – Да ничего, – Джин натянуто улыбнулся. – Я просто... искал ключи.       Он попятился, заходя в квартиру спиной вперед. Тэхён хмыкнул и пожал плечами.       – Какой ключ? У нас же код-пароль... – озадаченно произнес он.       Пока Джин готовил ужин, Тэхён рассказывал, как прощался с детьми перед каникулами.       – А Бомгю схватил меня за ногу и отказывался отпускать! Его отец пытался оттащить его силой, но малой так плакал. Только когда я пообещал пригласить его в гости, чтобы он поиграл с любимым Джин-хёном, он согласился пойти домой.       – Он подсел на MapleStory. Мы почти прошли до конца все легкие уровни.       – Мне иногда кажется, что он ходит на хоккей только ради того, чтобы поиграть с тобой, – обиженно произнес Тэхён.       – Ты что, ревнуешь ребенка ко мне? – удивился Джин и повернулся к нему.       – Вот еще! Остальные дети без ума от меня!       – Потому что ты их балуешь и кидаешь в ворота.       – Они это любят, – Тэхён рассмеялся.       Они поужинали, вспоминая, сколько всего произошло за этот год. Тэхён иногда посещал матчи «Анян Халла», и болельщики каждый раз тепло приветствовали его. А журналисты прозвали его талисманом, потому что команда не проиграла ни одной игры, на которой он был.       – Знаешь, что я подумал... – осторожно начал Тэхён.       – Что? – Джин вытирал тарелки, которые ополаскивал Тэхён.       – Что если нам съездить отдохнуть? Представь, десять дней только мы с тобой, море, бунгало. Будем целыми сутками предаваться утехам и загорать.       – Звучит пошло, но интересно, – Джин задумался. В его голове уже созрел небольшой план.       – Вовсе не пошло, – Тэхён начал протирать стаканы. – Я знаю одно уединенное место, где мы сможем загорать абсолютно голые. Я представляю тебя, бегущего по берегу, а твоя аппетитная…       – Перестань! – Джин почувствовал, как жар приливает к щекам. – Звучит ужасно.       – А вот и нет! – Тэхён повесил полотенце и развернулся к нему. – Хорошо, что ты согласился, а то я уже купил билеты.       Тэхён был прав. Место, которое они выбрали для отдыха, и правда оказалось уединенным. Небольшой остров на Гавайях со всех сторон омывался бескрайней водной гладью и выглядел как кусочек рая. Вечером можно было зажигать огни, а днем часами загорать под теплым солнцем, слушая шум океана и забывая обо всем на свете.       Джин каждый день пытался набраться храбрости, чтобы достать заветную коробочку из чемодана, но его постоянно что-то останавливало. Он не мог решиться. Не знал, как начать. Дни шли. Они прекрасно отдыхали, купались, гуляли. Но даже в этой идеальной обстановке Джин так и не находил в себе сил.       За два дня до окончания отпуска Тэхён вдруг стал странным и суматошным. Весь вечер он запрещал Джину выходить на веранду, буквально заперев его в доме. А когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, Тэхён вошел в домик, взял Джина за руку и попросил проследовать за ним.       На берегу уже горели свечи, а почти у самой воды был импровизированный экран с направленным на него проектором. Два надувных кресла стояли рядом со столиком, который ломился от экзотических фруктов.       – Сюрприз! – Тэхён упер руки в бока и гордо поднял голову.       – Это что, свидание? – Джин был одновременно удивлен и тронут до слез, но не хотел показывать этого, стыдясь своей реакции.       – Да, прошу за мной, – Тэхён, как официант, торжественно направился к столику. – Здесь ваше место. Ваш спутник сейчас подойдет. А вы пока можете выбрать фильм.       Он передал Джину пульт и тут же убежал обратно в дом. Джин тихо рассмеялся его выходкам и начал переключать названия на экране. Спустя несколько минут Тэхён вернулся. На нем были голубая рубашка, широкая коричневая шляпа и шорты в тон. Он выглядел безупречно, словно сошел со страниц журнала.       – О, Джин, – Тэхён наклонился и поцеловал его в щеку. – Рад, что ты пришел.       Джин с трудом сдержал смех, разглядывая своего спутника на этот вечер.       – Может, мне тоже стоило приодеться? – он посмотрел на себя – простая футболка и спортивные штаны.       – Ты выглядишь потрясающе, – Тэхён взял его руку и поцеловал ладонь. – Выбрал, что будем смотреть?       – Да, – Джин нажал на пуск. – «Пятьдесят первых поцелуев». Помню, раньше я очень любил этот фильм. И мне кажется, он идеально подходит к этой обстановке.       – Отлично, включай!       К концу фильма они так близко сдвинули кресла, что их плечи соприкасались, а руки были сцеплены в замок. Шляпа Тэхёна лежала на песке, тарелки с фруктами опустели, а воздух пах океаном. После финальных титров Джин шмыгнул носом.       – Ты чего? – Тэхён встревоженно посмотрел на него.       – Это так трогательно... – Джин попытался улыбнуться, но голос все равно дрогнул. – Он готов каждый день ради нее записывать видео.       – Я бы тоже ради тебя был готов рассказывать о каждом нашем дне, – Тэхён тепло улыбнулся.       – Я бы никогда не забыл тебя. Я бы вспоминал тебя снова и снова.       Тэхён вдруг выпрямился и начал что-то искать в карманах своих широких шорт. Время замерло. Джин сидел, не двигаясь, будто сам попал в фильм – в другую реальность. В реальность, где любовь всей его жизни встает перед ним на колено и держит в руках розовую коробочку.       – Ким Сокджин, – голос Тэхёна звучал одновременно взволнованно и серьезно, – я понимаю, что это не Париж и все не так уж красиво и официально... но выйдешь ли ты за меня?       Джин неосознанно открыл рот от удивления и не сразу понял, что все еще не дал ответа.       – Я знаю, что это немного неожиданно, – уже менее уверенно начал Тэхён, – но…       – Да! – Джин вскочил с кресла и буквально вскрикнул. – Конечно, да! Но… подожди, я…       Джин уже рванул к дому, но растерянный вид Тэхёна так его позабавил, что он резко развернулся, оставил быстрый поцелуй и снова убежал. Как назло, чемодан был набит какими-то ненужными вещами, которые будто нарочно мешали ему добраться до заветной коробочки. Она лежала в самом низу, спрятавшись между футболок. Джин едва не выругался вслух, торопливо отбрасывая одежду. Схватив коробочку, он вылетел наружу и побежал обратно к берегу, где все еще стоял его потерянный жених.       Тэхён сжимал в руках кольцо, пытаясь понять, куда исчез Джин. Может, он ушел за телефоном? Или все-таки решил красиво одеться? Но он и так был красив в любой одежде. Мысли путались, накладывались одна на другую. Секунды тянулись мучительно медленно, и Тэхёну уже начало казаться, что прошла целая вечность, пока фигура Джина снова не показалась у берега.       – Я вернулся! – Джин тяжело дышал, держа что-то в руках. – Я тоже... я... Сейчас, дай мне минуту.       Он глубоко вдохнул и выдохнул, собираясь с силами. А потом опустился на одно колено, повторяя жест Тэхёна, и протянул бархатную красную коробочку.       – Я хотел бы задать тебе тот же вопрос. Ким Тэхён, ты выйдешь за меня?       – Но… – Тэхён растерянно смотрел то на Джина, то на кольцо в его руках. – Но я же только что сделал тебе предложение... Боже, конечно, да!       Он неожиданно подпрыгнул на месте, поднял Джина с песка и закружил его так, что у того пошла кругом голова. Остановившись, Тэхён посмотрел на раскрасневшегося Джина и жадно поцеловал, прижимая его к себе, боясь, что это все может оказаться сном.       – Я просто тоже хотел сделать тебе предложение, но не решался, – Джин смущенно опустил взгляд, все еще сжимая коробочку.       – Как хорошо, что ты все-таки решился, – Тэхён улыбнулся так широко, что у Джина снова защемило в груди. – Думаю, нам нужно их примерить.       Перед сном Тэхён то и дело переплетал их пальцы и рассматривал кольца. Каким-то удивительным образом они идеально сочетались. Его сердце все еще бешено билось. Несмотря на то, что они и так были рядом, касались друг друга, разомлевшие от страсти, которая накрыла их сразу, как только они вошли в дом, казалось, именно кольца соединили их целиком и полностью.       – Ты удивишься, если я скажу, что уже нашел того, кто сможет нас обручить? – Тэхён игриво посмотрел на Джина.       – Думаю, что я уже ничему не удивлюсь, – Джин рассмеялся и потянулся к нему за очередным поцелуем.       – Я понимаю, что здесь нет твоей семьи и наших друзей... Но мне кажется, это идеальное место. Здесь мы можем быть свободными. И я не знаю, получится ли у нас сделать это в Корее, но мы могли бы хотя бы…       – Я думаю, все идеально, – мягко перебил Джин. – Родня, конечно, расстроится, особенно Субин. Но думаю, они поймут, – он погладил кольцо Тэхёна на своей руке. – Я очень долго не мог решиться. Ты не представляешь, как я счастлив сейчас.       Тэхён притянул его ближе и поцеловал, одаривая теплом и уверенностью в том, что теперь они вместе навсегда.       Церемония была скромной, но яркой и запоминающейся. Местный кахуна обручил их довольно быстро, но достойно. Двое его помощников сделали фотографии и радовались так искренне, будто это не просто незнакомцы, а их близкие друзья. Им выдали документ, в котором говорилось, что теперь Ким Сокджин и Ким Тэхён являются мужьями. Их маленькая семья начала свою жизнь в самом красивом месте, где можно ничего не бояться и просто любить друг друга.

***

      – Намджун! Смотри!       Чонгук влетел в ванную, где его парень пытался принять душ после трудного дня.       – Тэхён и Джин-хён обручились на Гавайях!       Намджун моргнул, пытаясь сквозь воду и запотевшее стекло разглядеть экран телефона. На первой фотографии стояли Тэхён и Джин, обнявшись и держа в руках какой-то документ. На второй – их руки с обручальными кольцами.       – Они тайно поженились? – Намджун был искренне удивлен.       – Да! – Чонгук вспыхнул. – Когда они вернутся, я им все выскажу!       Он уже развернулся, чтобы уйти, но Намджун успел крикнуть ему вслед:       – Поздравь их хотя бы!       – А, да, точно... – Чонгук остановился и начал набирать сообщение Тэхёну.       Обернувшись на Намджуна, который что-то напевал, намыливая голову, он на секунду задумался и решил в следующем сообщении спросить, как Тэхёну вообще удалось все это провернуть...