Игра на выживание в садистском романе

Лу Янь никак не ожидал столкнуться с Цзян Боюнем при таких обстоятельствах и невольно на миг застыл. Хотя он вовсе не возражал против раскрытия своих отношений с Юй Цзэчуанем, нельзя было не признать, ошеломлённое выражение лица Цзян Боюня подозрительно напоминало лицо законного супруга, поймавшего партнёра на измене, где Лу Янь выступал в роли «любовницы». Лу Янь, как человек театральный, первым начал оправдываться, хотя его никто не спрашивал: — Господин Цзян, вы неправильно поняли, всё не так, как вы думаете… Цзян Боюнь вышел из оцепенения, и лицо его исказилось до неприглядности. Он ведь не был слепым. Ранее Лу Янь и Юй Цзэчуань подошли под одним зонтом, почти касаясь плечами, и близость между ними явно выходила далеко за рамки обычной дружбы. К тому же разве Юй Цзэчуань не сказал, что не хочет выходить в дождь? Почему же он оказался на улице без всякой причины? В представлении Цзян Боюня Лу Янь был всего лишь зелёным новичком из простой семьи, новым и ничем не примечательным сотрудником компании. Как он вообще мог познакомиться с Юй Цзэчуанем? Если бы не тот ужин, куда Цзян Боюнь взял Лу Яня с собой, тот, возможно, никогда бы даже не пересёкся с Юй Цзэчуанем… Постойте. Тот ужин?! В одно мгновение Цзян Боюнь всё понял и чуть не стёр зубы в порошок. Это маленькое лисье отродье Лу Янь наверняка соблазнил Юй Цзэчуаня, пока он отвлёкся!! — Цзэчуань, почему ты здесь? Цзян Боюнь с трудом подавил гнев, понимая, что сейчас не время раскрывать истинные чувства. Но сам того не замечая, в его словах уже звучал едва уловимый оттенок упрёка. Юй Цзэчуань до этого молчал, но, услышав вопрос, наконец холодно взглянул на него. — Что, менеджеру Цзян теперь нужно докладывать, куда я хожу? Он вышел на свидание, настроение у него было на редкость хорошим благодаря Лу Яню, а потом они ещё нашли на улице довольно милого кота. И внезапное появление Цзян Боюня вызвало у Юй Цзэчуаня ощущение… Как это назвать? Невезение? Словно песчинка в рисе или кость в рыбе, в которой не было ничего полезного, лишь только раздражало. Улыбка Цзян Боюня застыла. Он понял, что холодность Юй Цзэчуаня к нему была не такой уж беспричинной. Тогда он не придал этому значения, списав всё на характер Юя. Но теперь не мог не заподозрить, что Лу Янь уже тогда увёл его у него из-под носа. — Ничего особенного, просто я не ожидал, что вы с А-Янем так хорошо поладите. Всё-таки на том застолье вы познакомились впервые. Он каждый день пишет мне сообщения, болтает со мной, а сегодня вышел из дома и даже не сказал. Я и удивился, встретив его на улице. В словах Цзян Боюня скрывалось слишком многое. Что значит — каждый день пишет? Что значит — ушёл, не предупредив? Если присмотреться, выходило так, будто Лу Янь играет на два фронта и крутится возле Цзян Боюня, и одновременно подбирается к Юй Цзэчуаню. Лу Янь мысленно приподнял бровь. Даже сейчас Цзян Боюнь не удержался от желания вырыть яму и столкнуть его туда. Ну что ж, пусть потом не жалуется, если сам попадётся на хитрость. — Господин Цзян, вы неправильно поняли. Мне просто стало жаль господина Юя, он каждый день так устаёт на работе. Сегодня вышел новый фильм, вот я и решил пригласить его немного развеяться. Вы ведь не станете винить меня за это? Говоря это, Лу Янь нарочно потянул Юй Цзэчуаня за рукав, словно ища подтверждения. — Господин Юй, ведь так? Что мог сказать Юй Цзэчуань? Ему оставалось только коротко ответить: — Мм. А затем добавить: — Да. Лицо Цзян Боюня стало ещё мрачнее. Почему, когда он приглашал на ужин, Юй Цзэчуань не шёл, а когда позвал Лу Янь — сразу вышел? Что за приворотное зелье этот лис скормил Юй Цзэчуаню? С трудом сохраняя улыбку, он тактично заметил: — А-Янь, господин Юй обычно очень занят. Если ничего важного нет, лучше не беспокоить его… Не успел он договорить, как Юй Цзэчуань перебил: — У меня в последнее время нет никаких дел. Едва он это произнёс, кот в его руках вдруг заёрзал и начал вырываться. Юй Цзэчуань на миг растерялся, но всё же снова удержал его. Увидев это, Лу Янь тут же воспользовался случаем: — Господин Цзян, мы только что нашли у дороги бездомного кота. Сейчас нужно срочно отвезти его в клинику. Давайте поговорим в другой раз? Если бы взгляд Цзян Боюня мог обрести форму, он бы уже тысячу раз содрал с Лу Яня кожу живьём. Но перед Юй Цзэчуанем он мог лишь натянуто улыбнуться и отступить в сторону, освобождая дорогу. — Правда? Тогда поспешите. Только смотрите, чтобы он вас не поцарапал. Кошка, которая кусается, не мяукает. Лу Янь был уверен, что на самом деле Цзян Боюнь хотел сказать «собака, которая кусается, не лает». Он многозначительно улыбнулся: — А откуда господин Цзян знает, что это кошка? Может, это вообще тигр? Цзян Боюнь опешил. Лу Янь снова улыбнулся: — Шучу. Сказав это и слегка кивнув на прощание, он встал под один зонт с Юй Цзэчуанем, и они ушли вместе. Даже когда они отошли уже довольно далеко, всё ещё чувствовался тот ядовитый взгляд, прожигающий ему спину. Желание играть роль у Лу Яня ещё не прошло. Свернув за угол, он наконец оглянулся через плечо и с искренней тревогой спросил: — Господин Юй, господин Цзян, кажется, немного недоволен? Юй Цзэчуань равнодушно ответил: — Какое мне дело до его настроения? Даже лучше, если Цзян Боюнь недоволен. Он хотел, чтобы тот был недоволен. Если бы все вокруг начали вставлять ему нож в спину, тогда Лу Яню не пришлось бы самому возиться с ним на этом клочке земли в городе А. Лу Янь тихо вздохнул: — Он ведь не подумает, что я вас соблазняю? Услышав это, Юй Цзэчуань остановился и бросил на него тонкий взгляд. — А разве нет? Лу Янь даже подумал, что ослышался. Одной рукой держа зонт, он почти полностью наклонил его в сторону Юй Цзэчуаня, так что половина его собственного плеча намокала под дождём. Любопытство заставило его подойти ближе обычного. — Что вы только что сказали? Соблазнитель. Юй Цзэчуань мысленно выругался, резко сдвинул зонт обратно и неловко отвёл глаза. — Ничего. Пошли быстрее, дождь скоро усилится. Они отвезли кота в ветеринарную клинику и сделали ему полный осмотр. Результаты оказались куда лучше, чем в прошлой жизни. Кроме обычных для уличных животных проблем, ушного клеща и недоедания, серьёзных заболеваний не обнаружилось. Юй Цзэчуань подробно расспросил обо всём, что нужно для содержания кота, затем оплатил сумму за временную передержку в клинике, решив забрать его позже, когда купит всё необходимое. Лу Янь наблюдал за суетой Юй Цзэчуаня рядом с собой, и мысли в голове путались так, что он сам не мог их разобрать. Ему было трудно совместить мужчину перед собой с тем человеком из прошлой жизни, который утверждал, будто ненавидит кошек. Лишь выйдя из клиники, он не выдержал и спросил: — Почему… вы спасли этого кота? Юй Цзэчуань ответил: — Сегодня у меня было хорошее настроение. Ответ был прямолинейным до абсурда, и Лу Янь невольно растерялся: — Только поэтому? Юй Цзэчуань: — У меня есть деньги. Лу Янь: — …Ну, допустим, это тоже причина. Но он всё равно не мог понять, почему в прошлой жизни Юй Цзэчуань говорил, что не любит кошек. Покручивая ручку зонта, Лу Янь задумчиво произнёс: — Я думал, вам не нравятся маленькие животные. Юй Цзэчуань почувствовал, что Лу Янь, кажется, слишком много надумал, и взглянул на него, слегка склонив голову: — Я их не люблю и не ненавижу. Может быть… мне просто было суждено встретить этого кота. Было в нём какое-то необъяснимое чувство знакомости. То же самое чувство, которое он испытывал, когда смотрел на Лу Яня. Юй Цзэчуань отвёз Лу Яня в одну из своих других квартир. Огромные панорамные окна на двести семьдесят градусов открывали вид на бескрайнюю реку. С наступлением вечера небо окрасилось в глубокий тёмно-синий цвет, лишь у горизонта оставалась тонкая светло-серая полоска, на фоне которой перекатывались тяжёлые облака. Река текла медленно, поглощая внезапный ливень, обрушившийся сверху. За квартирой регулярно ухаживала домработница, поэтому внутри всё сияло чистотой, даже холодильник пополнялся вовремя и был набит продуктами. Юй Цзэчуань бросил пальто в корзину для белья. Промокшая под дождём рубашка плотно облепила его тело, проступая тонким телесным оттенком сквозь ткань. Эта сырость явно доставляла ему дискомфорт, и он сказал Лу Яню: — Подожди здесь немного, я пойду приму душ… Но не успел договорить, как взгляд случайно скользнул в сторону, где мужчина уже расстегнул рубашку и бросил её на пол. Молодое крепкое тело обнажилось перед глазами. Его плавные, но не чрезмерные линии мышц, нахлынувшая волна юной жизненной силы, от которой кружилась голова. Юй Цзэчуань едва не прикусил язык: — Ты чего раздеваешься?! Лу Янь непонимающе посмотрел на него: — Одежда мокрая. Одного зонта было недостаточно, чтобы укрыть двух взрослых мужчин, и его правое плечо почти полностью промокло, неприятно липнув к коже. Чересчур серьёзное выражение лица Лу Яня заставило Юй Цзэчуаня понять, что он, похоже, снова всё неверно истолковал. Неловко отведя взгляд, он поспешно сказал: — У меня в шкафу есть новая одежда, возьми что-нибудь и переоденься, чтобы не простудиться. Сказав это, он вошёл в ванную и уже собирался закрыть дверь, как вдруг рука с отчётливо выступающими костяшками упёрлась в створку. Сердце у него дрогнуло. Лу Янь стоял снаружи. Его высокая стройная фигура втиснулась в ванную, которая до этого казалась просторной, а теперь стала тесной и душной, словно сам воздух поредел. Под ярким светом улыбка в его глазах была особенно очевидной. — Не хочешь принять душ вместе? Его голос был слегка хриплым, и этим он подтвердил подозрения Юй Цзэчуаня, раньше он ничего не выдумал, Лу Янь и правда имел дурные намерения. Кадык Юй Цзэчуаня нервно дёрнулся. Он на мгновение растерялся, не зная, что ответить. Увидев это, Лу Янь принял молчание за согласие и закрыл за собой стеклянную дверь. «Шлёп!» Едва дверь ванной захлопнулась, внутри поднялся шум, словно опрокинули бутылку с гелем для душа, но этот звук быстро заглушил поток воды из душа. Юй Цзэчуань совершенно не мог тягаться с Лу Янем. Уже в ванной его до слабости зацеловали, сверху лилась тёплая вода, размывая зрение. Их губы и языки переплелись, забирая друг у друга последний воздух. Пока они целовались, Лу Янь выключил душ, затем небрежно схватил халат, укутал в него Юй Цзэчуаня и понёс в спальню. В комнате поддерживалась постоянная температура, от тепла голова шла кругом. Лу Янь бросил его на кровать, и Юй Цзэчуань невольно издал приглушённый стон. Он поднял руки и обхватил Лу Яня за шею, сердце бешено колотилось от волнения, между бровями залегла глубокая складка. — Ты… потом будь понежнее. Лу Янь нарочно переспросил: — Понежнее? Господин Юй боится боли? Все боятся боли, и никто не исключение. И удар в живот совсем не то же самое, что удар в спину. Юй Цзэчуань не смог скрыть смущения и раздражённо посмотрел на него: — Раз сказал понежнее, значит понежнее. Чего столько вопросов? Если не собираешься — проваливай! Вообще-то он был холодным и отстранённым человеком и вовсе не хотел этим заниматься. Если бы Лу Янь не уговаривал и не приставал к нему в ванной, как бы он оказался обманом затащен в постель? Лу Янь протянул задумчивое: — О-о… Улыбка на его губах стала глубже. — Тогда господину Юю придётся потерпеть чуть больше. Всё-таки у меня первый раз, опыта нет. Как бы я ни старался быть нежным, боль всё равно будет. От этих слов Юй Цзэчуань занервничал ещё сильнее, даже ощутил себя трагическим героем, идущим на собственную казнь. Стоило ему закрыть глаза, как мир погрузился во тьму, а чувства обострились до предела. Ресницы Юй Цзэчуаня дрожали, он ощущал каждый поцелуй, каждое прикосновение Лу Яня к своему телу, а нескончаемый дождь за окном и ночь словно вновь переносили его в тот разбитый сон. В запечатанном подвале пыль кружилась в тусклом свете. На полу неподвижно лежал труп мужчины, убитый тем же жестоким способом, с перерезанным горлом. Кровь была повсюду. Резкий запах железа заполнял воздух, мешая дышать. Он снова убил. Подумал Юй Цзэчуань. Но на этот раз в его сердце не было ни шока, ни паники, а лишь скрытое возбуждение и странный трепет. Он шагнул вперёд, внезапно желая увидеть, кто же тот несчастный, которого он убил. Но лица разглядеть не смог, только ощущал необъяснимое чувство знакомости. «Бах!» Снаружи внезапно раздался тяжёлый раскат грома, стирая границу между сном и реальностью. Картина снова изменилась, и на этот раз в его руках лежал ещё тёплый труп. Тяжесть чужого тела давила ему на плечо, но дыхания уже не было. В животе торчал кинжал. Из-за такой близости густая кровь даже пропитала одежду Юй Цзэчуаня. «Кап…» «Кап…» Опустошение и тишина медленно растекались по сердцу, а в подвале слышался только звук падающей крови. По какой-то необъяснимой причине, когда Юй Цзэчуань увидел это тело, ему показалось, будто невидимая рука стиснула сердце так сильно, что он едва мог дышать. Даже глаза защипало от непролитых слёз и от горя, которому он сам не мог подобрать названия. Кто этот человек? Кто это может быть? Юй Цзэчуань изо всех сил пытался повернуть голову, чтобы увидеть лицо другого, но всё во сне было вне его власти. Он видел, как сам вытащил кинжал из чужого тела, затем развернул его и яростно вонзил себе в живот. В одно мгновение по телу разлилась разрывающая боль. Его прошиб холодный пот, лицо побледнело до смертельной белизны. Перед глазами осталось лишь море алого цвета. — Нет…!! С резким рывком Юй Цзэчуань сел на кровати. Грудь тяжело вздымалась, а на лице всё ещё оставался след нерассеявшегося ужаса. Он был мертвенно бледен и в темноте слепо зашарил рукой вокруг, случайно нажав выключатель настольной лампы. «Щёлк». За мягким звуком последовал тёплый свет, осветивший угол у кровати. Лу Янь спал с закрытыми глазами. Похоже, он услышал шум от кошмара Юй Цзэчуаня и сонно пробормотал: — Что случилось? Юй Цзэчуань смотрел на него, всё ещё потрясённый, не произнося ни слова. И Лу Янь снова провалился в сон. В тёплом свете лампы он перевернулся, вытянул длинную руку и снова притянул человека рядом к себе в объятия. Лу Янь уткнулся лицом в изгиб шеи Юй Цзэчуаня. Пряди волос касались щеки, принося тепло и мягкость. Полную противоположность ледяному сну. Его голос был хриплым и ленивым: — Давай спать, я устал~ Юй Цзэчуань с запозданием на полудолю секунды ответил: — Угу. Лу Янь настолько вымотался, что мысли путались: — А можно мне завтра не работать? Юй Цзэчуань непонятным тоном ответил: — Тогда начнёшь послезавтра. Завтра вообще-то было воскресенье, и работать всё равно не нужно было. Лу Янь даже не понял, что его обвели вокруг пальца. Он лишь почувствовал, что сорвал отличный куш. Его глаза изогнулись в улыбке, и он крепко поцеловал Юй Цзэчуаня. — Господин Юй, вы такой хороший. Я? Эти слова перекатились на кончике языка, но Юй Цзэчуань проглотил их обратно. Он ничего не сказал, лишь выключил настольную лампу. В темноте его взгляд казался особенно глубоким. Декоративные настенные часы тихо тикали, стрелка пересекла отметку двенадцати часов, обозначая начало нового дня. В тот момент Лу Янь, крепко спящий, совершенно не подозревал, что с этой ночи всё выйдет из-под контроля, словно сорвавшийся с рельсов поезд, и свернёт на путь, которого он никогда не ожидал. А Юй Цзэчуань станет всё более странным. И началось всё в тот день, во время его обеденного перерыва на работе.