Искушение

      Я не совсем помню, когда это началось…       Может быть, с самого начала, с первой секунды, когда я увидел его. Да, я помню, как я увидел его первый раз, и как моё сердце затрепетало от его красоты… Я не мог оторвать от него взгляда.       Или, может быть, позже, когда появился Заоблачный квинтет, и мы познакомились ближе. С каждым днём мы узнавали друг о друге всё больше, и я восхищался им – его знаниями, его мыслями…       Когда я понял, в чём дело, я стал стесняться его. Как девица перед своим предметом воздыхания. Мне было стыдно за самого себя, за своё поведение, но ничего с этим поделать не мог.       Он был великим. Люди поклонялись ему, как божеству. Сколько ещё таких же, как я, кто мечтает о нём днями и ночами? Я понимал, что у меня нет ни единого шанса. С чего бы такой, как он, взглянул на меня, двадцатипятилетнего смертного мальчишку? Я видел взгляды слуг и прохожих, которые буквально пожирали его глазами… Было множество кандидатур куда лучше, чем я.       В какой-то момент я даже перестал смотреть ему в глаза при разговоре наедине. Я не боялся, нет, я просто не смел. Мне казалось, что я не имел на это права.       Его походка была такой мягкой, что казалось, будто его ступни вовсе не касаются земли. Его длинные волосы струились по спине, плечам и блестели при свете. Его холодные, лазурные, ясные глаза словно видели всех и всё насквозь. Каждое его движение было пропитано лёгкостью и изящностью. Когда он проходил мимо, в воздухе оставался тонкий аромат жасмина и свежести дождя.       Величественный. Прекрасный. Не для меня.       Я уже постепенно начинал смиряться с этим, но заметил некоторые перемены в поведении Дань Фэна.       Он сменил одежду. Если раньше он носил одеяния с длинными рукавами, что закрывали полностью его руки с пальцами, то сейчас он с короткими рукавами, по локоть. Когда я впервые увидел его нежные руки с небольшими вкраплениями лазурной чешуи, у меня перехватило дыхание. Я заметил, как при глубокой задумчивости, Дань Фэн перебирает чешую своими ногтями… Как бы мне хотелось коснуться её…       Он стал больше погружаться в свои мысли. Во время таких моментов он забывался, смотрел вдаль и, например, если это случалось во время чаепитий, он задерживал кружку около своего рта и задумчиво водил по ней языком.       О, Эоны…       Я отворачивался, стискивал зубы и не смел более взглянуть на него.       По ночам мой разум рисовал картины, от которых мне было стыдно даже перед самим собой. Я не смел думать о нём так! Не смел! Но картинки сами по себе возникали перед моими глазами…       Вот Дань Фэн подходит ко мне так близко, что я могу чувствовать его дыхание.       Дань Фэн поднимает руку, вытаскивает заколку из своих волос, и локоны падают по его плечам и на его лицо… Он улыбается.       Дань Фэн поднимает руку и касается моего лица… Я фантомно ощущал тепло его пальцев, лёгкость его прикосновения…       Обычно при подобных мыслях я вскакивал с постели и бежал умываться ледяной водой, чтобы привести себя в чувства. Мой член был твёрдым и истекал прямо в бельё, но я не смел коснуться себя.       Я не мог осквернить его.       Однако, моё тело иногда предавало меня. Во снах я видел всякое… Из-за них я просыпался в холодном поту, бешено колотящимся сердцем и со спермой в белье.

///

      В один из дней я остался в кузнице допоздна, так как не успел доделать один очень важный меч. Было жарко из-за печи, я снял весь верх и остался в одних штанах. Пот стекал по моим плечам, спине и груди… Воздух был пропитан запахом раскалённого металла и сажи, а мои мышцы горели от усталости и жара.       Когда я уже заканчивал, ко мне в кузницу зашёл Дэнь Фэн. Без предупреждения, разумеется – ему это можно. Я оглянулся. Что ему нужно? Он никогда не заходил ко мне так поздно.       – Ваша милость?       Ответа не последовало.       Я набрался смелости и всё же посмотрел ему в глаза, так как пауза слегка затянулась. Мутный взгляд Дань Фэна медленно скользил по моему телу. Я ощутил, как его глаза задерживаются на изгибе моих плеч, на линии живота, и сердце забилось быстрее.       Я вскинулся, схватил рубашку с лавочки и накинул на себя. Я не мог стоять полуголый перед ним! Это неуважительно и не почтительно.       Дань Фэн моргнул, обретая ясность в глазах, мягко улыбнулся и приподнял подбородок.       – Инсин, почему ты не пришёл на наше собрание?       – Я работал, ваша милость. Нужно было срочно закончить одно дело… – пробормотал я, судорожно стараясь застегнуть пуговицы на рубашке трясущимися пальцами.       – Ах, работал… – он снова рассмотрел меня от головы до пят, и я отвёл наконец от него свой взгляд.       Я психанул и оставил пуговицы в покое.       – Вы что-то хотели?       Он изящно обогнул стол, стоящий между нами, и подошёл ко мне на расстояние вытянутой руки. Я сделал вид, что разглядываю свои ногти.       Я чувствовал, как его взгляд прожигает меня насквозь.       – Инсин, сегодня четверг.       О нет! Я забыл… По четвергам после собрания Квинтета мы обычно с Дань Фэном берём вино и идём выпивать… Я положил ладонь на свой лоб.       Жарко…       Отвернись...       – Я забыл… Простите меня.       – Я ждал тебя, – с небольшим упрёком в голосе сказал он и сделал небольшой шаг вперёд. Я смотрел вниз, в пол, и не смел поднять взгляд. Куда угодно, только не на него. Мне стало стыдно. Как я мог забыть?!       – Ваша милость, прошу простить меня, – мои пальцы вцепились в низ рубашки. Зачем он так близко подошёл ко мне? Я молил, чтобы он отошёл немного дальше. Я чувствовал его прекрасный аромат… Жасмин…       – Ты дрожишь. Что с тобой? – с ухмылкой произнёс Дань Фэн, заглядывая мне в лицо.       Ох, он знал, что со мной… Он знал, и издевался надо мной. Он знает, какой он, и что другие люди ощущают рядом с ним.       Я молчал. Меня трясло. А что мне сказать? Что мне холодно? Печь в метре от меня. Пот стекает по моему телу и лицу…       Голова совсем не соображала.       – Сними это, – сказал он, указав пальцем на мою рубашку.       Я не верил своим ушам.       – Что?       Я поднял недоумевающий взгляд на него. Он улыбался… И смотрел на меня с нежностью.       – Ты же не будешь врать, что стесняешься? – он наклонил голову, протянув руку и взявшись пальцами за пуговицу не моей рубашке. Я забыл, как дышать. – Я видел, как ты тренируешься без рубашки во дворе.       Я сглотнул.       – Это… другое…       – Почему?       – Потому что вы смотрите!       Дань Фэн мягко рассмеялся, подошёл ко мне вплотную. Я задержал дыхание.       – А разве не этого ты хотел? – он наклонился к моему уху. – Чтобы я посмотрел на тебя?       Моя голова закружилась. Я еле устоял на ногах, схватился рукой за стойку позади себя и выдохнул…       Он знает…       Он всегда знал…       И обо всех, и обо мне…       Дань Фэн поднял обе руки и всё же расстегнул единственную застёгнутую мною пуговицу на рубашке. Затем взял меня за запястье и наклонился к уху. Его волосы щекотали мою грудь. Я почувствовал его пальцы, скользящие по моей коже, как электрический ток.       – Ну же, Инсин, – прошептал он. – Скажи мне честно. Ты мечтал об этом?       Я почувствовал его дыхание на своём ухе и непроизвольно попытался отстраниться, но стойка позади упёрлась мне в спину.       – Вы… вы не понимаете…       – Я всё прекрасно понимаю, Инсин, – его свободная рука медленно провела по моей груди, смахивая капли пота. – Я всё видел… Ты как открытая книга. Ты практически не смотришь мне в глаза. Каждый раз отводишь взгляд, затихаешь при моём появлении. Я видел, как твои руки сжимались в кулаки каждый раз, когда я был рядом, будто ты пытался себя сдержать… Даже сейчас.       Я внезапно осознал, что так оно и было. Обе мои руки были сжаты в кулаки. Я медленно разжал их, пытаясь успокоиться…       Я зажмурился… О, Эоны, он всё видел… Конечно он всё видел и понимал…       – Я… я не смел…       – А сейчас ты смеешь? – он наклонился ещё ближе к моему уху, касаясь его губами при каждом слове. – Или тебе нужно, чтобы я заставил?       Я судорожно втянул воздух сквозь зубы. Я ненавидел себя за то, как моё тело предательски отзывалось на каждое действие, каждое слово Дань Фэна.       – Ваша милость, прошу вас… Прошу, не надо так…       – Как? Так? – он поднял руку и провёл большим пальцем по моей губе. Я задрожал ещё сильнее. – Или так?       Дань Фэн коснулся своими мягкими губами моей щеки в нежном поцелуе. Я открыл глаза, не веря в происходящее. Я снова сжал руки в кулаки. Не трогать. Нельзя.       Он посмотрел на меня, и я поймал его взгляд.       Как же он прекрасен…       – Не бойся. Коснись же меня, – он потёрся носом об мою щёку. – Поцелуй меня, Инсин, пожалуйста – прошептал он, и я потерял голову. Он просит меня сам, сам, просит меня поцеловать его…       Я поднял руку, положил ему на затылок, едва не застонав от касания… Его волосы были так приятны на ощупь, и я просунул в их густоту свои пальцы, притягивая его лицо к себе для поцелуя… Я мягко коснулся       его губ, боясь сделать что-то не так.       – М-м-м… – простонал Дань Фэн в поцелуе, прикрывая глаза. Я не закрывал свои. Я смотрел на него, надеясь навсегда запомнить эту картину, на случай, если это был первый и последний раз.       Я решился медленно начать двигать губами в нежном поцелуе, получая тоже самое от Дань Фэна в ответ… Его губы отвечали мне, и я почувствовал, как его пальцы касаются моего затылка и перебирают волосы.       Через какое-то время я осмелел и положил вторую руку на его узкую талию, чуть прижав к себе, и в то же время ощутил, как его пальцы дрогнули в моих волосах.       Он оторвался от поцелуя, смотря на меня потемневшим взглядом.       – Ты так… нерешителен, – прошептал мне в губы.       Я посмотрел на него. Я не видел в его лице обычной холодной насмешки, только странная смесь любопытства и желания. Да, он хотел меня… Его веки подрагивали, а дыхание сбилось.       Я мог бы ликовать сейчас от того, что моё самое заветное желание сбывается, но я так боялся спугнуть это всё. И как обычно проснуться в холодном поту в своей кровати и со спермой в штанах.       – Я боюсь сделать что-то не так, – решил признаться я, чувствуя, как жар разливается по моим щекам.       Дань Фэн тихо рассмеялся.       – Разве не поздно для страхов? – он посмотрел на мои губы и облизнулся. – Ты уже переступил черту, Инсин, стоит ли теперь останавливаться?       Я закрыл глаза, чувствуя, как его слова проникают под кожу, разжигая то, что я так долго пытался подавить.       – Я боюсь ошибиться…       – Ошибка была бы только в одном, – его губы приблизились к моим, когда он продолжил, – если бы ты остановился сейчас.       Его руки опустились ко мне на плечи, пальцы впились в кожу.       И когда я снова наклонился, чтобы продолжить поцелуй, в нём уже не было прежней осторожности. Только голод.       Я засунул язык в его рот, углубляя поцелуй. Дань Фэн сразу же ответил мне, чуть напирая на меня, издавая стон нетерпения. Его руки поднялись выше, обхватывая мою шею. Я почувствовал, как его твёрдый член прижимается к моему бедру.       Поцелуй стал влажным, жадным. Дань Фэн запустил пальцы в мои волосы, крепко сжимая, направляя, будто не мог насытиться. Его бёдра плотно прижались к моим, и я почувствовал, как он двигается, будто неосознанно, чуть потираясь об меня своим стояком. Он простонал в поцелуй, и от этого стона, рваного, низкого, я весь вспыхнул, как огонь. Мурашки прошлись по всему моему телу.       Мой член так сильно болел в штанах, и чувствовал, как там уже так влажно, что, вероятно, пятно уже появилось и на штанах. Но я стойко терпел. Кончить в штаны лишь от поцелуя было бы очень неловко перед Дань Фэном.       – Инсин, я сейчас взорвусь, – он провёл рукой по моей груди, стирая пот.       Я взглянул в его покрытые похотью глаза, подхватил под задницу, развернул и усадил на стойку, снова припадая к его губам. Я опустил руки на его бёдра, пролезая под накидку и поглаживая там.       Он стонал. Еле слышно, но так сладко… Я хотел сделать ему приятно, я хотел, чтобы он забыл обо всём. Он мой, только мой, я никому и никогда его не отдам… Это крутилось в моей голове, пока я целовал его и трогал.       – Аххх, Инсин, коснись… коснись меня…       Я перешёл на его шею, прикусывая кожу и облизывая, до куда мог достать, медленно двигая руками вверх по бедру Дань Фэна, а затем поглаживая по внутренней стороне его бедер. Его ноги затряслись, он начал выгибаться в спине, хныкать… Я не стал мучить его долго.       – Инсин… — прошептал он, — я…       Когда я наконец положил свою ладонь на его твердый член, он запрокинул голову назад, зажмурился и судорожно выдохнул, чуть подмахивая бёдрами.       – Д-д-да! Прошу, прошу, я уже... сейчас…       И я задвигал своей рукой, обводя мокрое пятно на его одежде пальцем. Я смотрел на Дань Фэна и старался запомнить эту картину на всю свою оставшуюся жизнь.       – Ах… ах… Инсин, Инсин! Ммм…       И он кончил. Я чувствовал, как его член начал пульсировать под моей рукой. Как влажное пятно увеличивается под моими пальцами. Ноги Дань Фэна обхватили меня, и его бёдра со всей силы сжали мои бока.       Я не мог больше терпеть. Мне хватило лишь одного касания к своему члену и вида кончающего Дань Фэна передо мной, чтобы также излиться прямо в бельё.       Я обнял его.       Слов никаких не было. Хотелось простоять так всю жизнь, обнимая Дань Фэна и ощущая его головокружительный аромат.       Он взглянул на меня. Его глаза были полны нежности.       – Так сильно хотел меня, Инсин? – ухмыльнулся он игриво.       Я вздохнул и зажмурился.       – Безумно.       Смысл врать? Он всё видит и понимает.       Дань Фэн лукаво взглянул на меня.       – Я это заметил. Уже давно, – он опустил руку на мои штаны поверх члена. Там было мокро от моей спермы, и мне стало стыдно. Я покраснел, хотя у самого Дань Фэна было тоже самое… Он начал водить по ткани своими пальцами, а я снова начал твердеть.       – Я не тот, кого можно просто взять и удержать, ты понимаешь?       – Я не…       Он надавил рукой на мой член сильнее, будто заставляя замолчать. Что я и сделал, втянув воздух от этого касания.       – Но ты нравишься мне, – он посмотрел вниз, на свою руку. – Я готов стать слабее для тебя. Я хочу попробовать, – он потянул мои штаны вниз. Моё сердце забилось быстрее.       Он медленно опустил штаны, и его взгляд стал более сосредоточенным, словно он изучал меня.       – Ты напряжён. Расслабься, Инсин.       Я пытался глубже дышать, стараясь забыть о стеснении и страхе. Его уверенность обволакивала меня, и я позволил себе немного расслабиться.       Дань Фэн осторожно коснулся моего члена. Будто изучая. Тепло его рук растеклось по моему телу, и я изо всех сил сдерживал себя, чтобы не качнуть бёдрами. Он трогал его то сверху, то снизу, одними подушечками пальцев, и наблюдал, как он увеличивался в размерах буквально на глазах.       Дань Фэн сжал мой член в ладони сильнее, но осторожно, словно боясь повредить. Его прикосновения стали глубже, уверенно скользя по коже.       – Ты такой горячий и так сильно течёшь, – прошептал он. – Прекрасно…       Я всё же не удержался и двинул бёдрами, коротко простонав.       – Какой нетерпеливый… – он облизнулся.       – Я… хочу вас, – выдохнул я, не в силах больше молчать.       Дань Фэн лишь улыбнулся, но продолжил пытку. Он провёл пальцами ниже, медленно, дразня и исследуя. Тело дрожало от предвкушения.       – Ты дрожишь. Хочешь больше? – спросил он тихо, голос стал чуть глубже, но в нем играла та же насмешка. Я кивнул.       Он замер на мгновение, затем провёл кончиками пальцев по головке, едва касаясь, словно испытывая грани моего терпения. Потом резко отнял руку, оставив меня жаждущим. Я двинул бёдрами подаваясь за его рукой.       – Нет, нет, – сказал он с улыбкой, глядя прямо в глаза. – Сначала я хочу, чтобы ты научился ждать.       Он наклонился и провёл губами по моей шее, оставляя лёгкие поцелуи, которые мгновенно сменялись горячим дыханием. Я зажмурился.       – Если будешь хорошим, – прошептал он, – я позволю тебе всё, что захочешь.       Затем Дань Фэн снова прикоснулся, взял мой член в руку, теперь уже сильнее, но продолжая играть – то ускоряя движения, то останавливаясь в самый напряжённый момент, чтобы потом с новой силой заставить меня сгорать от желания и нетерпения. Каждый раз, когда я думал, что больше не выдержу, он вдруг останавливался, улыбаясь и наслаждаясь моей растущей беззащитностью.       Он не спешил, словно наслаждаясь каждым мгновением, каждым моим вздохом и стоном, заставляя меня теряться в собственных ощущениях. Он поднял руку, проводя по моей груди и животу.       Мне хотелось попросить его разрешить мне кончить – но слова вязли в горле, и я боялся нарушить ту хрупкую игру, что между нами. Как же сказать это вслух? Словно каждый звук моего голоса будет звучать как признание слабости… А что если он рассердится? Что если подумает, что я слишком легко сдаюсь?       Я пытался терпеть изо всех сил. Старался думать о чём-то противном, постороннем, но не получалось... Как вообще можно думать о чём-то ещё, когда сам Дань Фэн касается меня?       Я вздохнул и всё-таки решился...       – Ваша милость… – начал я тихо дрожжащим голосом. – Могу я... можно… закончить?       Он поднял на меня глаза, в них не было ни раздражения, ни насмешки – только похоть.       – Ты стесняешься сказать это прямо, да? – усмехнулся он мягко, словно понимая мою робость.       Я кивнул, сердце бешено колотилось.       – Всё нормально, — его голос стал чуть тише.       Дань Фэн медленно опустил руки обратно к моему члену, касаясь его с новой, почти ласковой осторожностью. Его пальцы скользили по коже, нежно и уверенно, будто стараясь почувствовать каждое моё движение, каждое колебание моего дыхания.       Он больше не играл со мной, не дразнил – теперь он был рядом, чтобы помочь.       Я почувствовал, как напряжение внутри начинает достигать предела, как тело требует выпустить это пламя, что разгорается в груди.       Его руки стали ритмичными, уверенными, но мягкими. Голова слегка наклонилась ко мне, губы коснулись моей кожи у шеи – тихо, почти неуловимо.       – Всё хорошо, Инсин, – прошептал он, – ты можешь кончить.       С этими словами я уже не сдерживался. Мои мышцы сжались, и волна удовольствия захлестнула меня, вырываясь наружу. Я всхлипнул, с трудом сдерживая голос, но всё равно не сумел полностью — короткий, сдавленный стон вырвался у меня из груди, когда тело содрогнулось от накрывшей меня волны. Я тяжело выдохнул, прижавшись лбом к его плечу.       Дань Фэн не отстранился. Наоборот – его руки остались на моём теле, обняли крепче, удерживая, пока я постепенно приходил в себя. Он провёл пальцами по моей спине – медленно, умиротворяюще, от затылка до поясницы.       – Молодец, Инсин, – прошептал он где-то у моего уха, по-прежнему спокойный, уверенный, тёплый. Я чувствовал его ровное, успокаивающее дыхание.       Я не знал, что сказать. Мне казалось, что я лишён слов – будто всё, что было во мне, он только что вынул наружу. Я просто стоял, прижавшись к нему, и слушал, как гул в голове понемногу отступает.       – Всё хорошо, хорошо… – его рука взялась мой затылок, чуть массируя пальцами. Мне было так спокойно в его руках.       Я боялся, что это всё – всего лишь мираж, сон, фантазия. Что он вот-вот остынет и снова станет тем, кем был всегда – недоступным, неприкасаемым. Мечтой.       – Я никуда не ухожу, – сказал он, словно читая мои мысли. – Ты заслужил это. Ты заслуживаешь больше, чем думаешь.       Что именно это значит, я не понимал… Моя голова не хотела думать сейчас. Я расслабился в его руках.       Мы ещё долго стояли в тишине, прижавшись друг к другу, будто старались запомнить это состояние покоя, тепла. Но жар кузницы начал спадать, воздух остыл, и я впервые за вечер заметил, как по коже пошли мурашки.       Дань Фэн чуть отстранился, посмотрел мне в глаза – внимательно, как будто проверяя, всё ли со мной в порядке. Затем мягко коснулся моих волос, пригладил их возле уха.       – Нам пора, – произнес он почти с сожалением. – Уже поздно. Тебе нужно отдохнуть.       Я кивнул, но не сразу отпустил его. Не хотелось, чтобы это заканчивалось. Не сейчас.       Он заметил это и, склонив голову, улыбнулся.       – Не переживай. Завтра… я загляну к тебе пораньше. Если ты не против.       Сердце ёкнуло. Я снова кивнул, но в этот раз с лёгкой, неуверенной улыбкой.       – Буду ждать, – прошептал я.       Он провёл пальцем по моей щеке, задержал взгляд, и только потом отступил, разрывая невидимую нить между нами. Я смотрел ему вслед, пока он не скрылся за дверью, и только тогда позволил себе выдохнуть.       Завтра… Завтра он придёт.