Воспоминания

Новый дом, работа, школа, магазины. А ещё соседи. Новые знакомства это всегда хорошо. Да и место жительства у них было намного лучше, в сравнении с прежним, что не могло не радовать. Оля бегала по комнатах, радостно разглядывая интерьер из съемной квартиры. Не сказать что та была дешёвой, но зато в хорошем районе, опрятной мебелью, да и вблизи было всё что нужно. А самое главное: территория была частной, поэтому никто чужой сюда попросту попасть не мог. Поэтому теперь Антон чувствовал себя в безопасности и мог не переживать за дочурку, из-за которой и был затеян переезд. Полина хоть сперва и отнеслась к этому скептически, была очень рада таким изменениям к жизни. А то другой сорт хлеба и смена постельного белья, были немного не теми изменениями к которым она стремилась. К тому же в большом городе было больше возможностей по скрипке, да и перспективнее во всём о чём только можно подумать. -Как бы там ни было, я рада, -промолвила брюнетка, распаковывая очередную коробку с вещами и раскладывая их по полкам. Места тут было хоть отбавляй. Арендодатели оказались людьми понимающими, поэтому когда Петровы согласились снимать тут жильё, то они привезли сюда ещё один шкаф, чтобы им уж точно хватило куда сложить все пожитки. -Ты о чём? -непонимающе спросил мужчина, помогая супруге. Он решил выставить посуду, чтоб можно было хоть на чем-то готовить, да и с чего-то есть. В самом-то деле, не руками же. -Просто ты так и не объяснил причины переезда. Вот потому так и говорю. Но ты не подумай, я очень рада таким изменениям, -далее вела Полина. -Да и тут наше ложе будет побольше. Поэтому кое-кто будет избавлен возможности пинаться в меня во сне ногами, -проворчала женщина, но, кажется, это её наоборот забавляло. -Я не пинаюсь. Ты просто слишком близко ложишься, -ответил Антон, после чего получил толчок в бок. -Ауч. Больно же. -Вот ты и попался. Пинаешься же. А то знай, я же на камеру ещё запишу, -захихикала Петрова, как в комнату забежала девчушка. -А я тоже распаковываю вещи и раскладываю по полках, -сказала Оля улыбаясь, смотря на маму. -Ты же делаешь это как я тебе показала, верно? -вопросительно подняв бровь спросила Полина, после чего девочка неловко отвела взгляд, посмотрев на папу, будто ища в нём защиту. Антон лишь усмехнулся, после чего подошёл к малышке и потрепал её по волосах. Она попыталась выбраться из его хватки, но у неё не вышло. -Ну па, -надув щёки пробубнила Оленька. -Моя маленькая проказница, -приговаривал мужчина, от чего доча вновь начала смеяться. -Я конечно всё понимаю, но ты, маленькая леди, должна разложить вещи по своим местам. Весенние и осенние вещи на одной полке, летние на отдельной и зимние также, -начала нравоучение женщина. Тогда Полина и Оля отправились в комнату девочки, чтобы нормально вытянуть её вещи и разложить по полкам, ящикам и освободить все коробки, после чего сдать их на макулатуру. Антон только посмотрел им вслед, после чего продолжил раскладывать всю имеющуюся в них посуду в сервант, а также в тумбочки, находившиеся на кухне. А тарелок этих, вместе с сервизами, у них оказалось намного больше, чем Петрову бы хотелось, именно сейчас, так как разбираться со всем этим надо было ещё сил немало. Но это были приятные перемены в его жизни, так что никакая посуда не могла их испоганить. Тем более что теперь можно будет во второй раз всё начать заново, словно чистого листа. И этот факт радовал больше всего. Тем более учитывая что в этот раз они выбрали менее снежный город, поэтому можно было на некоторое время забыть об особо теплых элементах гардероба. Поэтому той же осенью вся семья Петровых могла бы ходить в том что обычно брали весной, насколько же отличался температурный режим. Казалось, словно гора с плеч упала, вместе с такой тяжелой одеждой. Вместе с этим будут и новые воспоминания, эмоции. А со своей семьей ему в принципе все перемены только в радость. Он заново найдёт работу, Полина, скорее всего, устроиться в филармонию, а Оля пойдёт в ближайшую школу. У неё появяться новые одноклассники, учителя, поэтому ближайший месяц оба родителя будут выслушивать самые разные истории. Может девочка найдет каких-то друзей и даже станет приглашать их к себе домой, чему Антон был бы очень рад, так как в свои школьные годы никого особо не приглашал из-за постоянных ссор родителей, которые постоянно что-то не могли поделить и действовали на нервы маленькой Оле и ему самому. Не самое лучшее сравнение, но он был уверен что в его дочери всё сложиться иначе. Первая неделя после переезда хоть и была утомительной, но в тоже время и сказочной. Столько всего нового. И хоть никто из Петровых, кроме ребенка, не отличался особой разговорчивостью, обсуждали они за ужином буквально всё. А тогда, посреди ночи Антон вновь проснулся. Само нутро ему подсказывало что здесь явно что-то не то. Но что? Мужчина пошёл на кухню и проверил закрыт ли газ, тогда ещё в ванную комнату, правда вода тожа была перекрыта. Даже капля не упала. После чего он вновь почувствовал как похолодело внутри… окно. Петров направился к их с женой комнате, после чего открыл шторы, и к его ужасу внизу их дома за оградой стояла никто иная как лиса. И вновь не Алиса. Взгляд у неё был довольно хищный, злой и не предвещающий ничего хорошего. Вдруг, прямо у него на глазах, она начала отходить и остановилась только возле ёлки, где были остальные звери. Они взялись за руки и начали водить хороводы, пока Антон просто застыл на месте, совсем не представляя что ему делать. Они вновь здесь. Они вновь пришли за ним. Они его преследуют? После чего Петров подумал о самом страшном, что могло произойти и онемение прошло за секунду. Он бросился к выходу, при том споткнувшись, от чего Полина резко встала и взглядом полного непонимания посмотрела на супруга. -Полина, Оля, скорее, -сипло сказал Антон, после чего смог встать и наконец выбежал из комнаты. За ним поспешила и женщина. Оба резко открыли дверь, но было уже поздно. Вещи девочки были разбросаны по целой комнате, окна закрыты, как и входная дверь, а самой ее тут не оказалось. И как бы оба не искали, Оли в квартире просто не было. Их дочь исчезла прямо тут. Здесь. В дому. И кажется, Антон начал понимать, что этот кошмар, в виде зверей, никогда не станет просто воспоминанием.