Воспоминания

Он потерял свою дорогую сестричку в самый снежный день. На улице был тот ещё снегопад. Тот падал хлопьями, очень густо, покрывая всю площадь. Антон помнил как бежал, еле передвигаясь сквозь кучугуры, чтобы найти Олю. Она должна была быть где-то здесь, совсем рядом. Петров должен её найти. Сестрёнка же должна быть тут. Мальчишка судорожно искал её по сугробах, коря себя за то что оставил её, не посмотрев идёт ли она за ним вслед. А бедолага же ещё и в самом свитере была. Небось замёрзла. Парнишка скинул из себя куртку, увидев где-то в далеке как что-то лежит на поверхности. Он побежал изо всех сил, будто не чувствуя тягости, и того, насколько трудно передвигаться когда снег по колено. Это была Оленька. Бледная, замёрзшая. Антон сразу накинул на неё карту и крепки прижал к себе, пока сестра пыталась что-то сказать. Но её предложение было нечленораздельным, каким-то булькающим что-ли. Но Петров плевал на это - главное что нашлась. Живая и невредимая, как думал до какого-то момента парнишка. Он хотел помочь ей встать, чтобы бедолашная не отморозила себе конечности. Делал взять её на руки и отнести домой, согреть теплым чаем и пледом. Правда как только потянул на себя, Оля оказалась слишком лёгкой и поддалась без проблем. Именно после этого он увидел что есть только верхняя часть туловища, а нижня… отсутствовала. Из девчушки просто вываливались органы наружу, пачкая белоснежный покров кровью. Увидев это, она громко истошно закричала, пока Антон в немом ужасе продолжал держать её, совсем не зная что можно сделать в такой ситуации. Жизнь его к такому уж точно не готовила. Он помнит как побежал домой. Помнит с каким непониманием на него сперва посмотрели родители, но завидев обезумевший взгляд мальца и слёзы, нарисовавшиеся на глазах, сразу бросили чем занимались и побежали вслед за сыном. Петров помнил и то как омывали оставшуюся часть сестры и как мама трепетно одела на неё белую ночнушку, которая была вместо белого платья. Помнил он и гроб, в котором хоронили Оленьку. Со светлого дерева, с маленьким крестиком на верху. А ноги и нижнюю часть туловища девчушки так и не нашли. Словно те под землю провалились. В день похорон было ясное солнце и Антон это считал знаком. Словно то пришло проводить невинную душу, которая совсем не заслужила такой смерти. И мальчишка горько рыдал, смотря на крест который ставили гробовщики, после чего прибили к нему табличку. А винил он в смерти сестры только родителей, которые отказывались слушать их рассказы о зверях, воспринимая это никак иначе как детские сказки. Вот к чему эти “сказки привели”. … Помнил Антон и Катю. Катю Смирнову. Дочь Лилии Павловны, их красной руководительницы. Умная и красивая девушка. Если не учитывать того что она задирала его и распускала сплетни, то они, возможно даже могли бы стать друзьями. Ну или остаться врагами. Петрову было не принципиально. Так как несмотря на все невзгоды, смерти он никому не желал. Может разве каких-то пару двоек и ссор со своими друзьями, но не более. Уж слишком страшно звучала “смерть”. Наверное, он бы отдал, конечно, не всё, правда что-то уж точно, что бы Катя осталась жива. Лучше бы и дальше продолжила его задирать. Так как Петров слишком хорошо запомнил черты чёрного гаража внутри леса и напуганные глаза Смирновой, когда они с Ромой туда вошли. Он помнит как она пыталась им что-то сказать. Поэтому оба парня подошли ближе… и тогда механизм мясорубки, в котором, как оказалось, была затиснута девушка, вдруг начал работу, начиная медленно дробить ноги девушки. И даже несмотря на скотч, который закрывал ей рот, Антон и Рома слышали как истошно она кричит. Парни сразу бросились к ней, пытаясь спасти бедолашную. Хотели вытянуть, но когда не вышло, они начали пытаться остановить мясорубку, что тоже сделать не вышло. Попытки сводились к нулю. Антон развернулся, чтобы не видеть как эта машина поглощает его одноклассницу с головой, дробя ей кости. Но от одного только звука всё что было у него в желудке, оказалось на стене гаража. Рома поступил точно также, правда вот рвотный рефлекс у него не сработал. Зато он попросту не мог заставить себя развернуться и посмотреть на то что осталось от Кати - косичка, торчащая из механизма, который только теперь соизволил остановиться. Он помнил и то как Рома пригрозил ему, чтобы Антон ничего и никому не рассказал об увиденном. Оно то и понятно, так как тот находился на учёте. И даже одно только присутствие в таком месте могло ему светить пару лет колонии, куда хулигану скорее всего не хотелось. А Петров, сам не зная почему, пообещал что будет молчать. Наверное, страх за свою жизнь? … Помнил он и как тот же Ромка чуть не прикончил его за Полину, которая не ответила ему взаимностью, выбрав взамен Антона. Пятифанов тогда поджидал и когда на улице хорошенько так стемнело, то позвал Петрова, после чего встал на четвереньки, взяв в зубы нож-бабочку и бросился прямо на парнишу. Он нанёс несколько ножевых ранений, после чего испугавшись, сразу убежал, позабыв о своём инструменте убийства. Но Антон выжил. Еле дополз к ближайшему дому, откуда ему и вызвали скорую. Правда после этого Ромка он больше не видел. И нет, тот был не в колонии, а попросту бесследно исчез. … Вспоминая все эти события, у Антона холодела кровь. И он не знал, почему только смерть сестры стала решающей точкой во всем этом деле. И когда Полина пристально на него смотрела, он даже не знал с чего бы начать. Да и не знал стоит ли ей рассказывать часть того кошмара, о котором та даже не ведала. Петров не знал почему у него были такие предостережения. Они же женаты, даже ребёнок есть, а он так по ребячески боится ей рассказать. Только отдаленно намекает - “звери”. Уже лучше пусть спит спокойно, нежели мучается от таких кошмаров как он. И так за свою жизнь натерпелась. Именно из-за этого Антон мимолётно поцеловал её в губы, на что Полина только хмыкнула, но улыбнулась в ответ, закрывая дверь из купе. Мужчина же в то время уложил Оленьку спать, пока поезд медленно оминул ещё одну таблицу с названием города. На улице уже было совсем темно. Совсем скоро они снова будут в безопасности, и только эта мысль заставила Петрова наконец успокоиться.