Холодные миллиарды

      Намджун находился в своём рабочем кабинете, полностью погружённый в спорные мысли, где холодный голос главы клана без конца скандировал одно и то же. Ким старался не думать о традициях, которым следовали все участники семейной общины.       Каждая семья — это брачные узы с привилегиями и выгодой.       Миллионы нулей на счету и ноль чувств к друг другу — идеальная картинка этого общества.       И Намджун намеренно выстраивал свой бизнес и положение, дабы на него не действовало наличие или отсутствие жены рядом. Но с возрастом недовольство главы становилось всё более явным. Им был пожилой мужчина, приходившийся Намджуну дядей по маминой линии. Однажды он пообещал позаботиться о Намджуне и его младшей сестре, когда их родителей не стало.       — Я стучала тебе миллион раз, — демонстративное недовольство Наён заставило Намджуна полностью прийти в себя и поднять вопросительный взгляд на младшую сестру, нервно постукивая пальцами по столу.       Слишком часто он видел в ней себя. Из-за девичьих спонтанных решений мужчина каждый день ожидал подвоха или новых седых волос.       — Мне нужны водительские права! — а вот и оно.       — Что? — недоумённо проговорил Намджун.       Это было в стиле Наён. Она никогда не формулировала просьбы, как: «Хочу! Что мне нужно сделать для этого?». У неё всегда было просто «нужно», и не имело значения, как именно.       — Эти вооруженные амбалы мне надоели, — девушка в брюках с завышенной талией и лёгкой блузке демонстративно отодвинула стул и присела напротив брата.       Наён облокотилась о стол и уткнулась подбородком в скрещенные ладони. Взгляд её был настолько наивен, будто взаправду верила, что Намджун в сию же секунду предоставит ей свеженькие права, а заодно и ключи от машины.       — Их было бы в разы меньше, если бы ты перестала таскаться сама знаешь с кем, — Намджун прислонился к спинке своего рабочего кресла, устало потирая пальцами виски.       — Эти ваши бизнес мутки меня не касаются, — возмущение девушки было озвучено мгновенно.       — Если бы не эти мутки, — мужчина скорчил гримасу. — Твой Пак Чимин и не посмотрел бы на тебя.       — Я не за этим пришла сюда, Намджун, — голос коварно дрогнул, когда слух уловил знакомое имя.       — А за чем? За исполнением твоих капризов?       — А для чего нужны старшие братья?       — То, что я делаю как старший брат, тебе не нравится, — быстро исправил её мужчина, поднимаясь с кресла. — Хочешь пить? Есть? — Намджун подошёл к кулеру с водой и наполнил стакан.       — Сыта. По горло, — Наён не удержалась и колко ответила брату.       — Ты даже не умеешь водить машину, зачем тебе права? — Ким сделал большой глоток воды и выбросил одноразовый стаканчик в ведро для мусора.       — Чимин меня научит, — девушка ощутила некую неловкость из-за давящей ауры брата, который оказался около неё и опёрся ягодицами о стол.       — Чимин? — Намджун дал сестре шанс реабилитироваться, заранее зная, что она им не воспользуется.       Мужчина терпеливо скрестил руки на груди, жалея о том, что однажды они пообещали себе не врать друг другу. Лучше бы он не знал этот опасный факт из жизни Наён.       — Ты всегда будешь так коситься на его имя? — Наён умышленно закатила глаза на упрямство брата.       — Он из паковских. Как я должен на него реагировать?       — Ромео и Джульетта какие-то, — негромко буркнула девушка, резко приподнимаясь. Наён подошла к окну и тяжело вздохнула, что не осталось незамеченным Намджуном.       — Не утрируй, — мужчина последовал за сестрой и приобнял за плечи, как только оказался рядом. — Просто... В Сеуле так много парней, а ты выбрала его?       — Это он меня выбрал! — поучительно исправила его Наён, напоминая, что молодому человеку пришлось ухаживать за ней много времени. — И это ты мне сказал проходить практику там, где решит кафедра в университете, — девушка устремила свой напряжённый взгляд на брата.       — Откуда мне было знать...       — Теоретически ты должен злиться на самого себя, — шутливо перебила его Наён.       — Или кто-то должен был мне всё рассказать сразу же. Когда поняла, куда тебя отправили, — Намджуну тоже было чем упрекнуть сестру.       — Ой... Знаешь?! — девушка предусмотрительно увела взор и строптиво стряхнула руки Намджуна со своих плеч. — Это вечные споры, а у меня нет времени.       — Я уменьшу охрану, — спустя минуту отозвался Намджун, обернувшись к Наён, которая уже практически вышла из кабинета. — Только не садись одна за руль... А лучше вообще.       — Спасибо, — это была искренняя благодарность, которая заставила девушку задержаться чуть дольше в компании брата. — Тебе действительно нужно жениться. Твоя гиперопека меня однажды задушит, — и это тоже было откровенностью, с которой Намджуну было трудно смириться.       — И ты туда же, — вдумчиво отреагировал Ким, хлопая себя по карманам в поисках пачки сигарет.       Нервничал. Но, кажется, почти смирился.       — Нас всех ждёт эта учесть, — Наён снова сделала шаг к нему, тоскливо сжимая губы. Девушка опустила грустный взгляд на свою обувь, ощущая, как её настроение ухудшалось из-за неприятной темы. — Вот почему я не воспринимаю общение с Чимином как что-то... — Наён подняла голову и серьёзно посмотрела на брата. — Что-то перспективное?.. — трудно говорить о чувствах, когда вокруг миллиарды купюр, решающие твою жизнь.       — Будет больно, — Намджун произнёс это так ровно и холодно. Что по спине Наён проскользнул зудящий озноб.       — Я не так сильна в стратегии, как ты, — произнесла она, привычно расправляя плечи. Наён терпеливо несла свою судьбу и просто наслаждалась сегодняшним днём, не думая заранее о будущем. — Поэтому оставлю всё так, как есть. А сейчас у меня есть Пак Чимин, нравится это тебе или нет.       Ответ Намджуна так и остался неозвученным. Внезапный стук в дверь остановил тревожный диалог.       — Войдите! — громко проговорил Намджун.       Мужчина спрятал пачку сигарет в карман своих брюк, теряя всякую надежду закурить и почувствовать хоть малую долю облегчения.       — О, милая, я и не надеялся тебя увидеть сегодня — господин Квон неторопливо вошёл в кабинет, приветствуя племянницу.       — Почему? — задала вопрос Наён после того, как одарила главу уважительным поклоном и традиционным коротким поцелуем в руку.       — В последнее время ты много времени проводишь не с семьёй, — мужчина не звучал строго, но проучить Наён хотелось, поэтому вся его сдержанная нервозность отобразилась в напряжённом взгляде.       — У нас какие-то запреты появились? — капризно отозвалась Наён, услышав, как тяжело вздохнул Намджун позади неё.       — Нет, — с опасным спокойствием ответил господин Квон. — Пока нет. Ты можешь быть свободна, — мужчина бегло осмотрел Наён и устремился задумчивым взглядом к Намджуну. — Я по его душу, — шутка, от которой было смешно лишь одному.       — Я наберу позже, Намджун, — быстро проговорила девушка, покидая пределы кабинета.       — Даже знаю, по какому вопросу... — первым начал Ким, вновь присаживаясь в своё рабочее кресло. Намджун подождал, пока господин Квон займёт своё привычное место на кожаном диване, и продолжил: — Жену спрятали в кармане?       — Обижаешь. Я предоставлю тебе выбор. Собственно, поэтому и зашёл.       — И как это выглядит? Каталог супруг? — Намджун никак не мог обуздать свои эмоции.       Момент, от которого он проворно сбегал все эти годы, в итоге встретил его на финише с надменной ухмылкой. Но Ким не планировал вести себя так, словно его обыграли и застали врасплох.       — Весь в отца, — коротко качнул головой господин Квон, вспоминая характер старшего Кима.       — Он любил маму, — Намджун помнил многое. В том числе и то, как бережно относился отец к своей супруге.       — В неё трудно было не влюбиться, — образ юной сестры, которая так сильно противилась правилам клана, тут же возник в голове мужчины. — Наён многое взяла от вашей матери. Но к ней мы вернёмся позже, — господин Квон прокашлялся в кулак и вновь вернулся к важной теме.       — Ну-у-у... — наигранно потянул Намджун. — Огласите список.       — Мин Сонми, — отчеканил господин Квон, будто подготовился к этому заранее. Мужчина поправил ворот своего осеннего пальто и направил взгляд на Кима.       — И?.. — в недоумении послышалось от него. Намджун развёл руки в стороны, ожидая продолжения.       — И предлагаю на ней и остановиться. Это дочь моего старого друга. Старик, конечно, съехал с катушек после ухода жены, но девочка никогда ни в чём не нуждалась. Имеет отличное образование и милую мордашку, — быстро перечислил мужчина, будто озвучил функции какого-то товара, который нужно продать, а Сонми и была им. — И самое главное, всегда знала, что её ждёт.       — Мне нужна лучшая. Самая! — Намджун скрестил руки на столе, чуть придвинулся и выжидательно следил за главой. — Мой брак должен встать всем поперёк горла. Вызывать всеобщее восхищение и зависть.       Брови господина Квона поползли вверх от удивления, а ровный, уверенный голос Намджуна заставил мужчину непроизвольно постукивать носком ботинка по ножке журнального стола.       — Похвально, — глава клана всегда видел в Намджуне силу и способность чётко достигать поставленных целей.       Единственное, чего он избегал — это разговоров о браке. Господин Квон даже не мог вспомнить, чтобы Намджун, как большинство подростков, когда-то испытывал увлечённость кем-то. После смерти родителей его не интересовало ничего, кроме бизнеса отца.       — Я найду выгоду в каждом событии своей жизни. Брак не должен быть исключением. Раз исключить его не получается, — на лёгком выдохе произнёс Намджун.       Он так усердно думал об этом все эти дни, что и сам не заметил, как привык к такому исходу, ставя перед собой новую цель — безупречный брак, который поднимет его значимость в глазах бизнес-партнёров.       Обычная сделка, не имеющая над ним власти.

***

      — Привет, моя ледяная королева, — привычная фраза легко освободилась из уст Чимина, когда он увидел приближающуюся к нему Наён.       Пак небрежно прислонился к капоту своего автомобиля, перенося вес тела на одну ногу. Другая, чуть согнутая в колене, подчёркивала его расслабленное состояние.       — Я буду называть тебя Ромео. Можно? — девушка радостно прижалась к нему, мгновенно ощущая приятные касания на пояснице, когда Чимин придвинул её к себе ещё ближе.       — Снова была у грозного брата? — Пак догадался о посыле сказанной фразы.       — Угу, — быстро согласилась Наён, зарываясь ладонью в шелковистые волосы парня. — Он отрежет тебе яйца, если обидишь меня, — растянуто произнесла девушка, склонившись к Чимину и опаляя его шею тёплым дыханием. Взгляд Наён при этом чуть дольше задержался на рисунке, вытатуированном на мужской коже. — А я съем их на ужин, — кончик языка невесомо коснулся мочки уха, словно оставляя после себя нотку спеси.       Наён не любила подолгу зацикливаться на том, что семья не принимала её общение с Чимином. Но ей нравилось проверять выдержку молодого человека и его намерения к ней.       — А я надеялся, что тебе мои яйца пригодятся, — Пак изящно сжал девушку в своих руках, покрываясь мурашками от манеры её речи.       — Возможно... Возможно, — хитро проговорила Наён, выравниваясь, чтобы снова видеть его лицо.       — Ты решила замучить меня до спермотоксикоза?       — Неа, — девушка поправила тёмные волосы, путающиеся от ветра, и закинула их на одно плечо. — Проверяю теорию Намджуна.       — Непонятно, кто из нас третий лишний, — недовольно цокнул Чимин. — Я или Намджун.       — Вот и проверим.       — Ладно. Тебе повезло, что у меня стальная выдержка, — ладони неспешно опустились на девичьи ягодицы, по-хозяйски сжимая их.       — Куда поедем?       — В клуб, — быстро проговорил Чимин, отодвигаясь от автомобиля и держа руку Наён в своей, после чего приоткрыл ей дверь.       — Как гости? Или...       — Гости. На сегодня никакой работы.       — С тебя мой любимый клубничный коктейль, — радостно проинформировала его девушка, занимая пассажирское место. — И имей в виду, — поспешно пригрозила пальчиком, — лучше предупреди своих шлюшек не смотреть сегодня на тебя. Я что-то не в настроении.       Наён показательно скрутила губы в трубочку, ликуя от реакции Чимина. Она догадывалась о том, что его лисья улыбка принесёт ей в будущем много боли, но сейчас он являлся единственным человеком, с которым ей было легко быть собой. Без расплывчатых ролей, закрепляющихся за ней согласно этикету, установленному порядку или человеку, стоявшему напротив.       У Чимина тоже была своя характерная маска — Наён уверена в этом.       Но ей нравились моменты, когда он тоже позволял себе откинуть её на миг. Прям как сейчас, когда его крепкая ладонь, покрытая татуировками, покорно лежала на её бедре, а свободная рука уверенно держалась руля. Молодой человек так обыденно рассказывал Наён о своём дне в офисе без неё, что остановить собственное ускоренное сердцебиение было абсолютно провальной попыткой.       Совсем скоро они подъехали к клубу. «Keon» был не просто любимым местом Пак Чимина. Он олицетворял его душу. Жизнь, которой он лишился из-за правил клана, где был рождён. Старшая сестра научила его играть на гитаре, как только его силёнок стало хватать на то, чтобы удержать музыкальный инструмент в своих руках. Знакомство оказалось более чем удачным. С юных лет Чимин принимал участие во всевозможных школьных конкурсах. Его цели и талант росли вместе с ним.       Выступления. Большая и маленькая сцена. Громкие аплодисменты и зрители.       Но самое приятное впечатление он получал, когда выступал украдкой в ночных клубах. Хотя, как позже выяснилось, тайным это казалось лишь для него. На самом деле он появлялся на сцене, пока ему позволяли. Как только ему исполнилось двадцать один, гитару пришлось заменить на компьютерную мышь, публичную сцену — на утренние собрания, а аплодисменты зала — на нудную речь коллег.       Однако спустя год Чимин открыл «Keon». В клане мало кто был доволен этой идеей, но горе, которое переживал молодой человек в тот момент, смягчило главу. Впрочем был ряд условий, которые Пак должен выполнять. До полуночи это был обычный клуб, где собирались любители живой музыки, щедрые на овации. После же дверь здания открывалась лишь перед избранными, а музыкальные инструменты сменялись на шест для интимных танцев.       Чимину нравились обе атмосферы. Но сегодня он предпочёл спокойный вечер в компании Наён и сцены, на которой представлял себя.

***

      Сонми находилась в своей комнате и наносила ночной крем для лица, когда внезапный стук в дверь прервал её привычный ритуал перед сном.       — Войдите, — негромко произнесла девушка, закрывая небольшую коробочку с кремом.       — Не спишь? — Сонми заранее знала, что отец здесь не для того, чтобы пожелать ей добрых снов.       — Как видишь.       — Не строй на завтра никаких планов, — господин Мин так и не научился проявлять чувства к дочери. Причём любые.       Ему просто было всё равно. Сонми являлась олицетворением его слабости и того, что разбило его. Он годами развивал отстранённость к ней, поэтому его голос привычно звучал холодно, а пустые глаза отражали некую брезгливость.       — Хорошо, — и Сонми не удивлялась этому.       В её реальности это было чем-то вроде нормы.       Но, несмотря на всё своё безразличие, господин Мин многое отдал ей. Иногда ему казалось, что даже слишком. Ведь мужчина знал, что будь всё иначе, его репутация моментально бы ушла на дно. А он с трудом спас её после ухода жены. И даже в этом печальном событии господин Мин извлёк пользу для себя. В глазах общественности молодой отец, оставшийся один с новорождённой дочерью, автоматически становился героем. У мужчины, как и у всех здесь, тоже был свой образ.       — Даже не поинтересуешься ничем? — не удержался господин Мин и наградил дочь тяжёлым взглядом.       — А есть смысл? — Сонми, как и отец, обрекла себя на покорное безразличие. Смирилась с тем, что была воспитана, словно товар, который послушно ожидал своего покупателя.       Один мужчина продаст её другому.       — Никакого.       — Ну вот видишь, — девушка осторожно отодвинула стул, на котором сидела перед трюмо с зеркалом. — Просто скажи, какое платье мне подобрать? — остановившись неподалёку от отца, поинтересовалась Сонми.       — Такое, чтобы тебя захотели, — без запинки произнёс мужчина. — Во всех смыслах, — господин Мин не желал углубляться в диалог и уж тем более лицезреть, как дочь в очередной раз играла перед ним роль сильной.       Боялся. Вдруг его оборонительная маска вросла не достаточно глубоко.       Он молча вышел из комнаты Сонми, вновь оставляя её одну. Девушка сдавленно вздохнула и, будучи привыкшей к одиночеству, ощутила неподдельную облегчённость.       Она являлась не только олицетворением боли для отца, но и зеркальным отражением его чувств. Точнее, их отсутствие.

***

      — Помочь? — Наён увидела, как Намджун что-то тщательно выбирал в своей гардеробной на первом этаже. В ней находились классические костюмы для особых случаев, что натолкнуло девушку на некие размышления.       — Попробуй, — досадно проговорил мужчина, бесясь от собственной внезапной беспомощности. Следовало бы позвать сестру сразу.       В этом огромном доме она всегда была рядом. По правилам клана, господин Квон мог оставить Наён около себя, воспитывая по своим личным убеждениям. Но Намджун достойно отстоял за собой право опеки над сестрой. Ни глава клана, ни остальные его участники не смогли противостоять фактам, которые предоставил им Ким. Однако это не спасало Наён от пристального внимания со стороны семейной общины. Господин Квон часто был гостем в доме Намджуна и не стеснялся напоминать о правилах клана и врагах, около которых оказалась Наён. Мужчина до сих пор не мог назвать это случайными обстоятельствами. Не верил ни одному паковскому рту, но не предпринял попытку остановить работу племянницы в фирме конкурента. Расценивая это как знак. Правда, ещё не до конца понимал, хороший или плохой.       — Куда собираешься? — Наён успокаивающе похлопала брата по плечу и подошла поближе к вешалкам, внимательно рассматривая мужские костюмы, поочерёдно двигая их по перекладине.       — Знакомиться с женой, — нерешительно проговорил Намджун, ощущая, как лёгкий мандраж пытался пробраться поглубже. Мужчина инстинктивно взьерошил волосы и подошёл к сестре.       — Хм, — девушка не была удивлена услышанной информации. Она, как и Намджун, готовилась к тому, что однажды здесь появится полноправная хозяйка дома. — Тогда нам нужно что-то сексуальное, но показывающее твой статус.       — Сексуальное? — изумлённо поморщился Ким. — Зачем?       — Что значит зачем? — Наён недоумённо уставилась на брата.       — Это просто фиктивная жена.       — Как мебель? — девушка грозно сощурилась, надеясь, что Намджун подумает ещё раз над своими словами.       — Нет, но...       — Так и я однажды окажусь мебелью в чьём-то доме, — не сдержала своих эмоций и обрушила удушающую правду на брата.       — Я не отдам тебя в руки какого-то гандона, — Намджун привычно занял позицию защиты.       — А теперь представь, что у твоей будущей жены тоже есть кто-то, как ты.       — Ладно, — нетерпеливо цокнул мужчина, — давай, ищи там самый сексуальный, — Намджун не удержался и скорчил недовольную гримасу, вызывая своим поведением дружеский смешок у Наён.       Мужчина никогда не замечал в себе особой тяги к постоянному контакту с женщинами. На какие-либо серьёзные отношения у него не было ни времени, ни желания. А для разгрузочного секса достаточно было сходить в элитный клуб и заплатить хороших деньжат в обмен на высококачественный товар. На данном этапе Намджун не рассматривал наличие супруги как что-то иное. Она тоже товар, и, что немаловажно, довольно дорогой, отнимающий его личное пространство и привычную жизнь.       — Вот этот подойдёт! — радостный голос Наён остановил изнуряющие размышления Намджуна. Мужчина перевёл свой внимательный взгляд на сестру, томясь в ожидании.       Девушка держала в руках серый классический костюм в полоску. Комплект из пиджака и брюк, сшитый из ткани с узором, которая представляла собой тонкие светлые вертикальные линии.       — И элегантный, — Наён приложила одежду к мужскому телу, пытаясь рассмотреть будущий полный образ. — И достаточно секси, — довольно заключила девушка, вручая вещь брату.       — Уговорила.       — У тебя нет выбора, братец, — победно хмыкнула Наён.       — Ты всё ещё про костюм? — несмотря на посыл сказанного, улыбка тронула мужские губы.       — Надеюсь, она будет красивая душой и телом, — девушка придвинулась ближе и доверительно прижалась к брату. — Я так хочу, чтобы ты был счастлив, Намджун-и! — нежный голос Наён предательски дрогнул.       — Я ночью вставал пить, и твоя комната была пустой, — Ким неспешно поглаживал ладонью девичью спину, утыкаясь подбородком в макушку.       — Я приехала под утро, — честно проговорила Наён. — Мы с Чимином слушали живую музыку в клубе, а потом танцевали у реки.       — Танцевали у реки? — заинтригованно повторил Намджун.       — Угу.       — И он?..       — Ну, он явно меня хочет, — Наён гордо подняла голову, поделившись информацией, от которой брови Намджуна спешно полезли вверх. — Но мне достаточно и поцелуев, — коротко пожав плечами, младшая Ким отодвинулась от брата.       — Наён...       — Я помню все твои напутствия, — неумышленно перебила его девушка. — Но мне правда нравится проводить с ним время. Что, в конце концов, может случиться? Они и без этого допустили меня слишком близко. Получается, мы все связанные.       — Даже более чем. Просто, — Намджун нервно облизал собственные губы. — Я тоже хочу, чтобы ты была счастлива.       — Не думаю, что это возможно в нашем клане.       — Возможно, — настаивал мужчина, — если следовать правилам.       — Ну и где твоя счастливая улыбка, Ким Намджун? — Наён показательно скрестила руки на груди, точно зная, что брат выкрутится и в этот раз.       — Вот же, — послушная натянутая улыбка застыла на мужском лице.       — Угу. Не забудь найти в своей комнате духи от BORNTOSTANDOUT, которые я тебе подарила недавно.       — Слушаюсь! — на этот раз искренность отразилась в лёгком движении его губ.

***

      — Не могу поверить, что это происходит, — пожилая женщина честно делилась своей грустью, бережно расчёсывая тёмные волосы Сонми.       Будто она снова маленькая девочка, которая уйдёт в школу и вернётся к вечеру.       — Мы обязательно будем видеться. Обещаю, я что-нибудь придумаю, — Сонми уныло поджала губы, всматриваясь в отражение госпожи Су. Она была единственной, кто не носил маску в эпицентре бала. И Сонми была с ней такой же настоящей.       — Молюсь небесам, чтобы он был добр к моей девочке, — женщина сложила ладони в соответствующем жесте и невесомо коснулась губами девичьей макушки.       — Ну, не в рабство же меня отправят, — Сонми старалась не показывать ей своих переживаний, которые усилились непосредственно перед встречей с неизвестностью.       — Рабство? — ошарашенно отреагировала госпожа Су, откладывая расчёску на тумбу.       — Я шучу, — Сонми поспешно обернулась к женщине. — Шучу, — девушка встала со стула, остановившись напротив госпожи Су. — Не расстраивайся раньше времени. Ладно?       — Хорошо, дитя моё.       И Сонми ещё долго могла бы уговаривать женщину не расстраиваться, но появившийся отец на пороге её комнаты был сигналом к тому, что Сонми пора послушно надеть свою маску и верить молитвам госпожи Су.