-𝚜𝚝𝚎𝚙-𝚑𝚎𝚊𝚛𝚝𝚜- ʳʸᵉʲⁱ

ㅤㅤ ㅤㅤ• ㅤㅤ• ㅤㅤ• ㅤㅤ— Онни, а что на ужин? — раздался мягкий голосок младшей из её комнаты. ㅤㅤ— Пибимпаб, — коротко ответила старшая. ㅤㅤНа первый взгляд могло показаться, что это обычные сёстры, живущие отдельно от родителей. Но нет. ㅤㅤРюджин и Йеджи не были кровными сёстрами. Йеджи появилась в их семье, когда Рюджин исполнилось одиннадцать, а Йеджи было всего семь. Изначально родители не собирались никого удочерять, но оказалось, что мать Рюджин больше не может иметь детей по состоянию здоровья. ㅤㅤРюджин, будучи омегой, внешне совсем не соответствовала ожиданиям родителей. Она любила бокс, дралась с мальчишками во дворе, играла в машинки. Сначала взрослые думали, что это просто возрастное — перерастёт. Но не тут-то было. ㅤㅤКогда мать однажды попросила Рюджин надеть платье, как подобает «прилежной омеге», та отказалась, сославшись, что ей в нём некомфортно. Она не любила длинные волосы — постоянно подстригала их под каре. Кукол тоже не жаловала: если и играла с ними, то только «в доктора», причём в её версии доктор занимался ампутацией конечностей. ㅤㅤСо временем родители смирились с её странностями — или сделали вид, что смирились. ㅤㅤА потом в доме появилась Йеджи. Маленькая, тихая, идеальная омега, словно сошедшая с картинки. Она с радостью примерила роль «дочери мечты»: играла на пианино, училась на отлично, носила розовые платьица, а по утрам бегала к маме, чтобы та заплела ей аккуратные косички. ㅤㅤВсё, конечно, было хорошо, но был один нюанс — с появлением Йеджи Рюджин будто перестали замечать. Она стала невидимой. ㅤ«Второе место на соревнованиях взяла? Мм, неплохо. А вот твоя сестра первое место по пианино получила!» ㅤ«Поступила в колледж на экономику? А вот твоя сестра интересуется медициной!» ㅤㅤИ всё в таком духе. ㅤㅤРюджин, будучи сообразительной девочкой, прекрасно понимала: Йеджи тут ни при чём. Та не делала ей ничего плохого. Просто родители жили в плену собственных установок и больных ожиданий. Поэтому Рюджин не относилась к сестре, как к мусору, а наоборот — защищала её. ㅤㅤВ средней школе Йеджи подверглась буллингу со стороны одноклассников — из-за формы её глаз. Ну и что, что глаза немного раскосые, по-кошачьи? Разве это плохо? И что, что она чуть стеснительная, немного неуклюжая? ㅤㅤВ глазах Рюджин, наоборот, всё это казалось милым. Со временем взгляд Йеджи стал мягче, глаза чуть округлились, и в них появился лёгкий кошачий прищур, из-за которого она выглядела ещё очаровательнее. ㅤㅤИ что, что её удочерили? Она ведь кому-то была нужна, а не как они — жертвой порванного презерватива. ㅤㅤНо Рюджин знала, что её чувства к младшей никогда не были просто сестринскими. Она любила Йеджи в романтическом смысле. Из-за этого Рюджин перестала с ней общаться, полностью избегая какого-либо контакта. ㅤㅤДаже если личных обид на сестру у неё не было, ей всё равно было некомфортно находиться рядом с гомофобными родителями и объектом своей нездоровой любви. Особенно после того как они узнали о сексуальной ориентации старшей дочери, родители откровенно стали её презирать. ㅤㅤНо вскоре всё изменилось. Поступив в университет Кёнхи, Рюджин переехала в свою съёмную квартиру, которую вскоре смогла оплачивать благодаря победам в боксерских матчах и подработкам в местом баре. Бокс она не забросила. Жила своей жизнью, избавившись от токсичных родственников и от объекта своей нездоровой симпатии. Подрабатывала, училась, жила — и, казалось, наконец всё было хорошо. ㅤㅤНо как бы не так. ㅤㅤСпустя некоторое время родители всё же прислали ей сообщение: они хотели, чтобы Йеджи пожила с Рюджин, пока не найдут квартиру в Сеуле. Они не хотели изматывать младшую заботами переезда, да и колледж Йеджи находился совсем рядом с квартирой Рюджин. Та не отказалась. ㅤㅤТеперь она готовит ужин на двоих, сражаясь с масштабным штурмом подавленных эмоций внутри себя. ㅤㅤВскоре младшая вернулась после душа — и, о боже, выглядела просто прекрасно в большой белой рубахе, без ничего снизу… Рюджин чуть не подавилась. ㅤㅤ— Помочь тебе? — тихо спросила младшая. ㅤㅤРюджин покачала головой в знак отказа, не доверяя собственному голосу. ㅤㅤЙеджи села, осматривая небольшую, но уютную кухню. Ей было некомфортно, и это сразу же читалось по глазам. Карие радужки бегали повсюду, лишь бы не встретиться взглядом с физиономией старшей сестры, с которой они разошлись не на лучших условиях. ㅤㅤГлубоко внутри Йеджи надеялась, что Рюджин не презирает её за то, что она отобрала всё внимание и заботу родителей. Но она даже на йоту не догадывалась о правде. ㅤㅤСама Йеджи тоже была не совсем невинной. Она была лесбиянкой, но любовь к своему вторичному полу испытывала только к старшей сестре, не видя объекта симпатии среди других омег. ㅤㅤНаконец-то пибимпаб был готов, и Рюджин поставила тарелки себе и сестре. ㅤㅤПодождав старшую, Йеджи осторожно попробовала это чудо корейской кулинарии, приготовленное руками сестры — раньше, когда она ещё жила с родителями, Рюджин совершенно не умела готовить. ㅤㅤ— Мм… — промычала младшая от удовольствия. — Очень вкусно получилось, онни! ㅤㅤРюджин лишь кивнула с лёгкой улыбкой и продолжила есть своё блюдо. ㅤㅤЕда казалась непроходимой, каждый глоток тщательно пережёванной до мельчайших частиц пищи словно рвался наружу. Рюджин чувствовала отвращение к себе и к собственной любви. ㅤㅤТишина режущей сталью висела в воздухе, а руки понемногу дрожали и стынули. Она замечала всё вокруг, но сознательно не обращала внимания на человека, сидящего напротив. ㅤㅤ— Как дела у родителей? — не выдержав молчания, спросила Рюджин. ㅤㅤ— Всё хорошо, — ответила Йеджи, слегка прищурив глаза. Рюджин тут же мысленно дала себе пощёчину за то, что заметила это. — Они в последнее время говорили о покупке новой квартиры в Сеуле. В Чхунчхоне почти нет нормального колледжа для медиков. ㅤㅤ— Всё ещё хочешь стать врачом? ㅤㅤ— Угу, — кивнула Йеджи. — А ты на экономиста? ㅤㅤ— Верно. ㅤㅤНа этом обмен предложениями закончился. После ужина Йеджи захотела помыть грязную посуду, но Рюджин отказала, ссылаясь на то, что младшая только приехала и, возможно, устала. Так, велев сестре отдохнуть, Рюджин забрала всю посуду и отправилась в свою комнату. ㅤㅤЭта ночь была для неё самой длинной. Казалось, что, уехав от родителей, она забыла своё прошлое, свою нездоровую любовь, но нет. Достаточно было увидеть родные кошачьи глаза — и сердце ёкнуло, а подавленные несколько лет эмоции заключили разум и сознание в своё невидимое заточение. ㅤㅤРадовало лишь одно: следующая неделя у неё была самая загруженная. Утром — учёба, вечером — подработка в баре. Найдёт себе подружку на ночь, напьётся до отупления… Всё как раньше, только теперь дома её будет ждать сестра. ㅤㅤС горем пополам старшая уснула к трём утра. Сны были наполнены странной фантастическо-хоррорной ерундой, а под утро она проснулась с пульсирующими висками. ㅤㅤНеделя началась с того, что Рюджин едва успевала проснуться. Утро. Йеджи ещё спала, свернувшись на кровати в своей комнате, и на мгновение Рюджин даже завидовала её невинной, беззаботной усталости. Но момент длился доли секунды, и старшая уже спеша собиралась: душ, быстрый завтрак, проверка сумки на предмет учебников и конспектов. ㅤㅤКаждое утро теперь начиналось с тщательного планирования: в какой момент выйти, чтобы не пересечься с Йеджи на кухне, какой маршрут выбрать в университет, чтобы не проводать сестру до колледжа. В те моменты, когда она видела, как Йеджи пытается улыбнуться ей, сердце сжималось, а в горле стоял комок. ㅤㅤДни в университете пролетали стремительно. Бокс — её маленькая отдушина, единственное место, где можно было забыть о мыслях, о подавленных эмоциях, о том, что её любовь к Йеджи до сих пор жива, хотя она и пыталась её похоронить. Каждое занятие, каждый удар по груше, каждый пот, как отмывка от чувств, которые ей было стыдно даже признать перед собой. На тренировках Рюджин могла быть жесткой, даже агрессивной, и именно этим подавляла часть внутреннего хаоса. ㅤㅤВечера были другой историей. Работа в баре. Шум, разговоры, звон стаканов и смех клиентов — всё это создавалось для того, чтобы заткнуть пустоту, которая тянулась к дому. После работы она часто шла по улицам Сеула поздно ночью, без направления, просто чтобы почувствовать себя свободной. Дома же ждала Йеджи. Каждый вечер. Каждый чёртов вечер. И старшая снова пыталась контролировать своё дыхание, каждое движение, чтобы младшая даже не подумала, что между ними что-то изменилось. ㅤㅤИногда Йеджи подходила, пыталась заговорить, улыбалась, спрашивала о мелочах. Рюджин отвечала коротко, иногда кивком, но чаще — просто молчала. Любое проявление тепла, любой взгляд — и сердце подскакивало, эмоции рвались наружу, заставляя руки дрожать, а горло сжималось. Она старалась не смотреть на Йеджи больше чем нужно. Иногда шла в свою комнату, даже если не было реальной причины, но оставляла дверцу слегка приоткрытой, чтобы убедиться, что младшая не заметит, как сильно старшая сжимается внутри. ㅤㅤУчёба шла по плану, конспекты, лекции, экзамены. Рюджин была собрана, но каждое утро, каждый вечер, когда она возвращалась домой, её сознание автоматически сканировало квартиру: где сидит Йеджи, что делает, как двигается, улыбается ли. Каждый звук, каждый смех младшей резал, потому что напоминал о том, чего нельзя было позволить себе ни в мысли, ни в словах. ㅤㅤК выходным старшая едва находила силы на нормальный отдых. Иногда она сидела за столом, держа чашку с горячим чаем, и просто наблюдала за Йеджи. Та могла читать, играть на пианино в телефоне, проверять свои заметки, и казалось, что мир нормален. Но внутри Рюджин всё ещё воевали чувства любви к Йеджи, отвращения к самому себе и своим чувствам. ㅤㅤНесмотря на напряжение, были моменты, когда Рюджин чувствовала, что всё-таки адаптируется. Она строила свой день так, чтобы существовала дистанция, чтобы было меньше моментов, когда эмоции могли вырваться наружу. Но каждый вечер, когда она ложилась в свою комнату, клонясь к сну, всё равно чувствовала, как сердце ёкнуло, вспомнив взгляд Йеджи, кошачьи глаза, мягкий голос, тихие шаги по квартире. ㅤㅤТак неделя тянулась. Ритм учёбы, бокса, работы, попытки избегать, контроль эмоций и постоянная внутренняя война. Рюджин жила, словно по натянутой струне, стараясь не дать слабину, стараясь не дать себе раствориться в тех чувствах, которые она никогда не могла выразить. ㅤㅤНо, придя сегодня домой после работы пораньше, она удивилась — в её комнате горел свет. Она ведь точно помнила, что выключала его, уходя. Проходя мимо комнаты своей сестры, она заметила, что та пуста. Хм. Возможно, сестра в гостиной. ㅤㅤОна направилась к своей спальне и, по мере приближения, начала различать какие-то звуки. Очень странно. Может, сестра что-то там ищет? ㅤㅤНо, заглянув через приоткрытую дверь, она увидела то, чего никак не ожидала. ㅤㅤ— М-мх… О-онни… — тихо вздыхала Йеджи, теребя свой клитор. ㅤㅤМладшая омега была в одной из оверсайз рубашек Рюджин. Лицо было погружено в подушки, дабы заглушить стоны и вздохи, правая рука была между стройных бёдер, а левая рука сжимала матрас. ㅤㅤКонечности старшей онемели. В ушах стоял звон, а сумка едва не выскользнула из рук. Младшая, похоже, совсем не заметила прихода Рюджин. ㅤㅤНеужели её больная любовь была взаимной? А была ли она действительно больной? Они ведь всё-таки не кровные родственницы. ㅤㅤРюджин давно приняла в себе то, что она — лесбиянка. Но принять то, что любит свою сводную сестру, она не могла уже много лет. ㅤㅤОна всегда считала, что гомофобы — просто люди с узким кругозором, скованные традициями и предрассудками. И всё же сама оценивала свои чувства по тем же самым традициям, которыми когда-то критиковала других. ㅤㅤМинута ступора закончилась в тот же миг, когда из уст младшей вырвался протяжный стон — та, наконец, опустив нервный комочек, погрузила свои пальчики в узкое лоно. ㅤㅤ— А-ах!.. Джин-ни… — всхлипнула Йеджи, пряча своё личико в белых подушках. ㅤㅤРюджин мгновенно не выдержала и, кинув сумку куда-то в коридор, пошла к младшей. ㅤㅤЙеджи, услышав шум, вытащила пальцы и присела, но тут же на неё набросилась старшая с поцелуем. Влажный и спонтанный, он лишил младшую дыхания и здравого смысла. ㅤㅤХолодные руки старшей уже скользили по юному телу, сжимая аккуратную грудь и мягкие бедра. Губы опустились к тонкой шее, оставляя богровые следы на чувствительной коже. ㅤㅤ— По-подожди… мм… онни… ах.. — выдыхала Йеджи, сжимая плечи старшей, пытаясь унять её пыл. — О-онни… ㅤㅤРюджин сжала Йеджи ещё крепче, чувствуя, как та дрожит под её руками. Каждый вздох младшей отзывался внутри, разжигая острый пыл. ㅤㅤ— Шш… всё хорошо, Йеджи… — прошептала старшая, скользя пальцами по спине, — Я рядом… ㅤㅤЙеджи сжала её сильнее, пряча лицо в плечо, сердце бешено колотилось. Её маленькие руки инстинктивно цеплялись за старшую, будто боясь, что та исчезнет. ㅤㅤРюджин, ощущая трепет младшей, опустила губы на виски Йеджи, оставляя лёгкий след, и вдыхала её запах. Феромоны младшей отдавались сладким персиком с нотками мяты, что идеально сочеталось с яблочно-вишнёвыми феромонами Рюджин. ㅤㅤТонкие, длинные и холодные пальцы опустились между бёдрами Йеджи, заставляя её вздрогнуть от предвкушения. ㅤㅤ— Джин-ни… — всхлипнула она. — Пожалуйста… ㅤㅤИ кто такая Рюджин, чтобы отказывать? ㅤㅤОдин палец вошёл в неимоверно горячее и тугое лоно, соки почти стекали по бёдрам. ㅤㅤ— А-ах-мм… — простонала Йеджи, но тут же уткнулась в плечо старшей, которая поцеловала её в виски. ㅤㅤПодождав несколько секунд, Рюджин начала медленно двигаться внутри, осторожно расстягивая влажные стенки для второго пальца. ㅤㅤИз уст младшей вырывались тихие стоны и томные вздохи — прямо в ухо старшей. ㅤㅤПалец сжимался и разжимался внутри, пока Рюджин не почувствовала, что Йеджи готова. ㅤㅤ— Нг-х… м-мф… — всхлипнула младшая, когда ощутила, как второй палец вошёл в её лоно. ㅤㅤРюджин начала двигаться внутри горячего лона младшей, попутно покрывая поцелуями её тонкую шею. Йеджи оставалось лишь стонать, царапая через ткань одежды хрупкие плечи старшей. ㅤㅤСоки стекали по бёдрам, впитываясь в простыню и оставляя на ней влажное пятно. Глухие стоны заполнили комнату, а феромоны постепенно смешивались в воздухе. ㅤㅤНащюпав пальцами чувствительную область, Рюджин начала нацеливаться именно на него, вырывая уже громкие стоны. ㅤㅤ— А-ах… д-да там… О-онни… — выдыхала Йеджи с каждым толчком. М-мх…

Ах…

О-онни…ㅤㅤㅤㅤ

А-ах.ㅤㅤㅤㅤ

ㅤㅤМ-мф… ㅤㅤПостепенно бедра младшей начали дрожать, а рука старшей между ними — неметь. Влажные стенки сжимались вокруг тонких пальцев, ограничивая их движение, а стоны становились всё громче. ㅤㅤИ наконец, когда Рюджин начала массировать пульсирующий клитор большим пальцем, Йеджи достигла своего пика, громко простонав имя старшей. ㅤㅤРюджин продлила ей удовольствие, продолжая медленно двигаться внутри, и когда тело младшей обмякло на её руках, старшая вышла из неё, протерев пальцы о простыню. ㅤㅤПока Йеджи восстанавливала сбившееся дыхание, старшая осыпала её лицо нежными поцелуями, стараясь успокоить. ㅤㅤ— Хорошая девочка… — прошептала она, целуя в висок. ㅤㅤВдруг младшая начала всхлипывать, пряча лицо в плече Рюджин и крепко сжимая её одежду. ㅤㅤ— Эй… Йеджи, что случилось? — обеспокоенно спросила старшая, проводя рукой по длинным волосам младшей. — Тебе было больно? ㅤㅤВ ответ доносились лишь тихие всхлипы. ㅤㅤ— Пожалуйста, скажи мне, что случилось… Йеджи? ㅤㅤ— Я д-думала, что… ты меня н-н-ненавидишь… когда уехала… — между всхлипами отвечала младшая. — Ты т-так резко п-перестала общаться со мной… Я б-боялась, что ты ненавидишь меня… И тут… ты весь день на учёбе и-или на работе… Уходишь, к-когда я сплю, и возвращаешься, к-когда я уже должна ложиться… Я просто… боялась… п-прости… ㅤㅤ— Ох, Йеддон… — старшая отрянула от Йеджи, чтобы посмотреть ей в лицо. — Я просто ещё тогда осознала, что люблю тебя, и ненавидела себя за это, мы ведь сёстры, как ни как… — она стёрла её слезы и оставила краткий поцелуй на тонких губах младшей, — Прости меня, пожалуйста… ㅤㅤРюджин крепко прижала в объятиях свою уже девушку и провели они в этом состоянии весь вечер, пока не уснули…