Не закрывай глаза

Прошло два месяца. Теперь Тэхён жил у Чонгука. Это случилось как-то само собой — без долгих разговоров и без того, чтобы кто-то произносил: «Останься». Просто однажды он, как обычно остался на ночь, потом на неделю, потом его книги оказались на полке рядом с полицейскими отчётами, а любимая толстовка — на спинке стула у окна. С тех пор квартира перестала быть просто пространством. Она стала домом. Тихим, но живым, наполненным запахом кофе по утрам и приглушённым смехом по вечерам. На подоконнике — чашки, недопитый чай и горшок с фикусом, который Тэхён пообещал не загубить. В шкафу — две пары кроссовок, которые почему-то всегда стояли слишком близко друг к другу. Их жизнь текла спокойно. Иногда Тэхён готовил завтрак — что-то простое, но всегда вкусное. Чонгук вставал на минуту позже, выходил на кухню с растрёпанными волосами, бормоча что-то про “кофе и совесть”. — Ты снова встал без будильника, — ворчал он, глядя на сковороду. — У меня встроенные внутренние часы, — смеялся Тэхён. — Называются «пора спасать Чонгука от голода». Быт стал их тихим способом говорить «я люблю тебя» без слов. Если Тэхён начинал мыть посуду, Чонгук обязательно вставал рядом. Если Тэхён вытаскивал бельё из стиралки, Чонгук тут же приносил сушилку. Он будто не умел оставаться в стороне. — Я же сказал, справлюсь, — усмехался Тэхён, стряхивая с носа каплю воды. — Знаю, — отвечал Чонгук, вытирая ему лоб уголком полотенца. — Просто мне спокойнее, когда я рядом. — Так не работает! — Работает, если это ты, — парировал Чонгук с самым невинным видом. Тэхён не спорил. Он привык, что Чонгук всегда держит руку на его плече, словно напоминая: «Ты не один». Вечерами они смотрели фильмы. Иногда комедии, иногда старые ленты, где изображение немного шипело, а сюжет был предсказуем, как сама жизнь. Чонгук обожал смотреть не на экран, а на то, как Тэхён смеётся — искренне, широко, чуть прикрывая рот ладонью. В тот вечер они устроились под пледом, и свет от телевизора мягко скользил по лицу Тэхёна. — Это, наверное, мой новый любимый фильм, — сказал он, зевая. — Ты так говорил про предыдущие три, — усмехнулся Чонгук. — А ты всё ещё терпишь мои крики во время драматичных сцен. Ты святой. — Я просто привык, — ответил тот, но в голосе было тепло. Тэхён опустил голову ему на плечо. — Знаешь… — произнёс он тихо, будто не хотел разрушать уют. — Я никогда не думал, что смогу просто жить. Без страха. Без оглядки. Чонгук медленно провёл пальцами по его волосам. — Я тоже, — сказал он. — Мне кажется, будто всё стало… по-настоящему. Когда ты здесь. Тэхён улыбнулся и ткнулся носом ему в шею. — Сентиментальный полицейский. Кто бы подумал. — Только с тобой. — ответил Чонгук, и в этот момент телефон на столе коротко завибрировал. Он потянулся за ним, щурясь от яркого экрана. — Намджун, — пробормотал он. Тэхён приподнялся. — Тот, что любит длинные лекции о жизни и джаз? — Именно он. — Чонгук усмехнулся. — Пишет, что они собираются в баре, зовёт меня. Он на секунду задумался, потом добавил, чуть смутившись: — И приписал: «Можешь взять с собой того самого парня, если он у тебя не воображаемый». Тэхён моргнул, а потом тихо рассмеялся. — Того самого? Ты, значит, уже успел про меня рассказать? — Может быть. — Чонгук пожал плечами. — Чуть-чуть. Когда скучал. — Значит, часто. — Очень, — сказал Чонгук, не отводя взгляд. Повисла короткая тишина, наполненная чем-то очень личным. Тэхён опустил глаза, словно собираясь с мыслями. — А если я пойду с тобой… ты не будешь стесняться? — Тебя? — Чонгук усмехнулся, потянувшись к нему ближе. — Я горжусь тобой, Тэхён. И если кто-то спросит, кто ты для меня — я скажу прямо. Тэхён чуть заметно улыбнулся, но глаза его блестели. — Даже если будут смотреть? — Пусть смотрят, — мягко сказал Чонгук. — Главное, чтобы ты смотрел на меня. Он обнял его, прижимая к себе. Тэхён вздохнул, его пальцы чуть дрожали, но он кивнул. — Тогда идём. Только… если мне станет неуютно — уходим. — Обещаю, — тихо ответил Чонгук. — Но, честно, думаю, тебе понравится. *** Бар, в котором они встретились, был уютным, тёплым, с мягким светом ламп и гулом голосов, перемешанных с джазовой мелодией. Воздух пах деревом и кофе с ноткой алкоголя. Намджун уже сидел за столиком, размахивая рукой, когда увидел Чонгука. — Эй! Ты всё-таки пришёл! — воскликнул он, вставая. — И, вижу, не один? Чонгук улыбнулся и, не отпуская руки Тэхёна, сказал спокойно, но с теплом: — Это Тэхён. Мой любимый. Намджун замер на секунду, а потом широко улыбнулся, в его глазах мелькнуло искреннее одобрение. — Рад познакомиться, Тэхён. Я много слышал о тебе. Тэхён слегка покраснел, но улыбнулся в ответ. — Надеюсь, не всё плохое. — Только хорошее, — подмигнул Намджун. Они разговорились. Смех, лёгкие подколки, звуки бокалов. Тэхён сначала был немного скован, но постепенно расслабился. Он чувствовал себя в безопасности — Чонгук иногда касался его ладони под столом, едва заметно, просто чтобы показать: я рядом. Музыка стала громче. Зазвучала медленная песня, с мягким ритмом и чуть грустной мелодией. Люди начали выходить на небольшую площадку посреди зала — кто-то обнимался, кто-то просто качался в такт. Тэхён посмотрел на Чонгука, его глаза светились отражением приглушённых ламп. — Пойдём потанцуем? — спросил он, чуть смущённо. Чонгук удивлённо моргнул, но улыбнулся. — Ты же говорил, что не любишь танцевать. — С тобой — другое дело. На танцполе пахло древесным лаком и чем-то сладким, вроде карамели из бара. Музыка обволакивала, словно тёплое одеяло. Чонгук положил руки на талию Тэхёна, осторожно, будто боялся нарушить что-то хрупкое. Тэхён сразу же положил голову ему на плечо. Они двигались медленно, почти не слушая ритм, просто чувствуя дыхание друг друга. Тэхён ощущал, как ровно и спокойно бьётся сердце Чонгука под его ладонью. Каждый вдох, каждый лёгкий шаг — словно часть их общей мелодии. Когда песня подошла к концу, они всё ещё стояли близко, не размыкая объятий. Тэхён поднял взгляд, глаза блестели — от света или эмоций, Чонгук не понял. Он провёл пальцами по щеке Чонгука, чуть дрожащими, но уверенными. Подошёл ближе, их дыхание почти смешалось, и, не отводя взгляда, прошептал: — Я люблю тебя, Чонгук. Всем сердцем. Тихо. Почти неслышно. Но это было громче любой музыки, что звучала в ту ночь. На мгновение Чонгук замер, а потом просто обнял его крепче, уткнувшись лицом в его волосы. — Я знаю, — сказал он тихо. — И я тоже. Тэхён держался за него так крепко и впервые за долгое время не оглядывался по сторонам. Он чувствовал, как его пальцы переплетаются с чужими, уверенно, будто он наконец нашёл своё место в мире. Теперь он знал: ему больше нечего бояться.