Небо перед бурей

Гарри всегда знал, что его работа сложна, опасна и, конечно, требует своих жертв, но чтобы настолько? Он был готов к любым кровавым и опасным заданиям, он был готов к боли, к бесконечным битвам и даже неожиданному нападению – и, Мерлин, как же сильно он заблуждался в своей уверенности и стратегии. Он и подумать не мог, что самой страшной потерей может стать то, что он всегда принимал как должное — свет. Довольно обычная и простая вещь для каждого человека, не так ли? Обыденность, благодаря которой существует возможность видеть этот мир во всех красках. «Это несправедливо», мысленно сказал он, пытаясь сжать кулаки. «Я ведь ещё не успел насладиться тем, что только начал выстраивать в своей жизни. Как же я жалок». Однако у тьмы не было ни жалости, ни сочувствия. Она протянула свои руки — настойчиво, неотвратимо — и Поттер не смог вовремя увернуться. *** Моросящий дождь окутывал улицу тонкой пеленой, создавая ощущение размытой картинки сероватого оттенка. Воздух был пропитан запахом мокрой земли и растений, а небо, тёмное и хмурое, постепенно растворялось сквозь непроглядный туман в лесу. — Чёрт, Тео, вряд ли мы сейчас найдём что-нибудь, – пожаловался Гарри и тяжело вздохнул. Он с раздражением посмотрел вниз и, увидев, что его ноги погрязли в глубокой луже, решил ничего не предпринимать. Он устал. Они бродили по лесу около часа, так ни на что и не наткнувшись. — Слушай, может давай домой, а? У меня плохое предчувствие, что мы серьёзно заболеем. Влажный ветер пробегал в воздухе, оставляя после себя дрожь – не от холода, а от явственного ощущения, что солнца сегодня можно не ждать. — Гарри, ты же прекрасно знаешь, как срочно нам нужны эти грибы, – Тео оглянулся назад и ободряюще ему улыбнулся. — Тем более, как сказала Гермиона, они появляются именно во время дождя. Нам поручили задание, помнишь? Дело осталось за малым: мы сварим зелье, а после передадим его в Министерство. И! – палец Нотта величественно взмыл вверх, — Даже получим повышение. Он поиграл своими тёмными, идеальными бровями, что развеселило Поттера. — Ну что может быть лучше, скажи? Гермиона очень обрадуется. Гарри стоял, вдыхая этот терпкий, пропитанный дождём воздух и тут же осознал, как погода подчиняет и завладевает его сознанием. Эта серость и пустота полностью отражали внутреннее состояние Гарри и, если бы не присутствие Теодора, он мог точно сказать, что сдался бы довольно быстро и наплевал бы на данное поручение. Порой ему было очень трудно поверить в дружбу между Ноттом и Гермионой. Данный дуэт произошёл не сразу – это стало заметно после их совместной работы в Министерстве Магии. Гермиона возглавляла подразделение по особо опасным делам авроров, а Тео, как и остальные сотрудники отдела – включая Гарри – был её подчинённым. Многое поменялось после войны. В Министерстве назначали новых начальников в различных сферах, дабы ускорить и облегчить выполнение поставленных задач. Авроров строго разделили группами по секциям, и теперь каждый выполнял исключительно свою работу, обеспечивая всем безопасность и поддерживая порядок. Поттер ухмыльнулся правым уголком губ. Он всегда подозревал, что между ними есть какая-то химия, о которой, казалось, никто не знает. «Но я же не тупой», – подумал брюнет и шагнул вперёд, пытаясь сравнять шаги со своим другом. — Да ты запал на неё, – он ухмыльнулся и ткнул Нотта локтем в рёбра. Тот не успел увернуться и поскользнулся на мокрой траве, чуть не потерпев падение. — Гарри! Не говори больше о таких глупых вещах, никогда! Ты понял? – Тео театрально набычился, всем своим видом показывая, что не хочет продолжать этот внезапный разговор. Гарри расхохотался. От души и счастливо, вдобавок понимая, что он находится в нужной ему компании. Он любил Тео как родного брата. Они оба жалели, что упустили совместные школьные годы, думая, что навсегда останутся врагами из-за разных сторон на войне. ­­­Поттер нахмурился и постарался мысленно удалить негативные флешбеки о прошлом, направляя воспоминания в другое русло. Например, сегодняшнее утро, когда он проснулся с темноволосой красавицей после бурной ночи в клубе... *** Девушка с прикушенной губой проходилась ладошками по расслабленному лицу, переходя к шее и груди, постепенно спускаясь всё ниже и ниже… …как вдруг в окно врезалась сова с громким глухим ударом. Она стучалась клювом, яростно и быстро, будто говоря о том, что если Гарри не откроет – она улетит, а он останется без экстренно-важной информации. Он зевнул, лениво поднялся с кровати и распахнул окно, впуская ярую птицу. Она даже не стала ждать угощения: сразу передала письмо и улетела прочь. Поттер пожал плечами – ему же лучше, подумал он. Раскрыв конверт и пробежавшись глазами по знакомому почерку, зеленоглазый разочарованно застонал. Нужно было спешить на задание. Не прошло и пяти минут, как он лихорадочно застёгивал ширинку на помятых брюках, параллельно пытаясь пригладить взъерошенные за ночь волосы. В зеркале отражение выглядело таким же неаккуратным и небрежным, как и его внутреннее состояние. Девушка сидела на кровати, прикрывая одеялом пышную голую грудь. Она растерянно наблюдала за взбудораженным мужчиной, который бегал из одного угла комнаты в другой; взгляд то и дело задерживался на перекатывающихся мышцах натренированной спины. Он вдруг оглянулся и прошипел: — Извини, но тебе пора, – крепкая рука грубыми движениями приглаживала складки на дорогой ткани. — Так же, как и мне. — Хорошо, а… – она запнулась, размышляя, стоит ли спрашивать об этом. Нежный голос надломился, выдавая глупую надежду. — Мы ещё увидимся? Гарри неопределённо покачал головой, даже не взглянув ей в глаза – те тут же померкли. Он тоже чувствовал это. Грусть накатывала с новой силой, но работа всегда оставалась на первом месте в его жизни. *** — Нашёл! Громкий возглас друга резко вырвал Гарри из оцепенения, и он вздрогнул, обернувшись на голос. Только сейчас он заметил, что остался стоять на том же месте. Нотт в это время находился в десяти метрах по левую сторону от него. Поттер быстрым шагом догнал друга и посмотрел под ноги – и вправду, почти что целая поляна с редкими видами грибов. Гарри раскрыл расширительную сумку и довольно улыбнулся, наблюдая, как Тео закидывает в неё грибы разного размера. — Не набирай слишком много, помн... Треск ветки позади прервал монолог мужчины. Они резко обернулись на звук, ошарашенно озаряясь. Неужели дикий зверь? — Тео, попахивает чем-то странным. Тебе не кажется, что здесь кто-то есть? — Гарри, не накручивай себя. Я же специально выбрал такое время, когда здесь никого нет. Всё нормально, можешь быть спокоен, – Теодор ободряюще похлопал того по плечу и продолжил дальше собирать ингредиенты к зелью, словно забыв о тревоге. Поттер сжал челюсти. Острое, покалываемое ощущение не покидало его тело: именно так он чувствовал чужое присутствие. Ветви деревьев скрипели, покачиваясь из стороны в сторону, но не от прохладного ветра, а, как казалось Поттеру, от посторонней магии. Он сузил глаза, осматриваясь по сторонам и вслушиваясь в каждый издаваемый шорох. Что-то определённо было не так. В воздухе витало ощущение чужого пристального взгляда, который насквозь прожигал тело брюнета. Страх пробежался по его позвонку, оставляя за собой ледяные, мерзкие следы. Сердце пропустило удар – он уловил движение справа. Чьи-то тихие, осторожные шаги. Мантия-Невидимка? — Тео… – Уже серьёзнее повторил он и издал приглушённый рык от ощутимой магической вибрации. — Отвали, ты, параноик. Что бы то ни было, я больше не поведусь, – Нотт раздражённо закатил глаза и двинулся дальше. После многочисленных шуток Поттера, Тео остерегался того, чтобы вновь не попасть в «ловушку» для дальнейших насмешек. Тело Гарри быстро среагировало на ускользнувшую неподалёку тень. Он выхватил палочку, держа её так крепко, как держался бы за спасательный круг в роли тонувшего. Холод поглотил его, крепко обнимая за плечи. Острое ощущение настигло Гарри, когда разум подкинул образ Дементора, медленно плывущего в его сторону. Поттер встряхнул головой. Сосредоточься, идиот. Тени, хорошо скрываемые отовсюду, наблюдали за ним. Каждое движение, шаг и вздох теперь давались с трудом, потому что воздух ощутимо наполнялся тяжестью, такой густой и душащей, не позволяющей привести дыхание в норму и настроить внимание на хорошо скрываемом объекте. Кто-то был рядом, и этот «кто-то» ждал подходящего момента. Звук был повсюду. Гарри повернул голову налево – теперь шорох слышался справа; но только он повернёт голову направо – в этот же миг кто-то быстро пробежал сзади. Поттер крутился вокруг своей оси как настоящий идиот, — он не отрицал, что ощущал себя именно так — и не мог понять, что ему делать. Выкрикивать заклинания? Слишком рано. Он не был уверен в своих догадках, а нападать первым было бы очень глупым решением. Брюнет шагнул назад, обводя строгим взглядом местность перед ним. Ни души. Где Тео? Это какой-то прикол, что ли? Гарри дёрнулся, услышав незнакомый ему голос. Он быстро спохватился, стараясь сосредоточиться на том, с какой стороны исходит звук. — Экспелл… — Мимбл Вимбл! Поттер облегчённо выдохнул, когда услышал бессвязное тихое бормотание где-то справа от себя. Он впервые поблагодарил свою голову за то, что та запомнила такое незначительное, но важное заклинание, замеченное им в книге Виндиктуса Виридиана в юности. Гарри направился в предполагаемую сторону. — Где же ты прячешься, герой хренов? – с яростью на языке выплюнул он, пытаясь отдышаться и унять внезапную дрожь в руках. Поттер успел забыть, какого это – когда на тебя планируют напасть в неформальной обстановке. Его распирал интерес, кто же это был и зачем ему вообще понадобилось что-то замышлять. На лице Гарри заиграла неожиданная и странная ухмылка. Внутреннее подсознание кричало о том, какой же азарт испытывало тело мужчины в тот момент. Он будто вернулся в прошлое, в свои школьные годы, где на каждом ходу его поджидала беда. Эйфория приятно разошлась по венам. Гарри сжал ладонь в кулак, а голова склонилась набок. — Я здесь, Поттер, – позвал тот самый голос, и парень показался брюнету, выходя из высокого толстого дерева. Человек был одет в чёрную длинную мантию, голову прикрывал глубокий капюшон, а на лице переливалась тёмно-синяя маска, не позволяющая разглядеть черты. В его интонации можно было расслышать сарказм, иронию и насмешку. — У меня получилось удовлетворить твой интерес? — Ох, ну конечно, – Гарри закатил глаза, раздражаясь. — Яви на свет свою физиономию! В маске любой может быть героем. — За исключением тебя, верно? Ты ведь у нас особенный, Поттер. Пример для подражания... И даже без масок! Удивительно. Противник намеренно дразнил Гарри, это он уже понял. Парень пытался сохранять невозмутимость и скорее что-то предпринять, чтобы схватить таинственного мага и наказать его. Только он открыл рот, чтобы спросить, что тому нужно, как сзади выстрелило заклинание, успевшее попасть в спину. Он окаменел, выронив палочку из рук на влажную землю. Горло судорожно сжалось. Гарри проклинал себя за то, что дал себе расслабиться. Ну конечно тот маг был не один. Идиот. Он также понял, что данное заклятие было взято не из доброй школьной книжечки, а из серьёзной тёмной литературы. Гарри ещё никогда не ощущал такого: в каждую частицу тела будто вонзали иглы и давили на нужные точки, отчего конечности отказывались сделать хоть малейшее движение. Боль не совсем сильная - она по большей части неприятная и мерзкая. Ледяной холод окутывал, пробегал по крови, венам, капиллярам – это было ужасно. Поттер заскрипел зубами, желая сжать чёртову шею своего противника, пока его лицо не посинеет, а другого пронзить непростительным. Да, Гарри, вот так просто. И ничего страшного, что тебя потом пинком отправят за решётку в Азкабан, правда? — Кто вы, суки ебливые? Лицо Гарри тут же исказилось – он распахнул глаза и ахнул. Острое ощущение пронзило позвоночник, а следом накатила волна холода, похожего на острый кусок льда. — Ну что ты, что ты, – мужчина впереди слегка склонил голову, словно принимая бурные овации, а потом улыбнулся оскалом. Неизвестный маг, который всё это время был сзади, медленным шагом обошёл Гарри и заглянул ему в лицо. Брови сошлись на переносице в притворном отчаянии. Поттер закатил глаза. Они специально издеваются и играют с ним. Ему этот цирк откровенно надоел. Странные маски, длинные мантии с капюшонами – всё это напоминало парню о Пожирателях Смерти. — Вы очередные фанатики Волан-Де-Морта, я правильно понимаю? — А ты действительно тупой, – сказал один из мужчин, что находился ближе к герою. — То время прошло, и мы не собираемся подчиняться кому-либо. У нас нет хозяина, нет никакой группы, секты, или о чём ты там ещё подумал, – он сделал шаг вперёд, и Гарри инстинктивно захотелось отступить назад, чувствуя, как напряжение между ними нарастает. — Я просто хочу стереть тебя с лица земли. Ну, знаешь – сделать плохо и больно, поиздеваться так, чтобы ты был обыкновенным несчастным человеком без славы и величия. Я хочу справедливости и мести. Ты кое-что сделал, за что я очень желаю тебя убить. Хотя нет… – Он поднёс пальцы к подбородку в задумчивости, прежде чем продолжить. — Всё же я сначала посмотрю на твои страдания, а потом уже подумаю о твоей кончине, – улыбка незнакомца стала шире. Его рука поднялась и сомкнулась на шее Поттера, стремясь перекрыть его дыхание. — Ты будешь страдать. Попомни мои слова. Брови Гарри сошлись на переносице. Плотно сжав губы, он пробормотал что-то вроде: «Да пошёл ты», – за что кулак мужчины тут же влетел в скулу брюнета. Он не намеревался терпеть данные выходки. Ситуация выводила парня из себя, внутренняя магия начинала закипать в его жилах. Гарри весь сжался, сосредоточился на ощущениях, пытаясь выветрить из себя злосчастное заклинание, ограничивающее его в движениях. Боль в голове усиливалась, крепла и резко ослабевала, посылая неприятные волны в мозг. Он вдруг подумал, что его сейчас разорвёт, но внезапно ощутил своё тело живым, умеющим функционировать вновь. Поттер не подал виду, всё также притворяясь беспомощным. Шорох листьев за спинами врагов отвлёк их, крепкая рука отпустила шею и, воспользовавшись этой секундой, парень наклонился, резко подбирая свою палочку. Ещё одна секунда была дана ему на действие, пока они поворачивали головы обратно. Гарри действовал быстро. Со взмахом своей палочки он отбросил противников на два-три метра от себя и упал на землю, увидев красный поток магии, направленный на него. Поттер перекатился вправо, уворачиваясь от заклинаний и защищая себя магическим щитом. Он не разрешал себе думать о чём-либо, кроме данного момента. Самое главное – сосредоточенность. Это всегда его спасало. Весь перепачканный в мокрой земле, Гарри терпел нарастающее ощущение в горле, грозившее лишить его возможности дышать. Лицо исказилось от переполняемой боли. Беглый взгляд зацепился за здоровую толстую ветку, слегка свисающую над двумя нападавшими мужчинами. Он нахмурился и привстал на локте, чтобы было удобнее попасть прямо в цель. Гарри поднял руку и выкрикнул заклинание. Он наблюдал в замедленном кадре, как крупная ветка отрывается от дерева и летит прямо вниз. Неожиданно его щит пробился заклятием, и зелёный луч прилетел прямо слева от головы брюнета в мокрую землю. Яростная волна беспокойства обрушилась на грудь Гарри, забилась о рёбра, пока дыхание не стало тугим и тяжёлым. Он мигом поднялся на ноги, но колени подкосились, заставляя упасть вновь. Рот приоткрылся в немом вскрике от ноющей боли в ногах. Он понял, что его успели ранить. Какими заклятиями они пользовались всё это время? Гарри никогда их не слышал. Он крепко зажмурился – гнев бурлил под кожей. Нужно перебороть себя, встать, несмотря на кровь и боль. Нужно бежать, вызвать Патронус и позвать на помощь. Одному против тёмной, неизвестной магии ему не справиться, это он знал точно. Лес шумел, показывая своё недовольство от хаоса, что здесь устроили: битва, сметающая всё на своём пути; покалеченные деревья, цветы и испорченный воздух в дыму. Густые тучи давили на землю и ливень обрушился сплошной стеной, в то время как гроза разрывала небо вспышками молний, озаряя лес силуэтами изломанных ветвей. После каждого удара молнии казалось, что лес вот-вот вспыхнет, но он тут же погружался в пугающий непроглядный мрак. Поттер вскочил, отражая потоки заклинаний сзади него. Он еле добежал до ближайшего толстого дерева, пытаясь унять тяжёлую отдышку. Его очки, покрытые каплями дождя, скользили по носу. Что с ними, что без них в происходящей ситуации он видел плохо. Парень выглянул и тут же скрылся обратно, когда в его сторону рванулась ослепительно-красная вспышка. Заклинание ударило в дерево с оглушительным треском, взрывая толстую кору. Гарри отпрыгнул за очередной ствол, хорошо скрываясь и пытаясь разглядеть силуэты мужчин. — Expelliarmus! – выкрикнул он, на пару секунд выныривая из укрытия. Высокий мужчина был явно умён и внимателен. Он отразил заклинание неизвестным фиолетовым щитом, и оно в тот же момент отлетело в сторону, разметав грязь фонтаном. Гарри успел расслышать древнегреческий язык, и его глаза распахнулись в ужасе. Слева от него сверкнуло свечение – второй маг в капюшоне занёс палочку: — Explodere! Поттер почти отбежал, но заклинание успело взорваться в грязи рядом, швырнув его в сторону. Вода и грязь ударили по лицу, но он не дал себе лежать бревном – перекатился и вскинул палочку. — Stupefy! – Красный луч устремился вперёд, но противник скользнул в сторону, скрываясь за упавшим деревом. Лес громыхал от погодных явлений и вскрикивающих голосов, но Гарри отчётливо слышал тяжёлые шаги – его загоняли в тупик. Поттер поднялся на ноги, развернувшись к ним спиной и рванув в глубь леса, по пути вызывая своего светлого оленя. — Sectumsempra! Тёмный клинок магической энергии разрезал воздух, направленный прямо на Гарри и попадая ему в плечо. Поттер слегка пошатнулся, чувствуя, как густая тёплая кровь стекает вниз из глубокого пореза. Брюнет зарычал от больного ощущения, но не замедлился. Обернувшись назад, он яростно выкрикнул: ­­­— Incarcerous! – Верёвки взвились в воздухе, но второй маг тут же сжёг их огненным «Incendio». Гарри, стискивая зубы, утешал самого себя и поддерживал, говоря о том, что сейчас сдаваться не стоит. Он не мог дать себе остановиться. Да, один. Да, сильно измотанный. Но не сдающийся. Магия, гроза и буря сливались воедино, пульсируя и обдавая всех вокруг смертельной энергией. Ливень смывал кровь и пот, но никак не решимость Поттера. Однако всякий раз, когда он пытался атаковать, его заклинания срывались с траектории, наталкиваясь на щиты, которые, казалось, были созданы из самой тьмы. Маги не просто защищались – они играли с ним и выжидали подходящего момента для финала. Гарри ещё никогда не чувствовал такой силы. Сложно в это поверить, но даже от самого Волан-Де-Морта такой мощности не исходило. Благо, Поттер успел доложить Грейнджер о своём местоположении, надеясь, что она прямо сейчас отправится на его поиски с подмогой. Он бежал изо всех сил с ужасной отдышкой, лёгкие горели, горло саднило. Казалось, что ещё чуть-чуть – и он просто рухнет на землю. — Гарри! Гарри, вот ты где! Я тебя искал, где ты был? Тео. Целый и невредимый Тео подбежал к нему, не обращая внимания ни на что вокруг. Никаких волшебников будто и не было, а лес внезапно утих. Гарри сошёл с ума? — Теодор! Ты не… Ты… Что за... – Гарри остановился и упёрся ладонями в колени, чтобы отдышаться. — Где ты был?! Разве ты не видел здесь никого? И даже ничего не слышал?.. – Слова давались с трудом. Пот на лбу смешался с каплями дождя, а тело внутри ужасно горело. — Да опять ты заладил! Перестань, никого здесь и не было. Я уже собрал грибы, пока ты шлялся не пойми где. Ну что, теперь домой? Поттера очень беспокоил тот факт, что Нотт был странно спокойным. И взгляд… Взгляд бегал из одной точки в другую, избегая смотреть прямо в глаза Гарри. Ну нет, это, наверное, бред. Пора заканчивать с домыслами и поскорее отправляться домой, чтобы обо всём расспросить друга в нейтральной обстановке. Брюнет только начал оборачиваться, как в его затылок упёрлось два твёрдых конца. Он весь сжался, медленно переводя взор на друга. Тот странно глядел ему в упор и глупо улыбался. Ага, вот в чём дело. Маг-метаморф. Теперь всё встало на свои места. В его поведении не было ничего, что было в самом Теодоре. Только голос и внешняя оболочка, но этого ведь недостаточно. Гарри опустил взгляд, собираясь сделать движение, но было уже слишком поздно: — Σκοτεινή δύναμη, ανέλαβε. В этот же миг фиолетовая вспышка молнии разрезала тучи над ними, давая знать о себе с громким грохотом. Второй мужчина не стал терять времени и выкрикнул: — Σκοτεινή Αστραπή, κατάπιε αυτή τη δύναμη, άδειασε το φως του και υποτάξε τη θέλησή του στην ατελείωτη άβυσσο! Молния с электрическими и ослепительными волнами вокруг себя полетела вниз. Маги зашептали что-то непонятное, неизвестное Гарри. Он не мог разобрать ни слова, не мог сдвинуться с места, не мог задрать голову наверх, чтобы посмотреть, что же станет причиной его смерти за считанные секунды. Поттер зажмурился, перекручивая недавние счастливые события в его жизни у себя в голове. Раз… Два… Магическая волна с треском рассекла воздух, и ослепительный свет, словно сущность, пронзил Гарри. Он почувствовал, как тёмная энергия ударила в него, как острая и жгучая боль вспыхнула в изумрудных глазах, будто миллион раскалённых игл вонзились прямо в зрачки. Мир перед ним взорвался белоснежной вспышкой, затем картинка сменилась чёрными, густыми пятнами. — Кажется, у нас получилось, – голос принадлежал магу-метаморфу. В нём была слышна усмешка и облегчённая нотка победы. Гарри встряхнул головой и тут же вскрикнул, закрывая лицо ладонью от боли. Зрение мучительно покидало парня. Казалось, будто в глаза сыпанули жгучий песок. Поттер оторвал руку от лица и проморгал пару раз, но изображение не поменялось. Оно было чёрным, как смола. Он надеялся увидеть хоть что-то: очертания, расплывчатые лица, силуэты деревьев – но всё оставалось таким же неизвестным. Кровь застыла в венах. Брюнет пошатнулся, чувствуя, как тело становится мягким, словно желе. В панике он обернулся туда, где предположительно стояли маги, но теперь даже воспоминания об их силуэтах растворялись в пустоте. Паника накрывала с головой; Гарри отчаянно затрясся, обхватывая себя руками, сжимая и щипая, всё ещё надеясь, что он может проснуться от этого кошмара. Он судорожно глотал ртом воздух, задыхаясь при одной только мысли, что его действительно накрыл этот мрак. Гарри моргнул, чувствуя, как что-то горячее потекло по его щекам – слёзы? А может кровь? Голоса вокруг звучали глухо и отдалённо, будто мужчины уже уходили вглубь леса, оставляя парня одного. — Нет… Нет-нет-нет… – Поттер поднял голову и взвыл громким воплем, выплёскивая наружу страдания и боль, все внутренние вопросы, от которых хотелось рвать на себе волосы. Чувствуя, как мир вокруг перестаёт ощущаться, Гарри впервые в жизни подумал об одном: «Я не хочу умирать». *** Гермиона крепкой хваткой сжимала прохладную ладонь друга. Ей было очень плохо. Перед глазами до сих пор застыл момент, где раненный Гарри лежит в грязи посреди пугающего леса. Дышал он рвано и прерывисто, будто вот-вот потеряет глоток жизни, за которую хватался в собственном сознании. Никто так и не смог рассказать, что же на самом деле произошло. Даже сам Тео был в полной растерянности от происходящего. Он долго искал Гарри, который в моменте бесследно пропал из его поля зрения. Нотт боялся и переживал, что Гермиона во всём обвинит его, но она, естественно, не стала этого делать. Наоборот, услышав в свою сторону такие мысли, девушка слегка ударила Тео по плечу и грозно на него взглянула: — Я что, похожа на дуру?! – шикнула она на парня, нервно поджимающего губы. — Прости... Просто любой бы на твоём месте решил, что… — Закрыли тему, Теодор Нотт, – девушка устало потёрла переносицу и вздохнула. — Сколько раз мне ещё нужно тебе повторять? То время прошло, и ты уже давно не Пожиратель Смерти. Не приговаривай самого себя к преступлениям, очень тебя прошу. Тео покорно опустил голову, решив не спорить с Грейнджер. С одной стороны, она права, но с другой – бывших Пожирателей Смерти не существует. Это клеймо дано на всю жизнь. Куда бы ты ни пошёл, везде на тебя будут оглядываться с опаской и сторониться как от прокажённого. Везде тебе припомнят, кем ты был. Везде тебе откажут, объяснив это тем, что тёмное прошлое не забыто. Абсолютно все незнакомцы будут считать тебя убийцей, даже если на твоём счету ни одной жертвы. Это самый настоящий и страшный приговор, на который подписались многие в своё время. Он сам не знал наверняка, но, наверное, Тео всегда будет обвинять себя за это. Пальцы, зажатые в руке девушки, на момент дрогнули. Гермиона ошарашенно обернулась на Теодора: — Тео! Он просыпается, ну наконец-то! Голос слегка задрожал. Грейнджер была безумно рада, что с Гарри всё более-менее нормально и он проснулся. На этот раз, точно сознательно. — Гарри… Гарри, ты слышишь меня? – Гермиона зарылась рукой в густые волосы брюнета, приглаживая их и вкладывая всю свою заботу в это действие. Она болезненно скривилась в лице, услышав хриплый стон Поттера. Гарри отвернул голову в другую сторону от голоса, сильно раздражающего его в данный момент. Любой звук или малейший шорох резал по ушам. Тело ныло от неизвестной ему боли, да такой скручивающей, что ладонь неосознанно сжималась в кулак. По нахмуренным бровям Поттера можно было распознать его настрой и то, что он собирается сказать. Гермиона съёжилась и закрыла глаза, вжимая голову в плечи. Сейчас она была готова ко всему: к разгневанной тираде, к крикам и многочисленным вопросам, к разговорам о желании Поттера убить тех, кто сотворил с ним такое... Но точно не к слезам. Гарри расслабил мышцы лица и дал волю эмоциям. В принципе, их особо и не было. Он сам не мог понять, что сейчас чувствовал. Боль? Обиду? Смирение? Грусть, или понимание того, что можно попрощаться со своей прежней жизнью? Ох. В точку. А это точно не очередной сон в этой палате? ­— Гарри… – голос Гермионы прошелестел очень тихо, почти неслышно. Она боялась спугнуть или сказать лишнего. — Прекрати, – брюнет брезгливо скривился. — Я не хочу ничего слышать. Всё итак предельно ясно, Герм. Поговорим потом, ладно? А теперь… Можете идти. Тео не понравилась интонация и гонор парня в сторону Грейнджер. Она сильно переживала за близкого друга, а тут вот такая реакция. Нотт перевёл гневный взгляд на лежащего. — Послушай, друг мой. Если бы Гермиона вовремя не нашла тебя, сейчас ты был бы вообще в другом месте. Понимаешь, о чём я? Так что будь добр не закрываться от нас и уж тем более не срываться. Я бы на твоём месте не раскисал как самый настоящий пессимист... Нужно двигаться дальше и искать виновников, Гарри! Очнись! Парень явно был уверен в себе и своих словах, поэтому надеялся, что смог донести суть сказанного. Но Поттера это только разозлило. Он смахнул скатывающуюся слезу пальцами и повернулся обратно, ощущая, как дыхание стало рваным, а пульс всё сильнее набирал обороты. — Повтори, что ты сейчас сказал, – потребовал герой, сжимая простынь под собой. — Что именно тебя не устроило в моих словах? Гарри приоткрыл рот от такого нахальства. Да как можно быть настолько чёрствым и бесчувственным?! — О-о, я бы посмотрел на тебя, Тео, окажись ты слепым из-за каких-то неизвестных уёбков! – злобно выплюнул герой. — Я бы очень хотел прочесть твои радужные мысли о том, как же это пиздато, когда ты оказываешься в больнице и узнаёшь от врачей, что ослеп! Брюнет был в бешенстве. Он дал себе небольшую паузу, чтобы отдышаться и затем продолжить вновь: — Интересно, о каком виде самоубийства ты бы подумал?.. – Гарри наигранно задумался, поднося пальцы к нижней губе. Он тут же горько усмехнулся и покачал головой, чувствуя, как в нём клокочет гнев. — Ни один нормальный человек не захочет продолжать жить после такого! Понимание того, что я каждый грёбанный день просыпаюсь в кромешной темноте, что я не могу нормально выполнять свои жизненные потребности, готовить, гулять и работать… Да даже ходить! Я быстрее сдохну от случайного падения, чем успею спланировать свою смерть, ты так не думаешь? — Гарри Джеймс Поттер! – громко воскликнула Гермиона, прожигая парня ожесточённым взглядом. Он успел заметить, как она схватилась за грудь в области сердца, сжимая ткань свитера до побеления костяшек на руке. — Не смей больше никогда, слышишь? Ни-ког-да не произносить эти слова и даже думать о них! Ты вообще в своём уме?! — Гермиона, ты никак не поменяешь моё мнение. Я инвалид! Представляешь? И на этой прекрасной ноте перспектива национального героя окончена. Я даже не знаю, радоваться мне, или нет. Что посоветуете, друзья? — Чёрт, да найдём мы этих магов! – воскликнула она громче обычного, что аж голос дрогнул от напряжения. Руки предательски затряслись – ледяная волна гнева и тревоги охватила тело. Грейнджер подняла руки на уровне глаз: дрожь не утихала, словно внутренняя магия не находила покоя, желая вырваться и осуществить магический выброс энергии. Она настолько сильно переживала за близкого друга, будто сама находилась на его месте. Горький вздох отчаяния вырвался из груди девушки. — Я больше не могу нормально с тобой разговаривать. Гарри не напугал гнев подруги, он давно привык к всплеску её эмоций. Да, парень не мог видеть выражение её лица, но он всё ещё мог слышать: в этом надломленном голосе было чувство боли и отчаяния ведьмы. Густые брови свелись к переносице. Он хотел извиниться за своё поведение, но услышал продолжение её речи: — Значит, поступаем так… — Я сам решу, ладно? Спа… — …я и Святой Мунго ищем и нанимаем колдомедика, который должен тебе помочь, – она нагло перебила брюнета, не обращая особого внимания на его утробный рык. — Мы заключаем договор о том, что если он сможет тебе помочь, а также выяснить, что это было за заклятие – ему полагается нехилая сумма. Но если же он пролетит… Это его проблема, ибо за такое ответственное дело по Гарри Поттеру, глупый человек ни за что не возьмётся. В любом случае… Я так думаю, – Грейнджер наконец закончила свою реплику, плотно поджимая губы. Иного выхода она не видела, раз уж в этой лечебнице отказывались браться за сложную задачу. Поттер простонал и уронил голову обратно на подушку. Мозг буквально закипал от потока мыслей и вопросов. Он ощутил острое желание причинить себе боль, ущипнуть себя за кожу, упасть на колени – лишь бы очнуться и понять, что это всего лишь сон. От морального груза Тео медленно прикрыл глаза и выдохнул. — Самое главное, не трепи себе нервы лишний раз, Гарри. Мы всё решим и узнаем, я тебе обещаю. Живи хотя бы ради того, чтобы в конце концов узнать, сможешь ли ты пройти этот этап в своей жизни. Гермиона согласно закивала и одарила Нотта благодарной улыбкой. Сейчас ей важна любая поддержка. Тишина с каждой наступившей минутой капала на мозг. Мерзко, отвратительно и раздражающе. Капала так медленно, что как только оседала, прожигала тоненькую оболочку осознанности, что так долго удерживала в себе гнев. — Оставьте меня. А в ответ… Снова тишина. Гарри потихоньку охватывала паника. Он сглотнул вязкую слюну, прежде чем процедить вновь: — Я сказал что-то, что пока незнакомо вашим мозгам? Убирайтесь. Пожалуйста, не заставляйте меня переходить на грубости. Теодор поднялся со своего места, одновременно с этим хватая Грейнджер за кисть её утончённой руки. Хватка была крепкой и грубой. Она недовольно зыркнула на него, но промолчала, не давая неприличным словам слететь с языка в такой напряжённый момент. Естественно девушка осознавала, почему до Гарри тяжело достучаться и прояснить его разум: он переживает огромный стресс. К слову, это даже мягко сказано. Гермиона и представить не могла, как её друг чувствует себя на самом деле. Но они так и ушли, не сказав больше ни слова. Брюнет недолго прислушивался к естественному звуку тишины в этой палате. Наконец убедившись, что он один, с лица парня сошла вся стойкость и серьёзность. Он решил «развязать руки» и дать волю эмоциям: тело ослабло, словно из лёгких выбили весь кислород, а губы медленно и нехотя растянулись в широкой улыбке. С каждой секундой до него просачивалось совершенно инородное и невозможное осознание, в которое не хотелось верить: он не видит. Он ослеп. Вот так просто? Серьёзно? От такой абсурдности из груди вырвался громкий истеричный смех. Поттер сел на больничной койке, согнулся пополам, хватаясь за низ живота – и продолжил хрипло смеяться, пока то самое осознание с натяжкой проскальзывало в разум, пробегаясь по всем извилинам мозга и устремляясь вниз, решив, что одного места недостаточно. Это противное, скользкое понимание распространялось по каждой клеточке дрожащего тела. Но вот дрожало оно уже не от приступов смеха. Схватившись за тёмную копну волос, его губы быстро зашевелились, издавая тихий шёпот: — Нет-нет, этого быть, блять, не может! Не может! Я не мог ослепнуть из-за тех подонков… Не мог же..? Гарри даже не знал, ночь сейчас, или же утро. А может, только вечер? Выдвинулись ли вообще авроры на поиски виновных? Он закрыл глаза и тут же поморщился, когда одно из воспоминаний врезалось в разум. Наверное, в тот вечер он запомнил всё, что было сказано. Брюнет благодарил Мерлина, что этот момент не стёрся из памяти, в отличие от многих других за те дни, что он здесь пробыл… *** Звон в ушах. Резкий, громкий и болезненный. Руки взметнулись вверх, чтобы прикрыть уши, закрыться и спрятаться, лишь бы не слышать этого. Пальцы дрожат, но слабо ощупывают чуть шершавую ткань под собой. Все мышцы будто бы омертвели – они ватные и в то же время болезненные. Сознание возвращается обрывками. Было крайне сложно контролировать свои мысли, которые метались из одного уголка разума в другой. Он поморщился от боли. Моргнул пару раз. Пустота. Гарри проморгался вновь — опять же, ничего не произошло. Может, свет выключили? Да нет, не может комната ночью быть настолько поглощённой во тьму... Никаких очертаний, просветов, даже слабого блика – ничего. Вместо ожиданий густая и вязкая тьма продолжала наседать на Гарри. Сердце запустило таймер собственных ударов. Оно стучало так быстро, что создавалось ощущение, будто вот-вот выпрыгнет из груди за считанные секунды. Парень разлепил веки как можно шире. И вновь эта странная темень. Он ошарашенно провёл пальцами по лицу и глазам, и ощутил, что они точно открыты. Но где грёбанный свет? Звон в ушах стих, потихоньку отдаляясь и уступая место тихим, еле слышным разговорам в комнате. Голоса. Такие далёкие и глухие, но такие знакомые. Он сразу понял, что здесь его друзья. Но… Где «здесь»? Пахло чистым бельём, зельями и какими-то травами. Поттер принюхался ещё сильнее и замер. В нос врезались запахи лекарств, лечебной магии и сильных отваров. Брови нахмурились от тревожного понимая: он в Святом Мунго. — …его пульс стабилен… — …ну и в чём тогда… — …я так предполагаю. Слова не вытягивались в строчку здравого смысла. Пришлось хорошенько напрягать слух, чтобы не пропустить какой-нибудь важный момент. Звук мелких шажков приближался к нему. Человек остановился, молча рассматривая Поттера. Он кожей ощущал, что на него кто-то пялится. — Он… Он не видит меня. Он открыл глаза, но никак не реагирует, – женский и до боли родной голос дрожал, пытаясь связать слова воедино. Последний вздох – и вместе с ним всё её самообладание растворяется напрочь. Гермиона резко развернулась обратно к смотрящим. ­— Но он же должен восстановиться! Используйте ваши самые сильные зелья, магические руны, или проведите ритуал в конце концов! — Мисс Грейнджер, – спокойно отозвался колдомедик в лимонном халате. — Хотите сказать, мы не пробовали? Прошло уже больше второй недели его пребывания здесь. Мы перепробовали намного больше способов, чем вы себе представляете. — Верно, – второй колдомедик, заметно старше предыдущего, пригладил седые усы между указательным и большим пальцем. Он кивнул, не глядя ни на Тео, ни на Гермиону – только на лежачего и неподвижного Гарри, который просто слушал, борясь с внутренней паникой. — Мы перепробовали всё: абсолютно всё, что может предложить нам магическая медицина и даже то, что не входит в наш официальный рабочий список. Мы пробовали, шли на собственный риск – и всё равно вернулись к началу замкнутого круга. Надежда на то, что он будет видеть… Её попросту нет. Ни один мускул на теле Гарри не дрогнул. Он слушал, не шевелясь и не показывая остальным, как же ему больно. Ураган эмоций в душе разрушал всё на своём пути. Последняя надежда, наполненная в кувшин до краёв, пошатнулась и упала в бездну. Но даже там присутствовало дно. Он слышал, как кувшин с этой самой надеждой с неприятным звуком разбивается на острые осколки, разлетаясь вокруг. Они взмыли вверх, чтобы достать потускневшего Поттера – и у них это получилось. Осколки грубо вонзались в его ослабевшее от шока тело, оставляя после себя глубокие раны и много, очень много крови. Наверное, эти шрамы останутся с ним на всю жизнь. Встревоженные голоса возвратили парня в реальность, но кое-что не давало ему покоя: опустошённость тонкой змейкой обвилась вокруг горла, и каждый вдох давался ему с трудом и болью. — Значит, это всё? Вы, опытные колдомедики с большим стажем, заявляете нам, что найти выход в ситуации Гарри – просто невозможно? – Теодор смотрел на медиков злобно, даже не пытаясь скрыть своё раздражение. Пробежавшее секундное удивление на его лице не осталось незамеченным. Он приоткрыл рот и сощурил глаза. — Подождите, кажется, я понял… Вы просто опустили руки, да? Вы дали столько надежд, но так быстро сдались! Почему именно тогда, когда Гарри пришёл в стабильное состояние? Не забывайте что он слышит вас, чёрт побери! — Мы в курсе, что он слышит нас. Когда мистер Поттер сочтёт нужным заговорить, тогда мы и обратимся к нему лично, – колдомедик в лимонной мантии строго уставился на Тео. – Но а пока мы разговариваем с вами. Вы не учли тот факт, что на протяжении двух и более недель он также приходил в сознание, но потом вновь терял его и забывал обо всём, что мог слышать. Так может произойти и в этот раз. — А если он вспомнит? Что тогда? Я вообще не представляю, как мы будем объяснять ему, что он ослеп… Возможно, навсегда… – Грейнджер подняла голову, выпрямила осанку и отвела плечи назад, пытаясь казаться сильнее духом. Злые слёзы на глазах выдавали девушку с потрохами. Подняв руку и проведя ею по глазам, она продолжила. — Вы просто не хотите работать. — Пожалуй, я сделаю вид, что не услышал этого, – мужчина в возрасте покосился в сторону девушки. — Мы работаем и продолжаем работать. Чтобы помочь вашему другу, нужно выяснить, что за заклятия на него наслали. А чтобы это выяснить, нужно время. И, дабы ускорить процесс, мы будем посылать самых опытных медиков со всех лечебниц. Кто-то из них уж точно должен помочь. — Я полностью подтверждаю слова моего уважаемого коллеги, – парень кивал в такт своему говору. — К слову, это пока всё, что мы выяснили. Будут новости – обязательно оповестим вас обоих, молодые люди. Доброго вечера. Мужчины удалились из палаты довольно быстро. Тео проводил их подозрительным взглядом. Переведя его на девушку, он печально сдвинул брови к переносице. Гермиона заламывала пальцы и терзала нижнюю губу зубами, уставившись в одну точку: именно на постель, где лежал Гарри, который вновь упал в мир грёз. Неизвестно, сколько это будет продолжаться…