Глава 27
4 января 2026 г., 15:39
Немного найдётся мест, куда лучше отправиться, чтобы выпустить пар, чем на остров Ченега. Это было на Аляске, так что даже в это время года здесь было холоднее, чем, скажем, в Пенсильвании. Если не считать местных животных, на острове было пусто. В основном птицы и грызуны. И он уже пережил землетрясение и цунами, так что о несезонной снежной буре даже не заикнулись бы. Или не стали бы, если бы нашёлся кто-то, кто упомянул бы об этом.
Были вороны, но Джек просто отмахнулся от них и продолжил заниматься своим делом. Ворон, конечно, дал хороший совет, но теперь пришло время побыть одному и подумать.
И, ладно, устроим небольшую бурю. Такую, которая не оставила бы никаких следов, вызывающих удивление.
В конце концов Джек согласился разговаривать с Вороном раз в неделю. Кто-то, очевидно, изучал психологию или что-то в этом роде. Местные духи были немного странными, потому что они не только были очень необычными, ну, очень-очень необычными, и придерживались своих взглядов, но и хватались за любую новую и полезную информацию и использовали её. А может, это были просто шутники, которых могло отвлечь что угодно блестящее.
У Койота, например, была прекрасная коллекция сотовых телефонов и плееров iPod. Ни один из них не работал, но он очень гордился ими. По последним подсчётам, их было что-то около трехсот девяноста двух.
В любом случае, Джек полагал, что современная психология не будет фигурировать в репертуаре Ворона. Он ожидал чего-то большего, вроде духовного поиска и, возможно, духовного очищения паром и ледяной водой, и кто его знает. Он не обращал особого внимания на туземцев, когда был жив, они были слишком заняты торговлей со взрослыми, мехами, порохом, оскорблениями, чтобы обращать внимание на одного маленького мальчика, и ему, честно говоря, было слишком скучно с людьми, которые выглядели как все, только с более длинными волосами и странной одеждой. После того, как он стал духом… ну, ладно, после того, как он умер, он почти сразу же сбежал, как только кто-то начал интересовать мистикой.
И именно поэтому ему нужно было место, где не заметят его снежную буру. Джек закрыл глаза и сосредоточился на глубоком дыхании, а не на том, как Ветер кружит вокруг него, или на крошечных хлопьях снега, которые кружатся в воздухе.
Ворон взял с него обещание рассказать остальным о его смерти, о его нынешней небольшой проблеме с эмоциями. Поскольку он не был исправлен, именно поэтому он собирался посещать сеансы психотерапии.
Исцеление, напомнил он себе. Он не был исцелён. Людей нельзя вылечить так же, как предметы, у людей всегда остаётся шрам. В его случае - психологический.
Частью веселья, частью радости было игнорирование, хотя бы на мгновение, страха, боли и печали. Джек веками сдерживал свои тёмные эмоции.
Осколки Генерала Зимы позволили этим эмоциям вырваться на свободу.
— И что теперь? — Спросил Джек. Падающий снег не дал ему ответа. — Как я могу им всё это рассказать?
Не всё сразу. Он не думал, что сможет справиться с этим, во всяком случае, не полностью. Хотя, по очереди, он думал, что справится. Но кто первый?
Ну, да. Кролик. Со взрослым Пука уже справился… сколько Джек теперь спит? Сначала один, а потом и два раза в этом году. Учитывая, что ещё даже не наступила середина лета, это не предвещало ничего хорошего для следующей зимы. Вероятно, она будет мягкой, что не очень хорошо для Джека.
Итак, подумал Джек. Он несколько раз стукнул посохом о землю и полюбовался морозными узорами, которые расходились от места соприкосновения. Очень милые… Сосредоточься, Джек. Как он должен был сказать Кролику, что тот, по сути, мёртв?
Ветер завывал в редких ветвях деревьев. — Да, мне это тоже не очень нравится, — огрызнулся он. Ветер замолчал и взъерошил его волосы в знак извинения. — Да, да… Мне тоже жаль.
Джек похлопал по стволам нескольких деревьев, а затем отмахнулся от Ветра, когда он попытался засыпать снегом его спину. Что ж, он предположил, что может начать с самого простого и двигаться дальше.
Итак, как он должен был начать этот разговор?
***
— Итак, у меня на уме такая же каша-болтунья, как и эти яйца, — сказал Джек, напугав Астера до смерти. — Аа, Джек! — Отчасти он обрадовался озорству на лице Джека. Остальная часть его тела была занята тем, что ловила рассбросанные яйца, пока они не успели перекраситься. Этот чёртов эльф, питомец Десмонда, испортил троих из них, прежде чем Астер застукал его за этим занятием. И это был неон. Откуда здесь был неон? Во всём Уоррене не было ни одной неоновой краски! Как только он снова собрал яйца, он посмотрел на Джека. Парень снова выглядел оживлённым и улыбался. Это была не его обычная беззаботная улыбка, но и не тот печальный изгиб губ, который был раньше. — Похоже, разговор с Вороном тебе помог. Меня не задело, абсолютно не задело, что кто-то другой знал, что сделать для Джека. Важно было то, что Джек чувствовал себя лучше. — Я думаю, Ворону не помешает получить диплом психотерапевта. — Джек присел на корточки и прислонился к плечу Астера. — Я собираюсь разговаривать с ним раз в неделю. Вещи… Эти осколки… — Он вздохнул и намазал инеем кончик шерсти Астера. — Как он может получить диплом? — А теперь это яйцо… похоже, оно могло принадлежать какому-нибудь тусовщику. Но ненадолго, яйца… У Астера была кисть, и теперь он был в хорошем настроении, спасибо. Ему захотелось нарциссов. — Не буквально, но, вероятно, так же, как я получил степень магистра истории. Сто лет назад. — Джек ухмыльнулся, когда Астер нахмурился. — Я просто прослушал все лекции, смеялся как сумасшедший над ошибками преподавателя, а потом, когда все остальные закончили, я решил, что это значит, что я тоже это сделал. Ну, это был один из способов провести столетия. — И что? — Ну и что? — Джек поднял несостоявшегося беглеца и перевернул яичко вверх ногами, чтобы маленькие ножки забавно болтались. Затем он начал перебрасывать его из руки в руку. — Ты упомянул, что у тебя помутился рассудок? — Не очень приятная картина. — Да, — выдохнул Джек и чуть сильнее прижался к Астеру. — Насчёт этого. Итак, я… У каждого есть недостатки, верно? То, что им самим не нравится? Я игнорировал свои. Астер оборвал слова, которые пытались сформироваться. Джек был таким же, как все, он не был идеальным, у него были недостатки. Или то, что он считал недостатками. Что касается шутников, он был вполне нормальным, хотя Астер на самом деле мог спокойно находиться рядом с ним. Хотел быть рядом с ним. Потенциальная мишень для розыгрышей и всё такое. Джек прочистил горло. — Так что насчёт осколков? Они, ээ, вроде как сделали мои недостатки очевидными, а ведь я игнорировал их… целую вечность… Ну, ты сам видел. Всё стало плохо. Так что Ворон в значительной степени вскрыл этот нарыв, но теперь мне нужно как следует подлечиться, и в этом он мне поможет. — Джек искоса взглянул на него. — У меня домашнее задание и всё такое. — Домашнее задание? — Может, он мог бы помочь с этим? — Да. Как там сказал Ворон? «Подшучивай хотя бы над одним человеком в неделю и не стесняйся смеяться»? Что-то в этом роде. Домашнее задание Джека… включало в себя розыгрыши? Конечно, так и было. — Это… другое дело. — Очевидно, я… то есть мне нужно веселиться. Чтобы исцелиться. И часть того, кто я есть - это шутки и веселье, а я, на самом деле, в последнее время нечасто этим занимаюсь. Астер закончил наносить базовый слой на баклажаны цвета «рейв», нежно-зелёного, почти такого же оттенка, как трава. — Первоапрельские дураки… — Впервые почти за пятьдесят лет. — Джек взял кисть и баночку жёлтой краски. — Забавно, что работа родителя отнимает у тебя почти всё время и энергию. Но теперь у меня есть помощники, так что я могу заняться кое-чем из своих старых увлечений. На самом деле, это имело смысл. Астер уже сталкивался с подобными вещами раньше. Он просто не видел связи между этими усталыми мамашами в разных парках и Джеком. — Розыгрыши? — И другие вещи. В любом случае. Да… — Джек снова прочистил горло и повернулся, чтобы рассмотреть Реку Красок. — Итак, есть ещё кое-что… Астер вздохнул. — Могу я сначала кое-что сказать? Джек кивнул и принялся возиться с яйцом и кисточкой. — Да, конечно. — Примерно… эх, эта история с совместным проживанием. Мы этим занимались. Недавно. — Он нарисовал жёлтый цветок на своем яйце. Потом ещё один. И ещё. И он молчал, может, ему стоит продолжить? — Я бы хотел продолжить. — Делить… гнездо? — Джек указал кисточкой на Астера. — Со мной и Десмондом? — Да. — И он только что нарисовал утку вместо нарцисса. Ну что ж, это не должно было быть пасхальным яйцом. Он положил его на стол, дать ему высохнуть и взял следующее. Это было похоже на одну из тех абстрактных картин, которые нарисовал кистью сумасшедший. У него заболели глаза. — Ладно, — сказал Джек. Он держал яйцо за одну ножку, чтобы было удобнее рисовать, не испачкав руки в синеве. — Обнимать Десмонда, я могу понять, почему ты хочешь это сделать. Он милый ребёнок, я тоже хочу его обнять, но, ээ, я? Я не совсем такой… Материал для объятий. Обычно. Астер ссутулил плечи и чуть не сбросил Джека с себя. — Я думаю, что да. — Тебя недавно били по голове? — Нет! Просто так уж получилось, что я люблю тебя! Ой, он не хотел говорить об этом вот так… И да, на лице Джека отразились шок и медленно формирующееся отвращение. Астер не надеялся, что Джек воспримет новость так, как ему хотелось бы, но он надеялся, что зимний дух не слишком испугается. Очевидно, он ошибался. — Ладно… — Джек отложил яйцо, и оно сбежало прежде, чем Астер успел добавить его к другим. — Ух ты. Хорошо. Это… немного неловко. Но не по той причине, о которой ты думаешь! — Джек протянул руку, взял яичко и кисточку из лап Астера и отложил их в сторону. Яйцо убежало. — Эээ… Глаза Джека загорелись, он схватил Астера за лапу и улыбнулся. Или это выглядело так, как будто это должна была быть улыбка. — Эй, знаешь, что сейчас было бы забавно? Игра! Давай поиграем в «Найди сердцебиение Джека», и если ты выиграешь, я буду очень удивлён, потому что у меня его нет! Затем он прижал лапу Астера к своей груди. И… Там ничего не было. Сердцебиения не было. Через минуту Астер понял, что Джек так же не дышит и, похоже, не испытывает никакого дискомфорта. — Джек? — Я… умер. До того, как я… Я имею в виду, я спас свою сестру, кажется, я упоминал об этом раньше, но я утонул. Луна вернула меня к жизни после этого. — Джек отпустил лапу Астера и отвернулся. — Так что, ээ, да. Это… немного неловко. Джек был мёртв? Астер почувствовал, как слёзы навернулись на глаза, и смахнул их. Нет, потому что Джек явно был жив, просто… это было необычно, вот и всё. — Думаю, это объясняет твои привычки во сне. — Да… — Джек сгрёб в охапку седые волосы и потянул. — Да, так и есть. — Это не меняет моих чувств, — признался Астер. Он уставился на банки с краской. — Но так и должно быть, я ходячий труп. — Джек откинулся в сторону и положил голову на плечо Астера. — Хотя я рад, что этого не произошло. Он рад? Правда? Астер рискнул взглянуть на Джека… и не увидел ничего, кроме волос. Он вздохнул и ткнул зимнего духа в живот. — Значит, я не совсем идиот? — Не знаю, смогу ли я испытывать к кому-нибудь подобные чувства, — сказал Джек и поднял глаза. — Нет… Иногда эмоции и я… У нас странные отношения. Как адреналин. Такого просто не бывает. Но… но ты мой лучший друг, и если бы я мог испытывать к кому-то подобные чувства? Это был бы ты. — Он вздохнул. — Чёрт, но это будет сложно. Безответная любовь всегда была такой. — Я думаю, оно того стоит, — сказал Астер. — А ты? — Нам нужны правила для «Уоррена», — пробормотал Джек. — Что-то вроде «глупые вопросы приведут к тому, что в тебя полетят снежки». Конечно, я так думаю! — Он встал и ухмыльнулся. — Впрочем, тебе придётся объяснить Десмонду, как изменились отношения. Кстати, где он? — Почему я объясняю это ребёнку? — Астер нахмурился, глядя на маленькую стайку бегающих вокруг яичек. Где-то там этот эльф обдумывал, как бы схватить ещё одного и испортить его. — Он ушёл со своим питомцем «красить» яйца. — Ты объясняешь, потому что я хочу закончить с остальными разговорами. Мне всё ещё нужно сообщить Норту, Туф и Песочнику обо мне, о терапии и… хорошо. Это. Не бросай эльфа в реку. — Нет, приятель, я собираюсь бросить это в озеро с блёстками. Джек усмехнулся и поднялся в воздух. — Эй, можно мне ведро блёсток попозже? Я уже знаю, какой будет моя первая шутка на этой неделе. Это… было нехорошо, не так ли? — Конечно, — сказал Астер. — Почему нет? В конце концов, это для твоего психологического здоровья. Хихиканье Джека совсем не обнадеживало, но Астер всё равно направился к яйцам, улыбаясь.
