Истинность не равно любовь

      — Тони, я сейчас в универе, позже перезвоню, — ответил я на звонок, пока была свободная минутка.       — Я просто хотел сказать, что поехал с Баженом к маме. Как приедешь домой, отдохни, пока нас не будет. Мы вечером приедем. Расскажешь как всё прошло, — с улыбкой говорил альфа.       — Договорились, — ответил я и хотел уже скинуть звонок, но Тони успел сказать:       — Удачи тебе там! Уверен, тебя восстановят.       — Спасибо, зай, — с ухмылкой сказал я и отключился, зная наверняка, что у Тони сейчас не только уши горят, но и морда вся красная. Иногда я обращался к нему так, чтобы вогнать в краску, а заодно показать, что мы так-то встречаемся. Тони не мог к этому привыкнуть, потому что говорил я это не часто, но каждый раз был как первый. Я знал, что ему не просто нравится, он реально балдеет. Вроде альфа, а любитель соплей номер один. Но иногда мне не было сложно сказать пару ласковых слов, лишь бы душенька его была довольна.       — Форест, можете зайти. Побеседуем с вами.       Мужчина хоть и выглядел солидно и даже грозно, но страха не внушал, а после короткого разговора с Тони, который придал мне сил, я и вовсе знал, что всё пройдёт заебись. ***       — Как день прошёл? — спросил я, когда Тони вернулся домой с Баженом. Малыш уже подрос, окреп и выглядел более внушительно, чем раньше. Но вот внутренне он нихуя не подрос. Всё также просил молока, орал, если ему чет не нравилось, и доводил до белого каления. Меня так точно.       — Нормально. Приехали к маман, посидела она с внуком, потискала его, подарила каких-то игрушек, я сходил в магаз с братом, потом мы рубились в приставку, короч, тоже отдохнул от малыша. Поели, мать дала еды с собой, думает, что я тебя совсем не кормлю, — усмехнулся альфа и, посадив Бажена за его детский столик, подошёл ко мне, обнимая, плотнее прижимаясь. — Что не так, верно? Ты у меня такой упитанный, мускулистый.       — Упитанный? — усмехнулся я.       — Есть за что схватиться, — попытался оправдаться Тони.       — Считаешь меня толстым? — откровенно потешался я над парнем.       — Считаю, что ты плод моей кулинарии и моих стараний, — альфа прижал меня к столешнице и с силой укусил за шею, чуть не повалив на рядом сидящего ребенка.       — Полегче, — сказал я, отстраняя от себя парня, хотя самому хотелось не меньше. Бажен, будто решив напомнить о себе, раскричался и расплакался, и Тони тут же включил мамашу, успокаивая ребенка. Я же погрел пожрать то, что принес альфа от своей мамы, и уселся есть, наблюдая за Тони.       — Как в уник сходил?       — Заебись. Меня восстановили, завтра на учебу. Ты точно справишься?       — У меня график плавающий, а так, мама поможет. Придется ей в этом году немного больше обычного посидеть с внуком. Но это лишь на год. Как ты доучишься, будет легче.       — Лад. Но если чё, говори. Я сделаю себе тоже плавающий график, — усмехнулся я. Никогда не отличался повышенным интересом к учебе или прилежным поведением и уже прикидывал, где можно будет прогулять.       — Зная тебя, Джейк, я могу ничего не говорить. Ты и так сделаешь то, что посчитаешь нужным, — посадив на стульчик успокоившегося ребенка и на время заинтересовав его ложкой, Тони снова подошёл ко мне и присел рядом, обнимая.       — Чё прилип как банный лист?       — Соскучился.       — Несколько часов не виделись, — хмыкнул я.       — И ты уже стал колючкой, — Тони поцеловал меня в шею, опять приставая. — Надо растопить твоё сердце.       — Дай мне сначала пожрать. Твои приставания отвлекают.       — Я посмотрю, как они будут отвлекать в постели, — напоследок Тони, будто в отместку, укусил меня за плечо и пошёл кормить ребенка. Ну наконец-то, хоть делом займётся. ***       Учебные будни нагнали тоску. Первое время пришлось побегать за преподами, с трудом выбрать тему диплома и начать его делать. Также пришлось заострить внимание на профильных предметах, по которым будут экзы. А вот на другие, что были по мелочи, можно было и забить. Без Энтони делать здесь было нечего. Когда-то мелкие второкурсники, которых я толком и не знал, сейчас были на четвертом курсе. И учиться мне пришлось с ними, ведь мои парни, которых я знал и с которыми неплохо общался, как год уже выпустились.       Вместе с Тони. А мне теперь приходилось сидеть среди каких-то долбаебов, делать акцент на каких-то предметах и ебать себе мозг с этим дипломом. Тони говорил: это всего лишь на год, он быстро пролетит. Всего лишь год? Да это целая, блять, жизнь. Но приходилось подстраиваться и где-то даже стараться, чтобы поскорее закончить учебу.       А вот у Тони на работе дела обстояли лучше. Хороший начальник, по словам альфы, приятные коллеги, не особо сложный функционал и в целом, неплохой график, ещё и ЗП приличная. Тони был всем доволен, а меня зависть брала, что приходится ещё учиться, тогда как мой парень зарабатывает на благо нашей жизни. Конечно, было проще сказать, чем сделать. Пусть я и не хотел рушить жизнь Тони и не хотел, чтоб альфа жертвовал учебой ради меня, но смириться с тем, что зарабатывает именно он, было сложнее. Тем не менее, я реально был рад, что у него на работе всё заебись и его всё устраивает.       Так и шли наши дни. Я учился, в свободное время сидел с сыном, иногда выбирался бухнуть с одногруппниками (когда те собирались где-то и звали меня), что не особо нравилось Тони, и проводил свободное время, когда получалось, со своим альфой. Тони же работал, в выходные дни брал Бажена на себя, частенько уезжал к маме, но и про меня не забывал. Когда время удавалось, а это было довольно часто, альфа оккупировал меня и нашу с ним кровать. И надо ли говорить, чем обычно мы занимались? ***       — Слышь, Джейк, в субботу устраиваем вечеринку по случаю Хеллоуина на квартире Колина, — подошёл ко мне Андре на перемене. Я был занят обсуждением спортивных матчей с парой пацанов, но услышав знакомый голос, отвлекся и сосредоточил всё своё внимание. Вечеринки я любил. Только там можно было расслабиться и отойти от тяжёлых будней. — Обязательно приходи.       — И что мне с этого будет? — усмехнулся я. Андре отзеркалил мою ухмылку. Парень и так знал, что я приду, но каждый раз я не давал прямого согласия, а альфа накидывал варианты, чем меня заманить.       — Бесплатная попойка, море веселья и, конечно, свободные комнаты наверху, — растянул улыбку в оскале парень. Я хмыкнул.       — Чё, посмотрим. На твое веселье.       — В девять начало, не опаздывай. И прихвати с собой свой самый страшный костюм. Хотя, — парень оглядел меня и призадумался. — Тебе даже костюм не понадобится.       — Да пошёл ты, уебок, — усмехнулся я.       — Буду ждать тебя! И можешь прихватить с собой дружков, если таковые имеются. Только не дикарей, а то будешь отвечать за них сам.       Андре ушёл, а я призадумался над его словами. Тони давно никуда не выбирался. Что, если... Нам пойти вдвоем? Это будет очень запоминающийся вечер. А в том, что Тони пойдет, я не сомневался. Там ведь будет куча бухих омег, которые, как альфа любит говорить, просто мечтают запрыгнуть на мой хуй. А зная своего ревнивца... Тони в первых рядах побежит защищать мою честь. И поебать ему, что омеги меня не привлекают от слова совсем. А я не немощный альфа, который не сможет выбраться из наглых омежьих лап. ***       Долго уговаривать Тони мне не пришлось. Стоило только сказать, что я иду на тусу в честь Хеллоуина, как парень сказал, что пойдет со мной. Он не отговаривал меня и не упрашивал остаться дома. Знал, что это бесполезно. Да и сам не был святым, как могло показаться. Ему тоже только дай повод.       В день вечеринки Тони спросил адрес, где всё будет проходить, и поехал к маме. Сказал, что всё нужное у него для костюма там и сказал, чтоб я без него поезжал. А он подъедет позже. На мой вопрос, почему нельзя опоздать, но придти вместе, ответил, что не хочет, чтоб я видел его костюм раньше положенного. Эффект будет не тот. Заинтересовал он меня знатно. Что это там за костюм такой?       Я не стал чё то придумывать или покупать. Надел свои чёрные узкие джинсы, которые отрыл в глубинах шкафа, давно их не носил, а сверху накинул черную футболку и кожанку. Раз Андре сказал, что я и без костюма страшный, то можно не стараться. А он пусть отгадает, какой на мне "костюм".       Подъехал на место я к половине девятого. Студентов собралось прилично. На входе никто не встречал, видно сразу, всем поебать. Музыку было слышно, казалось, даже в лесу. Теперь я понял, почему все решили собраться в особняке, что находился за городом. Этой ночью явно будет весело.       Внутри было душно. Воняло алкашкой и сигарами. Появилось желание затянуться. Решив удовлетворить свою потребность в никотине сейчас, я пробрался сквозь тела на второй этаж, нашёл балкон и вышел, блаженно затягиваясь. Дул прохладный ветер, остужая и проветривая голову. Кайф. Я готов был провести здесь весь вечер. Вдвоём с Тони.       — Эй, парень, поделишься? — спросил какой-то омега, зайдя на балкон. Терпеть не мог курить с кем-то, кроме Тони. Как и не мог терпеть, когда в моё пространство кто-то врывался.       — Сигарета за косарь, — усмехнулся я, повернувшись в сторону голоса. На омеге был какой-то байкерский прикид, но при этом проглядывались длинные клыки и плащ.       — Натурой возьмёшь? — томно улыбнулся омега и облизал свои губы, подойдя ближе. Я оценивающе осмотрел его с ног до головы, делая вид, что задумался.       — Хорошо сосешь? — спросил я, выдыхая дым в лицо парню.       — Сам убедишься, — хмыкнул омега и потянулся руками к моим джинсам, нащупав ремень.       — Не интересует, — выдохнул я новую порцию дыма и скинул ладонь незнакомца.       — Зачем спросил тогда? — удивился парень, хлопая глазами.       — Другому отсосешь за сигарету, — затянувшись последний раз, я выкинул окурок и пошёл прочь. — Бывай.       — Уебок, — послышалось вслед, отчего я усмехнулся. Давать омегам ложную надежду, а потом обламывать их, было очень забавно.       Спустившись вниз по лестнице, я увидел Андре. Парень поздоровался со мной, обхватил за плечи и повёл к импровизированной сцене — огражденный пол, где танцевали полуголые омеги. Стриптиз. Интересно.       — Эти милашки здесь благодаря тебе, — сказал мне Андре, во все глаза глядя на извивающиеся хрупкие тела. Омеги же будто танцевали для себя, но иногда бросали взгляды на меня. — Они узнали, что сам Джейк здесь будет и пришли. Хотели увидеть тебя. И не только. Стриптиз тоже благодаря тебе! Считай, показывают себя, соблазняют. У тебя мордашка конечно ничего, но всё равно не могу понять, что они в тебе нашли.       — У омег просто есть вкус, — хмыкнул я, продолжая смотреть на представление. Двигались мальчишки действительно горячо, но я почему-то в этот миг подумал о том, что хотел бы увидеть Тони на месте них. Как бы он двигался? Как бы выглядел? Стеснялся бы, краснел или, наоборот, был раскрепощен?       — Это было жестоко, чувак, — рассмеялся Андре, возвращая меня в реальность. — Ладно, веселись. Сегодня здесь столько милашек, что каждому достанется. А может и не по одному.       — Сколько наверху комнат? — поинтересовался я, пока Андре не успел съебать. Потом его не найти будет.       — Достаточно. А что, присмотрел уже кого себе? — похабно улыбнулся альфа и поиграл бровями.       — Не твоё дело, — отрезал я и направился к бару.       — Вот ублюдок, — бросил Андре и всё-таки съебал куда-то.       Около бара, самого настоящего бара, собрался народ. Все требовали выпивку и причём бесплатную. Я тоже заказал себе бокал крепкого и хотел было направиться туда, где меньше народа, чтоб подождать Тони, но услышал какие-то восторженные перешептывания.       — Ты видел его? Он такой секс.       — А кто это?       — Он раньше учился в нашем универе. На курс старше. Уже год как выпустился.       — И что он здесь делает?       — Без понятия. Наверное, с Джейком пришёл.       — С Джейком?       — Да, они друзья. Причём со школы.       — Джейк младше?       — Нет, они ровесники.       — Почему не выпустились вместе?       — Джейк взял академ. В этом году вернулся. А его друг выпустился в том году. Я на него внимания как-то не обращал. Но сегодня... Он поразил, мне кажется, всех омег.       — Думаешь, королем вечера будет он, а не Джейк?       — Джейк легенда, причём живая. Но его друг... Сегодня он действительно постарался. Наверное, хочет обратить внимание омег на себя.       — И у него это получилось.       Слушая пустой треп омег и даже не обратив внимание на то, откуда те столько всего знают про нашу личную жизнь, я поставил бокал и двинулся в ту сторону, где столпилось больше всего народа. Что Тони опять придумал? И какого хуя он творит?       Продвинувшись наконец сквозь всех омег и альф, я увидел того, кого сейчас в эту самую минуту не обсуждал только ленивый. Тони, заметив меня, улыбнулся и подмигнул, а я так и остался стоять как долбаёб, не сводя со своего парня взгляда.       Черная сетчатая кофта с коротким рукавом плотно облегала торс альфы, на ногах то ли супер узкие черные джинсы, то ли обтягивающие лосины — было не понять — сидели низко, обтягивая стройные ноги и подтянутый зад. На руках напульсники, а на шее черный ошейник с шипами. Крупный и кожаный, он плотно обхватывал крепкую шею альфы, оставляя место для фантазии. С этого элемента я конкретно выпал. Как Тони вообще додумался до такого? Завершали его образ рога, что торчали из-под небрежно лежащих волос. Выглядел Тони как самая настоящая блядь. Демон-искуситель хуев. В голове была лишь одна установка: валить и трахать. На всех поверхностях и во всех позах.       Пока я в открытую пялился на Тони и чуть ли не давился слюнями, альфа, пройдя сквозь народ, подошёл ко мне, улыбаясь.       — Нравится?       — Чё? — не понял я.       — Мой образ нравится? — спросил Тони, хотя ответ и не требовался. По моему состоянию было видно, насколько его костюм мне зашёл. И альфа это заметил. Трудно не заметить горящие глаза и чуть ли не капающий слюной рот.       — Ты хочешь, чтобы тебя выебали сегодня, я понять не могу? Вырядился он, как блядина, — пытался я говорить со злостью, но в голосе звенело возбуждение.       — Я хочу, чтобы меня выебал только один человек. И это ты, Джейк, — проговорил мне на ухо Тони, вплотную притираясь своими бедрами к моим.       — Ты чё творишь?       — Соблазняю.       Я и заметил, что ему было поебать на несколько десятков пар глаз, что уставились на нас.       — Удачный ты момент выбрал, — сглотнул я и потянул Тони в сторону от толпы. Мне поебать было, что на нас все смотрели. Чё хочу, то и делаю, других ебать не должно. Но интимности момента всё равно хотелось.       — Сегодня для тебя есть только я, — сказал Тони, как только мы отошли подальше, и началась музыка, и положил мои ладони на свой зад, а сам обхватил меня за талию, вовлекая в близкий танец. — Сожми покрепче.       — Блять, ты где этому научился? — возбуждённо выдохнул я и с удовольствием сжал пальцы на упругой заднице парня насколько позволяли его лосины-штаны. Взгляд мой был прикован к ошейнику. Никогда бы не подумал, что подобное настолько возбудит меня. В голове пронеслись картины, как я хватаю Тони за ошейник сзади и крепко держу, трахая до звёздочек перед глазами.       — Считай, это мои фетиши, — хрипло проговорил мне на ухо альфа и укусил за шею. — Я давно хотел надеть этот ошейник и соблазнить тебя.       — И почему не сделал?       — Не знал как ты отреагируешь. Но сейчас я вижу, — Тони опустил одну руку с моей талии на бедро, а потом провёл по внутренней стороне и крепко сжал член сквозь джинсы, заставив меня резко выдохнуть. — Что очень даже положительно.       — Сууука, — прошипел я сквозь зубы, чувствуя, как возбуждение зашкаливает. — Если ты не уберешь сейчас свою руку, я выебу тебя здесь, на глазах у всех.       — Пожалуй, в приватной обстановке тебе будет приятнее меня выебать, — хрипло проговорил Тони мне на ухо и двинул рукой, вызвав мой то ли стон, то ли рык.       — Я вообще пришёл сюда напиться, — сказал я с усмешкой и убрал руку парня от своего достоинства.       — А я пришёл сюда, чтобы ты выебал меня, — выдохнул альфа и вернул руку, сильнее сжав член.       — Блять. Тебе дома не хватает?       — Дома только мы. А здесь... Очень будоражаще.       — Ты не любитель опасности.       — Ты слишком плохо меня знаешь, — усмехнулся Тони. — А ещё я хочу, чтобы весь сегодняшний вечер ты смотрел только на меня.       — Я и так смотрю только на тебя, — хмыкнул я и царапнул ногтями по спине Тони, почувствовав интенсивные поглаживания внизу.       — Ну так чего ломаешься? Я предлагаю тебе себя на блюдечке, а ты нос воротишь. Я оделся так для тебя, а ты пытаешься сдерживаться. Не надо. Сегодня я полностью твой.       — Ты всегда только мой, — прорычал я Тони в губы и поцеловал, цапнув за нижнюю. — Пошли отсюда.       Наверх мы поднимались словно в тумане. Кто-то останавливал, что-то говорил или спрашивал, а может, даже предлагал, на пути было много тел, но мы ни на кого не обращали внимания, думая только о предстоящем. Тони шёл впереди и вёл меня за собой, крепко держа за руку и иногда поворачиваясь, предвкушающе улыбаясь и явно обещая многое этой ночью.       Наверху было действительно много комнат, Андре не обманул. Из некоторых уже доносились стоны и даже крики. Сразу вспомнились студенческие годы, когда я также трахал каких-то омег, доводя их до исступления.       — Пойдем туда, где тише, — сказал Тони и повёл меня в конец коридора. Здесь было темно, а ещё довольно тихо, что было только на руку. Мы с парнем ввалились в одну из комнат, где оказалось не заперто, и осмотрелись, сразу закрыв дверь на защёлку. Внутри никого не было. Только стояла одинокая кровать, были какие-то шкафы и ящики и большое окно, которое было единственным источником света в этой комнате.       — Не будем ничего включать? — спросил Тони, подталкивая меня к кровати.       — Думаю, я и так рассмотрю всё, что мне нужно, — усмехнулся я, упав на кровать.       — Тогда наслаждайся, — довольно проговорил Тони и отошёл, явно настраиваясь на что-то.       — Решил порадовать меня сегодня? — облизнул я губы и скинул с себя кожанку, оставшись в одной футболке. В комнате несмотря на открытое окно было очень жарко. Или этот жар шёл от Тони? Сегодня он был неимоверно горяч. В штанах уже давно стояло колом. Хотелось сорвать с парня лосины, повернуть к себе спиной, схватить за ошейник и хорошенько отодрать его. Но я старался держать себя в руках, ведь посмотреть представление мне хотелось не меньше.       Устроившись поудобнее, я во все глаза смотрел на альфу, следя за каждым его движением. Тони стоял ко мне спиной в довольно расслабленной позе, только руки легко двигались по его телу, касаясь бедер и боков. Постепенно к рукам подключились и ноги. Тони сексуально наклонялся, проводя ладонями по ногам, приседал, крутя бедрами и призывно оттопырив ягодицы, которые в лосинах казались ещё аппетитнее и больше. Руки так и тянулись схватить эти упругие полушария.       Небрежно скинув обувь, альфа плавно повернулся ко мне и, касаясь своего тела руками, стал подходить ближе. Ладони заскользили по оголенному животу и вверх по сетчатой кофте, играясь с ней пальцами. Глаза прикрыты, губа закушена, будто в предвкушении.       Подойдя к кровати, Тони грациозно взобрался на нее и оседлал меня, плавно и неспешно снимая с себя кофту, не отрывая от меня томного взгляда. Я в нетерпении положил ладони на выпуклые ягодицы и резко дёрнул на себя, отчего парень упал сверху, придавив меня своим телом.       — Снимешь с меня штаны? — возбуждённо шепнул Тони и вызывающе потерся своим стояком о мой. Выдохнув сквозь зубы, ощущая игривые укусы альфы, что он оставлял на шее, я схватил резинку штанов и резко дёрнул её вниз, оголяя упругие ягодицы.       — Блять. Тони, ты ебнулся? На парне не было нижнего белья. Он ехал сюда и весь вечер провел здесь, танцуя без нижнего, мать его, белья!       — Я знал, чем соблазнить тебя.       — А ты уверен, что не только меня хотел соблазнить? — усмехнулся я и, замахнувшись, оставил звонкий шлепок на ягодице Тони. Альфа протяжно выстонал что-то несвязное, глаза его потемнели.       — Это всё для тебя, Джейк, — доверительно шепнул парень. — Только для тебя. Я и там подготовился.       — Я тебя когда-нибудь изнасилую за такие провокации.       — А я не буду даже сопротивляться, — Тони закусил губу и выпятил свой зад, вжимаясь им в мои ладони. Скользнув пальцами по промежности, я коснулся сжатого кольца мышц и помассировал его, войдя сразу двумя пальцами. Внутри было влажно и довольно свободно.       — Ну какая же ты блядь.       — Я знаю, что тебе это нравится. А ещё знаю, что тебе нравится, когда я отсасываю тебе.       — И чего же ты ждёшь? — хмыкнул я, надавливая на голову Тони. Но альфа вдруг взбрыкнул, скинул мою руку, приподнялся и перевернулся, отдав мне на растерзание свои ягодицы.       — Отсос за отсос, Джейк, — усмехнулся Тони, и перед моим лицом оказались две упругие выпуклости парня со сжатым кольцом посередине.       — Ты явно владеешь мастерством соблазнения, — хрипло проговорил я и с силой притянул альфу ближе к себе, отчего тот выдохнул и упал грудью на мой живот.       — Давай поживее. Я жду.       Тони ловко расстегнул ремень моих джинсов, чуть стащил их с меня, в чем я ему помог, и насадился ртом на мой член, сразу активно лаская. Я не сдержал стона и взялся за ягодицы своего парня. Оставив пару укусов и засосов на сочных полушариях, прошёлся языком по анусу, услышав судорожный вздох. Умело лаская и с упоением вылизывая сзади Тони, вошёл языком внутрь, растягивая и так податливые мышцы. Тони вновь застонал и ещё активнее задвигал головой, бросая в дрожь меня. Пытаться доставить удовольствие человеку, который доставлял его тебе, было непросто. Хотелось сосредоточиться на приятных ощущениях, а после и вовсе схватить Тони за волосы и грубо трахнуть в рот. Но пышные формы, что маячили перед глазами, отвлекали, возбуждая желание если отыметь не членом, то языком и пальцами.       Решив доставить Тони ещё больше удовольствия, я вошёл внутрь тремя пальцами, размеренно трахая, задевая бугорок простаты, пока второй рукой наглаживал член парня, обводя мокрую головку.       — Джееееейк, — хрипло протянул Тони, чуть ли не падая на меня своим задом.       — Скулишь как сука, — довольно протянул я и в пару движений довёл альфу до разрядки. Тони тонко что-то выстонал, выгнулся и упал на меня, видимо, приходя в себя.       — Давай, Тони, ночь только начинается, — я вновь шлёпнул альфу по ягодице, задавая активность. Тони приподнялся, стянул с себя лосины до конца и, не поворачиваясь ко мне лицом, пару раз прошёлся ладонью по всей длине моего члена, после чего неспешно насадился до самого конца. Я тяжело выдохнул, держа парня за бедра. В лунном свете Тони был прекрасен: темные растрёпанные волосы и выглядывающие рожки, влажная от пота, гибкая спина, белоснежные ягодицы, потихоньку ходившие вверх и вниз, и ошейник, что остался единственным элементом "одежды" на альфе.       Пока я любовался своим парнем, лаская ладонями его поясницу и бедра, Тони задвигался активнее и громче застонал, откинув голову и прогнувшись в пояснице. Быть безучастным и наблюдать больше не осталось сил.       Поднявшись, я сел поудобнее и крепко прижал к себе Тони, не меняя его темпа, но предупреждающе схватив за ошейник. Тони хрипло стонал, не открывая глаз, и двигался, явно никуда не торопясь, будто дразня меня.       — Так и будешь разогреваться? — усмехнулся я, оставив влажный след на его шее. Парень чуть дернулся, а по его телу побежали мурашки.       — Жду, когда ты возьмёшь все в свои руки, — ехидно протянул альфа и обхватил меня за шею, повернув ко мне голову. — Я же вижу, как ты хочешь меня трахнуть. Ну так трахни, как того хочешь ты.       — О нет, Тони, — я покрепче схватил альфу за ошейник, душа того. — Я хочу не трахнуть тебя, а выебать как течную суку. Сечешь?       — Ну так выеби, — дал зелёный свет парень и вдруг, соскочив с моего члена, устроился на четвереньках, как можно шире раздвинув ноги, будто приглашая. — Или тебе нужно отдельное приглашение?       — Ты сам разрешил, — оскалился я и, резко притянув к себе за бедра парня, да так, что тот вскрикнул от неожиданности, вошёл одним мощным и грубым толчком внутрь, вжимая голову в постель. Тони что-то прохрипел, но охотно подался, поощряя мои действия. — Я буду ебать тебя всю ночь.       Тони лишь фыркнул, но потом ему было не до смеха. Схватив альфу за волосы и потянув на себя, я грубо врывался в податливое тело, каждым толчком выбивая протяжные стоны парня, стараясь довести его до исступления.       — Ах, Джейк. Ещё.       — Тебе мало, да? — губы растянулись в ухмылке. Свободной рукой я прошёлся по животу Тони, поднялся неспешно выше, к груди, нашёл пальцами вставший сосок и покрутил его, грубо оттянув.       — О да, — заскулил Тони и прогнулся в пояснице, сильнее выпятив ягодицы. — Давай ещё, Джейк.       Размашисто и быстро вбиваясь в желанное тело, одной рукой держал альфу за ошейник, кусая подставленные плечи, а второй скользил по груди, лаская твердые соски. Удовольствием наполняло каждую клеточку тела. Внутри Тони было очень горячо, а ещё узко. Он буквально засасывал меня, крепко держа своими мышцами и не выпуская.       — Так не хочешь отпускать меня? — хрипло проговорил я Тони на ухо и шлёпнул по заду. Альфа простонал и сам насадился поглубже, хватаясь за мои бедра.       — У нас с тобой всё гармонично, — усмехнулся Тони и опустил руку на свой стоящий и уже вовсю текущий член.       — Руку убрал, — рыкнул я, и Тони послушался, схватившись за покрывало.       Ускорившись, подходя к оргазму, я сам принялся дрочить Тони, зажимая в кулаке скользкую покрасневшую головку. Тони стонал как сучка, выгибался, активнее скользя своим членом в моей руке, и закатывал глаза от волнами накатывающего удовольствия. Когда парень кончил с моим именем на губах и излился мне в руку, я сделал ещё пару движений и кончил внутрь него, заполняя собой.       Тони упал на кровать и пытался отдышаться и придти в себя. Я вышел из альфы и прошёлся губами по всей спине, с удовольствием наблюдая, как из растраханной дырки вытекает моё семя. Опустившись ниже, укусил Тони за ягодицу, отчего тот вскрикнул и развернулся, уставившись на меня ошалелыми глазами.       — Ты настолько впечатлён? — усмехнулся я. Тони забавно вылупился, но выглядел не менее сексуально.       — Задница — это святое. И теперь моя очередь показывать тебе свои умения, — в глазах альфы загорелся огонь и будто открылось второй дыхание. Тони с лёгкостью повалил меня, навалившись сверху, и вовлек в жадный поцелуй, отвлекая от пальцев, что уже вошли внутрь меня и умело там орудовали. — В тебе как-то свободно, Джейк.       И так удивился. Святая простота. Я лишь усмехнулся и обхватил икрами бедра Тони, притянув к себе. Лицо Тони оказалось прямо перед моим, и я шепнул ему в губы:       — Ну ты же не думал в одного удовольствие получить.       То, что я получаю больше удовольствия от нижней позиции Тони знал. И до сих пор не мог к этому привыкнуть. Да, я любил руководить, любил показывать свою власть над другими, особенно над Тони, и также любил хорошенько отодрать. Но всё это было скорее приевшейся установкой. Я просто привык к руководящей роли. А вот подчиняться Тони, быть под ним и принимать его в себе — оказалось более будоражащим и сладким, чем я мог когда-то представить. И реальный кайф я ловил только будучи снизу и только с моим Тони.       — Ты сам напросился. Сегодня я нежным не буду.       — А я разве говорил, что мне нравятся ванильные сопли? — хмыкнул я и, обхватив ягодицы Тони, потянул на себя так, что член альфы улёгся аккурат между ягодиц и заскользил между ними, не входя внутрь. Я замер от предвкушения и тяжело выдохнул, глядя на Тони жаждущим взглядом.       — Какой же у тебя блядский взгляд, Джейк, — хрипло проговорил Тони, продолжая тереться об меня, но не входя внутрь.       — Чем жёстче, Тони, тем лучше. Доставь мне сегодня удовольствие.       — Всё для тебя, — Тони облизнул губы, схватил мои руки и прижал над головой, резко и до конца войдя внутрь.       — Блять, — выдохнул я от контраста боли и наслаждения. Было мало, очень мало. Хотелось больше, быстрее, глубже и грубее.       Тони, уже зная как мне нравится, принялся быстро и жёстко вбиваться в меня, крепко держа мои руки над головой, выбивая каждый стон, каждый вздох. А когда альфа головкой члена коснулся простаты и меня выгнуло в пояснице, а по всему телу прошлись сладкие разряды удовольствия, я мог только стонать, с каким-то фетишистским наслаждением глядя на ходящий туда-сюда черный кожаный ошейник с блестящими шипами. И в голове не осталось ни одной лишней мысли, кроме, того, что Тони принадлежит только мне и всегда будет моим. И ошейник словно в знак согласия покачивался на шее Тони в такт толчкам, заявляя мои права на него. Будь моя воля, я бы заставил носить его этот чертов ошейник всегда, не снимая. Чтобы все знали, кому принадлежит альфа. ***       Проснулся я под утро от чьих-то трепыханий. Не сразу мозг сообразил где и с кем я нахожусь. Но стоило мне придти в себя и лениво открыть глаза, как я увидел перед собой довольную морду Тони. Альфа уже не спал и во все глаза смотрел на меня.       — Чё пялишься? — сонно спросил я и получил неожиданный поцелуй.       — Любуюсь.       — Моей заспанной рожей? — усмехнулся я.       — Твоей милой рожей и всклокоченными волосами, — улыбнулся Тони и пальцами ласково прошёлся по моим щекам и небритому подбородку.       — Тебе явно нравится страшная версия меня.       — Мне нравишься весь ты, — тихо рассмеялся альфа. — И когда брутальный с идеальной укладкой и в крутой одежде, и когда такой домашний, заспанный и милый как сейчас.       — Ты тоже милашка, — я потрепал Тони по волосам и вскочил одеваться, со смешком отметив, как парень выпал от ласкового обращения. — Чего лежишь? Поднимай свой зад. Нам ещё за сыном ехать.       — Я тебя обожаю, — блаженно улыбнулся Тони, выплыл из кровати и, как был, полностью обнаженный, прижался ко мне со спины, мягко целуя в шею. Утренние нежности я не любил, но иногда ощущал в них потребность. И сейчас мне самому хотелось мягко расцеловать альфу и повалить на кровать отсыпаться.       — Я знаю.       — А ты?       — А я ничего не говорил.       — Джейк, от тебя нежности не дождешься.       — Ты знал всегда, с кем имеешь дело. Я и розовые сопли это абсолютно разные понятия.       — Эх, а иногда так хочется услышать от тебя что-то милое, — вздохнул Тони и провел руками по моему торсу, целуя плечи и спину.       — Ты сегодня услышал уже. Не наглей.       — Ладно, как-нибудь потом, — преувеличенно весело проговорил альфа и тоже стал собираться. А я, глядя на то, как Тони одевается в свои вчерашние шмотки, бережно складывая в пакет ошейник и рожки, ощутил какой-то неизвестный доселе прилив нежности. Вдруг всё стало так незначительно и мелочно по сравнению с ним одним, таким единственным и уж точно неповторимым, что я не удержался и со смешком сказал:       — Люблю тебя, идиот.