Ice americano with sugar

Он пришёл вечером – как в последние дни. Без кофе. Без лишних слов. В чёрной футболке, с рукавами, снова закатанными выше локтей. Санвон уже перестал делать вид, что это «просто совпадение». Теперь он ждал. Он готовил стакан с водой заранее. И даже иногда – оставлял место напротив пустым, чтобы никто не занял. Сегодня Он принёс маленькую коробочку. Санвон поднял бровь. – Это что? – Пирожное. Из пекарни рядом с моим домом. Вы же любите лимонный вкус? – Я? – Вы пробовали лимонный тарт три дня подряд. Я умею складывать факты. Санвон не ответил. Он просто улыбнулся. Очень естественно. Они сели. Он – у окна. Санвон – напротив, когда между заказами было свободное время. – Вы не часто говорите о себе, – сказал Он. – А вы – не часто спрашиваете. Он кивнул, принял вызов. – Тогда расскажите. Вы всегда хотели работать в кафе? Санвон опёрся на локоть. – Я хотел работать там, где можно смотреть на людей и молчать. В кафе это нормально. – А если хочется говорить? – Тогда… нужны правильные люди. – А я – правильный? Санвон замолчал. Слишком прямой вопрос. Слишком тёплый взгляд. Но он не отступил. – Не знаю. Но вы приходите каждый день. Это уже что-то значит. *** На следующий день Санвон проснулся с температурой. Простуда. Глупая, нелепая, внезапная. Он написал Ансиню:

Закрой за меня, ладно? И, если Он придёт – скажи, что я не умер.

Ансинь ответил:

Ты драматичен как итальянская опера. Поправляйся.

Санвон не думал, что пропуск дня может быть таким… тревожным. Он лежал, смотрел в потолок – и пытался представить: Придёт ли Он? Что подумает? Спросит ли про него? Останется? Уйдёт? Он ничего не знал. И это сводило его с ума. А вечером, в «CANTO», Он всё-таки пришёл. Как всегда. Только Санвона не было. Он подошёл к стойке. Ансинь смотрел на него, как на интересный фильм. – Добрый вечер, – сказал Он. – Добрый. Санвон – не здесь. Простудился. – Понятно… – Он кивнул. – Надеюсь, ничего серьёзного. Ансинь прищурился. Немного хищно. Немного по-дружески. – Вы – не просто так приходите, да? Он чуть улыбнулся. – Думаю, это уже не секрет. Ансинь протёр стойку. – Он на кухне два дня назад рассказывал, как вы держали стакан. Дословно: "Он держит кофе так, будто в руках птица, а не стакан." Он отвёл взгляд, как будто что-то в этом смущало его больше, чем признание. Ансинь продолжал: – Вы можете просто сказать ему. Не надо быть загадкой с татуировками. Он уже месяц не спит. Он посмотрел на него. – А если я что-нибудь испорчу? Всё? Ансинь хмыкнул. – Ну, в худшем случае вы останетесь без кофе и с сердцем в осколках. А в лучшем – у вас будет кто-то, кто знает, как вы пьёте воду. Парень кивнул, и в глазах мелькнуло что-то… уязвимое. – Скажете ему, что я заходил? – Конечно. Только… – Ансинь прищурился. – Можете оставить что-нибудь. Чтобы он точно знал, что вы были. Он подумал. Открыл свой блокнот. Вырвал лист. Написал: Иногда одного дня – слишком много. Выздоравливайте. Завтра буду здесь. Он ушёл, не обернувшись. А записку Ансинь аккуратно положил рядом с кофемашиной. На ней потом останется отпечаток стакана с водой. И запах цитруса от Его духов. Санвон найдёт её утром. Он не улыбнётся, он даже не вздохнёт. Просто тихо прижмёт лист к груди. И останется так на несколько секунд. Молча. Счастливо.