Аномалия Инкуба

«Я жаждал, и в таком усердии есть обещание» («Суровое испытание», Артур Миллер, акт 3) Эдвард Глубокий и темный туман окутал Сиэтл этой ночью. Обманчивый свет уличных фонарей в непроглядной белой тьме распугивал пляшущие тени, как демонов и призраков. По правде говоря, я мог видеть даже сквозь такой плотный туман. Но я был ослеплен. Ослеплен ею. Она уничтожила меня. Еще никогда мой нож не был так долго чист. Обычно, я всегда старался быть удовлетворенным и сытым. Интересно, это ли имеют в виду смертные, когда говорят, что хотят чего-то, что не могут получить? Я размышлял о ней, когда сел за пианино. Мои пальцы рассеянно перебирали клавиши, в поисках нот любимой «Лунной Сонаты» Бетховена. Я чувствовал, что чем больше я думаю о НЕЙ, тем сильнее сжимается моя челюсть, а мои мысли постоянно возвращались к НЕЙ. «Она будет МОЕЙ!» «Она станет моей очень СКОРО!» А она всего лишь в нескольких десятках метров от меня… Такая мягкая, горячая и желанная... но я не хотел съедать весь фрукт сразу. Я хотел продлить это сладкое мучение, перед тем, как насладиться ЕЕ кровью и ЕЕ телом. Мой слух уловил ЕЕ смех, но годы практики подсказывали, что это был не смех радости. Он звучал странно, как будто сдавленное дыхание. Ее сердцебиение зашкаливало, а шаги были более неустойчивы, чем обычно. Неужели она пьяна? Я продолжал играть. Мои руки самостоятельно подбирали верные ноты, несмотря на то, что мои мысли были заняты совершенно другим. Я остановился, звуки фортепьяно затихли в тот момент, когда воздух наполнила другая музыка. Тихий звук гитарных струн и женское пение остановили меня. Это была ОНА. Как автономное оружие с самонаведением, я готов был уничтожить все на своем пути, чтобы услышать ее, увидеть ее, почувствовать ее. Сокрушенный соблазном, я быстро вышел из дома. Туман скрывал мои нечеловечески быстрые движения, и в одно мгновение запрыгнул в окно ее спальни. Свечи, которые она зажгла, затушили пламя и погасли. Легкий сизый дымок закрутило потоком принесенного мной воздуха. Она перестала играть и начала неуклюже продвигаться к двери в гардеробную. Она была похожа на маленького щенка, забытого хозяином. Я наблюдал за ней. Не знаю, сколько это длилось, час или несколько секунд – я потерял счет времени. Я наслаждался, смаковал ее аромат. Я больше не мог сопротивляться себе. Я оказался с ней рядом, как только принял решение. Я легонько толкнул ее в спину. Она споткнулась и упала, не устояв на ногах от большого количества выпитого красного вина. Я мог чувствовать виноградные нотки даже через улицу. Но даже за этим явным винным запахом я чувствовал ее восхитительный и неподражаемый, такой уникальный аромат! Высвободив гитару из ее ладоней, я поднял ЕЕ на руки как куклу и, положив себе на плечо, понес в кровать. Расстелив постель, аккуратно сложив покрывало в ногах, я опустил ее на кровать. Мне просто нужно было увидеть ее. Всю ее. И я медленно принялся ее раздевать. Сначала я снял с нее ботинки и поставил возле кровати. Ее ножки были маленькими, бледными и очень мягкими, а ногти на ногах сверкнули темным обсидианом. Затем ее джинсы. Молния негромко проскрипела в темноте. Я медленно стянул деним с ее бедер, с ее перламутровых ножек и снял. Аккуратно сложив, положил их поверх сложенного покрывала. Дальше ее черная футболка. Я приподнял ее и потянул ткань вверх через руки и голову. Ее лицо скрылось на миг, а затем освободилось от черного трикотажа. Волосы темной копной разметались по белой подушке. Она была без лифчика, и ее нежная грудь тут же окрепла под прохладой воздуха. И лишь единственный кусочек ткани сейчас оставался на ней. Трусики. Я чуть не разорвал их в поспешности, желая снять их с нее – я жаждал видеть ее всю. Аккуратно сложил всю ее одежду в стопку и встал с кровати, наслаждаясь видом абсолютного совершенства. Она не была невинной как Ева, но в ней не было недостатков. Ее тело было прекрасным, ее бледная кожа ласкала мое воображение. Мне казалось, что она была соблазнительней Лилит. (ПП: Лилит — дьяволица, являющаяся во сне неженатым молодым мужчинам и соблазняющая их) Ее грудь жаждала прикосновений, ее губы – поцелуев, ее тело – ласк и секса. Она была обнажена, и я мог наслаждаться этим. Я склонился над ней на кровати, ее ноги были между моих. Я медленно вдохнул ее запах около шеи, и вся моя сдержанность чуть не рухнула в один момент. И мой демон умолял попробовать ее, всего разок. Как я мог устоять? Сглотнув яд, наполнивший рот, я склонился к шее и легонько лизнул ее. Она слегка сдвинула руку, приоткрывая шею для меня еще больше. Я попробовал на вкус ее идеальную кожу и почувствовал восставшее возбуждение. Я не мог остановиться… Мне хотелось пробовать ее… Я слышал ее сердцебиение, бушующее в грудной клетке, я слышал ее глубокое дыхание, чувствовал совершенство ее бледной кожи… Я медленно соскользнул носом с шеи до груди и заметил мурашки на ее коже, которые явно появились не от холода. Я испытывал свой контроль дальше, скользнув вниз к ее животику. Ее неровный пупочек – совершенное несовершенство. Это лишь напомнило мне о том, что под кончиками моих пальцев настоящая, живая, смертная ОНА. Я встал на колени между ее ног, но удерживал себя от прикосновений. Не в этот раз. Сейчас я хотел пробовать. Я попытался глубоко вдохнуть сквозь мучительное пламя в горле. Ее запах сводил с ума. Без колебаний, я склонился над ней и скользнул языком по ее горячим губам. Ее дыхание сбилось на секунду. Ее вкус оказался намного изящнее, чем я мог себе это представить. От удовольствия я закрыл глаза. Ее артерия громко и настойчиво звала меня, я сжал челюсть. Я оказался у дальней стены прежде, чем смог бы моргнуть. Я стоял там и смотрел на нее широко раскрытыми глазами. Моя сдержанность безнадежно истончалась. Я должен убраться отсюда, пока мой внутренний шипящий монстр не овладел мною. Я приподнял ее одежду и, развернув покрывало, укрыл ее, оставив одежду на углу кровати. Медленно отошел к окну и выпрыгнул в него, приземлившись через улицу около своего дома. Мой разум все еще сражался с инстинктами, которые просто жаждали крови и ее тела. Я морил себя голодом. Если в ближайшее время я не поем, то мои инстинкты возьмут вверх надо мной. Я не убивал вот уже 20 лет, и я старался воздерживаться от этого. Это было слишком дико и глупо для меня. Просто убить добычу и выпить всю кровь – неинтересно, гораздо приятнее умудриться насытиться и оставить жертву живой, не обратив ее. Чем голоднее я был, тем больше меня обжигала жажда, тем больше мне хотелось продлить это преследование. Это сделает кульминацию и финал моего преследования еще более яркими и почти незаконно возбуждающим. Где-то наверху зазвонил мой телефон. Я поднялся, и взглянул на дисплей. Это был Эммет. - Эммет. - Господи, Эдвард! Да расслабься, парень! – его голос был радостным и ярким, как всегда. - Чем я удостоен чести твоего звонка? – холодно произнес я. - Элис беспокоится о тебе. Элис – моя сестра, не по крови, но по сути – по дьявольскому соглашению. И Эммет – тоже. У меня была семья в этой жизни. Браться и сестры. Мой отец – Карлайл, обратил меня в 1918, после того, как моя умирающая мать умоляла его спасти меня от медленной и мучительной смерти от Испанки. Добрый доктор взял это обещание на себя. Он видел, что я умирал и обратил меня. Я переродился его сыном. Я насмехался над ним. Мне были смешны и непонятны его попытки быть хорошим. Я не разговаривал с ним уже 20 лет, с того самого момента, как он застал меня над трупом с полным ртом кровавого нектара. Мы долго спорили об этом, и я сказал, что не хочу контролировать свою хищную натуру и могу вполне счастливо жить ВНЕ его системы ценностей. Так и было. Я был счастлив. Я был удовлетворен. Во всем! Я вздохнул, сжимая пальцами переносицу. - И что же за пугающее видение будущего тебе поведала наша дорогая сестра? - Она сказала, что ты убьешь, если не поешь в ближайшее время! - сказал он невыразительно низким голосом. - Передай ей, чтобы она не беспокоилась. Я планирую насытиться в скором времени, - я улыбнулся, представляя обнаженное тело Беллы как банкет для моих рук, моих губ, моего сексуального желания. - Если ты ничего не предпримешь в ближайшее время, она грозилась приехать к тебе лично, - предупредил он. Я опять вздохнул и закатил глаза. Моя сестра могла быть порядком надоедливой, особенно из-за ее дара видеть будущее. Она была миниатюрным, хрупким на вид бессмертным созданием, с тоненькими чертами лица и черным ежиком волос на голове. - Если Элис решила нанести сестринский визит, то, всегда пожалуйста! Она это знает! Эммет хихикнул. - Слушай, так ты уже трахнул соседскую девчонку или нет? - Нет, еще нет, - прошипел я в телефон. Он засмеялся. - Ну, так дай мне знать, когда сделаешь это! Она горячая штучка! - Да пошел ты, Эммет! Он засмеялся снова и отключился. Я вернулся к фортепиано. Мои мысли кружились и постоянно возвращались к Пандоре, живущей через улицу. (ПП: Пандора - имя мифической обладательницы волшебного ларца со всеми бедами и надеждой). Я сел на скамью перед инструментом, мои пальцы беспокойно и быстро летали по клавишам, пока я был занят раздумьями. Наверное, прошло несколько часов, потому что солнце уже начало освещать туманную мглу. Я услышал ее движения в доме через улицу. Моя голова повернулась на звук, но руки продолжали скользить по белым клавишам. Наконец я закончил унылой нотой и, зарычав, поднялся со скамьи. Я знал, что Элис нанесет мне визит быстрее, чем я могу предположить. Решил опередить ее и нанести ей братский визит. Джаспер, ее парень, и я никогда особо не общались. Он считал себя выше и лучше меня, потому что был старше лет на 60. Я схватил ключи от машины и направился в гараж. Vanquish ждал меня. (ПП: Aston Martin Vanquish) Я ласково провел по черным изгибам машины, прежде, чем открыть дверь и сесть в нее. Повернул зажигание, и мотор мирно заурчал. Открыв дверь гаража при помощи пульта, я выехал на подъездную дорожку. Дверь ее дома отворилась, и Белла вышла на улицу, прячась в черную толстовку и пижамные штаны. Мое возбуждение моментально проснулось. Меня вновь обожгло ее ароматом. Я глубоко вздохнул, и, кажется, воздух в машине запульсировал. «Она скоро будет моей!» Я смотрел, как она прикурила сигарету и шагнула на подъездную дорожку. Она дошла до конца дорожки и наклонилась, чтобы подобрать газеты. Я медленно выезжал, опуская окно. Ошеломляющее удивление на ее лице стоило моего пожара в горле. - Белла, - произнес я и смотрел, как ее глаза округляются. Она продолжала смотреть на меня, как загнанный в ловушку зверь. Ее рот приоткрылся, и из ее прекрасных губ выпала сигарета. - Возможно, я когда-нибудь все-таки выпью с тобой кофе, Белла. Придавив педаль газа, я закрыл окно и укатил вниз по улице. Я посмотрел на нее в зеркало заднего вида. Она стояла ошеломленная, застыв на полушаге. Я усмехнулся сам себе – ловушка захлопнулась. * * * Мой визит к Элис был весьма интересным. Я зашел в ее просторную квартиру, в которой она жила с Джаспером. - Посмотрите-ка, кто пришел… - ухмыльнулась она. Я вопросительно поднял на нее бровь. Она повернулась и позволила мне пройти в гостиную. Огромные окна открывали прекрасный вид на город. Особенно красивым был вид на вечерний город. Огни, машины, неоновые вывески, бурлящая жизнь города, даже под проливным дождем и покровом ночи. Я присел и слушал лепет Элис. Она опять пыталась примирить меня с семьей. Я опять ей объяснял, что мне не интересны данного рода семейные узы. Но она была решительно настроена помирить нас, и я уже начал шипеть на нее, чтобы она оставила эту тему в покое. На мое шипение в комнату вошел Джаспер. Он угрожающе взглянул на меня своими золотыми глазами, и я вернул ему угрозу своим черным убийственным взглядом. Я пробыл у них недолго, а потому вскоре, подъезжая к дому, увидел, что что-то прикреплено к моей двери. Поэтому грустные мысли после визита к Элис сразу отошли на второй план. Я припарковал машину в гараже и поспешил к входной двери, по пути закрывая гараж, нажав на пульт. Это было от НЕЕ. Я мог чувствовать ее запах. Тихонько потянул из двери сложенный листок, на котором сверху было написано мое имя. Открыл и прочитал: «Эдвард, я прошу прощения за то, что продинамила тебя с кофе. Мне очень-очень стыдно за это. Мы можем начать все сначала? Я бы хотела выпить с тобой кофе завтра вечером, скажем часов в 7? Я буду ждать тебя в Bauhuas после работы. Белла.» Белла - Джессика, я серьезно, - я подняла на нее глаза. Она застыла в шоке. Она пришла, чтобы задать мне вопрос, но когда увидела, что творилось у меня в комнате - все содержимое моего гардероба было разложено по всем свободным местам небольшого помещения, она задалась вопросом почему. - Белла, ты серьезно? Тот горячий соседский парень? Ты. Белла Свон. У тебя свидание с чертовски сексуальным парнем из соседнего дома? – спросила она раскрыв рот от удивления. - Да, - я закатила глаза. И тут она завизжала. - О, Мой Бог! Так, Белла! Ты должна мне разрешить помочь тебе! Ну, пожалуйста, Белла! – умоляла она. Я вздохнула. - Мне, черт побери, это просто необходимо! Я так нервничаю! Я ведь продинамила его, еще до того, как узнала, что он – мой сосед. Я встретила его во время перекура у театра. Она застыла в немом ужасе. - Ты. Продинамила. Его? - Она пару раз моргнула округленными глазами. Я посмотрела на нее и отвернулась. - Да. Она подошла ко мне сзади и отвесила мне подзатыльник. - Да что с тобой такое, Белла? Я смущенно посмотрела на нее. - Не знаю. Я просто боюсь, что я еще не готова. - Ну, ты будешь готова, когда я закончу с тобой! – она скривила губы и откинула прядь шоколадных волос за плечи. Следующие два часа она заставляла меня примерять все мои вещи. Она очень хотела нарядить меня в платье, от чего я категорически отказалась. В итоге, мы сошлись на черном топе в обтяжку с одним рукавом. Одна рука была оголена, а вторая затянута в черную ткань. Она заставила меня одеть удивительное изобретение «пуш-ап» без бретелек, которое оказалось очень неудобным. Я начала было жаловаться, но она перебила меня, уверив в том, что мне просто необходимо произвести сногсшибательное впечатление после того, как я продинамила его в первый раз. Несколькими часами позже, когда моя рабочая смена закончилась, я переоделась в приготовленные черные джинсы в обтяжку и черный топ с одним игривым рукавом. Нацепив на ноги туфли от Louboutin, я улыбнулась. Эти черные шпильки я просто не могла не купить. По всему периметру туфли были прикреплены серебряные гвоздики. Туфли выглядели очень готично, что в моем стиле, но были достаточно сексуальны, чтобы одеть их на свидание. Свидание. Мне становилось легче, если я прокручивала это слово в голове. Я слегка завила волосы и нанесла немного парфюма. После того, как я проверила макияж на свету, я поняла, что лучше уже просто не будет. Я направилась к черному входу, доставая сигаретку, чтобы хоть немного утихомирить свои нервы. Вышла на улицу и прикурила, выдыхая дым в туманный вечерний воздух. Оглянувшись через левое плечо, я вдруг увидела, что он практически материализовался из тумана. Он стоял там и ждал меня, облокотившись спиной на фасад здания. Он поднял глаза и наши взгляды встретились. Электрический импульс, вспыхнув в голове, промчался через все тело и спустился между моих бедер. Мое дыхание стало неровным, но я направилась прямо к нему. На нем было темное шерстяное пальто, а руки покоились в карманах. Его волосы были в идеальном беспорядке, и я просто умирала от желания, запустить руку в его бронзовые пряди. Его волевой подбородок, казалось, с особым трепетом и любовью к прекрасному был вырезан древнегреческим скульптором. На нем опять были темно-синие джинсы, которые сидели на его ногах как влитые, а заканчивала этот ансамбль, чтоб меня, пара стильных ботинок от Doc. Martens. «О, Боже! Неужели это происходит со мной на самом деле?!» Эдвард В этот раз я решил встретить ее, зная, что она, наверняка, может попробовать сбежать в последний момент. Но ей не убежать от меня! Она вышла на улицу, закуривая сигарету, и выдохнула в воздух. Мое тело немедленно среагировало на ее приближение. Огонь воспламенял горло, но пожар доставлял удовольствие. Это маленькое жалкое создание просто не могло меня так легко заполучить! На ней был кожаный жакет и пара черных обтягивающих ее стройные ножки джинс. Она застыла на мгновение, когда увидела меня, но потом пошла навстречу. Ее тонкий каблук делал ее выше. И я представил, как бы смотрелись ее ножки в этих туфельках вокруг моего тела во время секса. Ее черные волосы слегка были завиты и легко ниспадали на плечи. Она постоянно старалась убрать непослушные пряди назад, а мне жутко захотелось утонуть в её волосах, вдыхая дивный аромат. На ней сегодня был дорогой парфюм. Никогда не понимал, почему женщины так любят духи. Неужели они не понимают, насколько их естественный аромат очарователен. Она подарила мне застенчивую улыбку, когда я оттолкнулся от стены, чтобы встретить ее. - Привет, - сказала она, опустив голову. - Привет, Белла! Ты готова? – спросил я, предлагая ей свою руку. Она нервно улыбнулась, поглядывая на меня. - Думаю, да. Она осторожно взяла мою руку, и я повел ее к припаркованной чуть дальше машине. Прикосновение ее руки к моей сразу отозвалось возбуждением, а она часто задышала. Могу ли осмелиться предположить, что она тоже была под впечатлением от этого? Мы подошли к машине, и она неохотно убрала свою руку с моей. Я открыл для нее дверь, она скользнула на сиденье, и я засмотрелся на ее ноги. Закрыв пассажирскую дверь, обогнул машину и сел на водительское место. Мы доехали до кофейни, я припарковал автомобиль, и мы пошли внутрь. Внутри было тихо, только легкая джазовая музыка звучала фоном. Кафе уже было украшено ко дню Благодарения в теплых осенних красках, создавая уютную атмосферу. Наш заказ быстро приняли, и уже в скором времени на столе стоял ее тройной американо с холодным молоком и мой двойной эспрессо. Присаживаясь за стол, я снял с себя пальто, повесил его на спинку стула, поправляя рукава моей черной рубашки. Я немного закатал рукава, и она молча посмотрела на мои руки. Она скинула с плеч свой жакет, и ее запах стал интенсивнее. Я чуть не прыгнул через стол, но сдержал себя. Ее женственные изгибы были затянуты в черный деним, а бледная кожа оголенного плеча так и звала прикоснуться губами и отыскать ее вену на руке. Я сопротивлялся зову зверя и откинулся на спинку стула, расслабляясь. Белла выглядела напряженной, казалось, ей очень неуютно. Ее глаза лихорадочно шарили по помещению, и казалось, что она вот-вот сбежит. Я наслаждался, кажется, добыча почувствовала приближающуюся опасность. - Белла, я знаю, что ты работаешь в театре. Расскажи, чем ты занимаешься? – спросил я в надежде узнать о ней побольше информации. Она подняла свои тонкие брови и посмотрела мне в глаза. - Я старший менеджер сцены. В основном, имею дело со всякого рода закулисными работами. Отвечаю за все, что происходит за кулисами во время спектакля, и при подготовке к нему. Она изящно потягивала свой напиток из кружки, глядя на меня из-под опущенных ресниц. Ее глаза медленно закатились, она вздохнула и прикрыла глаза от удовольствия. Я моментально возбудился от такого зрелища и, наверное, уже готов был проткнуть своим членом дырку в столе. - Я обожаю кофе в этом заведении. По вкусу это почти оргазм, – она вздохнула еще раз. Мне стало жутко неудобно на этом стуле, когда ее слова сорвались с губ и приземлились прямо мне на колени. Мы встретились взглядами, и она быстро отвернулась, заливаясь румянцем. Повисла тишина, и она глубоко вздохнула. - Ну, а ты чем занимаешься? - поймав мой взгляд, спросила она. Я ухмыльнулся. - Я занимаюсь инвестициями, - я взял в руки свой эспрессо и сделал глоток, проталкивая кофе в горло. Мое тело кричало на меня за то, что кофе не был в списке предпочитаемых напитков. Белла тихонько потягивала свой кофе, обхватив маленьким ручками кружку, ее черные ногти блестели в приглушенном свете. - Какие планы на День Благодарения? – спросила она. - Никаких. Я живу отдельно от своей большой семьи. Так что ничего конкретного. Ну, а у тебя какие планы? – спросил я, игриво поднимая бровь. Она поставила на стол свою кружку. - Моя соседка по дому съезжает от меня в конце этой недели, так что на День Благодарения я остаюсь совершенно одна. Я бы, конечно, могла бы пригласить отца. Но мы не очень ладим в последнее время. Так что, если сегодняшний вечер тебя не напрягает, то приглашаю тебя к себе на День Благодарения. Можешь прийти, и мы зальем спиртным все свои проблемы. Мой вариант «заливания проблем», вероятнее всего, напугал бы ее до смерти, но рекламировать это не стоит. - Я могу только поймать тебя на слове! – улыбнулся я ей. Ее глаза моментально округлились, и я дал ей время прийти в себя. - Так над какой же постановкой сейчас работает ваш театр? - Мы готовимся к премьере театральной адаптации «Инферно» Данте. Постановка действительно хороша! Все очень близко к Данте. И это одна из моих любимых. Так что я с нетерпением жду, когда же эта история оживет на сцене. Ее взгляд был немного задумчивым. Я не смог устоять и прочитал первые строки. - Nel mezzo del cammin di nostra vita, mi ritrovai per una selva oscura ché la diritta via era smarrita. Она взглянула куда-то вдаль и перевела. - Земную жизнь пройдя до половины, я очутился в сумрачном лесу, утратив правый путь во тьме долины. Наши взгляды встретились и на мгновение задержались друг на друге. Между нами сверкнул почти ощутимый заряд. Я услышал, что ее сердцебиение ускорилось, а дыхание стало глубже. И я ощутил слегка различимый, но уже знакомый мне аромат ее возбуждения. Ее зрачки расширились, и я, по привычке, выдохнул в ее сторону, наполняя пространство вокруг нашего столика своим запахом. Она инстинктивно подалась навстречу, склоняясь ближе ко мне. Мой рот наполнился ядом, горло обжигало жаждой, челюсть сжалась, пока я боролся сам с собой. Мои руки под столом сжались в кулаки, и я прекратил дышать, чтобы ее аромат не склонил меня к насилию. Я жаждал сорвать с нее всю одежду, жаждал открыть ее для себя, жаждал секса, жаждал слышать ее крики, жаждал прокусить ее тонкую нежную кожу и вкусить ее самую суть. Мой внутренний монстр разрывал меня изнутри, его рев гудел в моей голове, я отвернулся от нее, разорвав зрительный контакт. Она прерывисто задышала, и дрожащими руками подняла к губам кружку, сделав короткий глоток кофе. Я был способен контролировать себя и начать нормально дышать. Медленно выдохнул и перевел взгляд на нее. Она смотрела на свою чашку с кофе, ее плечи побеждено опустились. Она склонилась под тяжестью эмоций. Я прочистил горло и сглотнул вновь скопившийся яд. - Белла, а какой ад лично для тебя? Она одарила меня кратким взглядом прежде, чем погрузиться в свои собственные мысли. Саркастично засмеявшись, она посмотрела куда-то поверх моего плеча и заговорила. - Мой личный ад – это… - она запнулась, моргнула и потрясла головой. - Мой личный ад – это, заказав тройной американо, получить вместо него слабенький латте. Да, ладно! Я думаю, что кофе нужно подавать прямой инъекцией в кровь. Думаю, что так будет и удобнее и быстрее, - Она подняла брови, глядя на меня, и лёгкая улыбка тронула её губы. Она показала мне левую руку и шлёпнула по вене. «Чтоб меня!» Такое ощущение, что она знала, о чем я думаю! - А у тебя есть свой собственный ад, Эдвард? – спросила она, кротко взглянув мне в глаза. Мое имя, произнесенное ее голосом, срывало цепи с моего самообладания. - Думаю, да. - И какой он? Я чуть склонился ближе к ней, она зеркально повторила мое движение. Я задержал дыхание, чтобы не переступить грань и смотрел в ее глаза, пока они не замерли. - Ад — это отрицание всего, что тебе суждено, чтобы насладиться маленькой долей экстаза. Мое заявление повисло между нами в воздухе. Я смотрел, как она вдыхала и выдыхала, как на ее шее пульсировала артерия. Я облизнул свои губы, и она проследила глазами за этим движением. - Ты хочешь уйти отсюда? – спросил я низким голосом, склоняясь к ней ближе. - Да, - тихо произнесла она. Мы одновременно поднялись и направились к выходу. Я открыл для нее дверь, и она осторожно вышла. Закрыл глаза, когда она проходила совсем близко ко мне, ее волосы коснулись моей груди. Я проследовал за ней, и мы медленно пошли вверх по улице. Густой туман окутывал нас обоих. Ее каблучки мерно постукивали по тротуару. Я немного приблизился к ней, и наши плечи слегка касались. Она напряглась. Я знаю, что внутри у нее бушевал пожар от соприкосновения наших тел, как и у меня. Она робко взглянула на меня. Я предложил ей руку, и она протянула свою. - Я могу подвезти тебя домой? – спросил я, задаваясь вопросом, смогу ли противостоять зову ее аромата в маленьком пространстве своей машины. - Я была бы рада, но мне нужно забрать свой байк у театра. Не хочу оставлять его там, - ответила она. - Ну, что ж, раз уж нам все равно в одном направлении. Я дождусь тебя и поеду за тобой следом. Позволь мне у дома выйти и проводить тебя до двери? - Хорошо, - она посмотрела на меня и тут же отвернулась в сторону. Мы подошли к моей машине, я открыл для нее дверь. Она поблагодарила меня, присаживаясь на сиденье, и я закрыл за ней дверь. Обогнул машину и скользнул на водительское место, вставляя ключ в зажигание. Мотор мерно заурчал, и я повел машину обратно к зданию театра. Я не успел и моргнуть, как у театра она открыла дверь и шагнула на улицу. Обернувшись, она склонилась к машине. - Что ж, до встречи на нашей улице? - спросила она. Я, улыбаясь, кивнул. Она выпрямилась и закрыла дверцу. Я ждал, пока она зашла обратно в здание театра. Через пять минут она вышла с сумкой, на ногах уже были ботинки, а в другой руке она держала шлем. Я наблюдал, как она скользнула на свой байк, скрутила волосы и одела шлем, и, убедившись, что ее жакет застегнут, откинула подножку, завела мотор и подчинила этого монстра себе, зажав его бедрами. Она покатила вниз по улице, обернувшись на меня через плечо. Я завел мотор и пристроился вслед за ней. Густой туман окутывал ее темный силуэт впереди меня. Уличный фонари освещали дорогу и мост. Я наблюдал, как она управляет этим серебряным монстром весь путь до дома. Я припарковал свой Vanquish на подъездной дорожке и наблюдал, как она открывает свой гараж. Там было припарковано два транспортных средства. Одно было накрыто голубым брезентом, а второе – красный сияющий Lexus. Должно быть, это машина ее подруги. Я быстро перешел дорогу и направился к ней, она уже выходила из гаража. Она оставила свой шлем на голубом брезенте и закрыла дверь гаража за собой. Она ждала меня на середине подъездной дорожки, наблюдая, как я иду к ней навстречу. Я мог слышать, как ускорилось ее дыхание и сердцебиение. «Интересно, это эффект на меня или на езду на мотоцикле?!» Я поравнялся с ней, и мы направились к ее дому. Когда мы поднимались по ступенькам, я почувствовал, как между нами натянулось ожидание. Она повернулась ко мне перед дверью и взглянула мне в глаза. Ожидая. - Спасибо, что не отказался от моего приглашения, - прикусив свою губу, произнесла она. Я изучающе смотрел ей в глаза. Меня напрягало, что я не мог слышать ее мысли. - Мне было приятно. Думаю, нам стоит как-нибудь повторить это, Белла. Она посмотрела куда-то вдаль и обхватила себя руками. Я не смог устоять и сделал шаг к ней. Она инстинктивно отступила, пока не оказалась прижата к стене дома. Ее рот слегка приоткрылся, когда я подошел к ней вплотную. Склонил к ней голову, она облизнула свои губы и с вызовом гордо подняла подбородок. - Не шевелись, - прошептал я и сглотнул яд. Я слегка коснулся своими губами ее рта. Мои инстинкты взрывались внутри. Я упер свои руки в стену с двух сторон от ее головы и, склонившись к ней, полностью прижался к ее губам. Поймал ее вздох своим ртом. Я почувствовал, как электрический разряд пронзил все мое тело, где-то внизу завязался тугой напряженный узел, и эти ощущения были обоюдными. Ее губы были горячими, влажными и открытыми для меня. Я пробовал ее, смаковал вкус ее губ. Мой язык пробежался по ее губам и слегка коснулся ее языка. Она ответила мне, сначала робко и нерешительно, а затем с большим желанием. Она двигалась со мной, она чувствовала со мной, она наслаждалась со мной. Ее руки судорожно схватили меня за пальто, а моя рука удерживала ее за подбородок, когда я прижимал ее к стене. Ее тело трепетало под моим, пульсировало и поддавалось, пока я не отступил от нее, разрывая поцелуй. Мы стояли там, пытаясь отдышаться. Ее дыхание, ее аромат смешался с моим. Я задержал дыхание, чтобы не выпустить зверя. Она отдышалась, моргнула и проскользнула по стене вдоль дома ко входной двери. Ее руки тряслись. - Спокойной ночи, Белла, - произнес я низким бархатным голосом. - Спп-покойной ночи, - заикаясь произнесла она. Она открыла дверь, скользнула в дом и быстро закрыла дверь за собой. Я услышал, как она скользнула по двери вниз, и ее тело опустилось на деревянный пол. Я широко улыбнулся и направился к себе.