РОКИРОВКИ СУДЬБЫ

-Нюшенька! У тебя нюхательные соли с собой? Что то мне не хорошо стало!- воскликнула Олимпиада Тимофеевна жалобным тоном, обмахивая себя платком. Племянница сразу переключила внимание на родственницу: -Тетушка, я не ношу с собой соль. Что с Вами?- забеспокоилась она. -Наверно долго гуляли,- жалобно стонала пожилая дама. -У Вас же соли всегда в ридикюле лежат,- торопливо схватила девушка свободной рукой мешочек с колен тетушки. -Кирилл Владимирович, помогите пожалуйста,- обратилась она к князю, так как сама не могла развязать тесемку. Мешал птенец. Мужчина неловко порылся в ридикюле и вынул пузырек. Олимпиаде Тимофеевне быстро полегчало. Не столько от соли, сколько от того, что будущие молодожены перестали спорить… Но дома с глазу на глаз тетушка не приминула прочитать нотацию племяннице об ее поведении. Негоже барышне вступать в спор с мужчиной, а если этот мужчина твой жених, без пяти минут муж, да еще и князь!… Вообщем, все такое в подобном роде. Но Анна почти не слушала эту проповедь, вяло отбиваясь от обвинений. «Она вовсе не спорила, просто высказывала свое мнение. А ее мнение таково, что если можешь помочь- помоги. Кто же теперь защитит бедняжку, если не она? Ведь он потерял родителей! Сам прокормиться, да еще с раненной лапкой он точно не сможет…Да, он всего лишь крохотный птенчик, но ведь божья тварь, и оставлять его на погибель не по христиански…» Все это барышня бормотала, оказывая помощь своему найденышу. Ей помогала горничная. Затем птенчику соорудили подобие гнездышка в маленькой коробке и отнесли на окно… Поздно вечером Анна лежала в кровати и пыталась уснуть. «Сегодня был очень насыщенный день. И праздник в нем был, и радость от этого праздника и комплиментов гостей. И легкая грусть от того, что ее детская жизнь, похоже, заканчивалась с наступлением семнадцати лет. Впереди, совсем скоро ее ждало замужество… Что оно в себе таило? Было очень волнительно… и тревожно. Сегодняшний вечер так хорошо начавшийся вдруг вылился в какой то непонятный спор. Оказывается, на такой, по ее мнению, обычный поступок кто то другой (тем более будущий муж) мог иметь иное мнение и не согласиться с ней. Что же будет дальше? Как они поладят… и поладят ли? Кирилл Владимирович никогда прежде не проявлял свое неодобрение так жестко и так настойчиво… А повод то был копеечный! Ох, как то тревожно на сердце и все! С этими мыслями девушка провалилась в сон… Двумя днями позже… К подъезду подъехала карета. Дворецкий особняка Разумовских вышел навстречу. По ступеням довольно быстро поднимался солидный крупный человек, держа в руках трость. Дворецкий пропустил его в холл и замер в ожидании. Мужчина снял цилиндр, демонстрируя посеребренные, волнистые, некогда темные волосы и холодными светлыми глазами взглянул на слугу: -Барон Штольман, извольте доложить Его Сиятельству… Дворецкий слегка склонил голову в поклоне, но с достаточной долей важности. Такое поведение позволяли себе лишь слуги очень богатых и именитых фамилий: -Ваше Благородие, к сожалению Его Сиятельство сейчас не принимают… Вы без приглашения…и… -Да, без приглашения…- Вскинул подбород барон,- но у меня очень срочное дело… Срочное и важное! -Боюсь, это никак не повлияет, Ваше Благородие… У меня распоряжение князя… Он занят!- слегка склонив голову на бок продолжал упираться дворецкий. -Доложите обо мне! Немедленно!- повысил голос гость, сверкнув своими серыми глазами. Его взгляд подействовал на слугу и он пробормотав: «Будьте любезны подождать», удалился. Барон Штольман был видным мужчиной зрелого возраста, широкоплечим и крупным. Носил сюртук по моде, но без апломба и высокие сапоги. Сняв нервно перчатки он бросил их внутрь своего цилиндра и отложил на тумбочку. Без разговора он уходить не собирался. Но что то в поведении дворецкого ему не понравилось. Заподозрив того в обмане мужчина последовал вверх по мраморной лестнице, не дожидаясь приглашения… или отказа. Он тихо прошел по коридору и заметил в конце него приоткрытую дверь. За ней на пороге стоял дворецкий и докладывал хозяину о госте. -Я же Вам велел никого не принимать!- услышал он недовольный голос князя. -Господин барон говорили-с о важности дела…- бормотал подобострастно дворецкий. -Я уехал… по делам… Буду завтра,- отрезал сердито князь. Дворецкий кланяясь попятился спиной и побежал вниз. Барон замер у стены за дверью незамеченый. В щель между створками Штольману был виден свет в комнате… и доносились голоса… Он невольно прислушался. -Что ему нужно от Вас, дорогой?- говорила с улыбкой женщина. -Это по делу… неважно,- отмахнулся голос Разумовского.- Сейчас я бы хотел услышать другое и из других уст… -Что же и из чьих?- кокетливо смеялся женский голосок. Штольман невольно нахмурился и навострил уши. Этот голос и смех ему были знакомы… Даже слишком… -Что Вы по мне соскучились и жаждете одарить ласками… - медовым тоном бормотал голос князя. Штольман поморщился и сжал кулаки. -Сперва объясните, что значит то объявление в газете о Вашей предстоящей свадьбе с некоей барышней Мироновой!- вложила легкое возмущение в свой тон женщина. -Нина Аркадьевна, это не должно Вас касаться,- сразу посуровел голос князя. -Это по Вашему не должно, а меня задело!- послышалась обида в женском тоне.- Меня таким предложением Вы не удостоили! -Вы же прекрасно понимаете, что женитьба такого человека как я зависит от многих обстоятельств,- вздохнул Разумовский, но уж как то пафосно. -Какие же обстоятельства Вас толкнули к порогу купеческой дочери, Ваше Сиятельство?- фыркнула женщина. -Нина Аркадьевна, не забывайтесь. Ваше поведение недостойно…- кажется Его Сиятельство начали сердиться. -Недостойно князя предпочесть купеческую дочь родовитой дворянке,- высокомерным тоном заявил женский голос. -Вы не забыли, что женятся обычно на невинных барышнях, а Вы…- в мужском голосе послышалась насмешка. -Да, я вдова, но спите Вы со мной…- женский голос неожиданно прозвучал возле дверей. Барон Штольман дернулся в сторону. -Так ничего и не изменится… - продолжал улыбаться мужской баритон. -Вы уезжаете!- фыркнула женщина и распахнула двери. Напротив стоял человек. Дама вздрогнула и изменилась в лице. Барон пронзил ее ледяным взглядом своих серых глаз. -Сударыня, Вы низкая женщина,- процедил он замораживающим тоном. Слой пудры не смог скрыть бледности красивого женского лица, но она вздернула подбородок и придала себе высокомерный вид: -Господин барон? Что Вы себе позволяете! -Господин барон?- позади нее возник и сам Разумовский.- Что Вы здесь делаете? -Желал с Вами поговорить,- окинул того таким же холодным взглядом Штольман. -Господин барон, Вы выбрали неудачное время,- принял непроницаемое лицо князь. -Мое терпение на исходе, Ваше Сиятельство,- барон постарался вложить в свой тон издевку, хотя прекрасно знал, что не имеет право так разговаривать с человеком более высокого ранга.- Выпроводите эту…хм… даму (снова как можно больше пренебрежения в тоне) и мы обсудим наш вопрос. -Барон Штольман, Вы ведете себя неподобающе!- начал закипать князь и шагнул прямо на собеседника. Женщина бросала испуганные взгляды на мужчин. Они замерли в шаге друг от друга как две важные птицы. -Ваше Сиятельство, если желаете, я могу приступить к нашему разговору при свидетелях. Мне как раз таки терять нечего!- рубил холодно фразы Штольман. -Я желаю, чтобы Вы прекратили распоряжаться в моем доме!- цедил зло Разумовский.- Сперва Вы оскорбляете женщину здесь, потом указываете мне, что делать! -Прекрасно, - качнулся на каблуках гость.- вчера я узнал из объявления в газете о предстоящих переменах в Вашей жизни, господин князь… -Нина Аркадьевна, будьте добры покиньте нас,- прервал того Разумовский и видя медлительность дамы почти прикрикнул: -Поторопитесь! -Давно бы так!- усмехнулся барон, провожая ту сердитым взглядом. -Вы переходите все границы допустимого!- зашипел Разумовский. -А Вы, кажется, решили обмануть меня…- вскинул подбородок барон, окидывая собеседника холодным гневным взглядом…