РОКИРОВКИ СУДЬБЫ

Утро выдалось солнечным. Яркие лучи пробивались сквозь редкие облака. На траве блестели капли росы. В окнах отражалось небо. Завтрак проходил в тихой семейной обстановке. Анна не удержалась и с легкой улыбкой поинтересовалась как всем спалось в ночь на Ивана Купала? Не тревожили ли кого-то пророческие сны? Взгляд сидящего напротив Платона Генриховича стал недоуменным. По его словам пророчества его мало беспокоят, а вот мысли о том, как уберечь будущий урожай от затопления- точно. И он непременно бы высказал упрёк супруге за такие неудачные шутки в виде гаданий, если б погода, действительно, не подтверждала избытка дождей. Анна невольно смутилась и смолкла, Она не неожидала, что ее шутливый вопрос вызовет такой откровенные ответ. Да, похоже, с её супругом вообще, не имело смысла шутить. Хорошо, тётушка отвлекла её, поведав, что к счастью или нет, но спала без снов. Хотя гадальные строки из стиха племянницы ей не давали покоя. Анна с мягкой улыбкой призналась, что не хотела такого беспокойства ее родственникам. Платон Генрихович покачал головой, но выглядел снова благожелательно. Анна бросила невольно взгляд на его сына, молча пившего кофе. Его спрашивать о ночи уже не решаясь и наткнулась на ответный взгляд. Тот усмехнулся и после паузы вздохнул, пряча иронию в бороде: -Чтож, Анна Викторовна, признаюсь, что благодаря Вашим увлечениям стихами, вынужден был вечером достать поэтический буклет и найти то стихотворение, отрывок которого Вы мне прочли... Чтобы понять о чем идет речь… Девушка опасаясь уже, что в его словах скрыт очередной упрек подняла на него настороженный взгляд: -Мне жаль, что Вам пришлось потратить время на занятие, которое не по душе.. Штальман младший рассматривал ее поверх края фарфоровой чашки: -Не скажу, что чтение стихов мне не по душе. Будучи в Вашем возрасте, Анна Викторовна, я неоднократно их штудировал… Но вчера… да пусть не услышит меня мой отец, я планируя заняться чертежами для нового заказа… читал стихи… - барон младший тихо опустил чашку на блюдце, едва сдерживая улыбку. Его глаза откровенно смеялись, глядя на Анну. Та, наконец, разглядела выражение его лица и сама чуть не прыснула от смеха. Бросила осторожный взгляд на Платона и опустила голову. Иначе бы рассмеялась от взгляда того на сына. -Ох, молодость, молодость,- покачал головой Штольман старший.- Мне б Ваши проблемы… -Простите, отец,- взглянул на того Яков с мягкой иронией.- Все мы когда нибудь окажемся в Вашем почтенном возрасте… Но пока… позвольте Анне Викторовне насладиться своим… Штольман старший вздохнул, переводя взгляд на Анну: -Да, я не против того, чтобы моя супруга развлекалась... Видел из окна, что лошадей Вам готовят… На прогулку собрались? Девушка опустила ложку на блюдечко и спокойно, но тихо согласилась; -Да, погода с утра прекрасная… Мне бы хотелось… -Вас кто то будет сопровождать?- поинтересовался Платон. Анна перевела взгляд на младшего барона: -Если Яков Платонович не занят…- полуспросила она. Тот ровным тоном произнес: -Раз я взялся за Ваше обучение, то, конечно… -Моя супруга делает успехи?- поинтересовался Штольман старший у сына. -Вполне…- коротко кивнул Яков. Анна польщеная таким, пусть и сухим комплиментом, оживленно заблестела глазами: -Тогда не усложнить ли нам задачу и не прокатиться до слободки? -Ну… чтож… можно попробовать,- задумчиво согласился ее наставник. Платон Генрихович наблюдая их довольные лица вмешался своим напоминанием: -Анна Викторовна, надеюсь, что Вы прекрасно отдохнете, но прошу не забывать о Ваших обязанностях. Как говорится: «делу время, а потехе час». Вашего внимания ждут счета об оплатах из оранжереи… -Конечно, Платон Генрихович, я обязательно ими займусь после обеда,- с готовностью кивнула Анна. Её супруг слегка нахмурил брови: -После обеда? Вы собираетесь так долго кататься? Анна опустила голову. В сердце зародился протест, но она не решалась его озвучить. Ей на поддержку вдруг пришел Яков. -Отец, ну в самом деле, не в рабстве же Анна Викторовна у нас? Она обещала и обязательно выполнит свои обязанности… Его тон был вежлив и слегка ироничен. Но взгляд устремленный на отца был тверд. Тот поджал губы недовольно но не стал возражать… -Будьте осторожны, еще сыро. После дождя лучше полем не ехать…- бросил он им на прощание… Они выехали за пределы имения. Анна невольно ловила себя на том, что улыбается. Этой поездке она была рада. По нескольким причинам: она соскучилась по конной езде, по своей Шалунье, по возможности выбраться из дома и… ещё сегодня она задумала осуществить свою идею… Ей захотелось найти в слободке ветеринара, с которым до этого познакомилась… это будет ещё один шаг к её заветной цели. Почему-то девушка была уверена, что сможет договориться с Иваном Евгеньевичем, также как когда то с доктором Милцем… Яков Штольман подстроив шаг Грома под свою спутницу, невольно бросал осторожные косые взгляды на девушку. Ее губ то и дело касалась улыбка, щеки розовели, голубые глаза как то по особу блестели. Как будто в них отражалось чистое небо. Вся эта картина наполняла его сердце каким то теплом и удовольствием. Светлым, почти детским, и оттого невинным, восторгом... Анна же вся в своих радостных стремлениях помимо воли слегка подгоняла лошадку. Единственное, что её сейчас огорчало так эта мысль. Её она и решилась озвучить, нарушая молчание: -Яков Платонович, мне очень неловко осознавать, что я стала невольной причиной Вашего недоразумения с отцом… Поверьте, я совсем не желала этого,- грустно вздохнула девушка. Барон младший бросил на неё удивленный взгляд: -С чего Вы так решили, Анна Викторовна? Мы вовсе не спорили,- пожал он плечами, а после некоторой паузы продолжил, осторожно подбирая слова.- Мы и без Вас частенько не сходились с ним во мнениях… Отец по жизни очень деловитый, рассудительный и далекий от светских развлечений человек. С ним Вы никогда ни в чем не будете нуждаться… Он ко всему подходит с расчётом… но не с чувствами... Штольман осекся, поняв, что сказал как будто не то, что хотел… И чтобы как то исправить оплошность, добавил: -Но он не злой человек, не жестокий…Просто… другой… Анна кивнула, задумчиво глядя вдаль: -Я понимаю… Да, она понимала, что чувств в этой семье скорее всего не дождется. А нужны ли ей они были от барона Штольмана? -Он всегда был таким, сколько я себя помню,- тем временем продолжал Яков, не замечая, что переходит на откровенность.- И с матерью тоже. Но она была по характеру другой… Не как Вы… Вероятно, ей было проще подстроиться под порядки мужа... Ну, а надеяться, что в свои годы отец сможет изменить привычкам- не стоит.- попытался иронизировать Яков, бросая на девушку лукавые взгляды. И снова стал печально серьезным: - Но быть может узнав его ближе… Вы попытаетесь найти с ним общий язык… Эти последние слова почему то дались Штольману не легко. Говоря их он стремился к одному: облегчить жизнь Анне. Хотя все отчетливей понимал, что она не пара отцу… Девушка почувствовала неловкость, когда разговор перешел на ее отношения с супругом. Ей казалось это слишком интимным моментом. Да и Яков Платонович был последним человеком, с которым она бы захотела это обсуждать… Почему? Она сама не понимала… Анна бросила на спутника грустный, но спокойный взгляд: -Возможно… Но, признаться, я не очень уверена в этом… Иногда кажется, что всё это просто не моё… Они встретились глазами и во взгляде напротив Анна заметила сочувствие. Яков не успел его спрятать… Девушке показалось, что огорчает его как сына. О своих родителях всем хочется слышать лишь доброе. Она это знала по себе, поэтому попыталась отшутиться: -Да мы обязательно сговоримся с Платоном Генриховичем... Математическим языком или деловым! Аль я не дочь купца?!.. Она задорно сверкнула глазами, стараясь развеять грусть. «Такой прекрасный день не должен был быть испорчен ерундой!» Штольман задержался взглядом на ее лице. «Она очень красивая девушка!»- мелькнула опасная мысль… «Да почему же опасная?- попытался успокоить себя барон.- Просто ему нравилось все красивое.» Что его толкнуло задать вопрос несколько дней, хоть и смутно, волнующий, Яков не понял, но заговорил: -Хм… Анна Викторовна, на счет Вашего интереса хозяйством….- вдруг как то несмело начал барон.- помните Ваш визит ко мне в мастерские?.. Вы тогда… засмеялись, увидев меня в рабочей одежде… Я действительно выглядел смешно? Барону Штольману почему то с трудом дались эти слова, но узнать ответ очень хотелось. «О чем? Неуж о том, каким она его видит?..» Анна с удивлением обернулась на него, вспоминая тот эпизод. Ее лицо озарилось смущенной улыбкой: -Нет, что Вы … Я не смеялась… Вернее… совсем не над этим… Просто тогда Вы своим обликом очень походили на пирата... Девушка невольно развеселилась, вспоминая его вид. Штольман смотрел на нее удивленно-обескураженно. -Я как то в детской книжке видела рисунок,- продолжала с робкой улыбкой делиться Анна.- Ну, просто копия Вы. Высокий, крепкий, широкоплечий мужчина, с черной бородой на пол лица… Платок на голове... За поясом кинжал. В ухе серьга… и на глазу повязка… -И шрам на щеке…- грустно добавил по инерции Яков. Анна стерла улыбку и несколько секунд молча смотрела исподтишка на спутника. Ей была видна именно та щека, где белел сквозь растительность этот рубец. Ей трудно было решиться на следующий вопрос но она тихо выдохнула: -Вы из за шрама решились носить бороду? Яков молчал. Эту тему он никогда ни с кем не обсуждал. А с ней тем более не станет. Поэтому он отмахнулся, бросив сухо куда то в сторону: -Пустое… Анна помолчала, раздумывая над ситуацией. Она почувствовала, что затронула непростую тему, но вместо того, чтобы ее сменить решилась продолжить:. -Знаете, а я даже и не вспоминала про Ваш шрам в тот момент,- пожала она плечами.- Только борода, платок и вымышленный кинжал… Анна снова невольно оживилась. Яков обернулся на нее с недоверием. Но молчал. Анна еще шире улыбнулась, решаясь на откровенность: -А если уж совсем быть честной…- озорно блеснули ее глаза.- то самым опасным Вы мне показались при нашем первом знакомстве. Помните, там к церкви? Ох, и страху я тогда натерпелась.- В ее расширенных глазах как будто отразился тот испуг.- Неизвестный человек, ставший вдруг моим мужем и его свидетель, выглядевший как разбойник с большой дороги… -А Вы были словно фурия!- не удержался от возгласа (с легким оттенком восхищения) Яков. Она в удивлении замерла на пару секунд, но вдруг захихикала, бросая на него озорные взгляды: -Значит мы оба хороши! Штольман же подозрительно прищурился: -Выходит по Вашему я похож на бандита? -Нууу…- несмело протянула Анна, боясь его обидеть, но в тоже время не в силах сдержать улыбку.- сейчас уже не так. Но в те моменты… даже очень… Яков невольно огладил свою кучерявую бороду. Они встретились глазами и неожиданно рассмеялись... Негромко, почти несмело, но впервые дружно… Анна первая очнулась и, чтобы скрыть неловкость сменила тему: -Кажется, моей Шалунье хочется резвой езды,- с улыбкой бросила она ему, поглаживая гриву лошади. -Пусть ей хочется, но Вы пока не готовы,- сухо приструнил ее наставник. Но Анна сегодня чувствовала в себе силы: -А если попробовать?- ее губы продолжали подрагивать в лукавой усмешке. -Падением с лошади не стоит проверять свою смелость,- состроил строгую гримасу Штольман. -Иногда, чтобы понять на что способен, нужно рискнуть,- уговаривала того девушка. -Вы во всем так рассуждаете?- прищурился барон. -Когда уверена в себе! -А сейчас Вы уверены? -А Вы своими сомнениями все портите!- фыркнула озорно девушка. Их взгляды на секунду встретились: тревожный- серых глаз, с вызовом- голубых. Анна слегка ударила пятками в бок лошади, та послушно перешла на рысь и оторвалась от жеребца. Девушка почувствовала впервые свободу. Ветер заиграл ее волосами, выбивающимися из под шляпки, ударил в лицо. Анна засмеялась и невольно вновь пришпорила Шалунью. Та с готовностью перешла на галоп…. -Анна!- сзади послышался тревожный окрик барона. Но его спутница неслась вперед. Он догнал ее на поле и крикнул: -Тормозите! Девушка оглянулась с улыбкой на губах: -Почему? -Земля сырая! Вы можете не справиться! Не дав ей возможности ослушаться, склонился и схватил уздечку Шалуньи… Лошади перешли снова на рысь и, наконец, притормозили… -Вы ослушались меня!- возмутился сердито Штольман. -Но ведь все было хорошо!- обиженно надулась Анна. -До первой ямки на поле!- продолжал сердиться Яков.- А Вы еще не научились реагировать вовремя!.. А я за Вас, между прочим, несу ответственность! Анна буркнула, понуро опустив голову (было обидно): -Вовсе ни к чему это Вам… Яков остыл слегка и заметив расстроенный вид девушки отругал сам себя. -Отец доверил мне свою молодую супругу и я обязан вернуть Вас ему в целости и сохранности,- смягчил свой тон мужчина. Анна вскинула голову и с видом оскорбленного достоинства бросила: -Вы говорите сейчас обо мне как о какой веще. Ценной, но бездушной… -Это неправда, Анна Викторовна…- стушевался молодой барон, приноравливая своего жеребца к спокойной ходьбе Шалуньи. Он приблизился слишком близко. Так, что носки их сапог касались. Анна бросила на него показно- высокомерный взгляд и вздохнула: -Ладно, принимаю Ваши упреки… Наверно, и правда, не следовало так нестись по мокрой земле. Кажется, моя лошадь слегка захромала... Яков Платонович нахмурился, оглядывая кобылу спутницы. Но от резких слов удержался. Он и так позволил себе недостойное поведение с барышней… Просто он испугался за нее… «Потому лишь, что ответственен перед отцом? Или?.. Перед самим собой?» Анна же решила продолжить игру, что так удачно начала, придумав хромоту лошади. Ей же хотелось найти дом, где обитает ветеринар. -Не беспокойтесь, Яков Платонович, мне кажется ничего страшного, но можно и показать Шалунью ветеринару. Кажется, он работает в слободке, куда мы как раз направляемся… Яков устало вздохнул: -А ведь можно было этого избежать… Девушка одарила его притворно виноватым взглядом и постаралась быть послушной… Им подсказали и дом ветеринара нашелся быстро. Он стоял на краю слободки у самой дороги — крепкий, сложенный из сосновых брёвен, с маленьким садиком перед крыльцом. На лавке сидел конюх, державший под уздцы жеребца, а возле крыльца- доктор Скрябин в рубашке и жилете. -Здравствуйте, Иван Евгеньевич,- окликнул его Яков, проезжая через узкую калитку. Анна верхом следовала за ним. -Здравствуйте, господин барон,- оглянулся на него ветеринар.- Не изволите немного подождать, я уже заканчиваю.. Штольман хотел спешиться, но Анна его остановила: -Не беспокойтесь, я сама… Она ловко, уже привычно спрыгнула и оправила юбку. -Здравствуйте, Иван Евгеньевич,- улыбнулась она мягко доктору. Тот с почтением слегка кивнул: -Госпожа баронесса… Я в Вашем распоряжении… Мужчина похлопал по боку своего четвероногого пациента и обернулся к барам. Штольман коротко объяснил причину их визита. Ветеринар осмотрел ноги Шалуньи и заверил, что все в порядке. -Только в следующий раз по глинистой дороге не спешите. Для суставов лошади это опасно.- посоветовал доктор. -Конечно,- мягко согласилась девушка.- Как хорошо, что мы Вас нашли... Как Вам здесь живется, Иван Евгеньевич? Всего ли хватает? Она прошла к дверям дома и заглянула внутрь. Штольман выжидательно следил за ней с лошади, не понимая ее интереса. -Благодарю Вас, барыня, вполне хорошо мне здесь. Удобно,- ответил доктор. -Могу я войти?- настойчиво, но с невинным видом девушка рвалась посмотреть рабочее место ветеринара. -Да, конечно,- слегка удивленно тот пропустил ее в свои апартаменты. Анна мельком глянула нечто похожее на гостиную, кухню и остановилась в небольшом помещении, напоминающем лечебный кабинет. -Может Вам нужны инструменты, лекарства какие то, Иван Евгеньевич? Я обязательно передам господину барону и Вам окажут помощь. Мы наслышаны, как Вы помогаете местной скотине…- улыбалась Анна. -Нуу, право слово, - замялся доктор,- если так, то буду благодарен. Лекарства и подручные средства всегда нужны.. -Вы составьте список, на днях я буду проезжать мимо и заберу… -Ну что Вы, госпожа баронесса… Я сам завезу…- смутился Иван, невольно проникаясь симпатией к новой барыне. Она была на вид еще очень юна, но так деловита… -Ну, хорошо… Там видно будет, - улыбнулась девушка. -Анна Викторовна, нам пора бы уже возвращаться,- от порога ее окликнул голос Штольмана. -Да, конечно, едемте,- улыбнулась ему девушка и направилась на выход. Барон подставил ей руки, чтобы легче было забраться в седло и сам уселся на своего жеребца. Ему это давалось гораздо тяжелее, чем Анне, но он старался не показывать вида. -Зачем Вы спешились?- тихо бросила ему девушка. -А зачем Вы пошли в чужой дом?- так же тихо упрекнул ее Яков. Анна недоуменно фыркнула. Скрябин стоял на крыльце, провожая бар. Анна уже хотела попрощаться, но вдруг вспомнила: -Кстати, Иван Евгеньевич, Вы случайно не изготавливаете мази для суставов? Моей тетушке срочно надобно, на погоду очень страдает… -Нет, сударыня, я этим не занимаюсь, сам по надобности заказываю для своих пациентов.- покачал головой доктор. -Мне бы побыстрее,- вздохнула разочарованно девушка. -Местные лечаться у одной травницы, я слышал,- усмехнулся Скрябин.- но я предпочитаю науку… -Травница?- заинтересовалась Анна.- А где она и что лечит? -Эээ… извините, Анна Викторовна, это не ко мне,- сразу же пошел на попятную доктор, замахав руками. -Анна Викторовна, зачем Вам это?- поддержал того и Штольман. Девушке ничего не оставалось как попрощаться и направить лошадь к калитке. Там окалачивался какой то мальчишка с гусем в руках. Когда она поровнялась с ним тот дернул дамский сапожок: -Барыня, Вы травницей интересовались?- негромко спросил мальчик, глядя снизу вверх. -Что тебе надобно?- строго окликнул его барон. Но Анна махнула ему, останавливая и склонилась к ребенку: -Да, а ты знаешь, где она живет? -Знаю, барыня, только дайте копеечку…- сошурился шельмец. Яков начал сердиться. Его спутница вела себя как то уж не соответственно ее положению. Когда монетка оказалась в руках мальчишки, он указал направление и место, где жила старуха. Анна поблагодарила, но тот с ухмылкой добавил, что в слободке поговаривают о старухе как о колдунье… -Она всех как облупленных видит,- подмигнул пацан и побежал к доктору…