В твоих глазах я видел солнце

Насколько человек побеждает страх, настолько он — человек. Томас Карлейль, британский писатель Страх — твой лучший друг и твой злейший враг. Это как огонь. Ты контролируешь огонь — и ты можешь готовить на нём. Ты теряешь над ним контроль — и он спалит всё вокруг и убьёт тебя. Майк Тайсон Броку показалось, что из него выбили дух, дышать стало невозможно. Волосы встали дыбом. От заявления Стива, сделанного спокойным голосом, было жутко. А Стив безмятежно намазал на панкейк сначала сливочное масло, потом яблочный джем, откусил сразу половину, прожевал и продолжил, не обращая внимание на бледного до синевы Рамлоу: — Ну, положим, в кресло президента я сяду не завтра. Сначала надо наработать репутацию — зачем я, по-твоему, в пожарные-то пошёл? Для репутации. Потом до капитана дослужусь. После можно на должность президента того же Бруклина моего родного выставить кандидатуру. Потом и на мэра Нью-Йорка. Ну, а что касаемо Гидры, — он выдавил на второй панкейк взбитые сливки, сложил пополам, откусил, прожевал и, подумав, сказал: — Я уверен, что Гидра жива-здорова. И Пирс или в курсе — как-никак министр обороны, или сам является её членом. Поэтому и намёки даю прямые, — он выставил руку с перстнем, на котором скалился череп. — Если Пирс не идиот, то он поймёт. Поэтому я пока сижу молча — а вот как придёт время и я, Капитан Америка, «вернусь», — это он явно обозначил кавычками, — я ожидаю осторожный подкат ко мне со стороны Гидры. Вряд ли я сразу займу там высшую должность… но и не подай-принеси. Брок, слушавший весь этот монолог, онемел от шока. В голубых глазах сидящего напротив человека он видел крохотные первые алые искры, и шерсть вставала дыбом. — С-с-с… — Брок шумно сглотнул, хлебнул воды, хотя хотелось водки, и в шоке уставился на Роджерса. — Ты… — Серьёзно, ты хочешь спросить? — Стив дожевал панкейк, облизал пальцы и остро посмотрел на Брока. — Ну да. Я, видишь ли, хочу порядка и не очень хочу, чтобы было как в «Дне Независимости», когда человечество ничего не смогло противопоставить пришельцам, а компьютерный вирус… Звучит, знаешь ли, как анекдот. То, что ты рассказал про командировку в Индонезию… Судьба как в «Я — легенда» мне не улыбается! Уж лучше жёсткий порядок и контроль, чем дать таким «учёным» волю. — Он взял ещё один панкейк, намазал его джемом, съел и продолжил: — Я, знаешь ли, насмотрелся на войне на таких вот последователей Эрскина. Так что я всецело за разумное ограничение, за контроль. А не как сейчас — когда SWAT штурмует наркопритоны.. — Ты за Гидру?! Но ты же с ней боролся! — Положим, боролся не с современной Гидрой. А с той, что считала, что одна нация достойна править, а остальные рабы. Брок вздрогнул: за годы — десятилетия службы на Гидру, он уяснил, что для современной Гидры узкоглазый гений будет гением, а белая шваль — швалью. Во всяком случае, в американской её голове. Ну, или щупальце. Пирс считал, что ставку делать надо на тех, кто реально приносит пользу, вне зависимости от цвета кожи. — Если эта Гидра будет опираться на те тезисы, что были уже озвучены, я поддержу её. Опять же, если меня устроит предложение Гидры. Понимаешь, — Стив опять облизал пальцы, и у Брока внезапно встало всё и сразу. Судя по масляному взгляду, Роджерс это понял и его губы изогнула настолько похотливая улыбка, что Брок был готов встать на колени немедленно. Но Стив продолжил: — Те тезисы, что перечислил Карпентер, меня устраивают. И я всё ж надеюсь, что нынешний глава Гидры достаточно адекватный и понимает: идеи, которые пропагандировала Гидра в прошлом веке, сейчас совершенно неприемлемы. Брок шумно сглотнул и посмотрел в сторону: — Я… многого сказать не могу — подписки о неразглашении, но нынешний глава Гидры адекватный и понимает — ну, я про американское «щупальце» говорю, — что прошлые лозунги сейчас… контрпродуктивны. — Ты в Гидре? — тут же прищурился Роджерс — Эй! — тут же возмутился Брок. — Не всё так просто, Стив. Поверь. Тут такие многоходовки, что мозги вскипают. Стив промолчал, потом встал и натыкал себе эспрессо, а Броку латте. — С твоими играми в шпиона будем разбираться потом. Ты знаешь, кто глава Гидры, так? Но сказать ты не можешь? — Извини, Стив, — Брок развёл руками. — Ладно. — Стив облизал Брока раздевающим взглядом, и тот заёрзал. — Предлагаю повторить. — Согласен, — хрипло откликнулся Брок, мысленно, правда, составляя отчёты обоим своим директорам — и Пирсу, и Фьюри. А потом были хриплые стоны, просьбы, вскрики, поцелуи… Тяжесть горячего тела, вминающая в матрас, жёсткие властные руки, прижимающие руки к кровати и горячие взгляды глаза в глаза. После, лёжа в кровати с увесистой хрустальной пепельницей на груди, Стив закинул руки за голову. — И что ты дальше будешь делать? Побежишь докладывать? — признаваться самому себе, что Брока он… любит, было неуютно: в сердце до сих пор жила любовь к Баки… Но жизнь продолжалась, да и Баки бы за него порадовался. Да, он любил Рамлоу. И эгоистично хотел Брока только себе, ревнуя его к друзьям. — Нет. Но если меня напрямую спросят о чём мы говорили, я расскажу. А вот как? Ты действительно хочешь сменить позывной с Капитана Америки на Капитана Гидру? — Брок любил Стива так, как не ожидал от себя. И надеялся, что, когда всё вскроется, Стив его хотя бы выслушает. Но Брока возбуждал такой жёсткий и властный Стив, да и вообще его возбуждала опасность. Кому ещё в голову пришло бы называть Зимнего Белоснежкой! — А если завтра вот как в «Дне Независимости», и Гидра — единственная реальная сила? Или как в этих фильмах про зомби и эпидемии? Я вот только жить начал. Так что да, я поддержу Гидру. Но, опять же, только её американское отделение, если тут, как ты сказал, руководство адекватное. А возглавить Гидру и сесть в Овальном кабинете… Чем не цель? — Окей, как главу государства тебя примут с раскрытыми объятиями, но вот Гидра… — А зачем обывателям говорить? Ну, обелят Гидру, ну, будет больше гидровского мерча… Об остальном им и не надо знать. Что до моей будущей платформы… Ну мало ли почему предвыборная платформа Капитана похожа на обещания той, довоенной, Гидры? И у врага можно позаимствовать… Тут у Брока заорал телефон, и он, лишь, взглянув на тревожно-алый экран, свалился с кровати, буквально за пару минут принял душ и стремительно оделся. — Что случилось? — встревожился Стив. — Старка похитили в Афганистане! Ключи на тумбочке, я ушёл, — скороговоркой выдал Брок. — Пока! — И захлопнул дверь за собой. Стив захлопал глазами, потом неторопливо принял душ и включил телевизор, инспектируя холодильник на предмет пожрать. В новостях CNN уже вовсю обсуждали похищение Энтони Говарда Старка и ближайшие действия Обадайи Стейна. — Хм-м-м… Я хорошо знал Говарда, а вот каков ты, Энтони? — спросил он у телевизора, сооружая себе монструозного вида омлет. — Посмотрим.