***
По возвращении в Штаты Брока вызвало на ковёр непосредственное начальство в лице всемогущего директора Фьюри. И, разумеется, речь зашла про Стива Роджерса. Судя по всему, Фьюри захотел узнать, что именно Брок думает про Роджерса как самый часто контактирующий с ним агент Щита. — Итак, агент Рамлоу, — в кабинете был не только Фьюри, но и Хилл — всё насквозь официально, — что именно вы думаете насчёт мистера Роджерса? — Хм-м-м… — Брок изобразил раздумье. — Адекватно воспринимает современный мир. Многим недоволен, как и обычные граждане. Почти ничем от других людей не отличается. Ну разве что чуть старомодные манеры. Не бравирует силой, точнее, он её скрывает, и успешно. Вполне вжился в современность. — Что насчёт его… — Хилл замялась, — предпочтений? Брок расплылся в похабной улыбке — Хилл его просто выбешивала своим пуританством, мол, раз ты гей, то всё, твоя жизнь кончена. — Его предпочтения, миз, — подчеркнул он то, что Хилл позиционировала себя как гражданскую, хотя боевого опыта у неё было прилично, — это сугубо его дело. Во всяком случае, если президент действительно отменит этот закон, никто ничего не сможет Роджерсу предъявить. А пока он гражданский, то… — И он развёл руками. — В пожарном департаменте особо не лезут в личную жизнь. — Вообще-то мистер Роджерс не совсем гражданский, — набычилась Хилл. — На данный момент мистер Роджерс является гражданским, — отбрил Брок, — и лезть в его личную жизнь вообще-то подсудно. На действительной военной службе он не состоит с сорок пятого. Тысяча девятьсот. Фьюри придавил Хилл взглядом. — Что насчёт его отношения к ЩИТу? Да и к… — его перекосило, — к Гидре? — К ЩИТу нейтральное. Я бы сказал, ближе к положительному. К Гидре, — Брок задумался, — сложное. Фьюри кивнул — об этом они поговорят наедине. — Согласен ли он окончательно перейти на службу в ЩИТ? — Нет. Он уже несколько раз заявлял, что вернётся, только если наступит конец света. Фьюри снова придавил Хилл взглядом и продолжил спрашивать: — Каковы его планы? — Дослужиться до капитана. Потом, возможно, на пост президента Бруклина выставить кандидатуру. После — на мэра Нью-Йорка. Дальше Конгресс, а там и Сенат. Брок решил, что про Овальный кабинет он при Хилл говорить не будет. Фьюри задумался, потом кивнул: — Хорошо, агент. Свободны.***
Тем же вечером Фьюри и Рамлоу разговаривали наедине и под глушилку. — Что можешь сказать? Только честно. — Честно? У меня от Роджерса волосы дыбом. Знаешь, что он заявил? Кресло, даже уютное кресло мэра Нью-Йорка — лишь начало. Он жаждет… Дядя, успокоительное есть? — Что там? — прищурился Ник. — Ну, держись. Как тебе идея Роджреса сесть в кресло для начала Пирса? До Фьюри не сразу дошло, про какое кресло говорит Брок. — Ты шутишь! Нет? — Нет. Он мне прямо заявил, что хочет сесть в кресло главы Гидры. Ну и в Овальный кабинет. Фьюри встал, подошёл к бару и плеснул себе водки. Такие новости он насухую воспринимать отказывался. — А знаешь, что ещё меня напугало? Что он был убийственно серьёзен. И алые искры в глазах, знаешь ли, ужасают. — Дерьмо… Что делать? — А ничего. Что мы можем сделать? Я надеюсь, что Пирс достаточно адекватен и не станет натравливать на Роджеса Актива. Иначе за мою, да и за твою головы я не дам и ломаного цента. Фьюри лишь выругался. — Когда ты на ковёр к Пирсу? — Завтра. И придётся докладывать про разговор. — Скажешь правду, — решил Фьюри. — А дальше будем думать. Официально Роджерс гражданский. А вот про Гидру… расскажи. Не всё, но расскажи. Нам нужен вменяемый Капитан… Вне зависимости от цвета костюма. Роджерс должен знать, что мы — во всяком случае, ты и я — на его стороне. И да, что там с Барнсом? — Слава создателю, нормально. Пирс прислушался к моим воплям, что обнуления контрпродуктивны. Да и с экспериментами учёные отстали — добровольных мутантов из маргиналов хватает. — Иди-ка ты, а… Такие новости на мою контуженную голову… Фьюри присосался к бутылке, а Рамлоу, захлопнув дверь его квартиры, отправился домой, представляя, как будет бегать по кабинету Пирс. Впрочем, Старику полезно.