В следующей жизни.

Встреча с фанатами HUNTERX стала отличной идеей. После неё число поклонников Saja Boys выросло до 50 миллионов. Множество наград привлекало новых поклонников, чьи сердца захватывало фиолетово-розовое пламя Гви-Ма. Ханмун постепенно разрушался, что было ясно для всех, включая Джину. Хотя он должен был радоваться избавлению от голосов в голове, он чувствовал лишь пустоту. Джину слышал и видел счастливых людей, восторженно приветствовавших его и голосующих за Saja Boys. Он искренне завидовал им, ведь они могли испытывать разные эмоции, а не только вину и стыд. Он давно забыл, каково это — ощущать яркие и длительные эмоции, кроме них. Ему начало казаться, что он понимает, почему Бэйби считал людей такими интересными. Они были непредсказуемыми. Только что человек был грустен, но стоило ему услышать ту же Soda Pop, как он начинал улыбаться. Этот трек был особенным для людей, хотя по сравнению с песнями HUNTERX в нём не было глубокого смысла, он просто цеплял. Души поглощались. Джину бродил по городу, глядя на большие здания, которые вечером освещали путь, словно фонари. Он не понимал, как люди, которые были для него лишь средством достижения цели, становились теми, за кем он наблюдал с интересом. Кажется, Бэйби посеял зерно сомнения, как и он сам в Руми. Макнэ часто уходил и выглядел задумчивым, словно что-то изменилось внутри него. Хотя, справедливости ради, Бэйби отличался от других демонов. Они стремились заполучить больше душ, а макнэ Saja Boys, казалось, не особо заботился о количестве душ у Гви-Ма. Он собрал их, но не прилагал особых усилий, выполняя только необходимый минимум. Скоро начнётся последняя часть плана. Осталось только написать песню и узнать, что создали HUNTERX. В этом Джину помогут Дерпи и Сусси, которые возьмут черновики охотниц. Как только Джину подумал о своих питомцах, они сразу же появились перед ним. В пасти тигра лежали листки с текстами. Внимание демона привлёк один из них, озаглавленный «Takedown». Из текста стало ясно, что HUNTERX готовят дисс-песню, которая, по их мнению, покажет истинную натуру Saja Boys. Что ж, тогда надо действовать по-другому. За время, проведённое среди людей, Джину понял: людям важно чувствовать себя нужными, важными и принятыми хотя бы одним человеком. Это открытие вызвало у него симпатию к людям. Сначала он использовал их нужду в своих целях, но теперь видел в этом нечто большее. Голоса в его голове стихли. Возможно, Гви-Ма был доволен большим количеством новых душ и больше не нуждался в манипуляции Джину. А может, это была награда, которую он готовил. Джину решил вернуться к остальным Saja Boys. Осмотрев помещение, он понял, что там все, кроме Бэйби. Хотя вряд ли кто-то мог отследить их перемещение, лучше перестраховаться, особенно после того, как охотницы обратили на них внимание. — Где Бэйби? — спросил Джину, зная, что кто-то из тройки ответит. — Он пошёл прогуляться, — ответил Романс, не отрывая взгляда от ногтей. — Но не сказал, куда именно. — Понятно, я ушёл, — Джину исчез. Он решил переместиться к реке Ханган, чувствуя, что макнэ может быть в одном из парков рядом. В парке было много людей, солнце садилось, дул тёплый ветер, зажглись фонари. Найти Бэйби было легко. Его яркая внешность привлекала внимание. Он стоял на мосту, глядя на реку. Джину подошёл ближе, но не понял, что его заинтересовало. Река как река. — Что ты здесь делаешь? — спросил Бэйби. — А ты? — ответил Джину. — Прогуливаюсь в последний раз, — сказал макнэ. — Почему? — Разве у нас будет что-то после миссии? — спросил Бэйби. — Нет. Мы останемся марионетками. Я завидую людям. Они чувствуют радость и грусть, живут. Я не помню, почему отдал душу, но, глядя на них, жалею. Хотел бы помнить хоть что-то о себе в прошлом. Чувствовать дольше и ярче, чем холодное одиночество и нужду в признании. — Даже если это будут воспоминания о предательстве родных? — спросил Джину. — Да. Так я хотя бы буду знать, кем я был. Я даже не помню своего настоящего имени, не говоря уж о родных. Всё, что я знаю, говорит мне Гви-Ма. А он говорит, что я никому не был нужен и что я жалок, — добавил Бэйби, произнеся последнюю фразу шёпотом. — Я знаю, что твоя история куда тяжелее моей, — сказал макнэ. — Однако это не оправдывает того, что я бросил свою мать и сестру, чтобы жить во дворце и набивать себе живот, — ответил Джину. — Это так, но ты ведь раскаиваешься. Ты понял свою ошибку. Да, от этого твою мать и сестру не вернуть, но из-за того, что ты продолжаешь себя корить, ты даёшь Гви-Ма больше рычагов давления на тебя, — сказал Бэйби, и старший задумался. Внезапно от этих мыслей его отвлёк вопрос Бэйби: — Хотел бы ты быть счастливым и иметь надежду? — Думаю, да, но не в этой жизни, — сказал старший, вспоминая, что завтра их ждёт миссия. — Тогда держи, — сказал он, протягивая Джину браслет, сделанный вручную. — Что это? — спросил Джину. — Мне его дала милая старушка, сказав, что он поможет не терять надежду и стать счастливым, — ответил Бэйби, показывая свой браслет на правой руке. Это была искренняя улыбка, которую Джину видел редко. — Тогда до следующей жизни, — добавил он. Джину надел браслет и благодарно улыбнулся в ответ. Охотницы появились, когда их песня закончилась. На них напала орда демонов. Бэйби встал между охотницами и демонами, одним ударом превратив их в пыль. — Что ты делаешь? — спросила Зои. — Помогаю тебе, — ответил он. — Позволь мне отдать свою энергию твоему оружию. Бэйби в последний раз посмотрел на Джину, прежде чем раствориться в кинжалах Зои и копье Миры. — В следующей жизни… — прошептал он. Джину защитил Руми от атаки Гви-Ма и также отдал свою энергию, чтобы усилить её меч. Посмотрев вдаль, он повторил: — В следующей жизни…

Знай,

В следующей жизни

Я тебя увижу.

В ней ты для меня ценнее, дороже станешь,

И времени и сил мне наконец-то хватит

Признаться, показать, как сильно я тебя люблю.