We are Fling Posse!

      — Если мне… придется уйти, вы обещаете не забывать меня?       С этих слов начался пасмурный летний день.       Дайс и Гентаро нерешительно переглянулись, на лицах обоих отражалась монохромная палитра неуверенных эмоций, начиная полной растерянностью и заканчивая первородным ужасом. Такие одинаково ласковые, и столь одинаково напуганные пары глаз уставились на лидера.       — Эй-эй, что за кусючие взгляды? Шучу я, шучу! Это ш-у-т-к-а! Ха-ха, видели бы вы свои лица!       Все трое знали, что это не было шуткой.       Заспанный, не совсем понимающий суть вопроса (или делающий вид, что не понимает) Дайс отреагировал первым:       — Раз так, мы просто тебя не отпустим. Правда же, Гентаро?       Гентаро, в свою очередь уверенно кивнул, а затем подхватил мысль сокомандника:       — Зачем нам оставлять тебя в прошлом, если мы можем создавать настоящее? Сейчас, вместе. Смотреть в будущее, ждать завтрашнего утра. Навсегда.       Рамуда лишь засмеялся, громко и заливисто, так, словно находился на грани истерики. Впрочем, это было правдой, однако, как и всегда, бессменный лидер не хотел показывать свои слабости. Лидер должен быть лидером во всем. Только по мягкой улыбке, настолько тоскливой и опечаленной, что невольно сжималось сердце, а дыхание перехватывало по пути к легким, можно было понять, что именно произошло. Маска давным-давно треснула.       На следующий день Рамуда не вернулся. Он ушел поздним вечером после звонка «очередной сестренки» с совершенно непроницаемым выражением лица. Обычно именно с таким лицом он говорил с одним-единственным человеком, и несмотря на всю свою скрытность и осторожность, и Дайс, и Гентаро знали, кто это. Оттого утренние переживания волной тайфуна накрывали их в уверенной попытке утопить.       — Он же пообещал вернуться, как только закончит с делами. Это не наше дело, поэтому мы не должны лезть, не должны беспокоиться, не должны думать о поисках… — Сколько бы Гентаро не старался, унять дрожь в пальцах оказалось невыполнимой задачей. Подобно бархатному осеннему листу он мелко дрожал, закусывая заусенцы и портя свой невероятно идеальный маникюр. Чем больше Гентаро говорил, тем меньше уверенности в происходящем оставалось: настолько долго и безуспешно он делал вид, что все в порядке.       — Знаешь что? Да к черту все это! Пошли. — Дайс уверенным жестом дернул на себя съежившегося юношу, крепко перехватив запястье; Гентаро растерянно ахнул. — Думал, мы так просто дадим ему уйти, ха! Наивняк.       Своими словами Дайс вынес лидеру приговор: в покое его никто не оставит, сколько бы он ни скрывался. В далекие времена, когда земля была покрыта льдом, а человечества еще не существовало, они поклялись никогда и ни за что не оставлять друг друга, и нарушить это обещание сейчас равнозначно пути на гильотину.       — Разве мы можем, Дайс? — с прежней неуверенностью прошептал Гентаро.       — Мы обязаны.       Найти Рамуду оказалось в действительности непростой задачей, ведь маленький стремительный вихрь всегда на шаг впереди — даже когда не знает, что его преследуют. Полдня на Шибую, еще полдня — Шинджуку, по наводке членов Matenro (пришлось спрашивать невоспитанного балагура и унылого клерка, хотя и очень не хотелось). Как только они поняли, что из всех мест, где мог оказаться Рамуда в Шибуе, ни в одном не было его розовой макушки, негласно приняли решение искать в Шинджуку. С одинаково невосторженными лицами Дайс с Гентаро приняли решение разыскать членов соседнего дивизиона, да искать пришлось отнюдь не долго: вышеназванный балагур громко хохотал в окружении десятка барышень, стоя при этом на скамье; рядом с ним человек-паничка пытался снять друга с импровизированного пьедестала. Дайс и Гентаро еще более невоодушевленно переглянулись…       Впрочем, встреча оказалась на удивление безболезненной, говорить пришлось одному Юмено, поскольку его сокомандник то и дело решительно порывался влезть в словесную перепалку. Но, что самое главное, их примечательные знакомые видели Рамуду.       Все то время, проведенное за поисками, Дайс ни на секунду не отпускал руку Гентаро.       Из тяжелых туч выбивались последние лучи закатного солнца, рыжими всполохами обрамляя рваные края облаков, касаясь земли и поразительно заботливо оглаживая бледные щеки. Вот он, Рамуда Амемура собственной персоной, стоит и рассматривает солнечные лезвия сквозь ткани сизого дыма. Очередная короткая затяжка.       Два его прекрасных зрителя, стоя позади, не могли налюбоваться этой картиной: сладкая вата приобрела коралловые переливы, дым сигареты окрасился темным апельсином, а понурая фигурка казалась еще меньше на фоне невообразимой мощи стихии.       Короткие бортики небоскреба казались пугающе низкими, ведь одно неверное движение, и даже такая крохотная фея может по несчастью упорхнуть вниз. Однако Рамуда точно не собирался прыгать — тот, кто отчаянно хочет жить, пришел сюда явно не для этого. И они это знали.       — Позволишь составить компанию? — Гентаро встал рядом, плавно забирая из тонких рук сигарету. Осторожная, но глубокая затяжка.       — Мы тебя обыскались. — Сигарета отправилась в руки Дайса. Уверенная, долгая затяжка.       Рамуда проследил взглядом за никотиновым путешествием, но улыбаться вопреки желанию не стал. Амемура прекрасно знал, почему они здесь, но уходить отчего-то не хотел. Взгляд устремился к бескрайнему небу.       — Знаешь, Рамуда, в следующий раз даже не пытайся сбежать. Мы не оставим тебя. — Широкая ладонь Дайса уместилась на плечо лидера, а затем он и вовсе оказался прижат к груди.       — И мы пойдем дальше, вместе, создавать свое будущее. Никто не может забрать его у тебя, Рамуда, никто. — Гентаро обнял Рамуду со спины, руками попутно цепляясь в Дайса.       Они замолчали, а Рамуда, так ничего и не сказав, беспомощно разрыдался.       Та самая сигарета, разделенная на троих, в танце с ветром летела вниз с небоскреба.