Рисунок в технике СЕИ.

На следующий день, Лань Ванцзы и Вэнь Нин прибыли в Юнмэн. Город, который когда-то казался небольшим и уютным, за прошедшие годы разросся, превратившись в широкое полотно из розовых лотосов и множества небольших озерных домиков. Высокие сторожевые башни венчали периметр, на вершинах которых следили за порядком зоркие стражники и охраняли границу между миром внутри и миром снаружи. Вэнь Нин окинул взглядом Пристань Лотоса, ставшую для него вторым домом. Город был полон воспоминаний, но отсутствие Сяо Чжаня оставляло в сердце неизгладимую пустоту. Два раза в неделю, он отправлялся в Гу Су, чтобы посидеть у тела друга в источнике, поставить благовония и рассказать ему о событиях в Пристани Лотоса. Он говорил о том, как возмужал Цзян Чэн, став серьезным и ответственным лидером клана, как часто он вспоминает их совместные приключения и мечтает о дне, когда сможет поблагодарить Сяо Чжаня за всё, что тот для него сделал. В один из дней Вэнь Нин навещал Чжаня, и поведал ему, что когда он очнется, то Нин и Яньли непременно сыграют свадьбу, и что они ждут именно его. — Господин Лань, Господин Нин! — Сзади послышался шум шагов, и парни обернулись. Перед ними стоял Цзян Чэн. Он все еще никак не свыкся с мыслью, что в его клане живет отпрыск семьи Вэнь, который отказывался отречься от своего клана и фамилии. И с этим человеком ему придется в скором времени породниться. Чэн никак не мог перестроить себя, чтобы обращаться к Вэнь Нину «Господин Вэнь». Сам же Вэнь Нин был не против любого обращения. Его совершенно не заботили мысли на счет того подобающе это звучит или же нет, хотя вопрос все еще стоял на повестке дня. Госпожа Цзян Яньли, урожденная в прекрасном клане Юнмэн Цзян, чистокровное дитя лучших представителей своего ордена, собирается выйти замуж за какого-то Вэнь Нина, клан и орден которого уничтожили за жестокость, и он всю оставшуюся жизнь будет скрывать от всех свою истинную фамилию. Обычно муж забирал к себе в имение свою молодую жену, но так как у Вэнь Нина не осталось абсолютно ничего в этом мире, возникал еще один вопрос. Цзян Чэн, как глава клана и заботливый брат несколько раз пытался поговорить со своей старшей сестрой на этот счет. Он пытался объяснить, что ее жизнь может быть гораздо лучше и богаче, что не должна прекрасная принцесса выходить за первого встречного с улицы. После нескольких месяцев уговоров, он понял, что никакого эффекта на нее его слова не оказывают. — Сестра! Ты уверена в своем выборе? Он же никто! Проклятый Вэнь из остатков своего клана! — Цзян Чэн взмахнул рукой, показывая, насколько они, Цзян, выше каких-то там Вэнь. — А-Чэн! — Яньли мягко улыбнулась. — Я понимаю твое беспокойство, поверь. — Я не просто беспокоюсь, сестра! Как ты не понимаешь, на тебя будут показывать пальцем, а наш клан засмеют! — вырвалось снова у брата. Девушка все также улыбалась, но опустила голову вниз и продолжила. — Не заставляй его менять фамилию, — проговорила она. — Что? Как ты узнала, что я просил его об этом? — недоумевал Цзян Чэн. Яньли взяла его руки в свои. — Я понимаю твои сомнения. Правда. Но он именно тот, с кем я хочу остаться на всю жизнь. — Она мягко погладила его по голове, как делала когда-то в детстве. — Но он же Вэнь! — громко выпалил тот. — И что с того? — Как что? Сколько наших людей погибло в «Аннигиляции солнца!» Ты уже забыла, кто участвовал в войне против наших родителей? — Вэнь Нин участвовал в этой войне на нашей стороне, как и его сестра. — Аккуратно поправила его Яньли. — Но… Как я буду объяснять другим кланам, что завидная невеста из знатного рода Юнмэн Цзян выходит замуж за… — А-Чэн! Ты же знаешь, что мне всегда было трудно находиться среди знатных особ других кланов. Взять хотя бы Цзинь Цзисюаня, с которым я когда-то была помолвлена. Он никогда не смотрел в мою сторону, всегда считал меня недостойной его ордена. Цзян Чэн молчал. Он знал, что это было чистой правдой и ему не раз приходилось видеть слезы сестры по этому поводу. — Сестра, но это же не повод жить с первым встречным! — Вэнь Нин — не первый встречный. Он давно живет в Юнмэн, и столько раз спасал наш клан и нашего брата. — Она осеклась, но продолжила. — Он один из храбрейших и порядочных людей что я знаю, несмотря на его возраст. Глава клана Юнмэн стоял в оцепенении. Его аргументы иссякли, а правда, которая накрывала его с каждым словом сестры, встала между ними каменной стеной. — Он живет здесь только потому, что я позволил ему здесь временно остаться. — Неуверенно сказал он. Яньли хихикнула. — А-Чэн! Ты ведь тоже к нему уже прикипел, признай это! — она легонько щелкнула его по носу. — Никогда! — Цзян Чэн выкрикнул эти слова, но недовольство его поутихло, и он улыбнулся. — Мне нравится видеть тебя в хорошем настроении, — констатировал он. — Все потому, что в моей жизни появился настоящий покой и счастье, — с ходу ответила девушка. — Мы будем жить с ним в Пристани Лотоса как обычные люди. Пожалуйста, братец, позволь нам, — она посмотрела ему в глаза. Цзян Чэн спустя мгновение обнял свою сестру, так ничего и не ответив. Он пытался примириться с такой мыслью, но для этого требовалось время. --- Лань Ванцзы и Вэнь Нин поприветствовали главу клана. — Господин Цзян, — начал медленно Лань Чжань, но его тут же перебили. — Господин Цзян, ваш брат очнулся! — с глазами, полными сдержанной радости выпалил Вэнь Нин, за что Ванцзы наградил его строгим, но понимающим взглядом. — Что? — не поверил тот. — Сяо Чжань? Он очнулся? — Чэн повернулся к Гусуланевскому Нефриту, чтобы тот подтвердил эти слова. — Мгм. — Где он? Как он? — волнение Цзян Чэна было неподдельным. Он довольно часто после событий с Лэй Мао навещал водяную гробницу в Гу Су. Обычно он приходил один с разрешения Ванцзы, и несколько часов молча сидел внутри. Он все пытался сказать хоть что-нибудь молчаливому Сяо Чжаню, но слова, словно дым от сигареты рассеивались, так и не достигнув цели. Он пытался сформировать свои мысли в предложения хотя бы в голове, но и слова никак не строились в ряд. Так и получалось, что каждый раз он просто молча смотрел на своего брата в каменном лотосовом гробу и ничего не мог ни сделать, ни сказать. И вот сейчас у него наконец-то появилась возможность объясниться с ним, сказать что хотел, а может и просто помолчать, но уже рядом с живым человеком. «Он поймет, он точно поймет, что я хочу сказать!» — Он все еще в источнике, — сказал Лань Ванцзы. Я не смог выпустить его в Гу Су. — Он не стал вдаваться в подробности и продолжил, — Мы хотели бы остаться здесь на какое-то время, вы позволите, господин Цзян? — Вам не зачем о таком спрашивать, вы можете приходить сюда и оставаться сколько пожелаете! — выпалил Цзян Чэн. — Я не хочу быть незваным и нежданным гостем, — заметил Лань. — В Пристани Лотоса вам всегда рады, пойдемте же скорее! И все трое направились к горе Лиэнь Шань. Открывать источник решено было в каком-нибудь пустынном и безлюдном месте, чтобы раньше времени о нем никто не прознал, так как до сих пор они не решили, что будут с ним делать. Ванцзы сотворил заклинание и вошел внутрь вместе с Цзян Чэном. Вэнь Нина оставили снаружи сторожить вход. Сяо Чжань сидел на полу источника, опираясь спиной о свой холодный каменный саркофаг. Он заметил появление Цзян Чэна и улыбнулся ему теплой, искренней улыбкой. — Чэн, как ты здесь? — тихо спросил он, слегка смущённо улыбаясь. Цзян Чэн нерешительно шагнул ближе, его сердце трепетало от волнения и восторга, что наконец-то он сможет сказать то, что давно хотел. — Сяо Чжань, я… я так долго ждал этого момента. — Голос его дрожал, эмоции переполняли сердце. — Я не знал, как сказать тебе, но… я хочу поблагодарить тебя за все, что ты сделал… для Юнмэн и для меня. Тогда, в источнике, ты ведь спас мне жизнь! Сяо Чжань улыбнулся, отметив искренность в его глазах. — Я бы хотел себе такого брата как ты, — сипло сказал Чжань. Цзян Чэн опустился на колени перед Сяо Чжанем, в глазах его показались слезы: — Прости меня! За все слова, что я тебе наговорил, за то, что избил тебя Цзыдянем, за то, что не верил тебе… Слёзы текли по его щекам, голос дрогнул, и Цзян Чэн, окончательно сломленный эмоциями, расплакался. Сяо Чжань протянул руку и мягко обнял его за плечи, притягивая к себе: — Чэн, не плачь, ты же глава клана. Что скажут люди? — Чжань намеренно подтрунивал над ним, зная, что одним из самых главных страхов Цзян Чэна было людское осуждение. Тот всхлипнул ещё сильнее, уткнувшись лицом в плечо Сяо Чжаня: — Да какое мне до них дело? Главное, что ты жив! Сяо Чжань сочувственно похлопал его по спине, успокаивающе улыбаясь. Полная сила голоса все еще не вернулась к нему, движения были скованы, а дыхание хриплым. — Цзян Чэн, ты изменился. — Тихо проговорил Шон. — Я не могу потерять еще и тебя. Вэй Ина я больше никогда не увижу, и теперь чуть не лишился и тебя. Я такой беспомощный! Чжань поднял голову и умоляющим взглядом посмотрел на Ванцзы, все еще стоявшего на входе. Тот сел на каменный пол в позу лотоса, достал свой гуцинь и принялся играть медленную красивую мелодию. Всхлипывания главы клана Юнмэн начали стихать, как только музыка пронзила его сердце и разум, дыхание его выровнялось, но он все также сидел напротив Чжаня, уткнувшись лбом в его плечо. — Цзян Чэн, — медленно проговорил Сяо Чжань, чуть отстраняя его от себя, чтобы посмотреть ему в мокрые глаза. — Моя жизнь в который уже раз началась заново, — он сделал паузу, так как с непривычки от долгой фразы кончился воздух в легких, — давай забудем о сожалениях… об обидах и о всем плохом, что нас настигло в прошлом. — спустя несколько секунд, отдышавшись, он продолжил, — позволь мне в этой жизни быть твоим братом и братом для госпожи Яньли. — Да! — Тут же ответил а-Чэн, схватив запястья Сяо Чжаня. — Я с гордостью буду называть тебя своим братом! — И он улыбнулся. — Вот и хорошо, — сказал Чжань, — Вытащите меня уже, наконец, отсюда. Лань Чжань подошел к нему, взял под руку и помог подняться. — Можешь идти? — Сейчас проверим, — сказал Чжань, сделав первый шаг. Колено его сразу подогнулось, и он чуть не ударился им об каменный пол. Ванцзы вовремя поймал его. — Давай я понесу тебя. — Сказал он, и не дождавшись ответа, взял его на руки. — Признайся, Лань Чжань, — медленно прохрипел Шон, — ты просто ищешь повод чтобы я обнял тебя, верно? — Мгм. — Ответил Ванцзы, и Сяо Чжань, улыбаясь, обвил его шею руками, чтобы не упасть. — Интересно, почему источник не вылечил его до конца? — по дороге в город спросил Цзян Чэн, который шел позади Второго Господина Лань державшего Чжаня на руках. Он оказался рядом с Вэнь Нином, и получилось так, что Чэн будто бы обратился к нему. — Господин Сяо с-сказал, что в его мире, люди, к-которые долго не пользуются своим телом … им нужно время, ч-чтобы восстановиться, — ответил Вэнь Нин. — Он рассказал, что л-люди заново учатся ходить и разговаривать. Наше с-счастье, что он еще слова не забыл. Цзян Чэн посмотрел на своего собеседника, осознавая сказанное. — Но он же поправится, верно? — Конечно поправится, молодой господин очень сильный! Его тело в полном порядке, господин Цзян, не волнуйтесь! Ему просто нужно вспомнить как им пользоваться, вот и всё. — Нин улыбнулся и поправил висящий за его спиной лук с колчаном стрел.