Если в чай добавить молоко

Спустя три дня мистер Альберт полностью восстановился, и Кэнди смогла забрать его домой.        — А я так надеялась на обещания доктора, что память всё же к Вам вернётся, — вздохнула Кэнди, когда они с Альбертом пили чай на своей маленькой и уютной кухне.        — У меня в голове стали возникать образы, — улыбнулся блондин. — Я как-будто вижу всё в тумане.        — Значит скоро Вам должно стать лучше.        — Я бы хотел, чтобы сейчас лучше стало тебе, — покачал головой Альберт. — После твоего возвращения, я ни разу не видел на твоём лице улыбки. Ты столько сделала для меня, а я не знаю, чем тебе помочь.        — Давайте не будем считаться, мистер Альберт, — Кэнди положила свою маленькую ладошку на широкую ладонь мужчины. — Сколько раз Вы меня выручали и спасали! Вы всегда были рядом, когда мне было плохо.        — Раз уж у нас зашёл такой разговор, то я хотел бы попросить тебя, чтобы ты называла меня по имени и на «ты». Договорились? — Альберт снова улыбнулся. — По ощущениям я не такой уж и старый, а твоё «мистер Альберт» сразу прибавляет мне с десяток лет.        Кэнди посмотрела на своего друга и в первый раз за долгое время искренне и от души рассмеялась.        — Не хочу травмировать тебя ещё больше, Альберт! И я никогда не считала тебя старым.        — Вот и замечательно! — мужчина встал и начал собирать посуду со стола. — Мне кажется, что тебе нужно наведаться в больницу, чтобы предупредить, что ты вернулась.        — Да, я тоже об этом думала, — кивнула Кэнди.        Девушка вернулась домой через три часа с озадаченным выражением лица.        — Кэнди, что случилось? — спросил Альберт.        — Послезавтра я на три недели уезжаю в Грейтаун, — ответила Кэнди. — Там требуется медсестра в рабочий посёлок.        — Но Грейтаун — это же очень опасно, — взволнованно ответил блондин.        — Но больные все одинаковые, мы не можем выбирать кого лечить, а кого нет, — пожав плечами, ответила Кэнди.        — Да, ты права, прости.        — Альберт, пообещай мне одну вещь.        — Всё, что угодно.        — Если к тебе вернётся память, пока меня не будет, не исчезай, дождись меня, — попросила Кэнди, зная вольнолюбивый характер своего давнего друга.        — Обещаю, — улыбнулся Альберт.        — А Анни, Арчи и Патти будут тебя каждый день навещать, они обещали.        Проработав в Грейтауне около месяца, Кэнди успела подружиться с доктором Келли и её братом Артуром, которого разыскивала полиция. Рабочие, которые поначалу Кэнди не приняли из-за того, что она молоденькая и слишком впечатлительная девушка, к концу работы настолько прониклись к задорной блондинке, что доверили ей совершить последний взрыв в тоннеле. Такую работу обычно доверяли тем, кто лучше всех работает. Даже Анни и Арчи успели отличиться, приехав в Грейтаун на помощь Кэнди, молодые люди несколько дней работали вместо временно отсутствующей поварихи. Когда работа Кэнди в Грейтауне подходила к завершению, начальник бригады получил телеграмму о том, что медсестра, работающая под его началом, должна по распределению отправиться на Аляску. Мистер Нельсон посчитал, что такое несправедливо по отношению к девушке, поэтому сразу же уволил её, сказав, что если сделает так до того, как «узнает о телеграмме», то перевод не состоится по причине того, что работник с места распределения отправлен назад в больницу. Анни, Арчи и Кэнди вернулись в Чикаго.        Кэнди пробыла несколько дней с мистером Альбертом, после чего девушку вызвали в больницу.        — Добрый день, доктор Леонард, можно войти? — в проёме двери кабинета главврача стояла резко повзрослевшая девушка, которая уже не очень была похожа на ту «неумейку», что приехала студенткой-практиканткой Мэри Джейн.        — Да, Кэнди, проходи, пожалуйста, — кивнул главный врач, указывая на свободный стул. — Кэнди, я должен сообщить новость, которая вряд ли придётся тебе по душе.        — Не томите, доктор Леонард.        — Кэнди, я должен тебя уволить, — слова начальника прогремели для Кэнди как гром среди ясного неба.        — Уволить? Но почему? Сначала мистер Нельсон уволил меня из-за Аляски, теперь Вы… — девушка была настолько поражена новостью, что не очень следила за тем, что говорит.        — Нельсон уволил тебя из-за назначения? — хмыкнул доктор Леонард, а Кэнди зажала рот ладошкой. — Теперь понятно. Не бойся, Кэнди, об этом никто не узнает! Тем более, что я делаю то же самое.        — То же самое? — переспросила медсестра.        — Видишь ли, Кэнди, у тебя есть враг в лице одной влиятельной семьи…       — Лэганы...       — Всё верно, — кивнул главврач. — Семья Лэган является главными благодетелями нашей больницы, без их финансовой поддержки мы не сможем помогать тем, у кого нет денег. Миссис Лэган приходила, пока ты ещё была в Грейтауне, и настояла на твоём переводе на Аляску. А когда это не вышло, мне сверху пришёл новый приказ.        — О моём увольнении? — решила уточнить девушка.        — Если бы! — сокрушённо покачал головой доктор Леонард. — Мне приказано оформить тебя переводом как военную медсестру. Именно поэтому я хочу поскорее тебя уволить. Пойми, Кэнди, я не сомневаюсь в тебе ни капли, но война не для такого светлого создания, как ты! Война вообще не для девушек!       — А как же Флэнни и те четверо медсестёр, что были первыми добровольцами? — почти шёпотом спросила Кэнди.        — Ты правильно сказала, они все отправились добровольно, — устало потёр виски мужчина. — И изначально они все отправлялись в относительно спокойные места, если можно так сказать.        — Куда Вы должны отправить меня?        — Во Францию… — два слова прозвучали, как приговор.        — И что будет, если Вы ослушаетесь?       — Не надо об этом думать, Кэнди, — ответил главврач.        — И всё же, — настаивала девушка.        — Меня уволят, а больница лишится финансовой помощи.        — Значит, я поеду, — кивнула своим мыслям медсестра.        — Нет, Кэнди, просто согласись с увольнением.        — Доктор Леонард, мисс Мэри Джейн когда-то говорила нам, что все больные одинаково болеют, и это не зависит от возраста, пола и положения в обществе. Военные, защищающие нас, так же нуждаются в помощи, как и все остальные, и если я смогу хоть чем-то помочь, то я сделаю это! — твёрдо произнесла Кэнди. — Мой кузен старше меня всего на три года, а он ушёл добровольцем, и сейчас он сражается за мир во Франции. А если так случится, что именно моя помощь должна спасти Стиру жизнь? Как я смогу жить дальше, зная, что не попыталась помочь?       В кабинете повисла тишина. Доктор Леонард, не раз отправлявший на фронт своих подчинённых, просто не мог шевельнуть рукой, чтобы достать из ящика стола бумагу, касающуюся мисс Уайт.        — Где приказ о моём назначении? — всё так же твёрдо спросила девушка.        — Тебя не отговорить? — тихим голосом спросил главный врач, всё же доставая из стола бумагу с приказом.        — Нет, я всё решила, — ответила Кэнди, подписывая документ. — Доктор Леонард, у меня есть только одна просьба к Вам. Если вдруг в больницу придут мои друзья, пожалуйста, не говорите им, куда я уехала. Я напишу им сразу, как доберусь, но не раньше, потому что им может хватить безрассудства на то, чтобы украсть и запереть меня где-нибудь.        Доктор Леонард и Кэнди посмотрели друг на друга и рассмеялись.        — Хорошо, Кэнди, я обещаю, что никому и ничего не скажу. Но и ты пообещай одну вещь.        — Если это выполнимо, то пообещаю, — улыбнулась девушка.        — Как только вернёшься в Чикаго живой и здоровой, сразу же придёшь поздороваться со мной, — мужчина уже еле сдерживал слёзы.        — Обещаю, — Кэнди подмигнула начальнику и, не прощаясь, вышла из кабинета.               Пока Кэнди шла до дома, она думала, что сказать мистеру Альберту, ведь уже завтра вечером девушке предстояло сесть на поезд до Нью-Йорка, откуда должен был отходить корабль во Францию. Зайдя в дом, девушка увидела оживлённо беседующих Альберта, Анни и Арчи.        — Всем привет, — улыбнулась блондинка. — На какую тему собрание?       — Кэнди, привет! Мы получили письмо от Стира, — Арчи помахал в воздухе сложенным листком. — Пришли, чтобы и ты тоже могла прочесть.        — Как здорово! — Кэнди взяла письмо из рук друга.        Стир писал о том, что их гарнизон располагается в достаточно безопасном районе. Сам Стир уже совершал несколько вылетов, чем был безмерно горд. Молодой человек передавал всем привет, и настойчиво просил не вешать нос. Когда Кэнди отложила письмо, Арчи взял слово:       — По такому поводу предлагаю завтра совершить вылазку на природу.        — Я не смогу завтра поехать с вами, — тихо ответила Кэнди и улыбнулась.        — Не можешь завтра, давай послезавтра, — сказал Альберт. — Я думаю, что нам всем неплохо было бы подышать свежим воздухом.        — И послезавтра я тоже не смогу. Завтра вечером я уезжаю в Нью-Йорк, а оттуда в Испанию, — сказала блондинка.        — Как?       — Почему?       — Зачем?       Анни, Альберт и Арчи все воскликнули в один голос, и с тревогой посмотрели на подругу.        — В Бильбао есть госпиталь, в который привозят военных из Франции, — произнесла Кэнди заранее заготовленную речь. — Там спокойно, но не хватает медсестёр, очень многие отправились на фронт. Я только что подписала приказ о моём распределении.        — Кэнди, давай напишем дядюшке Уильяму, — Арчи в отчаянии стал нарезать круги по комнате. — Он не позволит, чтобы тебя отправили в Европу.        — Арчи, прекрати, — твёрдо ответила Кэнди. — Я медсестра, и это моя работа. Люди нуждаются в лечении везде, поэтому даже не вздумай мне помешать!       Анни тихо плакала, смотря на свою решительную и такую взрослую подругу. Сама девушка никогда бы не отважилась на такой поступок, который совершала Кэнди. Брюнетка встала, прошла через всю комнату, и крепко обняла ту, кто уже давно была для неё больше, чем подругой, она была сестрой.        — Обещай, что ты вернёшься оттуда, — прошептала Анни на ухо Кэнди. — И мы все вместе поедем в дом Пони. А ещё ты должна быть подружкой невесты, когда я соберусь выходить замуж… Обещай!       — Я обещаю, Анни, — прошептала в ответ Кэнди.        Вечером, когда Альберт был на работе, а Анни и Арчи разъехались по домам, Кэнди села за стол, чтобы написать письмо.           {8}       «Привет, Энтони!       Я долго думала, надо ли писать это письмо, но пришла к выводу, что очень надо. Это письмо может оказаться последним, которое я напишу, перед тем, как встречусь с тобой. Меня отправляют военной медсестрой во Францию. Об этом не знает никто, кроме моего главного врача. Всем друзьям я сказала, что еду в Испанию, в госпиталь, куда привозят раненых бойцов из Франции.        Я много думала, когда моя соседка по комнате Флэнни ушла добровольцем, тогда мне казалось, что она очень отважная и смелая. А сейчас я понимаю, что дело не в смелости. Просто я вдруг подумала, что если я откажусь, то кто-то из пострадавших бойцов может вовремя не получить помощь. А если это будет Стир, или мистер Браун, или Чарли (я слышала, что осуждённых тоже отправляют на фронт)?! Я просто не смогу жить дальше с мыслью, что я могла помочь, но не помогла.        Да и самой мне будет легче, если я буду занята делом. В последнюю неделю я стала очень часто вспоминать тебя. Недавно я была в доме Пони, и знаешь, «Прекрасная Кэнди» стала просто огромным кустом. Мисс Пони и мисс Рейн каждый год отсаживают новые отростки, и теперь вокруг всего дома Пони растут эти чудесные розы. А с вершины холма это выглядит ещё красивее.        В прошлом письме я обещала написать тебе о том, что произошло в Нью-Йорке. Мне не с кем больше этим поделиться, только с тобой.        Я была бесконечно счастлива, что наконец-то увижу Терри. Но ещё когда Терри встретил меня на вокзале, мне показалось, что с ним что-то не так. Куда-то пропал тот мальчик, которого я знала и в которого была влюблена. Сколько я ни пыталась узнать, Терри ничего не сказал. А в театре я услышала разговор женщин о том, что на репетиции спектакля произошло несчастье. С потолка сорвались осветительные приборы и полетели на Терри, а Сюзанна Марлоу, партнёрша Терри по спектаклю увидела это, и оттолкнула Терри, пострадав сама. Сюзанне ампутировали ногу, это я поняла только в больнице, когда держала её, не давая упасть с крыши. Сюзанна очень любит Терри, она просила меня не отбирать его у неё… да, я бы и не смогла! Мы с Терри поговорили в тот вечер, пообещали друг другу стать счастливыми во что бы то ни стало. И, я надеюсь, что Терри и Сюзанна обретут своё счастье.        Сейчас ты бы спросил: «А как же ты, Кэнди? Как же твоё счастье?»  А моё счастье осталось там, где мне было тринадцать, где мы с одним светловолосым мальчишкой ели хот-дог, лежа его руками, а потом получали нагоняй от тётушки Элрой. А сейчас моё счастье в счастье дорогих мне людей.        Иногда я думаю, что если бы не было той дурацкой охоты, то и моя жизнь сложилась бы совершенно иначе.        Пока я говорю «прощай», Энтони! Но всё же надеюсь, что когда-нибудь ещё напишу тебе.        С любовью, Кэнди»       Девушка запечатала письмо, решив, что отправит его из Нью-Йорка.        Кэнди просила, чтобы друзья не провожали её на вокзал, потому что для неё это было бы очень тяжело. Но Альберт, Арчи и Анни не могли отпустить подругу одну. Когда Кэнди отправилась на вокзал, друзья незаметно последовали за ней. Издалека трое молодых людей наблюдали как их подруга заходит в поезд. Каждый думал о своём.        «Береги себя, малышка», — мысленно напутствовал Альберт.        «Будь осторожна, не ищи неприятностей», — плача просила Анни.        «Ты стала для меня первой любовью, потом младшей сестрёнкой и самым лучшим другом! Не дай чему-то плохому случиться с тобой. И обязательно возвращайся к нам», — сдерживая слёзы, думал Арчи.        «Вы всё же не послушались меня, и пришли! Анни, Арчи, Арнольд, спасибо вам, что так переживаете за меня. Я сделаю всё, что будет от меня зависеть, чтобы вернуться и снова обнять вас всех!», — думала Кэнди, в окне заметив своих друзей, прячущихся за одной из колонн вокзала.        Поезд уносил Кэнди всё дальше и дальше от Чикаго. Но что бы ни ждало впереди, девушка была уверена, что обязательно со всем справится.