Играй до конца

      Тёмный зал был освещён канделябрами на стенах и роскошными хрустальными люстрами. Из больших окон внутрь проникало солнце, уже уходящее в закат. За длинным столом, растянувшимся почти во всю длину зала, сидели люди, которым знаком запах пороха и крови, но вынужденные вести себя прилично. В душной атмосфере повисло напряжение и концентрация. Переговоры шли тяжело и тягуче, как смола, стекающая с дерева.       Собеседники стреляли глазами в друг друга, готовые похоронить заживо своих оппонентов за один неправильный вдох. Среди пиратского сброда затесались и более цивилизованные люди — купцы. Они копошились с бумагами чаще, чем в голове у Багги всплывала мысль, чтобы взорвать это место. Он находился здесь не по своей воле, его сюда буквально затащили под угрозами. Это было унизительно, покоряться и выполнять, что говорят, но он понимал, что за ним есть грешки. Именно потому, что он ни с кем не сотрудничает, но мешает это делать другим довольно взрывоопасными методами, на него обратили внимание.       Перед ним также лежали какие-то бумаги, но он на них даже не взглянул, как это делали другие. За перо он тоже не взялся, когда как остальные делали, казалось бы, миллионы заметок в минуту. Ему нечего было писать, разве что хотелось скомкать один из пергаментов и бросить кому-нибудь в голову, а из второго сделать конфетти. Но он держался. Пусть внутри уже и кипела скука и злоба на всех присутствующих.       Особенно его раздражало присутствие здесь Шанкса. Тот сидел на другой стороне стола, чуть дальше от него и с важным видом, сдвинутыми бровями к переносице что-то вычитавал из бумаги в руках. Со стороны выглядел словно напыщенный петух, не меньше. Багги таранил его взглядом пару секунд или может вечность, он не знал точно, так как в этом проклятом месте время будто остановилось. Подперев голову рукой, краем уха Багги услышал, как кто-то выясняет с купцами дело о трёх затонувших кораблях с провизией. Ухмылка сама появилась на его лице. Слишком заметная, слишком выделяющаяся. — Кажется, у меня есть подозреваемый, — раздался голос, словно гром, с другого конца стола.       Голубые глаза Багги быстро нашли источник шума и сузились. Он нагнулся над столом, чтобы быть ближе к человеку, который решил порочить его честь. Даже если она была давно запятнана.       Одним локтем Багги опёрся о деревянную поверхность, а второй ударил по столу, издав громкий звук, привлекающий лишнее внимание. Багги даже привстал со стула. Казалось, сейчас он заберётся на стол с ногами. — На кого ты намекаешь?! — закричал Багги, не стесняясь демонстрировать свой громкий голос. Он обращался к пирату, имя которого даже не знал. — Да, действительно, — фыркнул он, складывая руки на груди. Чёрные глаза источали колкий холод. — кто в последнее время подрывает чужие корабли? Не делай вид, что это не твоих рук дело!       Багги оскалился, показывая зубы. Его пальцы впились в стол. Внутри закрутился азарт, вперемешку с гневом, он готов был взорваться как вулкан. — Я не плаваю по Вест блю, тупой ты идиот, — глаза накрыло тенью от его шляпы, он прямо источал злобу, и атмосфера заметно накалилась. — Вообще-то, — раздался неуверенный сухой голос одного из сидячих купцов. — по нашим данным, это был не капитан Багги, сэр. На том корабле был другой флаг.       Багги победно улыбнулся и откинулся на спинку стула, складывая руки на груди. Пират, кидавшийся обвинениями, отвернулся, продолжая беседу уже в более напряжённом тоне.       Довольный собой, Багги закинул ногу на ногу, окинув стол взглядом, опять цепляясь за Шанкса как за колючую проволоку. Тот смотрел на него спокойно, с толикой серьёзности, но Багги лишь хмыкнул.       Когда пришла очередь Шанкса говорить, в зале наступила тишина. Лишь Багги тихо посвистывал, ковыряя выпирающую щепку от стола. — Нам стоит серьёзно поговорить о делах, не устраивая из этого собрания шоу, — он невольно прошёлся взглядом по Багги, но ни одна мышца на его лице не дрогнула. — Давайте говорить по делу, а не распылять пустяки. Каждое слово в этом зале имеет значение.       Тихий смешок Багги прошёлся по ушам сидящих. Они не знали, что это всё ещё пустяки.       Речь Шанкса была длинной, он говорил что-то про договоры, сотрудничество и задевал всемирные проблемы, которые Багги прослушал, как самую ненужную информацию. И спустя время ему в голову внезапно влетела идея, как он может разбавить свою скуку и отомстить Шанксу одновременно.       Опустив руки под стол, он стянул с одной из них перчатку и засунул в карман штанов. Багги отвернулся от Акагами в другую сторону, попутно отсоединяя кисть своей руки, отправляя в противоположную сторону. — Сейчас ошибки могут дорого стоить…слишком дорого, — Шанкс запнулся всего на пару секунд, так как почувствовал прикосновение к своей ноге. Пару раз моргнув и потупив взгляд в пергамент, он продолжил.       Уловив заминку в речи, Багги улыбнулся, но всё ещё не поворачивался в сторону Шанкса. Отделённая от тела рука меддленно поднималась к колену, дотрагиваясь лишь пальцами. Ткань штанов мялась под ними и приподнимаясь.       Багги свободной рукой подпёр голову, слегка покачивая ногой. Нудная обстановка быстро ушла на второй план.       Голос Шанкса выровнялся, и тот продолжил, как ни в чём не бывало. Багги был уверен, что тот уже обо всём догадался, но разве мог Шанкс раскрыть это прямо на таком серьёзном собрании? Багги был уверен, что нет.       Его рука полностью легла на бедро, слегка сжимая его. Багги даже замер на время, как и его дыхание, а уши навострились, пытаясь уловить хоть один неровный вдох. Но, видимо, этого пока было мало.       Пришлось сразу же зайти дальше и он скользнул к внутренней стороне бедра, ближе к промежности. Чувствуя, как нога Шанкса качнулась, будто хотела закрыться от прикосновений, Багги сильнее надавил на неё, заставляя остаться в таком же положении.       Кожей он чувствовал каждую складочку на чужих штанах, и пальцы его переместились дальше, ложась целиком на ширинку. Багги не спешил расстёгивать её, для начала он хотел услышать ещё пару сбоев в интонации Акагами для полного удовольствия.       Рука Багги, нащупав нужное место под штанами, начала медленно надавливать и гладить. Иногда она поднималась выше пояса, забираясь под рубашку. Холодные пальцы хватали кожу, оставляя следы. Слегка оттягивая резинку штанов, Багги не забирался под них, пока только намекая на это. — Это… — Шанкс вздохнул, прикрыв рот рукой. Он игнорировал даже упавшие на лицо красные волосы. Багги уже слышал, как тот судорожно вдыхает грудью воздух. — Это потребует усилий многих из нас…       Второй рукой Багги бездумно проверял бумаги, лежащие перед ним. Он не был сосредоточен на написанном бреде. Реакция Шанкса завоёвывала его интерес сильнее скучных лекций, поэтому он вернулся на уже в половину распалённое место. Пройдя сначала пальцами по напряжённой коже под тканью, Багги резко вцепился в него. Пергамент в руках Шанкса хрустнул, от чего стало понятно, что он смог вызвать сбой в чужой собранности. Пока тот пытался показать себя серьёзным, подходящим к делу с интересом, Багги бессовестно рушил всё это. Сидящие рядом с Акагами люди иногда косились в его сторону и кашляли в кулак, будто намекая, что сейчас не время для дурачеств. Но Шанкс не мог объяснить им, что это вовсе не его вина.       Последовавшая резкость после мягких прикосновений оказала должный эффект, которым Багги остался довольным. У Шанкса предательски встал. Хотелось бы Багги спросить сейчас у него, как тот чувствует себя, когда тело ведёт себя честнее, чем разум. Пройдя языком по высохшим губам, он надавил большим пальцем на его член в последний раз и поднялся к змейке на ширинке. Она тихо звякнула, утопая в ещё громком голосе Акагами, но уже не таком уверенном.       Ноги Шанкса непроизвольно дрогнули, когда он ощутил колючий холод нежной кожей. Даже его речь прервалась на полуслове. Он не поднимал головы на Багги, будто думал, что не столкнувшись взглядом, сможет сдержаться. Признавать своё поражение Шанкс отказывался до самого конца.       Когда Багги начал двигаться более провокационно, от чего растегнулась даже пуговица на штанах, Шанкс закончил говорить, но продолжал держать в руках лист, словно тот подсказывал ему, как остудить своё покрасневшее лицо.       Багги отпил воды из стакана, стоявшего рядом с ним. Он не поворачивался к Шанксу до момента, пока не обхватил его член рукой, заставляя чужой взгляд стекленеть. Кисть прошлась по всей длине, сжимая крепче к концу. Большой палец надавил на кожу головки.       Их глаза встретились на момент того, когда Багги почувствовал полное возбуждение со стороны Акагами. Он не заметил, как и сам стал дышать глубже и тише. Выражение лица Шанкса будто пыталось обрубить его шалости и одновременно просило продолжать. Багги улыбнулся, смотря прямо на него, а чёртики заплясали в его глазах. Он резкими движениями прошёл вверх-вниз. Это было слишком неожиданно для Шанкса. Тот отложил пергамент и опёрся локтями о стол, спрятав лицо за руками.       Факт того, что их могут разоблачить, только сильнее распалял Багги, что чётко читалось по его позе и выражению. Это серьёзное собрание могло обернуться прахом для Шанкса, который наверняка готовился к этому.       Багги прекрасно видел, как губы того приоткрылись, наверняка его дыхание было горячим и обрывистым, а после они сомкнулись. Шанкс поджал ноги ближе и угол сгиба коленей стал меньше.       Остановившись, Багги убрал руку, прекрасно видя, как Акагами не может собраться, готовый испачкать не только свою репутацию, но и штаны. Оставив его без дальнейшего внимания, Багги вернул кисть себе, ведь уловил чужие слова со стороны, что собрание окончено.       Достав перчатку из кармана, он с гордой ухмылкой показательно натянул её обратно на руку, встречаясь со взглядом Шанкса. Грудь того вздымалась, а мысли о том, что теперь Багги крупно влип, он передавал невербально.       Вскочив из-за стола, едва не роняя стул, Багги поспешил к выходу, сдерживая смешок. Шанкс собрал бумаги в стопку, но в какой-то момент бросил их и встал следом.       Коридор казался Багги бесконечно длинным. Его рука, которой он минуту назад дрочил Шанксу, горела, но внутри него плескалась какая-то радость за то, что он смог вывести Акагами из равновесия. Оставалось лишь удрать отсюда поскорее и остаться безнаказанным, тогда он точно закрепит за собой победу в этой ситуации!       Но тут же его схватили за плечо, впечатав в стену рядом. Багги вздрогнул от удивления. Как Шанкс мог так быстро и бесшумно его нагнать? Было хорошо видно по чужому лицу, что Багги заставил его понервничать и пережить не самый хороший опыт. Акагами хватается за ручку двери, что внезапно оказалась рядом, и открывает её, запихивая туда Багги. Он даже слова не успел сказать, ведь жёсткий взгляд Шанкса подействовал на него как кляп. Но стоило им оказаться в тесном пыльном пространстве, лишённом света, Багги завопил. Спиной ударившись о стену позади себя, несколько швабр с грохотом упало на пол, но на них не обратил внимание ни один из них. — Думал уйти красиво и остаться безнаказанным? — голос Шанкса в темноте был ближе, чем казалось, но Багги некуда отступать. Он упёрся в стену, будто хотел раствориться в ней. — А ты всё такой же самонадеянный, — выплюнул Багги, борясь с тем, чтобы не закашлять от пыли здесь.       С силой толкнув Шанкса в грудь, тело Багги рассыпалось на множество частей, несясь к двери. Шанкс молниеносно обернулся и схватил двумя руками его голову, словно та была мячом.       Глубоко дыша, он снова выровнялся, крепко держа часть Багги. — Оставишь мне свою голову? Не волнуйся, я найду ей применение! — Шанкс смотрел прямо в лицо Багги. Глаза немного привыкли к темноте, поэтому были видны общие очертания. — Ты недалёкий идиот, это была шутка! — закричал Багги, но тело его нерешительно остановилось у двери. Он не хотел принимать, что его всё-таки загнали в угол. А тот факт, что Шанкс будет ему мстить, где-то глубоко внутри подогревал интерес. — Ты давно перешёл грань дозволенного в своих шутках, — голос негромкий, скорее тихий, но отчётливый, проникающий под кожу, от чего по спине прошлись мурашки. — Ты не сможешь убежать от меня, Багги.       Несмело обернувшись, его тело придвинулось ближе. Раздалось шарканье и голова Багги присоединилась обратно к телу. Шанкс тихо усмехнулся, а затем вдавил Багги в стену, крепко прижимая руки к стене. Ему было важно, чтобы тот не смог закрыться от него. Да, тот мог отсоединить свои кисти, но было ли это полезным сейчас? Крайне маловероятно.       Коленом Шанкс заставил Багги поставить ноги шире, а затем и вовсе он встал между ними, тесно прижимаясь нижней частью туловища к нему. Багги стиснул зубы, борясь с тем, чтобы не уронить лицо в этой ситуации. — Победа была за мной, а тебя как всегда всё не-       Шанкс оборвал его на полуслове врезавшись в его губы, показывая, что слушать Багги сейчас не собирается. Сменив положение, Шанкс опустил одну из своих рук к подбородку Багги, крепко держа, чтобы тот не мог отвернуться от него, а второй сжимал обе чужие над головой.       Поцелуй был совсем не нежным, Шанкс скорее тем самым пытался его заткнуть. Багги что-то мычал, кусал его губу, будто всё ещё доказывая, что в этой ситуации он совсем не проигравший, но всё уже было решено за него.       Шанкс отпрянул, но не далеко, его горячее дыхание прошлось по коже Багги, а затем его шея почувствовала прикосновение. Оно было точечным, словно медицинским, и попало туда, где реакция была мгновенной.       Багги вобрал воздух грудью и попытался отвернуться, но в таком положении это не удалось сделать. Он был полностью открытым перед Шанксом, отдав почти добровольно бразды правления над ситуацией ему. — Чёрт, Шанкс, придурок, на самом видном месте! — процедил сквозь зубы Багги, понимая, что это далеко не самая важная проблема сейчас.       Акагами поднял на него глаза и улыбка на его лице читалась как что-то очень опасное в этот момент. Багги невольно дрогнул от прикосновения к своей груди. Рука Шанкс прошлась вдоль его торса, не спускаясь ниже. Его бок сильно сжимали, а шею опять накрыли губы. Багги не понимал, на чём ему стоит сосредоточиться сейчас. Тело его то плавилось, то вставало по струнке, когда Шанкс скользил к его уху.       Тихие звуки наполнили тесную кладовую, а дыхание стало глубже. — Убери свои руки, — прошипел Багги, слыша, как за дверью по коридору топают люди. — Думаешь, если будешь лапать меня, то…я отдам тебе по-       Голос его предательски сорвался, когда ощущение внизу внезапно накалилось. Он потерял весь воздух из лёгких и был не готов к тому, что Шанкс проведёт ладонью ниже живота, но никак не подействует на место, которое могло бы предать Багги. Его держали на грани обычных поглаживаний по торсу, бокам и шее, и совсем уж неприличных сдавливаний в области паха. — Договаривай. Я люблю, когда ты дерзишь, когда дрожишь, — Шанкс поднялся на уровень его губ. Между ними даже воздуху было тесно, но он ничего не сделал.       Сбивчивое дыхание Багги прошлось по коже жарким ветерком. То было словно ответом. — Наигрался? — выдохнул он с наивной уверенностью. — Там…все уже ушли. Нам тоже пора… — Ммм… Я ещё даже не начал, — Шанксу снова удалось вызвать сбой в реакции Багги, забравшись большим пальцем под повязку на шее. Горячая красная кожа была совсем не знаком «стоп», а скорее неким показателем готовности.       Багги мог бы держать себя в руках, но не когда ему приходилось лишь принимать. Он совершенно не владел ситуацией, Шанкс забрал все полномочия себе, разрешая ему лишь реагировать.       Чуть надавливая на шею пальцем, заставив Багги поднять голову, Шанкс прильнул к ещё нетронутым местам. Он чувствовал дрожащую кожу губами и от внезапного ощущения Багги подался вперёд, вжавшись в него сильнее. От слишком плотного соприкосновения его промежность потёрлась о чужую ногу. Из горла тут же вырвался непрошенный сдавленный звук и Багги прикусил губу, но сдержать нарастающее желание повторить это действие ему не удалось.       Вжавшись сильнее, Шанкс положил свою руку на его бедро, приподнимая ногу. Багги дрогнул, гневно смотря на него из-под ресниц. — Сдаёшь позиции, Багги, — сказал он, буквально на пару секунд потеревшись ногой о чужую промежность.       Каждое прикосновение прожигало током и спина Багги выгнулась навстречу. Мозг уже плавился, едкие слова растаяли и Багги забыл, что хотел сказать. Зубы плотно сжались, чтобы не выпустить позорный звук ради чужого удовлетворения.       Глаза зажмурились, будто Багги мог сдержаться, если не будет смотреть на него, но ощущения лишь усилились. — Раздевайся, — сказал Шанкс, отступая на шаг, но всё ещё оставляя за собой ощущение давления, от которого Багги даже отмыться потом не сможет.       Окаменев, он продолжал стоять у стены, опустив затёкшие руки. Возбуждение было уже не скрыть от красных пронзительных глаз. Багги застыл, будто хотел за столь короткое время привести свои мысли в порядок и дать достойный отпор. — Ты знал, на что идёшь. Раздевайся. Или мне сделать это самому?       От этих слов Багги стало ещё жарче. Он старался смотреть на Шанкса с презрением и яростью, но не знал, что со стороны это выглядело совсем иначе. — Ты не в своём уме, — негромко возразил Багги, вжимаясь в стену. — Здесь… грязно!       Сердце его билось где-то в ушах, но ничто не могло заглушить голос Шанкса. Он резал плотную атмосферу между ними как самая острая катана. — Всё ещё есть силы возражать? — Акагами расстегнул оставшиеся пуговицы на своей рубашке, а затем и на штанах, глядя Багги в лицо.       Он несмело скинул с себя свой плащ, а затем повязку на шее. Перчатки полетели следом, а там и полосатая майка. Багги сильно прикусывал губу, не веря в то, что сейчас делает это самостоятельно, перед Шанксом, да ещё и хер пойми где. — Надеюсь, ты принёс то, чем мы смажем тебя? — Акагами снова приблизился к нему в плотную, не дав снять напоследок красно-белые чулки.       Из кармана штанов, которые бросил Багги, выпал флакончик с жидким блеском для губ. Его прозрачная упаковка слегка блестела от падающего на него света сквозь щели в двери.       Почти полностью голый, Багги теперь мог ощущать их соприкосновение телами в сто раз ярче. Руки Шанкса держали его за талию, а после ушли куда-то наверх, по рёбрам, добиваясь сбивчивого вздоха. Он был максимально уязвимым, а по телу хорошо скользил сквозняк, заставив его вжаться в тело напротив ещё сильнее. Акагами смотрел на него совершенно другими глазами, не так, как это было в том зале. Сейчас они больше напоминали хищника. — Что ты ожидаешь от меня? Я ничего такого… — Багги запнулся, когда Шанкс большим пальцем задел его сосок. — Чёрт… — Не надеялся на продолжение? — Акагами быстро нагнулся за флакончиком. — Но мы всё равно можем его устроить.       Багги едва смог проглотить ком в горле. — Ты чокнутый, — только и смог сказать он.       Шанкс покрутил в руках блеск для губ. Он был в чём-то наподобие тюбика. — Не меньше, чем ты и твои идеи, — хмыкнул он и открыл его, бросив крышку куда-то на пол.       Снова оказавшись слишком близко к Багги, он подхватил его под изгиб колена и поднял его ногу так, что та оказалась на его плече. В тишине раздалось только чужое восклицание в виде вдоха. Багги пришлось вцепиться в Шанкса руками, чтобы держать равновесие. Свободная нога подрагивала, невольно встав на носок, чтобы чувствовать себя чуть удобнее в крепком захвате. Он не думал, что ему придётся когда-то подстраиваться под кого-то.       Его поза стала ещё более открытой, словно разрешающей делать с ним всё, что вздумается. — Вот это ловкость, Багги, — улыбнулся Шанкс ему куда-то в шею. — Позволяешь мне изучать тебя без ограничений… Это ещё интереснее.       В ответ ему Багги хотел фыркнуть или выругаться, но изо рта вырвался совсем жалкий звук. Его рука потянулась вниз, чтобы хотя бы самому помочь себе в избавлении от напряжения, но Шанкс пресёк это, перехватив её и прижав к стене. — Не смей, — приказал он, украшая шею ещё одним дразнящим полуукусом.       Багги томно вздохнул. Слишком громко, сделав это почти стоном. И что ужаснее — Шанкс ничего на это не ответил, будто считая, что это само собой разумеющееся. Тишиной этот звук будто закрепился в воздухе и Багги поджал губы, краснея сильнее.       Внизу всё горело и дрожало, он больше не мог терпеть. Каждая секунда, проведённая в таком состоянии давалась ему почти с болью. — Заканчивай уже… скорее, — голос Багги сломался, став непохожим на тот, что обычно слышал Шанкс. Казалось, ещё чуть-чуть и Багги станет умолять.       Он не видел, что делал Шанкс внизу, но его кожа вмиг отреагировала на это. Что-то холодное прикоснулось к нему почти там, где напряжение было уже невыносимым. Шанкс будто специально игнорировал это место.       Дыхание отрывисто вышло из его легких, а в груди вспыхнуло что-то приятное. Шанкс вёл свою какую-то игру, не давая сделать ход Багги, пытаясь свести его с ума.       Акагами водил пальцем по кругу, оставляя мокрый след блеска для губ. Багги сжался, словно готовился к чему-то, но этого всё никак не происходило.       Уловив неровный вздох со стороны Шанкса, Багги неровно усмехнулся. — Смотри, как бы твоё эго не кончило первым, — сказал он, вмещая в эти слова всё своё злорадство.       Плечи Багги дрогнули, а грудь часто вздымалась от того, что Шанкс проник внутрь пальцем, но всё также не спешил уделить внимание ему чуть выше. С губ сорвался непонятный смятый звук. Багги не мог расслабиться ни на секунду от жарких прикосновений и того, что Шанкс продолжил покрывать его своими наглыми метками не только шею, но и плечи, ключицы и грудь. Кожа пылала, а разум туманился сильнее с каждым новым толчком внутрь. — Говори сколько угодно, но не смей кончать раньше меня.       Ещё один запрет ударил по Багги словно молот. Его ноги задрожали вместе с его гордостью и он крепче вжался в Шанкса, будто пытался взять контроль себе.       Проникая глубже, чувствительная кожа Багги сминалась, а внутренности уже нестерпимо горели. Его разрабатывали методично, с темпом, как будто хотели сделать удобнее для своих будущих утех.       Склонив голову, Багги открыл рот, чтобы глотнуть прохладного воздуха, но особенно точный толчок выбил из него вымученный стон.       Оставив на плече последний глубокий поцелуй, Шанкс подался вверх, накрывая его губы своими. Багги даже не растерялся, но ответил ему неуверенно, будто желая убедить себя в том, что он тоже активно участвует в этом. И он вовсе не просто тот, кого ведут. Его губы подвергались слишком сильной атаке. Язык Шанкса проходился по нижней губе, прикусывал её и оттягивал, будто хотел забрать каждую частицу чужого внимания себе.       Сладкие мучения закончились и кожа осталась остывать после нескольких пальцев, а опухшие губы без напористого давления. — Держись крепче, — сказал Шанкс, поднимая и второе бедро Багги. — Упадёшь — и нам придётся продолжить на полу.       Он оказался на весу, лишь стена и Шанкс служила ему опорой. Сцепив зубы, ему пришлось скрестить ноги за его спиной, чтобы не упасть. Тело тянуло вниз, Багги чувствовал себя как на крючке. Шанкс вдавил его в стену сильнее, выбивая из него непонятный вздох — то ли стон, то ли хрип. Мышцы тряслись от напряжения и у самого уха Багги услышал смешок Шанкса, который бил прямо по его достоинству.       Вцепившись в рыжие волосы одной рукой, Багги второй потянулся вниз. Его терпение подходило к концу, а трение кожу о кожу распалило его до опасного градуса. Но ему не дали даже этого. Теперь Шанкс держал его одной рукой, от чего Багги в страхе вцепился в него сильнее, а руки его вновь оказались зафиксированы над головой. — Ты просто ублюдок, Шанкс! — прошипел Багги, но его голос обломался в конце. Он почувствовал толчок и как мышцы не поспевали за этим движением. Внутренности сжались, он чувствовал боль от растяжения вперемешку с горячим наслаждением. Казалось, он сейчас стоит на самом краю, но ещё держится и всё не может упасть.       В секунду тишины, наступившую внезапно, было слышно лишь то, как под ними заскрипели старые половицы, а после раздался протяжный и еле слышимый, но слишком живой стон куда-то в район плеча Шанкса. Он вмиг запрокинул голову, открывая истерзанную шею. — Вот так, — выдохнул Шанкс, принимая более удобную для себя позу, наслаждаясь каждым сантиметром Багги. — С каждой секундой ты становишься честнее, — хмыкнул он, держа темп, пока до ушей доходило робкое, но многократное хлюпанье.       Костяшки Шанкса побелели от хватки на руках и он ослабил её, медленно ведя рукой вниз, к лицу Багги и повернул его к себе. Последний выдох покинул рот на высоких тонах и Шанкс снова поцеловал его, закрепляя власть за собой. После короткого прикосновения к губам он склонился к шее. Его язык и губы ощупывали каждый сантиметр, натыкаясь на напряжённые вены и жилки. Багги не смог справиться с тем, чтобы держать под контролем свою настоящую реакцию на это и череда коротких стонов вышла наружу. Он обвил руками шею Акагами, ногтями впиваясь прямо в кожу, будто в знак мести. Багги было бы обидно, если бы Шанкс ушёл без единого физического упоминания об этом событии. — Продолжай не затыкаться, — выдохнул Шанкс, и как по заказу воздух опять сотрясло неровное жаркое дыхание.       Багги не верил, что он действительно внутри, но с каждым толчком ему доказывали, что это и правда так. Голос перехватывало, а руки искали опору получше, но каждый раз натыкались на Шанкса, его горячие плечи, с которых рубашка съехала вниз, и шею.       С каждым новым мгновением его тело всё сильнее предавало. Спина выгибалась, а ноги едва ли не были захвачены судорогой. Казалось, что их тела сейчас полностью сгорят в этой тёмной кладовой. Что-то стекало по внутренней стороне бедра, капая на пол, а срывающийся голос Шанкса становился похожим на гортанный рык.       Багги казалось, что если Шанкс двинется ещё раз так же, он сорвётся — не язвительно, не контролируемо, почти жалко. И именно в этот момент Шанкс вбивается глубже, словно проверяя предел.       Мысли сбились в кашу. Шанкс сжал руки сильнее. Багги стонал всё чаще, упустив остатки самообладания. Акагами дошёл до конца — резкий вдох, рывок и тело застыло. Несколько секунд лишь звук их дыхания разлетался по воздуху. Шанкс не отстранился, он заглянул в лицо Багги. Тот всё ещё держался за него, но взгляд был совсем мутным.       Оглядевшись, Акагами усадил Багги на одну из бочек, стоящих в углу. Он нагнулся к нему, опираясь руками о дерево по обе стороны от дрожащего тела. Бёдра тянуло, а мышцы болели, но Багги всё ещё оставался на самой грани. Искусанная губа опухла, колени подгибались. Он не знал, куда деть свои руки, поэтому завёл их назад, вцепившись в край бочки, оставаясь просто ждать. — Проси, Багги, — прошептал Шанкс, снова кусая шею, а затем спускаясь ниже.       Губы Багги дрогнули, но он не смог сказать и слова. Из него вылетал лишь дрожащий горячий воздух.       Шанкс остановился на уровне сосков. Спина Багги дрогнула от мягкого мокрого прикосновения. — …Шанкс…подожди… — едва не всхлипывая, но сил на большее и не было.       Продолжение не заставило себя ждать и Багги потерял всего себя с концами. — Помоги мне, — шёпот смешался в внутренним напряжением, но в нём читалась даже капля дерзости. — Н-ну же…разберись со мной. Окончательно… придурок.       Шанкс приблизился, аккуратно обхватив Багги за талию. Одна из его рук потянулась вниз, зная, что нужно делать. Багги дёрнулся, но не отталкивая, а скорее доверяя. — Ты великолепен, — голос Акагами тихий, уверенный, словно он хвалит, но при этом задаёт ритм, заставляя Багги слушаться, не сопротивляясь. — такой дерзкий и буйный, но когда надо — податливый и мягкий. И всё это для меня.       С каждым резким движением Багги всё сильнее дрожал и всё ярче отдавался моменту и рукам Шанкса. Мурашки пробежали по телу, а внизу живота всё сжалось и за короткий момент расслабилось, словно отпуская якорь.       Дрожащий стон слетел с губ, который Багги совсем не удалось проконтролировать. Что-то внутри него натянулось, как струна, а после стало совсем тихо. Его сердце билось как дикий зверёк в клетке. Он глубоко и часто дышал, совершенно не отдавая себе отчёта.       В коленях дикая слабость, по икрам течёт судорога, а запах Шанкса словно уже безвозвратно впитался в его тело. Акагами отошёл от него на пару шагов, давая остыть. Багги видел, как тот удовлетворённо смотрит на него и на то, что сделал с ним. — Я никогда не остаюсь в долгах, — с хорошо читаемой угрозой сказал Багги, вставая на ноги.       Шанкс лишь хмыкнул, приводя свой внешний вид в порядок. Он сложил руки на груди и облокотившись плечом о стену рядом с выходом, наблюдал, как Багги собирает свою одежду с пола.       Шанкс готов был участвовать в этой игре.