Часть 28
27 апреля 2026 г., 19:43
Орфей наигрывал на своей гитаре незамысловатую мелодию и лениво наблюдал за посетителями этого бара. Народ тут собирался в большинстве своём из искателей, так что если не прислушиваться к тому, на каких языках местные общаются и не обращать внимание на отсутствие ощущения Присутствия Подземелья, то можно было даже представить, что находишься в одном из баров родного Подземелья. Конечно, тут были и обычные люди, а среди посетителей отсутствовали дварфы и альвы с орками, но в остальном народ вёл себя практически точно так же, как и дома.
Что забавно, никто его не узнавал, хотя слухи о нём уже разошлись среди местных искателей, а некоторые даже начали целенаправленно искать с ним встречу. Это показывало, насколько же слухи зачастую искажают описание. При этом он прямо сейчас слышал, как за одним из столов как раз пересказывали одну из начавших ходить о нём баек. И честно говоря, если бы он не знал, что это рассказывают как раз про него, то подумал бы, что это про кого-то ещё, настолько рассказываемые не походило на него и то, что он делал.
Но вообще, идея раскрыться перед некоторыми из местных искателей, уже не казалась ему такой забавной. Нет, сделать местные ему всё равно ничего не могли, но сам факт того, что люди опять всё переврали, немного расстраивал. А ведь он надеялся породить тут о себе легенду, чтобы попробовать провернуть один фокус, о котором он узнал от Создателя. Вот только начавшие ходить о нём байки настолько были противоречивые, что никак не получалось собрать из них что-то осмысленное. А тут ещё и Бер проявил себя, но как всегда умудрившись остаться никем незамеченным, а о его вмешательстве узнали только опосредовано, когда приехавшие из столиц трёх государств специалисты не обнаружили того, что предполагали обнаружить. Вот только Бер кого-то там убил и пошёл по своим делам, а ему теперь разбираться с последствиями, ведь народ не мог пройти мимо очередной странности и связал ту уже со слухами о нём, Лесном барде.
Ну да, имечко люди ему придумали то ещё, особенно если учесть, что даже в первый раз он появился перед местными не в лесу, а в небольшой роще, да и потом он показывался в самых разных локациях. А то, что чаще всего он выходил откуда-то из-за деревьев, так это логично, так было проще всего подобраться незамеченным как можно ближе. Всё же охотники из местных были так себе, даже с учётом наличия подходящих охотнику Навыков, поэтому большинство местных искателей обмануть было несложно. Но ведь иногда же он приближался и просто идя через луг или поле, вообще не скрываясь, а то, что его поначалу не замечали, так сами виноваты, смотреть по сторонам нужно, а не языками трепать. Но прозвище почему-то закрепилось, что не могло не раздражать. Всё же вкусы у местных оказались странными, раз им понравилось подобное.
С другой стороны, судя по всему его собственное имя ничего им не говорило, так как никто из тех, кто слышал, что его зовут Орфей, никак на это не отреагировал. И это подтверждало, что они находились не на одном из отражений Земли, где согласно памяти Создателя легенды об Орфее имели хождение, а на какой-то другой похожей на Землю планете. Впрочем , на это же указывал и рисунок звёзд на ночном небе. Не то, чтобы это что-то кардинально меняло, но по крайней мере позволяло сделать вывод, что он не только переместился в другой Мир, но и сместился в пространстве.
–Эй, гитарист, слабай что-нибудь весёлое! - окликнули его из зала.
–Любой каприз за ваши деньги, - расплылся в улыбке алконост, перехватывая поудобнее гитару, - но деньги вперёд.
–Не боись, заплатим как надо, - уверил его тот же голос.
–Все вы так говорите, а потом в Башню убегаете, - заявил Орфей, продолжая ухмыляться, чем вызвал хохот среди посетителей бара.
Под общий смех, из-за одного из столов выбрался мужчина лет тридцати, крепко сложенный, но при этом не закрепощённый, а пластичный, что выдавало в нём опытного искателя. Специфические же мозоли на его ладонях сообщали понимающему человеку, что перед ним мечник, использующий двуручный клинок. Подойдя к продолжавшему с улыбкой наигрывать простенький мотив Орфею, мужчина пару секунд посмотрел ему в глаза, после чего хмыкнул, что-то для себя поняв, после чего вытащил кошелёк и выудил из того пару купюр.
–Если сможешь исполнить что-то не только весёлое, но и незнакомое, то ещё добавлю, - сообщил мужчина, опуская деньги в стоящую рядом с Орфеем коробку.
–Это мы с радостью, - преувеличенно радостным голосом заявил алконост, выдав нечто быстрое и задорное.
Вот только следом за этим его лицо приобрело серьёзно-мечтательное выражение, а мелодия, которую он принялся исполнять, оказалась мягкой и тягучей, никак не походя на что-то весёлое. Было видно, как на лице не успевшего отойти от музыканта мужчины появляется удивление, и тот даже развернулся, видимо собираясь что-то сказать, даже рот открыл, но тут Орфей запел.
"Выйду ночью в кухню с котом,
Свет не зажигая при том.
Спит моя семья,
Спит усталый дом.
Только мы с котом на кухню идём.
По холодному, полу моему,
К холодильнику с котом я иду."
На первых словах народ начал удивлённо замолкать, не сразу понимая, что они слышат, но к концу куплета из зала начали раздаваться первые смешки.
"Смотрит снизу кот на меня,
Хочет жрать не меньше коня.
В глубине души, вдруг проснётся зверь,
Приоткрою холодильника дверь.
В холодильнике благодать.
Стану холодец уплетать.
Там котлет лежит где-то килограмм,
Навернём его с котом пополам."
Чем дальше пел Орфей, тем больше людей начинало смеяться. Мужчина же закрыл рот, так ничего и не сказав, и отступил в сторону, чтобы не закрывать другим вид на певца, который с одухотворённым видом исполнял действительно весёлую и при этом никому из присутствующих незнакомую песню. Впрочем, песня оказалась не длинной и вскоре Орфей закончил петь, и пробежавшись по струнам в последний раз улыбнулся.
–Ну как, соответствует запросу? - спросил алконост, посмотрев на мечника.
–Соответствует, - подтвердил мужчина, и без разговоров достал кошелёк. - А есть что-то похожее, но только чтобы и мелодия тоже была бодрой?
Проследив за опустившимися в коробку купюрами, которых было явно больше, чем было обещано, Орфей улыбнулся ещё радостнее.
–И такое найдётся, если поискать, - сообщил он, прикидывая, что ему исполнить дальше.
Всё же хорошо, что люди и в других мирах остаются людьми, так что хороший скальд везде найдёт, как заработать. А то его попытки сдать добычу неофициальным скупщикам закончились тем, что пришлась тех устранять, а брать чужое он не стал. Жить же на подножном корме желания не было никакого. Был, правда, ещё вариант пойти на контакт с обитателями Башни, но он пока не спешил этого делать, присматриваясь и собирая информацию.
*****
Лейла сидела на табурете в мастерской и неспеша надиралась. Ну а что ей ещё оставалось делать, когда на её глазах гоблины, а именно так хозяева поезда себя называли, вначале без каких-либо сложностей разобрали покорёженного робота, а потом разобрали и собрали тот самый генератор, с которым не были способны разобраться специалисты из спонсируемых государством исследовательских лабораторий. Причём разобрали и собрали трижды... каждый раз выбрасывая оставшиеся "лишними" детали. При этом генератор продолжал стабильно работать и не спешил взрываться или отключаться. Правда, было ещё неизвестно, как тот себя поведёт под серьёзной нагрузкой, но как минимум в обычных условиях тот сохранял функциональность. Поэтому было неудивительно, что она пыталась напиться, и у неё это даже получалось, так как алкоголь у местных был хороший, не только приятный на вкус, но и довольно крепкий. Причём ей дали то, что по меркам гоблинов тянуло на слабоалкоголку, а так у тех в запасе имелись такие напитки, что имевшийся в её костюме анализатор заорал благим матом, утверждая, что это химическое оружие. Вот только гоблины ту "химию" пили вполне спокойно и только слегка пьянели, поэтому она была вынуждена признать, что это всё же напиток, пусть и очень специфичный. Но сама она пробовать те напитки не рисковала, ведь жизнь у неё только одна... в отличие от гоблинов. И да, как оказалось, смерть для гоблинов, это ещё не конец. И это тоже стало причиной того, что ей захотелось напиться. Вообще, её новые знакомые оказались очень странными. И дело даже не в наплевательском отношении к своей и чужой жизни, хотя и это тоже (всё же сложно привыкнуть, что твой собеседник вполне может воскреснуть после смерти, и это не клонирование с воспоминаниями, а именно возрождение того же самого разумного... По крайней мере если исходить из слов самих гоблинов). И даже не в кулинарных пристрастиях, ведь у разных народов имелись самые разные блюда, в том числе практиковалось и поедание сырого мяса (но жрать ту огненную траву она не согласится даже за все деньги мира, одного раза ей хватило). Дело было в сочетании всех факторов, ведь гоблины были вообще другими. Их познания в самых разных направлениях, их поведение и характеры, их внешний вид, их поезд и их Вера, в конце концов, всё это буквально кричало о том, что они чужаки. И это несмотря на то, что кого только в галактике не было, даже вроде как разумные медузы. Даже на фоне этих самых вроде как разумных медуз гоблины умудрялись выглядеть и ощущаться чуждо, что уже было показательно. И вот с такими существами ей теперь предстояло путешествовать. И ведь ничего с этим поделать было нельзя, так как они уже не были не только на Лабиринте, а вообще в её Мире, так как поезд, по заявлению всё тех же гоблинов, сейчас двигался вне пределов реального мира. То есть, тот калейдоскоп за окнами не просто так вызывал у неё головокружение и головную боль, если смотреть на него хоть сколько-нибудь долго, а это происходило из-за того, что она буквально смотрела на то, чего не существовало, вот только её глаза не были приспособлены для этого, да и мозг тоже. При этом, это не было даже прямое воздействие варпа, как называли гоблины эту нереальность за пределами поезда, а всего-лишь результат того, что она смотрела на варп со стороны, будучи защищённой имевшейся у поезда защитой. И свыкнуться с этим было сложно. Свыкнуться с тем, что она повстречала не просто инопланетян, а вообще иномирян. Свыкнуться с тем, что она больше не в своём Мире и было неизвестно, сможет ли она хоть когда-нибудь вернуться обратно. Свыкнуться с тем, что она путешествует через нереальность, то есть место, где нет ничего существующего на самом деле, а только нестабильные образы, причём, даже не вещей, а идей и мыслей. И свыкнуться с тем, что путешествует она на поезде метро... через подземку метро, что то ли проложена, то ли постоянно появляется и исчезает, то ли существует только вокруг этого самого поезда, через варп. Всё же гоблины так непонятно этот момент объясняли, что она так и не сумела понять, как же это на самом деле работает. Единственное, что она поняла из их объяснений, что и поезд и подземка существуют на самом деле, но вне понятий здесь и сейчас. Так что напивалась она пусть и медленно, ведь глушить такой приятный на вкус напиток стаканами было кощунством, но целенаправленно и уверенно. И в том состоянии, в котором она была в данный момент, её уже перестало так волновать то, как гоблины балуются с работающим генератором, или как они собрали из вытащенного из робота накопителя и нескольких запчастей дистанционный шокер, после чего принялись жахать друг по дружке молниями. И даже то, что несколько гоблинов утащили часть уцелевших частей робота и принялись собирать из них что-то своё, параллельно печатая, выращивая, отливая и вытачивая на станках недостающие детали, её не сильно заботило. Но в какой-то момент выпущенная из шокера молния ударила в стену неподалёку от неё. Это замкнуло что-то у неё в голове и она не придумала ничего лучше, чем запустить стаканом в голову гоблина, что как раз и пальнул из шокера. Что интересно, она попала и попала неплохо, стакан разбился, а голова гоблина мотнулась от удара и тот упал. Как не трудно догадаться, никого это не возмутило, а наоборот вызвало смех над неудачником. Она же выбралась из-за стола, не забыв прихватить с собой бутылку с выпивкой, на слегка нетвёрдых ногах добралась до сидящего на полу и осторожно трогающего выскочившую на голове огромную шишку гоблина, и отняла у того шокер. Покрутив игрушку, она на пробу пальнула в неудачника, заставив того подпрыгнуть выше её головы прямо из положения сидя. Конструкция оказалась довольно простой и можно сказать даже примитивной, но при этом гениально примитивной, так как позволяла стрелять прицельно, а не куда попало, и при этом сам разряд молнии был довольно слабым, даже не оставляя следов на коже и не вызывая необратимых процессов в организме. Судя по всему, ощущение от попадания такой предельно короткой по длительности молнии было сравнимо с ощущением от удара разряда не самого мощного конденсатора. Покрутив игрушку в руках, она отмахнулась от что-то спросившего гоблина (честно говоря, она даже не поняла которого из них) и направилась к свободному верстаку, рабочему столу оборудованному различными крепежами и расположенными вокруг станками, позволяющими выполнять весь набор могущих потребоваться манипуляций, от сверления и резки разными методами, до печатания пластиковых деталей или выращивания нужных тебе кристаллов. По сути, подобные верстаки были универсальными минифабриками, на которых можно было изготовить почти всё, что тебе могло потребоваться, но только если это небольшого размера, крупные детали необходимо было изготавливать на специализированном оборудовании. Отхлебнув прямо из бутылки, она оставила ту в сторону и закрепила шокер в держателе, после чего принялась его разбирать. Осмотрев получившийся набор деталей, она ещё раз приложилась к бутылке, задумчиво ещё раз осмотрела разложенные на верстаке детали, после чего пришла к выводу, что из игрушки вполне себе можно изготовить полноценное оружие, нужно только заменить некоторые детали и поставить чуть более сложную электронику, а батарею можно будет даже не менять, разве что сделать ту быстросъёмной, чтобы можно было легко поменять после опустошения. Хотя нет, тогда она вообще ни о чём не думала, просто она поняла, что можно сделать вот так, а то, что в результате у неё должно было получиться оружие, а не игрушка, она даже не задумывалась. Так что осмотрев фронт работ, она принялась творить, не забывая в процессе прикладываться к почему-то не пустеющей бутылке.*****
В одном из вагонов мастерской наблюдалась занимательная картина. Одетая в высокотехнологичную гибкую лёгкую броню человеческая девушка работала за верстаком, собирая какое-то оружие, а собравшаяся вокруг толпа гоблинов завороженно наблюдала за процессом. Иногда кто-то из гоблинов бросался к какому-то станку и начинал изготавливать нужную девушке запчасть, иногда кто-то убегал, чтобы вскоре вернуться с новой бутылкой выпивки, которую тут же раскупоривали и заменяли той опустевшую тару. Иногда гоблины начинали спорить между собой, привычно заканчивая споры коротким мордобоем. А иногда кто-то из них принимался подсказывать и давать советы девушке, за что очень часто получал по голове красной монтировкой от мастера или резиновым молотком от самой девушки. Но иногда совет оказывался действительно дельным и вокруг него тут же начинались споры, с закономерным финалом в виде быстро сходивших синяков и фингалов. Даже собиравшая что-то из запчастей разобранного робота группа гоблинов отвлеклась от своего занятия и подошла посмотреть, что тут происходит. Гоблины посмотрели, подумали, покивали головами, после чего вернулись обратно к своему верстаку и принялись спорить. Спорили, правда, не долго, да ещё и умудрились не подраться, после чего вернулись к прерванной работе. Но иногда они всё же отвлекались и подходили посмотреть, как идут дела у девушки, после чего возвращались к своей работе, а пару раз даже принимались разбирать уже собранное, чтобы собрать немного по другому. Девушка же ничего этого не замечала, словно погрузилась в транс, и продолжала что-то собирать на верстаке, изготавливая всё новые и новые элементы конструкции, и время от времени прикладываясь к бутылке с алкоголем. Подсунутые ей под руку запчасти, изготовленные гоблинами, она изучала, после чего или откладывала, или использовала в своей конструкции. Ну а парочка попытавшихся влезть с советами под руку гоблинов получили по голове резиновым молотком, под смех окружающих отправившись собирать глаза в кучу. Но в какой-то момент всё закончилось. Последний модуль был установлен на своё место, внешний корпус скрыл под собой всю начинку и девушка замерла, рассматривая получившееся изделие. Взяв бутылку, она посмотрела ту на просвет, убеждаясь, что внутри ещё что-то осталось, после чего в несколько глотков добила остатки и бросила опустевшую тару за спину. Правда, на пол бутылка не упала, так как ту прямо в воздухе лениво перехватила рука одного из гоблинов. –Я спать, - неожиданно заявила девушка, пошатнувшись. Развернувшись, она удивлённо уставилась на окруживших её гоблинов, но те сразу же расступились, давая ей возможность пройти, так что она тряхнула головой и пошла прочь, в направлении дверей ведущих к спальным вагонам. Но гоблины на неё уже не смотрели, так как всё их внимание было приковано к новой бабахе, и в их глазах уже светился тот нездоровый энтузиазм, который у них всегда появлялся, когда в их руки попадало что-то новенькое, способное как следует жахнуть. Так что стоило девушке уйти, как к верстаку подошла тройка гоблинов. По заткнутым за пояса рабочих комбинезонов красным монтировкам в них легко было узнать мастер-техников. Они осмотрели изделие, очень осторожно то разобрали, потом собрали (и у них даже "лишних" запчастей не осталось), затем опять разобрали и принялись очень вдумчиво рассматривать комплектующие. Коротко переговорив, они произвели частичную сборку, только чтобы была видна сама конструкция, и снова углубились в изучение, только в этот раз уже самой конструкции оружия. И только удовлетворившись полностью, они собрали всё окончательно и вынесли вердикт. –Хорошая бабаха, но нужно испытать, - сообщил один из мастеров. Его слова были встречены одобрительным гулом, ведь испытывать что-то новое гоблины любили, особенно, если это оружие или что-то просто опасное для жизни. –Но можно сделать ещё лучше, - сообщил второй мастер. Это заявление так же было встречено не менее одобрительно, чем первое, ведь улучшать или "улучшать" гоблины любили не меньше, чем испытывать опасные агрегаты. К тому же, они были уверены, что доработать можно всё, нужно только хорошо подумать. –Скоро мы прибудем в ещё один Мир, так что можно будет испытать, - сообщил третий мастер, чем вызвал настоящий прилив энтузиазма у слушателей. - Поэтому нужно решить, кто станет испытателем. Радостные гоблины уже начали примериваясь поглядывать на соседей, намереваясь доказать своё право стать испытателем, но их прервал раздавшийся от другого верстака голос. –Думаю, что наш автоматон идеально подходит для того, чтобы стать платформой для испытания, - сообщил один из гоблинов, что собирали что-то своё из элементов разобранного робота. - А кто хочет поспорить, может высказать своё желание ему. С этими словами говоривший гоблин ткнул большим пальцем в стоящую у него за спиной металлическую фигуру, которая после его слов пошевелилась, словно рассматривая окружающих. –Поставить экспериментальное оружие на экспериментального автоматона и отправить сражаться с неизвестным противником... - задумчиво протянул первый мастер-техник. - А что, мне нравится идея.
