Could you be my love?

      В клубе было шумно. Яркая неоновая подсветка слепила, поэтому пришлось надеть солнцезащитные очки. Жаль, что для того, чтобы не оглохнуть от музыки, играющей из разрывающихся динамиков, нельзя было нацепить наушники. Кроули ненавидел выходить в зал. Тут всегда было грязно, громко, пахло потом и чем-то еще похуже. Куда проще было, когда Вельз просто говорила, в каком номере его ждут или в какую машину садиться. Тогда не нужно было вести эти бессмысленные вежливые диалоги с посетителями в поисках клиентов, и сразу было понятно, что от тебя ждут. У каждого заказчика обычно был список требований: от того, во что нужно быть одетым, до того, как себя вести и что говорить. Иногда это походило на сценарии.              В зале же все должно было происходить спонтанно. И это раздражало. Хотя, возможно, он просто отвык от этого, ведь раньше, когда у него еще не было толпы постоянных клиентов, он проводил в зале каждый вечер в поисках тех, кто готов заплатить ему за ночь, проведенную вместе. И раньше это получалось легко, раньше ему это даже нравилось: приковывать к себе взгляды, манерничать и флиртовать с парнями, подначивая их раскошелиться для приятной компании. Сейчас же Кроули даже не хотел проходить к столикам или на танцпол, стоя около бара, перекидываясь изредка парой слов с барменами. Он уже перерос ту пору, когда ему нужно было выпить для смелости, чтобы начать работу. Со временем даже понял, что без алкоголя зачастую проще. А еще, если ничего не пить в клубе, минимизируется шанс, что тебе что-то подсыпят в напиток.              Клиент отменил бронь буквально за час и теперь Кроули был свободен на целую ночь. Чтобы не терять время, Вельз выпнула его в зал – спонтанные выходные даже не предполагались как возможность. И вот он здесь, скучающим взором окидывает толпу в поисках кого-то подходящего. Если он не найдет себе клиентов, то никто не сделает это за него. И он останется без денег.               За одним из столиков сидела явно пара, можно было бы, конечно, попробовать предложить себя в качестве третьего, но это были девушки. Работать с девушками Кроули не любил, пусть и приходилось. Отметив этих двоих как возможный вариант, он продолжил сканировать сидящих за столиками. Следующий столик уже занят, пытаться отобрать работу у других было бы наглостью. Тут такое не уважалось. Подумав, что Эрику сегодня явно повезло больше, чем ему самому, Кроули перевел взгляд в другую часть зала. За столом сидел одинокий парень. В целом, можно попытаться. Кивнув самому себе, он нехотя отошел от бара, направившись к нему.              Подойдя ближе, Кроули потерял и те крохи энтузиазма, что у него были: во-первых, бедолага был в хлам, во-вторых, это явно не его ценовая категория. Когда Кроули стал востребован, цена за час с ним стала чуть-ли не самой высокой в клубе. Естественно, это не было прихотью его самого, это все Вельз. Она же и подняла лично для него процент, который он должен был ей выплачивать за право работать в ее заведении. А еще за то, что она взяла на себя роль его администратора. В общем, этот парнишка бы не потянул, даже если бы сейчас был в сознании.              Кроули снова огляделся. Может быть, получится все же найти компанию: с них всегда получалось взять побольше. Или, может, попытать счастья с тем девушками, если их, конечно, еще не заняли…              От неожиданности он замер, когда его взгляд пересекся с чужим. Это не было ошибкой или случайностью: мужчина за дальним столиком явно с интересом смотрел именно на него, не отводя взгляд. Заметив, что Кроули тоже на него смотрит, тот отвернулся.              «У него борода. Не люблю бороды, от них потом раздражение на коже», - подумал Кроули, направляясь к незнакомцу. Приблизившись к столику, Кроули еще раз оценивающе окинул мужчину взглядом, размышляя, стоит ли игра свеч.              Стоит отдать ему должное – выглядел он довольно симпатично. Даже борода, несмотря на явно сильно кудрявые волосы, была опрятно уложена. Одежда тоже точно не дешевая, хоть и не подходящая под атмосферу: кто вообще приходит в ночной клуб с бабочкой и в жилете? У него поди еще и брюки со стрелками… Ладно, аккуратные мужчины обычно состоятельные и платят щедро, хотя и самые требовательные.              - Приветик, - стараясь перекричать музыку, сказал Кроули, привлекая к себе внимание мужчины. Тот посмотрел на него так, словно совершенно не ожидал его тут увидеть, - Один здесь?              - Здравствуй. Да, я тут…, - тихо заговорил мужчина, но быстро сообразив, что Кроули, скорее всего, его не слышит в этом шуме, просто кивнул.              - Не против, если я составлю компанию? – Кроули обворожительно улыбнулся, поднимая очки на макушку. Тут, в глубине зала, свет был приглушен, так что они больше не были нужны. В ответ мужчина опять лишь кивнул.              Поразмышляв, Кроули выбрал сесть рядом с ним, а не напротив. Сорвать голос в самом начале вечера в его планы не входило. Мужчина слегка сдвинулся, давая Кроули пространство. Откинувшись на спинку дивана, Кроули вольготно устроился, слегка заваливаясь в сторону мужчины, чтобы видеть его, не поворачивая шеи. Тот же, наоборот, сидел зажато, всем своим видом показывая, насколько ему здесь некомфортно. А может он просто еще мало выпил.              - Кроули, – протянул он руку для рукопожатия.              - Азирафаэль, - ответил на рукопожатие тот. Его ладони оказались крупными и сухими, - Это ведь не настоящее имя, да?              - А? – переспросил Кроули.              - «Кроули» – это же не имя.              - Это псевдоним. Но если тебе не нравится, ты можешь называть меня по-другому, как ты захочешь.              - Мне кажется, что «Кроули» вполне тебе подходит, - сказал Азирафаэль, делая глоток из бокала, в котором был какой-то коктейль. Кажется, брамбл, - Могу я угостить тебя напитком?              - Нет, не стоит. Я предпочитаю оставаться с трезвым рассудком.              - Тогда хотя бы просто колой?              - Нет, - быстро отрезал Кроули, но тут же исправился, вернув на лицо игривую улыбку, - Я ничего не пью в зале. Можешь повторить попытку, когда останемся наедине.              Но на провокацию Азирафаэль никак не отреагировал. Ни смешка, ни вопросительного взгляда. Пусто. М-да, так они далеко не уедут…              - И так, что же такой мужчина, как ты, делает здесь? – спросил Кроули, придвигаясь ближе к собеседнику. Одним движением он приспустил пиджак до локтей, обнажая усыпанные веснушками плечи и скрывающийся под ним кроп-топ. Длинные волосы защекотали кожу, - Тяжелый день? Или неделя?              - Скорее одинокая жизнь, - с подобием усмешки на губах как-то отстраненно ответил Азирафаэль.              - Хорошо, что одиночество можно скрасить хорошей компанией, да? – увидев, как Азирафаэль вновь потянулся к стакану, Кроули ловко перехватил его. Холодное стекло обожгло руку, - И это помогает куда лучше алкоголя.              Поднеся стакан к губам, Кроули сделал крохотный глоток, намерено закинув голову, демонстрируя изящную шею с дернувшимся кадыком. От прохлады напитка кожа покрылась мурашками, а во рту осталось мягкое ягодное послевкусие с нотками джина. Кроули знал, что такое его маленькое выступление обычно производило фурор среди тех, кто был в нем заинтересован. Снова посмотрев на Азирафаэля, Кроули увидел в его глазах удивление вместе с чем-то обжигающим, похожим на голод. Наклонившись еще ближе к нему, перенеся вес тела на свободную руку, уперевшись ей в сидушку дивана между ними, он позволил пиджаку еще сильнее сползти с него, оголяя руки и часть спины. Рыжие кудри соскользнули с плеч, обрамляя лицо.              - Да ладно тебе, я же видел, как ты смотрел на меня, когда я был в зале, - протянув стакан обратно владельцу, низко с хрипотцой от холода в голосе прошелестел Кроули. Облизнув губы, продолжил, - Если захочешь, я могу стать твоим на эту ночь.              Азирафаэль молча забрал стакан из рук Кроули и сделал большой глоток. А потом еще один, осушив практически залпом. Вернув пустой стакан на стол, он отвернулся. В этот момент Кроули ощутил сильный удар по своей самооценке. Неужели его навык обольщения уже вообще ни на что не годится?              - Если ты не заинтересован, можешь просто так и сказать, чтобы я не терял зря время, - с раздражением фыркнул Кроули, поправляя пиджак, - Мне вообще-то нужно работать.              Не получив на это никакого ответа, Кроули сдвинулся к краю дивана. В последний раз обернувшись на несостоявшегося клиента, что все еще сверлил взглядом стену, он снова досадливо вздохнул. Блин, а ведь такой шанс был… Сейчас уже почти середина ночи, как он вообще сейчас кого-то найдет!              - Сколько? – раздалось из-за спины, когда Кроули уже встал, намереваясь уйти.              - Что? – оторопев, развернулся к говорящему Кроули.              - Сколько будет стоить тебя снять? – он даже все еще не смотрел на него! Он что, издевается?              - На сколько? – ответил вопросом на вопрос Кроули, возвращаясь на диван.              - Всю ночь.              - Тогда, сладкий, мы бы могли подняться наверх и обсудить детали в приватной обстановке, - снова сдвигаясь ближе к собеседнику, сказал Кроули, возвращаясь в образ, - Цена будет зависеть от того, чем мы будем заниматься.              - Нет, мне не нужна комната в клубе, - наконец он соизволил снова взглянуть на Кроули, - Я хочу забрать тебя к себе.              - М, хорошо, - с неохотой сказал Кроули. Он явно не был в восторге от идеи ехать домой к незнакомцу. Одно дело, когда это постоянные, а другое, когда… Ну, он вроде бы не выглядит, как откровенный фрик. Но и сильно нормальным тоже не кажется. Хотя, нормальные сюда вообще редко ходят, - Это возможно, но стоить будет в разы дороже.              - Это не проблема. Я заплачу сколько нужно, - расслабленно ответил Азирафаэль, - Если тебе нужно время на сборы, то я подожду. Все в порядке.              - Тогда я вернусь через пару минут, - сказал Кроули, поднимаясь с дивана, и напоследок подмигивая клиенту, - Никуда не уходи, милый.              Зайдя в помещение для персонала, где хотя бы музыка не была слышна так сильно, Кроули достал телефон. Набрав короткое сообщение для Вельз: «Поеду к клиенту. Номера скину позже», закинул гаджет в сумку. Перепроверив ее содержимое: паспорт, сменное белье, смазка, презервативы, наличка на такси, - закинул сумку на плечо. В целом, ему больше ничего и не нужно было. Но хотелось потянуть время, хотя бы еще минуту просто постоять в одиночестве и относительной тишине.              Каждый чертов день он всей душой ненавидел каждую секунду в этом злосчастном клубе, ненавидел этот душный воздух, клиентов, с которыми нужно было быть «лапочкой», ненавидел бросившую его мать с наследством в виде долгов, которые он теперь обязан выплатить, ненавидел свою, превратившуюся в кошмар, жизнь. И каждый день он надеялся, что каждый из обслуженных клиентов приближает тот миг, когда он выйдет отсюда в последний раз. Но пока что это казалось далекой мечтой.              В помещение зашла молодая администратор, быстро поприветствовав Кроули, она юркнула в уборную. За ней в комнатку зашел Эрик.              - К клиенту? – спросил он, кивая на сумку.              - Да. А ты?              - Меня наверху ждут. Зашел переодеться.              - Ясно, - Кроули вернул очки на место и застегнул сумку, - Тогда я пошел.              - Не забудь сфотографировать номера, - сказал напоследок Эрик.              - И тебе удачи, - бросил Кроули, закрывая за собой дверь.              Азирафаэль сидел все за тем же столиком. Заметив Кроули, он встал и направился к выходу. Кроули молча последовал за ним. На выходе Кроули кивнул охране, мол все в порядке, так и должно быть.              - Я надеюсь тот коктейль был единственным, что ты пил за сегодня, потому что у меня прав нет, - сказал Кроули, когда они вышли на стоянку.              - О, не волнуйся, у меня личный водитель, - как будто невзначай бросил Азирафаэль.              - У тебя ч…? – хотел было воскликнуть Кроули, но тут же подавился воздухом, когда увидел, как Азирафаэль подходит к огромному, мать его, белому лимузину и по-хозяйски открывает дверь в салон.              «Ебать, - единственное, что проносится в голове у Кроули, когда он как можно более аккуратно заползает в салон линкольна. Его тощая задница тут же тонет в мягких кожаных сидениях, пока он старается не потерять челюсть, - Тут, блять, даже подсветка есть! И ебаный бар!»              Он переводит восхищенные глаза на Азирафаэля, что расслабленно устраивается напротив него. И вот он уже не выглядит глупо в этом своем жилете и бабочке с аккуратно подстриженной бородой, а наоборот, смотрится вполне органично. Глупо тут теперь выглядит скорее Кроули в этом блядском кроп-топе с животом напоказ. От неловкости Кроули кутается в пиджак – единственный приличный элемент одежды на нем.              - Замерз? – тут же участливо спрашивает Азирафаэль. И Кроули теряется, не зная, что ответить. Сказать, что такие дорогие машины он видел раньше только в кино, а личный водитель всегда был чем-то сродни сказки о феях? Ну уж нет, нужно продолжать держать лицо.              - Нет, все в порядке, дорогой, - Кроули принимает на сидении расслабленную позу, кокетливо улыбаясь, снова скидывая пиджак на локти, демонстрируя во всей красе тело, облаченное лишь в тонкий обтягивающий топ, - В любом случае, думаю ты быстро меня согреешь.              На лице Азирафаэля почему-то промелькивает разочарование. Он старается не подавать виду, тут же становясь безучастным и отворачиваясь в окно. А Кроули остается лишь задаваться вопросом у себя в голове: что он опять сделал не так? Обычно клиенты были в восторге от его манеры поведения и подхватывали игру, позволяя ему откровенно флиртовать и чуть ли не приставать к ним. А тут любое его слово встречает либо равнодушие, либо неприкрытое недовольство. Какого черта?              Так, в тишине, они выезжают со стоянки. Пользуясь свободой от чужого внимания, Кроули быстро залезает в телефон, чтобы отправить Вельз фото номеров. Обычно она оставляет подобные сообщения прочитанными и неотвеченными, но сейчас приходит сиюминутный ответ: «Это блять что лимузин?».              Слегка улыбаясь ее реакции, Кроули быстро отвечает: «Да, лимузин». Хочется тут же сделать фото внутри, но он останавливает себя, просто убирая телефон в сумку.              Переведя взгляд на Азирафаэля, Кроули видит, как тот все также безразлично смотрит в окно. Кроули следует за его взглядом. Да, улицы ночного Лондона, мерцающие фонарями, без сомнения, красивы. Гулять по ним в такое время одно удовольствие. Когда-то давно Кроули проводил вечера именно так, прогуливаясь в компании друзей по Стрэнд или Пикадилли. Но сейчас он секс-работник из гей-клуба, зарабатывает себе на жизнь незаконным путем, надеясь, что ночь хотя бы не закончится в отделении полиции. Или в реанимации. Как же круто иногда меняется жизнь.              В любом случае, сейчас ему нужно работать. Снова посмотрев на Азирафаэля, Кроули ощутил накатывающую неловкость. «Почему он даже не смотрит на меня? Он собирается игнорировать меня всю дорогу?», - роились в голове мысли. Обычно все было не так. Обычно клиенты не хотели терять ни одной оплаченной минуты, а потому его не оставляли в покое даже в дороге до ближайшего мотеля. Если он настолько не интересен Азирафаэлю, то зачем вообще было его снимать?              - Скучно… Долго нам еще ехать? – подал голос Кроули. Азирафаэль с немым вопросом в глазах посмотрел на него. Кроули хитро улыбнулся, наклоняясь вперед, - Может быть, мы могли бы развлечься уже здесь, что думаешь?              - Нет, вряд ли это хорошая идея, - задумчиво ответил Азирафаэль, как будто бы мыслями он был совсем далеко отсюда, - Я не хотел бы запачкать машину.              От услышанного Кроули обомлел. Запачкать машину? Он не хочет запачкать машину?! Он сейчас шутит что ли?              - Может, лучше расскажешь что-нибудь о себе, - не успел Кроули возмутиться вслух, как Азирафаэль продолжил диалог, - Это могло бы развлечь меня.              - Я? О себе? – удивился Кроули, но тут же вернулся в образ. Замурлыкал, сдвигаясь к краю сидения, чтобы быть ближе к Азирафаэлю, - Поверь мне, это будет совершенно не интересно. Может лучше ты? Например, я бы послушал, что тебе нравится и чего бы ты хотел...              - И часто тебе приходится вот так развлекать клиентов в машине? – перебив его, спросил Азирафаэль. На лице Кроули появилась хитрая улыбка.              - А, так вот о чем ты хотел узнать. Это тебя заводит, да? – Кроули прикусил губу, следя за реакцией собеседника. Тот все так же выглядел абсолютно безучастно. Положив руку на колено Азирафаэля, Кроули наклонился к нему, - Знаешь, обычно меня снимают «на дом» сразу компанией. Считалочкой решают, кто будет тем несчастным, что поедет за рулем, потому что терпения у них всегда мало, а время – деньги. И вот, пока один из них вынужден следить за дорогой, меня уже вовсю имеют на заднем сидении. Иногда я просто отсасываю кому-то, иногда меня, не стесняясь, трахают прямо в машине, а иногда – все сразу. Ты не представляешь, сколько раз меня имели на заднем сидении какого-нибудь старенького пикапа, а тут у тебя целый, мать его, лимузин, а мы просто теряем время. Не хочешь замарать машину? Да я могу отсосать тебе так, что ни одного пятнышка не останется, и, поверь, такого минета тебе еще точно не делали.              Заглянув в глаза клиента, Кроули ожидал увидеть там страсть, желание, похоть. Что-то из этой категории. Но Азирафаэль выглядел так, словно его вот-вот стошнит. Испугано отстранившись, Кроули подавил в себе позыв извиниться.              Когда Азирафаэль снова отвел взгляд в окно, ему буквально хотелось закричать: «Да что я делаю не так?». Хотелось спросить: «Я настолько тебе неприятен?». Но ведь это не так. Он ведь снял его зачем-то, он же смотрел на него в клубе, он же явно хотел его. Кроули знает, как выглядит этот взгляд желания, он не спутает его ни с чем. Пересев на сторону Азирафаэля, Кроули прислонился к нему, положив одну руку ему на плечо, а вторую – на колено.              - Ну же, милый, я же видел, что ты хочешь меня. Я видел, как ты смотрел на меня, - зашептал Кроули на ухо Азирафаэлю, поглаживая круговыми движениями его колено. Он старался сделать свои движения как можно более ласковыми и аккуратными, - Ты был готов на любую сумму, и я ведь знаю, что это все не просто так. Давай, расскажи, что у тебя на уме, чего бы ты хотел. Сегодня я исполняю твои желания, просто скажи мне, что делать.              Но Азирафаэль остался непоколебим: ни одного слова, вздоха в ответ. Ничего.              - Я не понимаю! - вскипел Кроули, отстраняясь и откидываясь на сидение, - Зачем ты вообще тогда меня снял?              - Чтобы провести с тобой время, - вдруг подал голос Азирафаэль.              - Я предлагаю тебе варианты, - прошипел Кроули, - А ты смотришь на меня так, словно тебе только что предложили трахнуть бомжа. Или труп.              - Но мы ведь уже проводим время вместе, - Азирафаэль недоуменно обернулся на Кроули. Тот в свою очередь завис.              - Нет, я имею в виду, что мы могли бы заняться чем-то, что тебе нравится, - уже менее уверенно продолжил Кроули. Он уже запутался в том, кто из них двоих тут более умалишенный.              - Мне нравится смотреть на тебя, - совершенно искренне ответил Азирафаэль.              - Боже правый, - в отчаянии закрыв лицо руками, Кроули глубоко вздохнул, - Может, мне хоть сесть вздрочнуть, пока ты на меня смотришь, чтобы время совсем в пустую не пропадало.              - Кроули, дорогой, я хотел бы попросить тебя, - Кроули заинтересованно выглянул из своего щита из ладоней, - Не мог бы ты перестать использовать такой ужасный лексикон в моем присутствии, иначе, я боюсь, мне придется придумать для тебя какую-то меру наказания.              - Вот, это уже ближе! - восхищено воскликнул Кроули, ловко седлая колени Азирафаэля. Тот лишь успел удивленно вздохнуть, когда тот приземлился на его бедра, - Значит, тебе нравится доминировать, да?              Кроули навис над Азирафаэлем, заглядывая ему в глаза. Тот растерянно хлопал ресницами, абсолютно восхитительно обхватив ладонями Кроули за бедра. «Да, да, да! Наконец-то!», - ликовало внутри у Кроули.              - Знаешь, я очень плохой мальчик, но ты можешь сделать меня хорошим, если хочешь, - Кроули наклонился еще ближе, совсем близко, легко касаясь своим носом лба Азирафаэля. Одной рукой он держал подбородок Азирафаэля, заставляя его смотреть на себя, второй упирался в спинку сиденья, чтобы не упасть. На его лице была вдохновенная улыбка, а голос – низкий шепот, - Со мной можно делать все, что захочется: меня можно посадить на привязь, можно затянуть ошейник на моей шее так сильно, что я начну задыхаться, можно связать, капать на кожу воском, можно заставить меня скулить, умоляя о большем...              Вот только восхищенный взгляд Азирафаэля постепенно сменился испугом.              - А ты сам-то этого хочешь? – спросил Азирафаэль, прерывая тираду Кроули. А ведь он только начал, на самом деле с ним можно было делать множество вещей, с ним уже делали много вещей, некоторые из которых были весьма хуже, чем то, что он успел назвать. Но вопрос Азирафаэля заставил его позабыть о них всех.              - Ч-что? – только и может промямлить Кроули в ответ. Хочет ли Кроули этого? Это такой глупый вопрос, что хочется даже рассмеяться. Почему он вообще должен на это как-то отвечать? И должен ли? Такой вопрос ему никогда не задавали, да даже возможность такого вопроса была абсурдна, а сейчас он словно дамоклов меч висит в воздухе и, кажется, вот-вот упадет прямо ему на голову. А что на такое можно было вообще ответить?              - Мы приехали, - вдруг сказал Азирафаэль. Потерявшийся в своих мыслях Кроули даже не заметил, как лимузин остановился. Дверь открылась словно сама собой. Хотя, если немного подумать, то становится очевидным, что ее открыл водитель. Первым салон покинул Азирафаэль. За ним следом, схватив с сидения сумку, выскочил Кроули. И тут же замер. Он, блять, что, в мультике про Барби?              Они стояли перед особняком. Хотя Кроули бы назвал это замком. Он был прям таким, как в фильмах показывают: с садом, подъездной дорожкой, двухэтажный, украшенный лепниной. Не хватало только огромного фонтана. Интересно, а ему полагается экскурсия?              В таком особняке запросто могла бы уместиться не то, что одна семья, а семей пять, а то и больше. Вспомнив слова Азирафаэля об одинокой жизни, Кроули обомлел: он что, серьезно живет здесь один? Прям вообще один? Даже без какой-нибудь собаки?              - У тебя есть еще какая-то прислуга или что-то вроде того? – спросил Кроули, когда они поднимались по лестнице на второй этаж.              - Да. Помимо шофера, у меня работают повара, садовник, горничные… - принялся перечислять Азирафаэль.              - Ты, типа, на полном серьезе? – восхищенно переспросил Кроули, - И как они относятся к тому, что ты приводишь домой шлюх?              - Почему меня должно волновать мнение персонала на этот счет? – искренне удивился тот, - Ну и просто, чтоб ты знал, до тебя никого подобной профессии тут еще не было.              - Ого, какая честь быть первым, - наиграно гордо сказал Кроули, следуя за Азирафаэлем в спальню.              Спальня была огромной, а такой большой кровати Кроули еще никогда в своей жизни видеть не приходилось. Двое человек могли спать бы на ней абсолютно комфортно, даже не догадываясь о присутствии второго.              - На такой большой кровати очень удобно заниматься чем-то интересным, да? – игриво спросил Кроули, доставая из сумки пачку презервативов, смазку и латексные перчатки, - Много чего можно придумать.              Выложив свой импровизированный набор рядом с собой на кровать, Кроули, откинувшись на спину, растянулся на ней во весь рост, оставив лишь свисать ноги в уличных туфлях. И даже так еще оставалось место.              - А это не много? – спросил Азирафаэль, крутя в руках пачку презервативов.              - Иногда даже мало, - хихикнул Кроули, переворачиваясь на бок, чтобы следить за клиентом взглядом, - У меня с собой еще пара таких есть.              - А перчатки зачем?              - Ну не могу же я позволить каким-то незнакомым мне парням голыми руками залезать ко мне в задницу, - рассмеялся Кроули, - Все должно быть безопасно!              - Ясно, - как-то по тяжелому вздохнул Азирафаэль, присаживаясь на кровати рядом с Кроули.              - Итак, чем мы займемся? – промурлыкал Кроули, аккуратно оглаживая рукой бок Азирафаэля, который находился в зоне его досягаемости.              - Не знаю, - пролепетал тот, - Мы могли бы… поужинать?              - Поужинать? – не сдержавшись, Кроули расхохотался. Он смеялся и смеялся, продолжил смеяться, сев в кровати. А когда встал на ноги резко замолчал. Посмотрел на Азирафаэля как-то озлоблено по-звериному, - Знаешь что? С меня на сегодня хватит.              Он принялся с яростью собирать свои вещи: не то, чтобы их было много. С какой-то особой жестокостью он впихивал в сумку бутылек с лубрикантом.              - Зачем я сюда вообще поехал? Сразу отказываться нужно было, это просто пиздец какой-то, - бубнил он себе под нос в процессе сборов, - Сейчас еще и на такси обратно придется тратиться, вся ночь в пизду просто.              - Ты не можешь уйти, - Кроули уже успел подойти к двери из спальни, когда Азирафаэль заговорил. Обернувшись, Кроули увидел, что тот встал с кровати и теперь смотрел на него, нервно теребя пуговицу на манжете, - Ты ведь мой на эту ночь.              - Нихера подобного, - выплюнул Кроули, смотря на него с презрением, - Я тебе не принадлежу. Ты мне даже ничего не заплатил, а уже смеешь говорить, что я «твой». Не слишком ли много чести?              Молча Азирафаэль подошел к нему и, вынув из кармана брюк пачку купюр, протянул ее Кроули.              - Тут больше, чем нужно, - уже спокойней сказал Кроули, бегло пересчитывая деньги, - Примерно раза в три. Я не могу столько взять.              - Это за дорогу, - сказал Азирафаэль, когда Кроули протянул ему часть денег обратно, - Если останешься на ночь, то заплачу еще столько же.              - Я не собираюсь оставаться на ночь или брать лишние деньги. Я возьму только столько, сколько я стою в качестве компенсации за проебанную ночь.              - Я считаю, что ты стоишь больше, - сказал Азирафаэль, - И я готов заплатить больше.              - За что? За то что я с тобой поужинаю? – съехидничал Кроули, - В курсе ты или нет, но мне платят за секс. Нет секса – нет денег. Я не собираюсь исполнять роль эскортницы или кем еще ты меня возомнил. Даже если ты готов платить мне тысячами фунтов.              - Если у нас будет секс, то ты останешься? – с безысходностью в голосе спросил Азирафаэль, - И возьмешь все те деньги, что я тебе дам?              «Боже, да что с ним не так?» - спросил сам себя Кроули, рассматривая мужчину перед собой. Симпатичный, богатый, наверное, еще и умный, судя по стеллажам с книгами. А прицепился к нему, отбросу, как клещ. Еще и все пытается впихнуть деньги. Неужели он не понимает, насколько это унизительно? И выглядит так жалостливо: беднягу мученика заставляют потрахаться.              - Да, тогда я останусь, - сказал Кроули, убирая купюры в сумку, - Но больше, чем ты уже дал, денег не возьму. Это и так слишком много.              - Ладно, пусть будет так, - вздохнул Азирафаэль. Отойдя обратно вглубь спальни, он махнул рукой на кровать, - Прошу.              С каплей нервозности Кроули вернулся на кровать. Отбросив сумку, он медленно снял с себя пиджак, оставаясь в кроп-топе. На этом остановился, ожидая указаний.              - Скажи мне, чего ты хочешь, - наконец выдавил из себя Кроули после минутной тишины. Азирафаэль молча стоял над ним, внимательно осматривая, - Что мне делать, как себя вести, что тебе нравится? Я должен знать, как доставить тебе удовольствие.              - Сейчас я хотел бы, чтобы ты разделся, - сказал Азирафаэль, медленно и тягуче. Кратко кивнув, Кроули принялся за дело.              Зазвенела пряжка ремня, вжикнула молния и первыми на пол упали рваные джинсы. Выпутавшись из них, Кроули снял туфли, а затем и носки. Неспешно стянул с себя кроп-топ.              - Полностью, - добавил Азирафаэль, когда Кроули замер на кровати, оставаясь в нижнем белье. Не переча, Кроули мигом стянул с себя боксеры, которые присоединились к джинсам на полу, - Ты всегда настолько небрежно относишься к своей одежде?              - А что, мне нужно было сейчас складывать ее в стопочку? – фыркнул Кроули, - Такой команды не поступало.              - Встань, - проигнорировал его выступление Азирафаэль. Кроули встал. Пол был холодный, Кроули слегка поежился, ступив на него босыми ногами.              Неотрывно они смотрели друг на друга. В тишине комнаты секунды растягивались в вечность. Когда Азирафаэль сделал пару шагов назад, Кроули, словно в трансе, последовал за ним.              - Нет, стой, - Кроули замер, - Стой, где стоишь. Я хочу посмотреть на тебя.              Он отошел еще на пару шагов. Кроули стоял. А Азирафаэль и вправду смотрел. Рассматривал его, словно картину в галерее.              - Ты такой красивый, ты знал об этом? – прошептал Азирафаэль, - Я никогда не видел никого красивее. Ты словно произведение искусства. Очаровательнее Джоконды.              Его взгляд был точно такой же, как тогда, в клубе. Пожирающий и голодный. Жгучий. От него пересыхало в горле. От него по коже бежали мурашки. Кроули удивленно почувствовал, как к паху приливает жар.              - Подойди сюда, мой дорогой, - и Кроули послушно подошел. Его голос был такой мягкий, словно теплый западный ветер, и Кроули безропотно следовал за ним, - Взгляни на себя.              С этого места, где они сейчас стояли, их отлично было видно в отражении огромного зеркала, что располагалось на противоположной стене. И Кроули смотрел на себя так, словно видел впервые в жизни.              - Ты прекраснее Аполлона, мой мальчик, - убаюкивал голос, когда руки Азирафаэля нежно оглаживали его бедра. Его пальцы были такие горячие, что Кроули показалось, что на месте прикосновения могут остаться ожоги.              Ладони трепетно накрыли ягодицы, когда большие пальцы очертили выступающие косточки таза, медленно поднялись выше, охватывая поясницу и Кроули встал на цыпочки, следуя за прикосновением.              - Когда я увидел тебя, я понял, что больше никогда не смогу выкинуть тебя из своей головы, - продолжил голос, обжигая дыханием кожу шеи. Его руки уже гладили ребра, осторожно проходясь по каждой косточке, - Твои глаза, твои волосы, веснушки, тело… Такое гибкое, такое замечательное тело! Ты словно спустился с небес, прекрасный ангел.              Когда его пальцы добрались до сосков и трепетно сжали их, совсем слегка надавливая, Кроули не смог сдержать короткий стон. С ним не случалось такого раньше: он словно потерял контроль над своим телом, что теперь так томно таяло в чужих руках.              - Тише, тише, - зашептал Азирафаэль над самым ухом. Этот щекочущий шепот заставил зажмуриться и снова подняться на носочки, прогибаясь в спине. А его руки тем временем уже успели подняться выше и теперь лежали на шее, такие крепкие и крупные ладони, они ласково оглаживали уязвимую трахею и рельефные мышцы, заставляя в и без того рваных выдохах появляться еле слышные хрипы, - После твоих слов я никак не могу отделаться от мысли о том, как прекрасно на тебе смотрелся бы ошейник.               У Кроули затрепетали ресницы. Из груди вырвалось еле слышное поскуливание. На его щеки легли чужие ладони, горячее прикосновение губ к плечам казалось ожогом, жар от которого распространялся по всему телу. Следующий поцелуй уже был оставлен на шее, каждое последующее касание поднималось все выше, вот уже чужие губы скользили по линии челюсти, пока руки мягко разворачивали его голову к себе.              Смазанный поцелуй в губы заставил сбиться дыхание. Ещё один поцелуй был более настойчивым и долгим. Руки Кроули заскользили по чужим плечам, сминая плотную ткань жилета. Мягкие кудряшки бороды щекотали его губы и щеки.              Ему так и не сказали, что ему можно, а что нельзя. Не было озвучено пожеланий, а потому Кроули просто вел себя как обычно: проявлял чувственность, активно отвечал на ласки. Это то, что нравилось клиентам: податливый, отзывчивый, послушный мальчик.              Полностью развернув его к себе, Азирафаэль обвил руками талию, медленно проглаживая ладонями спину от ягодиц до лопаток, целуя страстно, но не слишком напирая. Кроули оказался прижат к нему, задевая кожей груди жилет, а привставшим членом - чужие брюки, оставляя на светлой ткани небольшие пятна смазки. Трение головки о ткань заставило Кроули постанывать в губы Азирафаэля, кротко отвечая на поцелуи.              Стоило только Кроули найти точку опоры, повиснув на плечах Азирафаэля, как его грубо толкнули в грудь, заставляя отстраниться и по инерции сделать пару шагов назад. Уперевшись лодыжками в край кровати, Кроули, отклонившись назад, сел на мягкие простыни и наверное упал бы на спину, если бы не успел упереться руками в матрас. Тяжело дыша, он затравленно наблюдал за приближающимся к нему мужчиной.              Подойдя вплотную, Азирафаэль грубо раздвинул его ноги, втиснув между них свое колено, вставая ещё ближе. Не то испуганно, не то восхищенно Кроули ахнул, когда ладонь Азирафаэля легла на его подбородок и его резко заставили поднять лицо вверх, навстречу взгляду голубых глаз. Его большой палец медленно провел по влажным губам, и Кроули слегка приоткрыл рот, едва задевая палец кончиком языка, вызывая у Азирафаэля мечтательную улыбку.              - Помнится, мне обещали умопомрачительный минет, - склонив голову вбок, сказал Азирафаэль, любуясь открывшимся ему видом. Медленно, наслаждаясь каждым прикосновением, он переместил руку с лица на макушку Кроули, поглаживая его волосы, - Мне уже не терпится насладиться способностями твоего ротика.              Кроули сглотнул ставшую вязкой слюну. Не сводя глаз с Азирафаэля он постарался нащупать рукой на кровати возле себя свою сумку. Ухватившись за ремень, притянул ее к себе и все так же вслепую расстегнул замок и вытряхнул все содержимое на кровать. На ощупь схватил упаковку презервативов.              Он ждал команды, чтобы начать. Но Азирафаэль молчал, просто наблюдая за ним. Эта игра в гляделки уже начинала надоедать. Опустив взгляд к брюкам Кроули, потянулся к ремню. Не встретив сопротивления, расстегнул ремень и пуговицу застёжки, уперевшись руками в бедра Азирафаэля, зубами подцепил собачку замка. Потянув вниз, услышал довольный вздох сверху.              Разобравшись с молнией, руками Кроули сдёрнул чужие брюки вниз вместе с бельем, оставляя одежду болтаться на уровне коленей. Освобожденный от оков ткани твердый член истекал предсеменем. Кроули подавил в себе желание бегло слизнуть выступающую каплю смазки с головки и вместо этого достал из пачки презерватив, умело при помощи зубов разорвал упаковку и привычным движением раскатал резинку по стволу. На ощупь найти бутылёк с лубрикантом не вышло. Пришлось отвлечься и обернуться, шаря взглядом по кровати. На матрасе бутылька не оказалось, пришлось снова лезть в сумку, быстро требуша ее содержимое.              - Все в порядке, дорогой? - взволновано спросил Азирафаэль              - Смазка - прошипел Кроули, - Не могу найти.              - У меня в тумбе есть тюбик...              - Нет, я пользуюсь только своей, - фыркнул Кроули, наконец выуживая нужную баночку, - На другую у меня может вылезти аллергия.              На лице Азирафаэля промелькнуло выражение, находящееся где-то между жалостью и умилением.              Выдавив достаточное количество лубриканта на ладонь, Кроули распределил смазку по стволу парой движений вперед-назад. В ответ на это раздался удовлетворённый низкий стон.              Взяв рукой член у основания, Кроули легко коснулся головки губами, словно намереваясь поцеловать. Затем на пробу провел языком, слегка надавливая. Сверху поощрительно промычали. Чужие руки легли на оголенные плечи, совсем немного сдавливая кожу.              Обхватив губами головку, Кроули закрыл глаза. Он не любил зрительный контакт, особенно во время секса. Это всегда казалось ему глупым. Может быть, в этом и был бы смысл, если бы он хотя бы трахался с теми, на кого ему хотелось бы смотреть, на чьем лице видеть выражение удовольствия. Но он просто занимался сексом за деньги.              Он сделал пару аккуратных неторопливых движений, беря не глубоко. Пока что. Рот наполнился привычным сладковатым привкусом лубриканта. Раньше Кроули использовал ароматизированные, много каких перепробовал: клубничный, банановый, вишневый, яблочный даже с киви и фейхоа. Но этот химозный фруктовый вкус никогда не делал процесс приятнее. Поэтому теперь он пользовался нейтральным, без отдушек.              Каждое движение встречалось одобрительным стоном, а когда Кроули проходился языком по головке, надавливая на уретру, пальцы на плечах сжимались еще сильнее. «Лишь бы он там синяков не оставил», - подумалось Кроули в процессе. Постепенно наращивая темп, он уже спокойно вбирал в себя всю длину: рвотный рефлекс у него уже давно атрофировался. Слишком много стимуляции. Он двигался туда-обратно с хлюпающими звуками, чувствовал, как с подбородка на колени капает слюна вперемешку со смазкой.              «Ну все, уже достаточно, - подумал Кроули, когда его нижняя челюсть начала поднывать, - Пора переходить к кульминации». Взяв ствол полностью, Кроули сжал глотку, словно сглатывая, прижав языком член к своему небу. Азирафаэль громко простонал, хватаясь в экстазе за кудри Кроули. Ощутив пальцы в своих волосах, Кроули замычал, стараясь сделать этот звук похожим на стон. Не потому, что ему было приятно. Клиентам почему-то всегда нравилось, когда он стонет с членом во рту. Возможно, вибрация голоса ощущалась приятно, возможно, кого-то заводил тот факт, что он получает «удовольствие» от члена во рту. Кроули было плевать на самом деле. Он просто делал то, что от него хотели. Азирафаэлю, видимо, тоже понравилось. Он снова громко промычал, срываясь на стон, и наклонился вперед, чуть ли не сгибаясь пополам. Восприняв это как одобрение, Кроули, сделав пару движений вперед-назад, снова повторил штуку со сглатыванием.              Азирафаэль простонал где-то над самым ухом, сильнее натягивая волосы, сжимая их в кулаке. Во рту стало жарко, а объем, заполняющий презерватив, точно резко увеличился. Дав Азирафаэлю пару секунд, чтобы излиться полностью, Кроули медленно отстранился, с характерным чмокающим звуком выпуская член изо рта. И только теперь открыл глаза.              Азирафаэль был весь красный: от щек до груди расплывался яркий румянец. Судорожно дыша, он все еще одной рукой опирался на Кроули, еле-еле стоя на ногах.              - Понравилось? – слегка отдышавшись, спросил Кроули с самодовольной улыбкой на лице. Взгляд, которым одарил его Азирафаэль, говорил красноречивее любых слов.              - Ты словно маленький змееныш, - пробормотал Азирафаэль, приводя дыхание в порядок.              - Приму за комплимент, - пожал плечами Кроули. Как его только не называли: и демоненок, и эдемский змей, и блядское отродье. Он не помнил всего, да и не сильно хотел заострять на этом внимание.              Азирафаэль тем временем, выпутавшись из собственных брюк, аккуратно снял презерватив и, завязав его в узел, отошел к мусорному ведру. Кроули лениво пронаблюдал за его действиями, оставаясь сидеть неподвижно, в ожидании следующих указаний.              - Скажи, - заговорил Азирафаэль из другого конца комнаты, - Для того, чтобы прикоснуться к тебе, к члену, я имею в виду, мне нужно надеть перчатки?              - Будет лучше, если наденешь, - пробубнил Кроули, - Но это не принципиально.              - Понятно, - из кучи вещей на кровати Азирафаэль взял латексные перчатки и натянул одну из них на свою ладонь, - Ложись.              И Кроули послушно лег на спину, уткнувшись взглядом в потолок.              - Двигайся дальше, - Кроули почувствовал, как рядом с ним прогнулся матрас: Азирафаэль встал коленями на него и теперь сверху наблюдал за ним, растянувшимся поперек кровати. Поднявшись на локтях, Кроули неспешно прополз назад так, чтобы теперь и ноги лежали на простынях, а не свисали вниз, - Умница.              Спустя пару мгновений Азирафаэль оказался над ним сверху, устроив свою задницу у Кроули на бедрах. Сам он продолжал сидеть на коленях, нависая над Кроули.              - И что теперь? – с ноткой нервозности в голосе спросил Кроули, наблюдая за тем, как Азирафаэль выдавливает себе на ладонь смазку.              - А теперь, дорогой, настала твоя очередь получать удовольствие, - Кроули хотел было рассмеяться от услышанного, но тут ладонь Азирафаэля прошлась по его члену, распределяя по нему смазку, из-за чего с его губ сорвался лишь приглушенный стон. Обводя круговыми движениями большого пальца головку, Азирафаэль медленно двигал остальной частью ладони, - Я, конечно, не умею так мастерски отсасывать, но что-то предложить тоже могу.              Наклонившись к лицу Кроули, Азирафаэль бегло чмокнул его в уголок губ, а затем, проведя кончиком носа по линии челюсти, спустился поцелуями к шее, продолжая ритмично, но до ужаса неторопливо, двигать рукой вдоль ствола. Борода щекотала кожу, заставляя Кроули извиваться, словно уж на сковородке, прячась от прикосновений к чувствительному месту. Контролировать так много вещей, когда кровь с каждым движением чужой ладони все активнее приливала к низу живота, становилось невозможным, и к удивлению для самого Кроули с его губ все чаще и громче стали срываться рваные выдохи, напоминающие скулеж.              Влажное прикосновение языка к соску заставило Кроули резко выгнуться в спине, срываясь на стон. Его пальцы неосознанно впились в плечи Азирафаэля, сжимая ткань рубашки, не то в попытке оттолкнуть, не то прижать ближе.              - Я бы расцеловал тебя полностью, - сказал Азирафаэль куда-то Кроули под ребра, и его голос пронесся вибрацией по всему телу, - Ты выглядишь таким вкусным, что хочется тебя съесть.              Кроули хотелось что-то ему ответить по этому поводу. Съязвить или хотя бы откровенно послать. Но все мысли были лишь о том, как же жарко было в тех местах, где его тело касалось тела Азирафаэля, о том, как быстро двигается его рука на его собственном члене и о томном узле внизу живота, что с каждым поцелуем и касанием становился все более тугим.              - Ты такой сладкий мальчик, такой хороший, - самозабвенно бормотал Азирафаэль, подначивая, прокладывая по впалому животу влажную дорожку из поцелуев, опускаясь все ниже и ниже, - Кончишь для меня, мой милый? Давай, дорогой, отпусти себя.              И Кроули кончил, выгибаясь в экстазе, сжимая одной рукой чужие плечи, а второй прикрывая свой рот, раскрывшийся в немом крике удовольствия. Его сердце билось так бешено, что ему показалось, что еще немного и он потеряет сознание. Но отдышаться ему не дали: чистой ладонью нежно поглаживая его щеку, Азирафаэль накрыл его приоткрытые искусанные губы своими, утягивая в долгий поцелуй. Прикрыв глаза, Кроули обессиленно еле-еле отвечал, накрыв чужую руку своей.              Оторвался от Кроули Азирафаэль лишь для того, чтобы стянуть с себя испачканную в сперме перчатку. Отбросив ее на кровать, он лег на бок рядом с Кроули, снова целуя его и прижимая к себе.              Все-таки предоставив Кроули возможность прийти в себя, Азирафаэль оставил его истерзанные губы в покое. Наблюдая за тем, как равномерно вздымаются его бока, за выражением спокойствия на лице юноши, что сейчас в совершенно не похожей на себя ласковой манере льнул к нему, прижимаясь всем телом, Азирафаэль ощущал в груди томящее теплое чувство. Его хотелось сжать в нежных объятиях, оградить от всего этого жестокого по отношению к нему мира. Такой беззащитный, такой уязвимый…              Слегка отклонившись на спину, Азирафаэль почувствовал, что он на чем-то лежит. Видимо, случайно подмял под себя что-то из вещей Кроули, разбросанных по кровати. Пошарив рукой за спиной, Азирафаэль достал синюю книжечку.              - Энтони Джей Кроули, - почему-то вслух прочитал Азирафаэль имя рыжего веснушчатого юноши, что улыбался ему с фотографии на развороте паспорта.              - Блять, какого хера? – тут же подскочил, испуганно выпучив глаза, Кроули. Остервенело он вырвал из рук Азирафаэля книжечку и тут же отпрыгнул к изголовью кровати, словно боясь, что тот может попытаться снова его забрать, - Где ты его взял? Ты что, рылся в моих вещах?              - Нет, - немного виновато пробормотал Азирафаэль, - Он просто лежал здесь на кровати. Если честно, то я просто случайно на него лег.              - А открывать-то нахуя было? – бесновался Кроули.              - Мне стало любопытно, - оправдался Азирафаэль, - Это ведь просто паспорт.              - Просто паспорт? – с истерикой в голосе переспросил Кроули, - Ты теперь знаешь мое настоящее имя, а ты говоришь «просто паспорт»?              - Я не понимаю, что в этом такого, - более серьезно ответил тот, наблюдая за разгорающейся в глазах Кроули паникой.              - Клиенты не должны знать наши личные данные. Имя, дата рождения, место жительства – это секретная информация. Мы даже среди сотрудников клуба называем друг друга по псевдонимам.              - Но что в этом такого? – непонимающе спросил Азирафаэль, - Я понимаю еще причину скрывать место жительства, но что такого с именем?              - Ты правда настолько тупой? – ядовито прошипел Кроули, - То, чем я занимаюсь – незаконно. Зная, как меня зовут и как я выгляжу, кто угодно может заявить на меня. И вот я уже на нарах и обязан выплачивать штраф, который повиснет на мне очередным долгом, с которым я никогда не расплачусь!              - Я не собираюсь заявлять на тебя.              - О, спасибо, мне это прям легче делает! – театрально закатив глаза, воскликнул Кроули.              - Энтони, ты воспринимаешь это слишком…              - Не называй меня так! – в Азирафаэля прилетела подушка. Кроули выглядел ни на шутку перепуганным, - Меня зовут Кроули, ясно? Не Энтони, не Тони, не я хер знает как еще можно преобразовать это имя, - тараторил он, - Кроули. Я – Кроули.              - Хорошо, хорошо, Кроули, - Азирафаэль сел на кровати и поднял руки в примирительном жесте, - Давай успокоимся, да? Это просто недоразумение. Никто не собирается распространять твои данные или передавать их куда-то. Я уже даже не помню, что было там написано. Твое имя – Кроули, это то, как ты мне представился.              Кроули сидел тихо, хотя и сильно спокойным тоже не выглядел. Используя вторую подушку в качестве своеобразного щита, он укрывался за ней и напугано смотрел на Азирафаэля, словно ожидая нападения. Они просидели так в тишине пару минут.              - Если Вельз узнает, что я так проебался, она открутит мне голову, - наконец вздохнул Кроули, звуча уже более расслабленно.              - Вельз это твоя коллега? – поспешил ухватиться за возможность перевести тему Азирафаэль.              - Не важно. Забей, - Кроули отложил подушку рядом с собой, - Извини, что подушку в тебя кинул.              - Ничего страшного, - мягко улыбнулся Азирафаэль, - Это ты меня прости. Я полез туда, куда не следовало.              - Да, - согласился Кроули, придвигаясь ближе, - Но давай об этом забудем и лучше вернемся к тому, на чем мы остановились. У нас еще вся ночь впереди.              - А на чем мы остановились? – с искренним недоумением спросил Азирафаэль уже успевшего прислониться к нему Кроули, - Я думал, мы закончили.              - Правда? – настала очередь Кроули удивиться, - Сегодня уже больше ничего не будет?              - Ну если ты так хочешь, - интригующе начал Азирафаэль, - То после того, как ты сходишь в душ, мы могли бы все-таки поужинать.              - Все-таки поужинать? – повторил Кроули за Азирафаэлем. А после рассмеялся, - И все же, ты такой странный.              - Не нравится мое предложение? – с наигранной обидой в голосе спросил Азирафаэль.              - Ладно, как хочешь, - пожал плечами Кроули, - Если уж ты так настаиваешь на ужине, то черт с ним. Проводишь в душ?